***

      В старом пустом зале прохладно. Даже холодно, если судить по моим набухшим соскам. Пахнет пыльными обивками красных бархатных кресел с неудобной спинкой и совсем немного попкорном.       Весь предпоследний ряд в нашем полном распоряжении, ведь мы единственные зрители на самом раннем сеансе, который только может предложить этот кинотеатр.       Если, конечно, не считать за зрителя киномеханика, обитающего в маленьком окошке над нашими головами. Я несколько раз оборачиваюсь, с целью заметить его присутствие, но он не попадается мне на глаза, поэтому я предпочитаю думать, что его вовсе не существует.       Ларс сидит рядом с отсутствующим взглядом и всем своим видом демонстрирует недовольство. Конечно, ведь он ненавидит смотреть на себя на экране. В любом другом случае он ни за что не согласился бы проводить время подобным образом.       Но спор — дело святое.       Фильм еще не начался, но в зале уже темно. Еще раз окинув взглядом пустое помещение, в моей голове рождается великолепный план… — После этой пытки обязательно пойдем в бургерную через дорогу, я заслужил тройной чизбургер с двойным сыром.        Бубнеж Ларса прерывает мои размышления, и я поворачиваю голову в его сторону. — Ты уверен, что в тебя влезет такая махина? — я сразу жалею о подобном вопросе, ведь примерно представляю, какой получу ответ. — Если у тебя получается засунуть в рот кое-что настолько монструозно большое, то и у меня получится, — произнеся это, он игриво пускает волну бровями и тянется, чтобы чмокнуть меня в щеку.       Речь, естественно, про его член. — Боже, Ларс… — хоть я и делаю вид, что не впечатлена шуткой, внутри хихикаю от того, как совпала эта хохма с тем, что я собираюсь сотворить совсем скоро.       Полотно экрана мерцает, и нашему взору предстают начальные титры.       Сейчас меня мало интересует сам фильм. Я смотрела его уже не один раз. Все мое внимание приковано к Ларсу.       Украдкой наблюдать, как на его лице с невероятной скоростью меняются эмоции — от мимолетного интереса, до очевидного отвращения и обратно, — так забавно.       Ларс выглядит как насупившийся малыш, которого заставили делать уроки вместо того, чтобы разрешить ему гонять мяч во дворе с друзьями.       От такого сравнение у меня невольно вырывается смешок, что не ускользает от Ларса, который, казалось бы, только и искал повод, чтобы отвернуться от экрана. — Тебе смешно? — я отрицательно мотаю головой нацепив самое серьезное выражение лица, на которое только способна. — Ну да, это же не комедия, а чертова трехчасовая драма.       Выплюнув это, Ларс тянется к карману, с целью достать телефон, но я перехватываю его руку и кладу себе на бедро.       Вступительные титры закончились, началось действо.       Слежу, как взгляд Ларса, прикованный к собственной руке на моей коже, поднимается выше, встречаясь с моим. Кажется, он уже разгадал мой коварный план, но не торопится забирать инициативу.       Не отрываясь от его лица, с самым невинным выражением на своем, медленно сползаю с кресла и оказываюсь на коленях у ног Ларса.       Он, кажется, уже забыл, где мы находимся и по какой причине. На его лице больше нет недовольства, зато я замечаю на нем растерянность и … испуг? Он сидит не шелохнувшись и не дыша.       Маска невозмутимой уверенности окончательно спадает, когда я руками раздвигаю его ноги и пробираюсь между них, еще ближе. – А если кто-то… – Шшш, – я знаю, что он хочет сказать, поэтому не позволяю ему закончить, – думай только обо мне.       Пальцы привычно расстегивают ширинку. Слышу голос Ларса, вырывающийся из динамиков и окутывающий все пространство кинозала. Этот эффект двойного присутствия действует на меня как стимулятор. Я даже жалею, что кроме нас в этой темноте больше никого нет.       Так ощущения стали бы еще острее.       Сжимаю его бедро в нескольких сантиметрах от паха одной рукой, другой невесомо провожу вверх-вниз по члену через ткань трусов.       Ларс уже готов.       Думаю о том, что я первая, кто делает с ним нечто подобное. Это ужасно возбуждает и подстегивает выложиться на максимум.       На секунду останавливаюсь, чтобы взглянуть ему в лицо, и замечаю в глазах молитву, начинающуюся со слов “Продолжай немедленно”.       От сомнений не осталось и следа. Вряд ли его теперь волнует возможность быть застуканными. Репутационные риски – последнее, о чем он думает в этот момент.       Когда я вытаскиваю член через прорезь в белье, а затем демонстративно облизываю пальцы и размазываю свои слюни по головке, он прикрывает веки и кладет руку мне на голову, полностью отдав власть над своими ощущениями.       На экране, судя по голосу, появляется Дэмиан, и я начинаю переживать, что Ларса это выведет из себя и собьет настрой. Но вопреки моим опасениям, он будто совсем не обращает внимания ни на что, кроме меня.       Я дрочу Ларсу и представляю, будто Дэм сейчас наблюдает за нами из черноты зала…       Запретная фантазия еще сильнее обостряет желание.       Подаюсь вперед, полностью сокращая расстояние между своим лицом и членом. Беру в рот и поднимаю взгляд на парня.       Его зрачки сейчас, кажется, вытекут за пределы радужки, настолько они огромные. Рука на моей голове с силой сжимает волосы, когда я звонко причмокиваю и беру член глубже.       Добираюсь до середы и чувствую, как напрягаются все его мышцы. Он будто каменный, непроизвольно сдавливает бедрами мою голову, но я не ощущаю дискомфорта.       Это изумительная ловушка, в которую хотелось бы попадать снова и снова.       Его член полностью у меня во рту. Ритмично двигаю головой вверх-вниз. Слышу, как он сдерживает стоны, шумно дыша через нос.       Вверх-вниз.       Вверх-вниз.       Самоотверженно работаю языком и губами, не оставляя без внимательной ласки ни одну вену, ни один сантиметр нежной кожи. Нижняя часть моего лица вся мокрая от слюны, а внизу, между ног, мокро от смазки.       Невыносимо хочу дотронуться до себя, но сейчас в приоритете чужое удовольствие.       Высунув язык, облизываю ствол, останавливаясь на вершине. Затем резко опускаюсь вниз до основания и обратно.       Влажное пятно на светлых штанах Ларса почти просвечивает насквозь.       Придется придумать, как замаскировать последствия.       Когда я в очередной раз оказываюсь с членом во рту на всю длину, Ларс с силой вжимает мою голову в свой пах. Я давлюсь и чувствую пульсацию в горле. — Хлоэ, я сейчас… — он наконец дает волю голосу и с губ срывается хриплый стон, — …кончу.       Музыка для моих ушей.       Проскальзываю выше, готовясь принять последствия его оргазма. Спустя пару секунд чувствую подергивания, после чего моя Звезда кончает мне в рот с протяжным стоном.       Проглотив все, еще на какое-то время задерживаюсь ртом на члене, пока не чувствую, что он начал обмякать.       Отстраняясь и глядя на него, пальцами собираю с губ остатки спермы. Облизываю их по очереди.       Смотрю на своего мужчину и не могу оторваться.       Ларс особенно привлекателен в этот момент. На раскрасневшемся лице — выражение ни с чем не сравнимого удовольствия. Его грудь вздымается так быстро, а дыхание такое рваное и частое, что заставляет кудряшки на лбу слегка подпрыгивать.       Безумно хочу поцеловать красивые губы.       Начинаю подниматься к нему, но Ларс меня опережает. Сползает на узкую дорожку между креслами, чтобы стать еще ближе.       Он берет в руки мое лицо и целует первый.       Мы целуемся долго, как в последний раз.       Как в каждый из наших разов.       Когда я наконец отстраняюсь из-за нестерпимой жажды воздуха, он улыбается мне так нежно и влюбленно, будто я исполнила его самую заветную мечту. — Готов сняться еще в сотне, если каждый поход на мои фильмы будет похож на этот.       Ухмыльнувшись, встаю с затекших колен и возвращаюсь на свое место, сразу же приковывая взгляд к экрану.       Ларс остается внизу.       Фильм примерно на середине, но у меня совершенно нет желания его досматривать.       Все, чего я сейчас хочу — это вернуться домой и получить свою порцию нежности.       Будто прочитав мои мысли, но придумав, как решить эту проблему по-своему, Ларс располагается между моих ног.       Его взгляд красноречивее любых слов.       На экране мелькает любимый силуэт.       Кажется, нам придется досидеть фильм до конца.