Глава 16

— ​Младшие ​сыны, ​— ​Кинвара ​поприветствовала ​наёмников ​с ​улыбкой. ​— ​Ваша ​репутация ​идёт ​впереди ​вас. ​ ​— ​Разумеется, ​— ​усмехнулся ​Меро, ​поднимая ​кубок ​в ​её ​сторону. ​ ​— ​Я ​не ​имела ​в ​виду ​это ​как ​комплимент, ​— ​улыбка ​Кинвары ​стала ​шире. ​— ​Когда ​я ​входила ​в ​лагерь, ​меня ​встретили ​неуважительными ​свистами. ​Достойный ​приём ​для ​потенциального ​покровителя. ​Похоже, ​ваша ​строгая ​дисциплина ​осталась ​в ​прошлом. ​— ​закончила ​она, ​и ​выражение ​лица ​Меро ​помрачнело. ​Он ​опустил ​кубок ​и ​нахмурился. ​ ​— ​Я ​также ​слышал, ​что ​вам ​легко ​предать ​своих ​заказчиков, ​если ​враги ​предложат ​кошель ​потяжелее, ​— ​добавил ​я, ​наблюдая, ​как ​у ​него ​сжались ​челюсти. ​ ​— ​Это ​правда, ​Меро? ​— ​спросил ​принц ​Оберин, ​лениво ​развалившись ​на ​высоком ​ложе. ​Он ​нахмурился, ​глядя ​на ​наёмника. ​— ​Если ​да, ​я ​разочарован. ​Перед ​отъездом ​я ​назначил ​тебя ​своим ​заместителем ​и ​был ​рад ​узнать, ​что ​несколько ​лет ​назад ​ты ​стал ​лидером. ​И ​ты ​занимаешься ​вот ​такими ​вещами? ​ ​— ​Он ​лжёт, ​принц, ​— ​вмешался ​Прендал ​на ​Гезн, ​приходя ​на ​помощь ​своему ​командиру. ​— ​Несмотря ​на ​его ​слова, ​видите, ​они ​же ​всё-таки ​пришли ​к ​нам. ​ ​Я ​рассмеялся. ​ ​— ​Туше, ​да? ​ ​— ​А? ​— ​Я ​удивился, ​что ​этот ​неотёсанный ​дурак ​вообще ​знает, ​что ​значит ​«туше». ​Наверное, ​это ​слово ​было ​распространено ​в ​его ​родных ​краях. ​Я ​покачал ​головой. ​— ​Нет, ​я ​смеялся ​не ​поэтому. ​А ​потому, ​что ​мы ​здесь ​не ​для ​того, ​чтобы ​нанять ​вас. ​ ​Кинвара ​улыбнулась ​рядом ​со ​мной, ​а ​Даарио ​Нахарис ​моргнул. ​Он ​всё ​это ​время ​разглядывал ​Кинвару, ​но ​мои ​слова ​привлекли ​его ​внимание. ​ ​— ​Тогда ​зачем? ​— ​спросил ​он. ​ ​Я ​окинул ​взглядом ​их ​лица. ​Меро, ​глядя ​на ​меня, ​потягивал ​вино. ​Прендал ​делал ​то ​же ​самое. ​Затем ​я ​перевёл ​взгляд ​на ​принца ​Оберина ​и ​заговорил: ​ ​— ​Я ​пришёл, ​чтобы ​вызвать ​твоего ​лидера, ​Меро, ​на ​поединок, ​— ​сказал ​я, ​спрыгивая ​с ​коня. ​— ​Боюсь, ​он ​больше ​не ​достоин ​вас ​возглавлять. ​ ​Дюжина ​Младших ​сынов ​шагнула ​вперёд, ​вскидывая ​оружие, ​но ​принц ​Оберин ​поднял ​руку, ​и ​они ​замерли. ​Принц ​же ​лишь ​весело ​мне ​улыбался. ​Меро ​расхохотался, ​как ​и ​Прендал. ​Даарио ​просто ​усмехнулся ​— ​точно ​так ​же, ​как ​и ​принц. ​ ​— ​Ты ​интересный ​человек, ​— ​произнёс ​Оберин, ​наклоняясь ​в ​сторону, ​чтобы ​поцеловать ​свою ​возлюбленную. ​— ​Врываешься ​в ​лагерь ​Младших ​сынов ​и ​бросаешь ​вызов ​их ​лидеру. ​Как ​тебя ​зовут, ​воин? ​Такой ​смельчак, ​должно ​быть, ​мне ​знаком. ​ ​— ​Пока ​что ​можешь ​звать ​меня ​Виз, ​— ​ответил ​я, ​не ​сводя ​взгляда ​с ​Меро, ​который ​перестал ​смеяться ​и ​залпом ​осушил ​кубок ​эля. ​— ​Свое ​имя ​я ​назову, ​когда ​одержу ​победу ​над ​этим ​пьяным ​дураком. ​ ​Прендах ​зарычал: ​ ​— ​У ​тебя ​не ​хватает ​духу ​назвать ​своё ​имя, ​но ​ты ​смеешь ​оскорблять ​нашего ​лидера? ​Ты ​даже ​принцу ​Оберину ​не ​выказываешь ​должного ​уважения! ​— ​Он ​пытался ​натравить ​на ​меня ​принца? ​Надеялся, ​что ​тот ​проучит ​меня? ​ ​Надоедливый ​ублюдок. ​Его ​я ​тоже ​убью. ​ ​— ​Верно. ​Тебе ​стоит ​поклониться, ​— ​в ​разговор ​вмешалась ​Эллария ​Сэнд. ​— ​Ты ​осознаёшь, ​что ​стоишь ​перед ​принцем? ​ ​— ​Осознаю. ​И ​нет, ​кланяться ​я ​не ​буду, ​— ​я ​посмотрел ​ей ​в ​глаза. ​— ​Насколько ​я ​помню, ​поклон ​нужен ​лишь ​тому, ​кто ​стоит ​выше ​тебя ​по ​рангу. ​ ​Принц ​Оберин ​нахмурился, ​но, ​похоже, ​не ​воспринял ​это ​как ​личное ​оскорбление. ​Скорее, ​он ​заинтересовался ​мной ​ещё ​больше. ​Именно ​этого ​я ​и ​добивался. ​ ​— ​Что ​скажешь, ​Меро? ​— ​обратился ​к ​нему ​принц. ​— ​У ​тебя ​есть ​вызов. ​Согласно ​правилам ​Младших ​сынов, ​ты ​обязан ​его ​принять. ​ ​Меро ​облизнул ​губы ​и ​ухмыльнулся. ​ ​— ​Принц ​Оберин, ​хоть ​это ​правило ​и ​верно, ​но ​теперь ​я ​— ​лидер. ​А ​значит, ​я ​решаю, ​какие ​правила ​соблюдать, ​— ​сказал ​он. ​ ​Принцу ​это ​не ​понравилось. ​ ​В ​его ​глазах ​мелькнуло ​что-то ​тёмное ​— ​мне ​показалось, ​что, ​не ​будь ​меня ​здесь, ​Меро ​схлопотал ​бы ​хорошую ​взбучку. ​Но ​его ​следующие ​слова, ​к ​счастью, ​его ​спасли. ​ ​— ​Но ​ладно, ​— ​продолжил ​он, ​вставая. ​— ​У ​него ​раздражающая ​рожа, ​с ​удовольствием ​разрублю ​её ​пополам. ​А ​потом ​заберу ​эту ​женщину, ​— ​он ​ухмыльнулся ​Кинваре, ​которая ​лишь ​улыбнулась ​в ​ответ. ​— ​Улыбающаяся ​стерва. ​Разденься ​и ​сядь ​ко ​мне ​на ​колени… ​и, ​может ​быть, ​я ​тебя ​пощажу. ​ ​Кинвара ​хихикнула, ​находя ​всё ​это ​невероятно ​забавным, ​а ​глупец, ​похоже, ​принял ​её ​смех ​за ​флирт ​и ​улыбнулся ​в ​ответ. ​Затем ​он ​повернулся ​ко ​мне: ​ ​— ​Что ​же ​до ​твоего ​желания ​возглавить ​Младших ​сынов, ​ты, ​идиот... ​Этого ​не ​случится, ​даже ​если ​каким-то ​образом ​ты ​заставишь ​меня ​проиграть. ​У ​нас ​нет ​такого ​глупого ​правила, ​чтобы ​мы ​подчинялись ​каждому, ​кто ​победит ​нашего ​лидера, ​нет... ​У ​нас ​есть ​правило ​убивать ​любого ​ублюдка, ​который ​причинит ​ему ​вред. ​Так ​что ​удачи ​тебе ​выбраться ​отсюда ​живым, ​даже ​если ​тебе ​повезёт ​благодаря ​какому-то ​богу! ​ ​Он ​расхохотался ​и ​поймал ​в ​воздухе ​оружие, ​которое ​ему ​швырнул ​один ​из ​прислужников. ​Это ​был ​массивный ​изогнутый ​меч, ​напоминающий ​ятаганы ​и ​прочие ​клинки, ​типичные ​для ​Эссоса. ​ ​Меро ​шагнул ​ко ​мне, ​ухмыляясь, ​а ​его ​клинок ​сверкал ​в ​руках, ​словно ​уже ​испил ​крови. ​Кинвара ​и ​наши ​люди ​к ​тому ​моменту ​уже ​спешились ​и ​отошли, ​освобождая ​место ​для ​боя. ​Меро ​снова ​бросил ​взгляд ​на ​Кинвару, ​затем ​снова ​расхохотался, ​глядя ​мне ​прямо ​в ​лицо. ​ ​Его ​уверенность ​была ​столь ​же ​густой, ​как ​и ​запах ​эля, ​что ​исходил ​от ​него. ​Узкие ​глаза ​смотрели ​на ​меня ​с ​вызовом, ​призывая ​нанести ​первый ​удар. ​ ​— ​Копьё, ​— ​я ​хлопнул ​в ​ладоши, ​удерживая ​их ​сомкнутыми, ​а ​затем ​медленно ​раздвинул. ​Между ​ними ​возникло ​копьё, ​словно ​по ​волшебству. ​Меро ​заморгал, ​не ​веря ​своим ​глазам, ​вероятно, ​задаваясь ​вопросом, ​не ​почудилось ​ли ​ему. ​ ​Я ​сжал ​древко, ​ухмыляясь ​ему ​вызывающе. ​ ​— ​Фокусы, ​— ​усмехнулся ​он, ​но ​всё ​же ​не ​стал ​нападать ​первым. ​ ​Я ​сжал ​копьё ​крепче, ​ощущая, ​как ​его ​вес ​становится ​продолжением ​меня ​самого. ​С ​каждым ​вдохом ​я ​всё ​глубже ​погружался ​в ​ритм ​Танца ​Молнии. ​ ​Я ​практиковался ​долго, ​и ​благодаря ​Системе ​каждый ​его ​шаг ​стал ​для ​меня ​естественным, ​как ​кровь, ​текущая ​по ​жилам. ​Я ​мог ​положиться ​на ​него. ​ ​Меро ​презрительно ​ухмыльнулся, ​меняя ​стойку. ​ ​— ​Давай ​посмотрим, ​что ​ты ​умеешь, ​трус, ​— ​он ​издевательски ​поднял ​ятаган, ​словно ​надеясь ​взять ​меня ​голой ​силой. ​ ​Я ​не ​ответил. ​Пусть ​рубит. ​Пусть ​думает, ​что ​у ​него ​есть ​преимущество. ​ ​Он ​бросился ​вперёд, ​сапоги ​громыхнули ​о ​землю, ​меч ​взметнулся ​в ​хаотичной ​дуге. ​Я ​видел ​каждый ​его ​шаг, ​как ​будто ​он ​двигался ​в ​воде. ​Достаточно ​было ​лёгкого ​поворота ​тела, ​чтобы ​лезвие ​пронеслось ​мимо, ​не ​задев, ​но ​достаточно ​близко, ​чтобы ​я ​почувствовал ​воздух ​от ​удара. ​ ​Меро ​пошатнулся, ​ярость ​вспыхнула ​в ​его ​глазах, ​но ​он ​успел ​удержаться ​и ​бросил ​на ​меня ​полный ​ненависти ​взгляд. ​ ​— ​Скользкая ​змея! ​— ​прорычал ​он, ​вновь ​кидаясь ​вперёд, ​быстрее, ​чем ​раньше. ​ ​Но ​в ​этом ​и ​была ​красота ​Танца ​Молнии. ​Копьё ​двигалось ​вместе ​со ​мной, ​легко ​и ​естественно, ​описывая ​плавные, ​безмолвные ​дуги. ​Я ​не ​просто ​уворачивался ​от ​его ​атак. ​Я ​струился, ​позволяя ​каждому ​движению ​перетекать ​в ​следующее.