Глава 2. Боевая девчонка и подставной наркодиллер

Вся дорога до дома с девчонками пронеслась за энергичной беседой на тему прошедшего экзамена и планов на грядущее лето. Трудно было сдержать в себе одно важное и долгожданное для моей жизни событие, ожидающее меня на этой неделе. Но начинать подобные рассказы я стеснялась. Хотелось поделиться с девочками, однако, я изо всех сил старалась сдерживать порывы. - Тебе, вроде, ещё дальше идти до дома? - Да, Оль, ты же знаешь, что я на окраине района живу. Не самые приятные улицы, честно говоря! – ухмыльнулась я, прощаясь с девчонками. – Была рада с вами прогуляться! Хорошо, что мы все сдали! Я притянула однокурсниц к себе, с теплотой и трепетом приобняла их, и мы расстались на пересечении двух узких улочек, по обе стороны от которых располагались серые мрачные пятиэтажки, а в глубине квартала слегка виднелся заброшенный завод по изготовлению керамической плитки. Лёгким уверенным шагом я направилась вдаль от наиболее оживлённого тротуара и свернула меж двух домов. Каждый день проходя здесь, я не перестаю напрягаться от давящей атмосферы. В солнечный день это не так сильно ощутимо, но стоит небо окунуть в чан с серой краской, как этот район превращается в декорации для триллера. Из шоппера я достала телефон, оставив внутри сумки лишь тетради и ручку, уткнула взгляд в беседу курса. Там все активно делились результатами экзамена и жаловались на свою несостоявшуюся студенческую жизнь – в общем, стандартная болтавня ни о чём после сессии. О, Вероника что-то пишет, интересненько! Меня распирало от любопытства, но не успела я прочитать очередную фигню от Вероники в переписке, как моё тело полетело куда-то в сторону кустов от жёсткого пинка в бок. Мои колени с грохотом рухнули на землю, тонкие костюмные брюки молниеносно разорвались сразу в нескольких местах. Было одновременно страшно и смешно от осознания того, что грабитель, толкнувший меня на асфальт, вместо телефона из руки, сорвал с меня шоппер. От распирающих меня эмоций и прилива адреналина в кровь я на всё улицу взвизгнула: - Идиот! Надо было мобильник воровать, а не сумку! Там одни тетради по уголовному праву! Парнишка не ожидал такой дерзкой реакции с моей стороны. Все потерпевшие обычно в слёзы кидаются и не соображают абсолютно ничего в момент нападения, а у меня даже получилось что-то сказать. На мгновенье парень застыл в пространстве, сжав в левой руке мою полупустую сумку, по его вискам тёк пот, он так громко дышал, что слышно было, наверное, даже в моём универе. Вот он – мой шанс! Задержать его на месте преступления и показать всё, чему научилась. Неожиданной фразой я разбила все его краткосрочные планы. Скорее всего, мелкий воришка намеривался ошарашить меня, сбить с ног и скрыться в глубине района, пока бы я приходила в себя и собирала частички событий в единую картину, вряд ли запомнив даже его лица. Но меня не так то просто сбить с толку. Даже сидя коленями на асфальте и смотря на него снизу вверх, я всё ровно была на шаг впереди. Ловя каждое его движение, я вскочила с земли и пустилась в погоню. - Слушай, ты!!! Я так просто тебе свой любимый шоппер не отдам, ворьё мелкое! Остановись, говнюк! – я чувствовала, как внутри меня желудок сжимался, сердце тряслось в каком-то неимоверно быстром ритме, по коленям текла кровь. Но эти преграды лишь прибавляли мне сил в тот момент, когда я петляла за вором по узким улочкам квартала. Его движения были до тошноты предсказуемы, становилось даже скучно. Бежал он быстрее меня, явно физически лучше подготовлен. На вид парню было лет четырнадцать, не больше. Наши догонялки завели нас на территорию заброшенного советского завода керамической продукции, прекратившего свою деятельность ещё до моего рождения. Обычно здесь тусуются всякие маргинальные компашки, торгуют наркотиками и отсиживаются беспризорные подростки, чей дом – улица, а работа – искусство доставания кошелька из кармана. Теперь мне было всё ясно. Парень, ограбивший меня на пару тетрадей, по-видимому, обитатель этого гиблого места. Это был тупик. Скрыться вору негде – все его действия открыты, как на ладони, я слежу за каждым шагом парня, разрушая его планы в пух и прах. - Ну что, добегался? – я заорала на весь завод. Время словно остановилось, между нами повисла пронзительная тишина. Этот завод повидал немало криминальных событий на своём веку, но я здесь оказалась впервые. Шутки шутками, но голос мой дрожал, а по спине растекались электрические заряды от страха. И боялась я далеко не этого несчастного мелкого парнишку, просто потерявшегося по жизни, а ту кучку сияющих глаз, сверкнувших во мраке помещения. Я ощущала себя жертвой, загнанной в пещеру дикими собаками, скалившим свои клыки. Хотелось зажмурить глаза, раствориться в пространстве и в одночасье оказаться в своей уютной комнатке. - Что за девка, Серый? – тявкнул кто-то из глубины полуразрушенного цеха. Его фигура зашевелилась и оказывалась всё ближе и ближе ко мне. Парень, ограбивший меня, просто потерял своё лицо, настолько ему было жутко. Краем глаза я заметила ещё двоих мужчин поодаль от себя, которые тоже были на взводе, что-то агрессивно друг другу доказывали, вгоняя меня в умертвляющий страх. Мои колени сгибались, а дыхательная система просто перестала функционировать. - Я спрашиваю, что за девка? Ты охренел совсем!!! – человек с вытянутым угловатым лицом, впалыми скулами и стеклянными голубыми глазами как коса навис над парнишкой, ухватившись своей жилистой рукой за воротник его рубашки. – Что в сумке? - Я просто хотел её ограбить. – трясущимся еле слышным голосом вымолвил парень, протягивая мою сумку бритому долговязому хаму. - И что это такое? – он хаотичными движениями начал вытряхивать содержимое моей сумки на землю, из неё посыпались тетради, уголовный кодекс, жвачка, пару ручек и сто рублей одной купюрой. – Ты называешь это «ограбить»? Какого хрена ты прёшь сюда всякий мусор и мешаешь нам с братанами работать? Ты же понимаешь, что мы больше тебе не заплатим и ты помрёшь с голоду прямо тут, на этом самом месте! – глаза этого человека наливались кровью, вены на шее распухали, а голос с каждым новым вылетавшим из него словом становился невыносимее, словно слушаешь скрежет металла. И тут я вижу, как он со всей дури замахивается на парня, раздаётся громкий хлопок, затем жалкий сдавленный изо всех сил визг пацана. Я видела всё, будто в замедленной съёмке, как этот урод заносит свою руку над головой парня, как тому прилетает сильная пощёчина, а мальчишка, стараясь ещё больше не злить старшего по банде, мужественно терпит унижение, сглатывая боль. Знала бы я, что этим всё закончится, плюнула бы на эту проклятую сумку с двумя тетрадями. - Урод! - Ты что-то крякнула, конфетка? – угрожающий взгляд долговязого мужчины пронзил меня насквозь. Он явно был под чем-то, может накуренный, может пьяный, но несло от него непередаваемым ужасом. Кровь внутри меня закипала, я готова была в одну секунду набросится на него, подпортить его и так несвежую физиономию и отомстить за несчастного парня. - Да! Это я сказала! Ты – полный уродец, раз поднял руку на того, кто в разы меньше и слабее тебя. - Друзья! – ехидно улыбнулся и захлопал в ладоши этот чертовски стрёмный тип, оборачиваясь к остальным фигурам, прячущимся в тени. – Похоже, у нас теперь новый главарь банды. Милая дама заскочила к нам на огонёк и начинает строить свои правила. Вот только, моя хорошая, здесь ты и останешься. Дыхание перехватило и конечности начали потихоньку отмирать, как только я заметила блеск ножа в кармане его брюк. Похоже, мне действительно некуда бежать, и конец мой настигнет меня здесь – на старом заброшенном заводе в окружении головорезов. Тело перестало мне подчиняться. В одно мгновенье я забыла совершенно все приёмы, которым учил меня отец. А ведь мы прорабатывали и ближний бой с ножом у противника. Всё напрочь вылетело из головы, как материал лекций после сданного зачёта. Неужели, я действительно настолько слаба, и меня сейчас прирежут? - Стоп, стоп, стоп!!! – в ушах зазвенел чей-то голос, раздающийся из глубины мрачного помещения. Сначала раздался голос, а потом показалась и его фигура. – Пацаны, давайте без этого. Разве вы не видите – девушка просто заблудилась. Навстречу мне вышел приличного вида молодой человек, одетый в джинсы и чёрную рубашку, его волосы русого оттенка были аккуратно убраны в пучок, а во взгляде читалось спокойствие и феноменальная уверенность. Это что, их главный? - Убери свою игрушку! Не надо нам тут крови. – человек с русыми волосами встал сзади лысого придурка и настойчиво просил прекратить. Всё это время он оглядывал меня с ног до головы, всматриваясь в каждую деталь, я не отставала и делала тоже самое. С первых же минут появление этого длинноволосого чересчур спокойного парня меня смутило, ведь он совершенно не подходил под местную, так скажем, тусовку. Что-то тут не так. – Парни, давайте лучше вернёмся к нашей сделке. Так вы говорите, партия поступит завтра, верно? Вы мне так и не рассказали все подробности, а я должен знать. Всё понятно. У них тут, похоже, в самом разгаре наркоторговля происходит, а я им все карты смешала своим неожиданным появлением. Однако, меня не успокаивало ничего из происходящего. Я уже смирилась с тем, что просто так меня никто не отпустит. - Пойдём, успокоимся и всё ещё раз обсудим. – уверенно продолжал парень в чёрной рубашке, усмиряя своего буйного лысого напарника, который не прекращал прожигать меня кровавым взглядом. – Дура, зачем ты вообще рот открывала. – он сказал это украдкой, точно шепотом. Он сказал это так, чтобы услышала одна я. И он был уверен, что я услышу. Я реально дура. - Ну уж нет! – рано я обрадовалась. Лысый придурок и не думал бросать дело на полпути. Его зрачки вновь расширились, кулаки сжались, гнев сочился из него невыносимыми потоками. – Это мелкая девчонка ответит за свои слова! Я личико то ей подпорчу. - Эх, не хотел я себя раскрывать, но, походу, придётся! – внезапно парень в чёрной рубашке, так настойчиво убеждавший лысого не вступать в конфликт, сам жёстко врезал ему по животу. И бил он не как дворовый хулиган, а как профессиональный оперативник, задерживающий преступника. С каждым новым захватом лысого за шею, его гнев сменялся на повиновение и жалобный стон. Ошарашенная, я стояла, боясь пошевелить даже кончиком носа. Я понимала, что, не вступив бы этот странный молодой человек в драку, я уже, скорее всего, была покалечена. Вдруг, из-за угла выбегает ещё какой-то стрёмный тип, вероятнее всего, всё это время наблюдавший из-за стены. Драка превращается в двоих против одного. Не медля ни секунды, решаю вмешаться. Не знаю, каким таким местом я думала, что мне пришла эта гениальная идея, но всё то негодование, что скопилось внутри меня, требовало высвобождения. Власть над руками и ногами снова вернулась ко мне, я рванула с места. - Ты закончи с лысым придурком, а я возьму на себя второго, слышишь, эй?! – сквозь хрипы и удары я старалась докричаться до парня в чёрной рубашке, и на удивление, он меня расслышал, правда, естественно был в недоумении. - Что? Да кто ты вообще такая и откуда умеешь драться? - Потом, всё потом! – меня хватило на пару каких-то невнятных возгласов, прежде, чем мне прилетел удар кулаком прямиком по брови. Я никак не могла справиться со вторым мужчиной, оказавшимся в разы сильнее меня. Но я подметила с самой первой секунды его медлительность. Он не поспевал за моим танцем вокруг него и постоянно получал от меня новые и новые удары. Делала я всё не сильно. В моменте задержания таких гадов важна не столько сила, сколько мастерство приёмов и сноровка, умение считывать его следующий шаг. Мои силы были на исходе, я еле сдерживала крик от боли в голове и в коленях, которые я ещё во время стычки с вором разбила. Как внезапно, эти двое отстранились, сбив меня, да и парня в чёрной рубашке, с толку. - Всё, прекратили! – заревел лысый, хватаясь за побитую голову, второй тоже сделал пару шагов назад. – На этом мы закончим это представление. Серый! Что ты там хнычешь? Ты хочешь стать жалким нытиком или таким как мы? Несчастный парнишка, так и сидевший всё это время на земле в обнимку с моими тетрадями и сумкой, внезапно осмелел: - Хах, стать такими как вы? А ни вам ли только что девчонка-конфетка надавала по лицам? - Поговори мне ещё тут, мелкая зараза! Собирай сопли в кулак и за нами живо. И кинь наконец-то этот хлам! Если ещё раз награбленное тобой будет выглядеть вот так, лёгким шлепком по лицу ты не отделаешься! Все трое удалились во тьму. Бедный пацан поволок ноги вслед за этими уродцами, чем же он таким жизнь разозлил, что приходится поддерживать такую «дружбу»? - Эх, давно я так круто не разминалась! – меня невероятно попустило. Несмотря на разбитую бровь, я считаю, что вышла из схватки победительницей, ведь враг отступил, а не завладел мною. - Ага, кто-бы говорил?! - чёрт, я совсем забыла о существовании этого странноватого героя схватки, парня, чьи мотивы туманны и загадочны. – Тебе только что разбили бровь в кровь, а ты стоишь и радуешься! - Так, а ты вообще кто такой? Эти двое понятно – мелкие бандиты, толкающие наркотики и эксплуатирующие подростков для краж, а ты! Не похож на часть их банды, однако сначала держался там уверенно. - Молодец, бинго! Ты права! – он расплылся в лукавой улыбке, подтирая кровяные разводы с костяшек пальцев. – Я не имею к их организации никакого отношения, я лишь играл роль. Какое-то время втирался к ним в доверие, выведывал всю необходимую информацию и сливал её своему шефу. - Зачем тебе это надо? - Ты, боевая девчонка, лучше о себе подумай, как ты сейчас такая разукрашенная дома появишься. Иди ка отсюда, пока на нас другие не пошли. - Нет уж, подставной наркодиллер! Пока ты не скажешь, кто такой, я не пущу тебя. Я ведь и тебе врезать могу. - Силёнок не хватит, с частным детективом тягаться! – он попоясничал и направился в сторону выхода из этого жуткого пристанища странных людей. - Ты частный детектив? - Да, именно так! Я – агент под прикрытием. Я выполняю разного рода заказы, и сегодняшний – не исключение. По району ползли слухи об организованной банде, торгующей наркотиками среди школьников. Нужно было кое-что узнать, вот я и здесь. Только из-за тебя мне пришлось себя раскрыть и теперь мне прилетит от шефа! Дерьмо! - Прости меня. Я не думала, что, побежав за мелким воришкой, попаду в такую неприятную ситуацию. Как я могу исправить всё и помочь? - Помоги лучше себе! – он всё дальше и дальше уходил из середины зала к выходу, готовясь скрыться в одном из переулков. – Будь добра, постарайся не попадать в такие ситуации и держись подальше от этого места. И ещё, забудь всё, что сегодня произошло. Салют. Я буквально не заметила, как его фигура исчезла за поворотом, а мелодия финальных слов перестала играть. Меня окутало необъяснимое чувство опустошения, выжимающее из меня все силы. В порванных и грязных брюках, с окровавленными коленями и разбитой бровью я побрела домой. Хорошо, что мама на работе допоздна и не увидит этот позор. Я сегодня потерпела фиаско, засомневалась в себе и своих планах. Через несколько дней меня ждало одно важное событие, наступление которого встало под сомнение после сегодняшнего происшествия. И зачем я только побежала за этим вором? Кажется, я действительно дура! Ледяная вода приобретала алый оттенок, окрашиваясь от каждой капли моей густой крови, попадающей под струю из крана. Из глаз не заканчивающимся ручьём лились потоки солёных слёз, смешивались с кровью, а затем растворялись в ускользающей сквозь пальцы воде. Лицо того парня, буквально спасшего меня от тяжёлых последствий стычки, до сих пор всплывало передо мной, от этого чувства не получалось скрыться. В аптечке я так удачно нашла квадратный пластырь, идеально подходящий мне по размеру, и налепила его на рассечённую бровь, колени обработала специальным антисептическим средством. Раны заклеить легче, чем раненую душу. С трудом удалось успокоить свою взбушевавшуюся истерику. Процесс зализывания ран прервал скрежет ключа в замочной скважине. На пороге квартиры показалась фигура мамы. - Я даже не буду спрашивать, что опять с тобой случилось. Ты, как обычно, наврёшь мне. – раздосадованная мама, со взглядом, в котором читалось столько отчаяния, жалостливо оглядывала мой силуэт: забинтованные колени, растрепанные синеватые волосы, опухшие заплаканные глаза, мокрые от слёз тонкие длинные ресницы, и огромный белый кусок пластыря на пол лба, из-под которого еле заметно продолжала подтекать кровь. - Да ничего такого не случилось, мам. Я просто упала с лестницы в универе и немного убилась. – веки мои дергались, голос дрожал, каждое слово сопровождали неловкие движения руками, далеко не прибавляющие истории правдоподобности. – А ты сегодня рано с работы. Почему так? - Почти всех больных вчера выписали, осталось два человека. Ночная сменщица подменила, вот я и ушла раньше. Но, похоже, Ева, я не вовремя, да? – мама всё прекрасно понимала, что я опять ей вру о своих похождениях, и что упала я далеко не с лестницы, а снова чей-то кулак упал на моё лицо. Подобные ситуации в нашей семье происходили постоянно, поэтому мама перестала так жёстко на них реагировать. - Ева, послушай меня. – мама подошла ко мне ближе, ухватилась за прядь моих волос, свисающих с лица. Она не могла сдерживать всю ту боль и страх за меня, копившихся в глубине её души. – Я ведь знаю, что ты мне врёшь. Ты явно делаешь это во благо, чтобы меня не волновать лишний раз, но, думаешь, я такая глупая и ничего не понимаю? - Мама, я действительно не хочу тебя расстраивать, ты и так терпишь меня вот такую! - Интересно, - мама внезапно заулыбалась, её голос стал бодрее и мягче, словно она сейчас пустится в пляс. – а если бы твои однокурсники узнали о твоей двойной жизни, насколько бы изменилось их мнение о тебе? - Ахах! Надеюсь, они никогда обо мне ничего не узнают! Не те это люди, мам, кому можно открыться. Пусть продолжают думать обо мне, как о ботаничке, которая всё время в книгах сидит. А свои настоящие цели я привыкла держать при себе. - Ты не передумала всё-таки насчёт агентства? – голос мамы снова стал тревожнее. – Конечно, отец хотел, чтобы ты там работала, но не рановато ты хочешь загрузить себя этими проблемами? - Нет, мама, я решительно настроена! Ради отца и памяти о нём, я устроюсь в это агентство и буду приносить пользу! После сегодняшнего случая я немного засомневалась, что уж тут греха таить. Но быстро выкинула из головы все сомнения. Через пару дней я иду туда подписывать контракт и меня никто не остановит. Даже ты, уж прости! До самой ночи я ходила по дому, как в воду опущенная, тряслась при каждом столкновении с мамой взглядами. Я чувствовала ужасный стыд перед единственным близким и неимоверно дорогим для меня человеком. Мой выбор пути был похож на предательство матери. Сначала нас оставил отец, теперь моя жизнь под угрозой. Какая я эгоистичная и жестокая! Ненавижу себя за это!