1

Напротив меня сидит и смотрит моё отражение. На меня смотрят зелёные, словно юная трава, глаза на пухлом детском личике с пухом курчавых зелёных волос и зелёных веснушек. На меня смотрят мои красные, словно кровавые, глаза на пухлом детском личике с пухом курчавых белоснежных волос и красных веснушек. Отражение с погрешностями. Вовсе не отражение. Я смотрю на "неё", на свою близняшку. Я смотрю на себя. В голове полный сумбур. Я это "я". Я это "мы". "Нас" двое. "Я" одна. "Нас" должно было быть "две", но родилась "одна". Изначально должен был быть "один", но родилось "две", которая на самом деле "одна". Я всё ещё одна и в двух телах. Я это "я". Я это "мы". Одно запутанное сознание взрослой девушки на два детских тела. Я всё ещё "я". И "я" уже больше не совсем "я". "Я" уже "я". "Я" теперь "мы". И один сплошной сумбур в одном сознании, растянутый на два тела. Я—Изуку смотрю на Я—Ямикумо. Я—Ямикумо смотрю на Я—Изуку. Я смотрю на себя и на "не-себя". Меня пробирает на истерический смех, и мне вторит мой же смех. Полнейшая синхронизация двух так похожих и так отличающихся тел. В ушах и глазах двоится. Мне так смешно! Я в полнейшем ужасе... — Оу, Хисаши, посмотри на наших девочек! — воркует моя-наша мать со стороны кухни. — Они буквально на одной волне! Я слишком резко затыкаюсь. Мать ведь даже не представляет, что же не так с её дочерьми... — Хм, дорогая, а разве у малышей должен быть такой идеальный синхрон? — говорит отец изумлённо и взволнованно. — Они слишком часто делают так... Так. Отец, конечно же, прав и зрит в корень. С этим в срочном порядке надо что-то делать. Даже в этом диком мире всяких мутаций, супергероев и суперзлодеев (на самом деле вымышленном мире), подобное — дикость. Нужно научиться разделять свои тела, чтобы одно из них хотя бы частично вело себя автономно. Но каким образом? Как разделять "я" как "я" и "я" как "мы"? Я на подсознательном уровне считаю оба тела моими и оттого управляю ими одновременно, с тем самым "идеальным синхроном". Тем более, что детские тела контролировать очень тяжело. Но что же мне делать? Мне и смешно, и стрёмно, и непонятно, что вообще делать и как жить эту жизнь... Как быть? Что делать? Какое у "меня-нас" вообще будущее? Извечные человеческие вопросы и страхи... Помноженные вдвое. И паника пробирает до костей...

***

— Меня зовут... — говорим-говорю одновременно Я—Изуку и Я—Ямикумо. — Мидория Изуку! — голос слишком полон оптимизма и энтузиазма, насквозь фальшивый, но ни воспитатели, ни другие дети (настоящие дети), конечно же, не замечают. — Мидория Ямикумо... — голос уже гораздо сдержаннее и уставший, ведь мне нужно прикладывать все свои силы, чтобы не начать говорить синхронно с собой-близняшкой. На меня-нас смотрят с интересом смотрят другие детки из нашей группы детского садика. Начало для Меня—Изуку и Меня—Ямикумо положено. Фундамент у этого "дома" шаткий, да и "крыша" тихо шифером шурша отлетела в очень дальние края (в другом мире обосновалась, в котором я была собой, а не "нами"). Правда никакого выбора (даже подобия) мне не дали после смерти в той жизни, а лишать себя (одну из) жизни мне совсем не хочется. Мне, конечно, искренне любопытно, насколько ещё странной и трудной будет жизнь с осознанием собственного недо-суицида, но не настолько. Я и так живу с осознанием своей смерти и перерождения. — Меня зовут Бакуго Кацуки и когда я вырасту, то стану самым крутым супергероем и Номером Один Японии, потому что превзойду самого Всемогущего! Я—Изуку улыбаюсь во все зубы и слащаво-приторным, бодрым тоном поддерживаю Бакуго чуть ли не во всех его начинаниях, по крайней мере в раннем детстве. Я—Ямикумо смотрю на мир с искренне заебавшейся мордой, так дико смотрящейся на детском личике.

***

Детский сад за спиной. Следующий круг жизненного ада — младшая школа. Меня—Изуку обожают все. Меня—Изуку с дружелюбным, "искренним" (ХА!), скромным (но не настолько, как у Меня—Ямикумо) характером и причудой исцеления считают идеальной будущей супергероиней. Я—Ямикумо же слишком закрытая, угрюмая и уставшая. На самом деле просто заебавшаяся, но никому об этом знать не обязательно, верно? Меня—Ямикумо часто водят по психологам и иным врачам, но не находят никаких патологий, считая просто чересчур замкнутым и скромным ребёнком. Меня—Изуку никто даже не подозревает. Меня—Ямикумо, впрочем, тоже. Двое могут хранить секрет, если "они" на самом деле один человек.

***

— Слушай, Изуку... Извини за речь, но что, блядь, не так с твоей ёбанной сестрой? — спрашивает однажды Кацуки у Меня—Изуку обо Мне—Ямикумо. — У неё такая морда, словно она весь мир хочет нагнуть, особенно когда ты рядом. Я не говорю, что она стрёмная, у вас же одно лицо на двоих, но даже у меня не такая кислая рожа. Всё "так" и одновременно "не так", дорогой "мой" друг. — Оу, ну.. Она просто всегда была такой скромной и она немного, ну, типа, слишком защищающая старшая сестрёнка, — Я—Изуку слегка заикаюсь, "скромно" потупив ясны очи и покраснев от смущения (на самом деле от усилий сдержать ржач и не допустить синхрон). На самом деле это так смешно собирать информацию о "себе" через себя же. И никто ведь даже не догадывается обо "мне" и моих "причудах"! Даже удивительно, что мне удаётся так долго дурить окружающих. Буквально создала две почти противоположные личности для "сестёр". Меня—Ямикумо конечно считают "не от мира сего", но так и надо. У меня до сих пор трудности с тем, чтобы разделять два своих тела и личности друг от друга, так что получилось, что Я—Ямикумо это угрюмая, замкнутая и молчаливая сестра. Но это лишь даёт сплошные плюсы для образов двух полярных сестрёнок Мидорий, я ведь похожего эффекта добивалась. Получилось, пусть и своеобразно. Тем не менее слишком далеко от "сестры" я отходить не могу. Не знаю, как решить эту проблему. Стоит мне хоть немного превысить свой-наш лимит в пятьдесят метров, так меня-нас так колотит от мигреней и судорог, что меня-нас несколько раз госпитализировали. Именно поэтому и сложилось обо Мне—Ямикумо мнение, как о гиперопекающей сестрице. И поставили какой-то сверхредкий диагноз, связанный с причудливым эффектом от причуд. "Как быть?" и "Что делать?" уже набившие оскомину вопросы. В этой жизни надо мной (нами? Ха...) издеваются. Как же меня всё заебало.

***

Я—Мы спасаем Кацуки от Слизня. Злодей остался бы слепым после того, как слишком жёсткая (эффективная!) Я—Ямикумо воткнула в его глаза ручки, но сердобольная Я—Изуку исцелила отвратительного Слизняка. Теперь Я—Ямикумо известна своей излишней жестокостью и хожу к психологу (опять двадцать пять), а Я—Изуку — героиня. Всемогущий пусть идёт нахрен. В моих фантазиях, конечно же. И в фанфиках, да. А вы думаете кто из его фанатов ("фанатов" на самом деле) пишет про него те самые высокорейтинговые работы с народным героем Японии в нижней позиции? Но кто соединит лапочку Изуку или пофигиста Ямикумо и автора этих трэшовых фанфиков?

***

Я—Мы и Кацуки проходим в Юэй. Как же иначе? Кацуки слишком упёртый. Мне же надо пугать Всемогущего. На Меня—Изуку направлен полный скрытой гордости, почти отеческий взгляд. Мне—Ямикумо достаётся напряжённый взгляд исподлобья и крепко сжатые челюсти. Мне смешно. Эта шутка стоит всех трудностей и ожиданий. Посмотрим, что из этого выйдет.