Часть 1. Глава 1. Далия Дарс

Часть 1

Не существует в мире беспредельной темноты, Ведь даже с чёрных дыр лучи идут обратно. И свет не абсолютен, впрочем, как и я, и ты, На всех, включая солнце, можно найти пятна. Дмитрий Эйт

Глава 1

Ошибок не бывает. События, которые вторгаются в нашу жизнь, какими бы неприятными для нас они ни были, необходимы для того, чтобы мы научились тому, чему должны научиться (Р. Бах)

      Ветер. Он был повсюду — будто что-то живое, зловещее, проникающее в каждую щель, каждый угол. Он выл в узких коридорах, словно пытаясь вырваться наружу, но не мог. Его голос был низким, протяжным, как стон раненого зверя. Он скользил по холодным каменным стенам, лишённым жизни, свистел в металлических дверных проёмах и пел свою, одному ему известную, тоскливую песню.       Молодой человек шёл по тёмному коридору в сопровождении двух мерзких охранников. Тусклое освещение, исходящее от редких магических факелов, делало это место и без того мрачным. Двое мужчин, шедших вместе с ним, ничего не говорили, только изредка бросали друг на друга тревожные взгляды. Дойдя до лестницы, они спустились вниз, в подвалы, где прежний сумрак совсем сгустился, а воздух похолодел минимум на несколько градусов. Пыль поднималась порывами ветра, смешиваясь с холодным воздухом, и юноша почувствовал, как она оседает на его коже, словно пепел. Молодой человек слегка поёжился, когда холод проник под его мантию. Проведя детство в мэноре, огромном особняке с сотнями комнат и обширными подвальными помещениями, а позже живя в подземельях Хогвартса, Драко Малфой так и не привык к холоду.       Погрузившись в собственные мысли, Драко не заметил, как охранники свернули в последний раз и остановились перед огромной решёткой. Ему было велено присутствовать на допросе одного из недавно пойманных членов Ордена Феникса. Он не знал, кто это будет и зачем потребовалось его присутствие, но ослушаться приказа не мог. Вообще Пожиратели смерти часто присутствовали на допросах, имея возможность насладиться пытками и увечьями беззащитных жертв, но Драко к этому не питал тёплых чувств. По правде говоря, он терпеть не мог смотреть, как калечат других, и уж тем более ненавидел, когда ему самому приходилось делать это. Но выбора ему не предоставляли: он — Малфой, в прошлом самый молодой Пожиратель смерти, а ныне один из ближайшего круга Тёмного лорда. Он должен. Должен мучить, пытать и убивать людей. Должен, чтобы выжить в этой бессмысленной войне. Должен, потому что другого выбора у него нет.       Один из охранников вытащил свою волшебную палочку, взмахнул ею и произнёс какой-то пароль, после чего дверь темницы с оглушительным скрипом отворилась, и все трое вошли в коридор, по обе стороны которого располагались камеры пленных. Перед шестой камерой слева охранники остановились, отворили решётку и пропустили Драко вперёд.       — Дарс скоро будет. Развлекайся! — сообщил охранник, окидывая пленного отвратительно довольной улыбкой, и, выходя, закрыл за собой решётку.       Драко ничего не ответил. Окинул презрительным взглядом камеру, хмыкнул и только теперь заметил, что в углу кто-то есть. Пленник выглядел неважно: худой, бледный, с разбитым лицом, на котором практически не было свободного от синевы места, несколько пальцев на обеих руках неестественно изгибались, что, без всякого сомнения, свидетельствовало о том, что они сломаны. Но, несмотря на количество увечий, Драко не мог не узнать пленника. Он много раз видел его, много раз издевался над ним, смеялся ему в лицо и считал самым большим неудачником. Это был Невилл Долгопупс. Его сокурсник, с которым он учился в Хогвартсе, друг Золотого мальчика, а ныне член Ордена Феникса. Определённо у него может быть информация, которая нужна Тёмному лорду.       — Малфой! Не думал, что последнее, что увижу в своей жизни, будет твоя идиотская рожа! — хмыкнул Долгопупс. — Я всё равно ничего не скажу тебе. Они уже пытали меня всевозможными способами, я друзей не предаю.       — Не утруждай себя своей гриффиндорской тирадой. Сегодня не я буду пытать тебя. Мне ни к чему марать руки о таких, как ты. — Драко картинно зевнул и привалился плечом к одной из стен.       Невилл ничего не ответил на это, только слегка прижал покалеченную руку к груди. Драко не знал, как долго этот человек здесь и что с ним будет потом. Хотя нет, последнее он знал точно: никто не уходил отсюда живым.       Время тянулось медленно, Драко было неуютно в компании бывшего гриффиндорца. От этой неожиданной встречи в памяти слишком ярко вспыхнули воспоминания минувших лет: вот он находит напоминалку Долгопупса, после того как тот падает с метлы на их первом занятии по полётам, вот гриффиндорец расплавляет свой котёл на уроке зельеварения, и Снегг так сильно злится, что снимает с перепуганного мальчишки целых тридцать баллов, а все слизеринцы во главе с Драко хохочут в полный голос. Вот Долгопупс на уроке травологии, на его любимом предмете, как помнил Драко, зарабатывает для своего идиотского факультета эти тридцать баллов обратно. Этот пухлый и кривозубый в прошлом мальчишка никогда не отличался особым умом и грацией, но со временем он вырос и стал не таким уж тюфяком. Ведь это именно он мечом отрубил башку этой мерзкой змее Нагайне на их последнем курсе. Истинный гриффиндорец, твою мать. Надо было Волан-де-Морту рубить башку. Может, тогда бы всё уже закончилось, потому что это было неправильно. Это всё было чертовски неправильно.       Его мысли были прерваны шумом, раздавшемся в коридоре. Кто-то шёл тихой и неспешной походкой, постукивая каблуками.       «Дарс», — подумал Драко и, оттолкнувшись от стены, выпрямился во весь рост.       Он не знал эту девушку лично, но очень много слышал о ней. Про Далию Дарс ходили такие легенды, в которые он не мог поверить. Кажется, года три назад она пришла на службу нового Министерства Магии и почти сразу же возглавила Отдел дознания Департамента охраны магического правопорядка, в котором работали лучшие легилименты. Безусловно всё Министерство магии подчинялось режиму правления Волан-де-Морта. Поиск и убийство грязнокровок и полукровок, которые отказывались принять новые условия, оправдывались чистотой крови и нежеланием делить магический мир с недостойными. По сути, это был геноцид чистой воды, но все настолько боялись, что послушно кивали и делали, что от них требуется. Но были и те, кому такое положение дел доставляло массу удовольствия. Драко считал их сумасшедшими, свихнувшимися на жестокости фанатиками, которых он всем сердцем ненавидел и желал скорейшей кончины. Желательно излюбленными ими же способами. К ним он относил самого Волан-де-Морта, свою тётку Беллатрису, брата и сестру Керроу, Яксли, Роули, Долохова, Макнейра и, пожалуй, Дарс. О последней он знал только по слухам, но, учитывая, что это были за слухи, в её жестокости он не сомневался.       Несколько мгновений спустя решётка камеры вновь открылась, впуская в помещение молодую девушку. На вид ей было не больше двадцати. Одета она была в превосходную мантию изумрудного цвета, на ногах — туфли на высоком каблуке. Дарс была стройная, но не очень высокая, русые волосы были уложены в изящную причёску, а лицо показалось Драко невероятно красивым. Возможно, она бы ему даже понравилась, не ходи о ней столько слухов.       Дарс презрительно окинула взглядом камеру, как это сделал сам Драко некоторое время назад, но даже мельком не взглянула на него.       — Зрители! — хмыкнула она и уставилась на пленного.       В её взгляде отчётливо читалась ярость. Она перевела взгляд на стоящих позади охранников, и на её лице появилась какая-то дикая неестественная улыбка.       — Кто сделал с ним это? — Она сделала упор на последнем слове, безусловно намекая на увечья.       Оба охранника напряглись под её взглядом и этой улыбкой. Несколько секунд она ждала ответа, но поняв, что его не последует, медленно вытащила палочку из рукава и направила на одного из них.       — Круцио! — Жёсткий голос грохотом прокатился по всему подземелью.       Охранник, тот который открывал дверь для Драко, истошно завопил, упав на холодный каменный пол камеры. Дарс не сводила с него глаз, а на её лице застыла жуткая улыбка. Казалось, что прошла целая вечность, пока Дарс не оборвала проклятие и крики сменились на жалобные поскуливания. Она неспеша подошла к лежащему на полу мужчине, склонилась над его дрожащим телом и очень медленно, почти по слогам, проговорила:       — Никто не трогает моих пленников!       Охранник издал то ли вой, то ли визг, но Дарс уже выпрямилась и, нацелив на него свою волшебную палочку, без каких-либо колебаний произнесла:       — Авада Кедавра!       Последовала ослепительная вспышка зелёного света, и глаза бывшего охранника застыли в вечном ужасе.       — Приберись здесь! — Лёгким кивком обратилась она ко второму мужчине, который застыл на месте от шока при виде смерти своего напарника, но тут же взмахнул волшебной палочкой и отлевитировал труп из камеры.       Дарс медленно развернулась в сторону пленника и немного прошла вглубь. Улыбка пропала. Её взгляд не выражал ничего. Вообще ничего. Как будто не было этой пытки и убийства секунду назад. Драко стало жутко.       — Так, так, так… — протянула Дарс, обращаясь к пленнику. — Кто тут у нас?       Она подошла почти вплотную к Невиллу и посмотрела тому прямо в лицо. Пленника била крупная дрожь, но он не спешил отводить взгляда. Напротив, он уставился на неё со всем своим мужеством, на которое был способен в данный момент. Дарс внезапно мило улыбнулась ему и провела рукой по щеке, разукрашенной синяками.       — Никто не трогает моих пленников, потому что это мешает моей работе. Видишь ли, Невилл, я пришла узнать у тебя кое-что.       — Я ничего вам не скажу, можете сразу убить меня! — воскликнул Невилл, стряхивая с себя её руку.       — О, тебе и не нужно, дорогой! — растянувшись в улыбке, произнесла Дарс. — Советую не сопротивляться, иначе будет больнее.       С этими словами она подняла волшебную палочку, приставила её к виску Невилла, и тихо произнесла: «Легилименс». Невилл вздрогнул, покачнулся, но остался стоять на ногах. Его глаза стали стеклянными, зрачки не двигались, веки не моргали. Дарс стояла возле него, слегка подёргивала головой и морщилась будто ей вовсе не нравилось, что она видела в мозгах бывшего гриффиндорца. Прошло несколько минут, прежде чем Дарс опустила палочку, а Невилл снова начал моргать и потирать виски изувеченными руками.       — Опять ничего! — крикнула она в ярости. — Он ничерта не знает! Они все бесполезны!       Нетрудно было догадаться, что так взбесило её. Вот уже почти два года Министерство в общем и Пожиратели смерти в частности искали Гарри Поттера по приказу Волан-де-Морта. Уже все давным-давно знали о пророчестве, в котором говорилось, что только Мальчик-который-выжил может одолеть Тёмного лорда. Было поймано очень много пленных, но никто ничего не знал. Золотого мальчика слишком хорошо охраняли.       Драко не знал, что именно случилось тогда в Хогвартсе, когда Волан-де-Морт со своей армией напал на школу. Все надеялись, что эта битва положит конец войне, которая началась много лет назад. Что Мальчик-который-выжил сразится с Тёмным лордом, и кто-то из них умрёт, но всё пошло не по плану. Его хозяин внезапно для всех исчез с поле боя, когда Невилл, тот самый, который сейчас выглядел как кусок отбивной, отрубил голову гигантской змее. Что всё это значило не знал никто. В последующие дни Тёмный лорд был в таком скверном расположении духа, что каждый, кто попадался ему на глаза, оказывался под воздействием заклятия Круциатус. Драко старался избегать пыток, но Хозяин часто вызывал его, чтобы наказать за глупость родителей или за то, что он посмел родиться. А не явиться на зов он не мог. И через несколько месяцев его Волан-де-Морт решил, что необходимо во что бы то ни стало разыскать Мальчика-который-никак-не-умрёт и наконец прикончить.       — Вам его не найти! Никогда! Гарри не сдастся! Он найдёт способ покончить с вами! — выпалил Невилл, немного придя в себя.       Дарс посмотрела на него. Её глаза вновь не выражали ни единой эмоции.       — Ты больше не нужен, — сказала она, делая шаг к нему навстречу. Коснулась кончиком палочки головы Невилла, и тот рухнул на холодный каменный пол. Мёртвый.