Глава 6. Лучший враг

Ну вот хрен я зачитаю

Ублюдку его права!

Квентин Лэнс

      Осенний ноябрьский день выдался удивительно теплым. Возможно, это был последний день в текущем году, когда тускнеющее перед зимой солнце из последних сил пытается обгореть Землю, отдавая последние капли своего тепла. Утром в течение пары часов дул легкий ветерок, который будто бы напоминал жителям Старлинг-Сити, что живут они не в Майами — однако ближе к обеду ветерок стих, тучи разошлись, и осеннее светило подарило людям тёплый вечер, который был просто создан для пикника на открытом воздухе.        — Удивительно хорошая погода, — в который раз удивился Томас Брок, ставя на столик тарелку с нарезанными колбасой и сыром.        — Видишь, как повезло, — улыбнулась жена Тома, Сьюзен, расставляя стаканы. — А ты не хотел собираться.        — Я всего лишь сказал, что придется сидеть в доме, — пожал плечами муж. — А так хотя бы дети немного подышат.       Брок повернул голову и посмотрел на детей — шестнадцатилетнюю Мию и десятилетнего Дика — которые играли с собакой чуть поодаль. Дети радовались возможности провести выходные во дворе без необходимости упаковываться в теплую одежду и пользовались этой возможностью по полной.        — Заодно немного развеем мрачное настроение твоего друга, — Сьюзен указала пальцем на мужчину, готовившего на мангале стейки.        — Да, это точно, — кивнул Том. — Пойду узнаю, как у него дела.       Брок подошёл к мангалу и приветливый тоном спросил:        — Ну что, Квентин, долго ещё будем ждать? Есть хочется.       Лэнс обернулся на голос и произнес:        — Ещё пять минут.        — Не похоже, чтобы ты сильно радовался приглашению.        — Нет, я рад, — Квентин перевернул стейк на решетке. — Просто я отвык от компании. И от друзей.        — Да я понимаю, — Томас поднял руки в примирительном жесте. — Сначала ты бухал пять лет, потом у тебя появился Стрела, сейчас, когда ты снова на него охотишься, тебе нужен новый стимул жить.        — Я не охочусь на него, — Лэнс взял мельницу и посыпал стейки черным перцем.        — Но ты же говорил…        — Я помню, что я говорил! — перебил Тома напарник. — У него свои методы и свои принципы. Сейчас он просто напомнил мне, что это не мои принципы.        — Звучит хреново, — Томас оторвал от готового стейка шкварку и отправил ее в рот. — Я думал, что ты наконец нашел друга.        — Сам виноват, — Квентин пожал плечами. — Вышел из себя и отправил линчевателя казнить человека. Так нельзя.        — Давай хоть сегодня без самобичевания, хорошо? — развел руками Брок и снова посмотрел на играющих детей. — Ты нравишься моим детям, да и жене вроде тоже. Поэтому, во имя твоего душевного спокойствия, пока Лорел не вернулась, будешь нянчить моих детей.        — Ни за что! — Лэнс встрепенулся, чем вызвал звонкий смех напарника. — Я лучше буду лежать перед телевизором дома в одиночестве.       Последняя фраза ещё сильнее подстегнула Тома, и он буквально закатился от смеха. Квентин долго косился на него с угрюмым видом, но наконец не выдержал и тоже улыбнулся.        — Мужчины! — крикнула Сьюзен. — Мы сегодня есть будем?        — Да, дорогая, уже идём! — отозвался Томас, вытирая ладонью проступившие от смеха слезы. — Можете пока рассаживаться!        — Дети! — громко позвала женщина. — Мыть руки и за стол!       Квентин понаблюдал, как Мия и Дик наперегонки помчались к личному умывальнику, и проговорил:        — Может, ты и прав, и мне этого всего не хватает, — он снял с решётки последний стейк и положил его на блюдо, которое Том поспешно взял на руки. — Пора уже выйти из тени.        — Кто знает, — Брок легонько толкнул напарника. — Вдруг ты ощутишь вкус к жизни?             Три недели спустя       — Слушай, Квентин, я понимаю, что ты беспокоишься, но не думаю, что ты можешь давать советы по воспитанию дочери, особенно когда твои собственные тебя никогда не слушались.       Лэнс и Брок ехали по ночной улице города на патрульном «Форде Краун Виктория», бросая непринужденные взгляды на окрестности и ведя повседневный диалог «ни о чем». Патрулирование Складского района было не таким напряженным, как патрулирование Глэйдс, однако о полном расслаблении речи не шло. Со стороны могло показаться, что напарники совсем не глядят по сторонам, а ведут себя так, словно едут по делам, коротая дорожное время за дружеской беседой — однако копы в любой момент были готовы отреагировать на любые неожиданности. Привыкнув к работе в таком режиме, полицейские даже в свободное от службы время волей-неволей обращали внимание на любые подозрительные мелочи. Единственное, что отличало обычный патруль от патруля сегодняшнего, был приказ собирать все возможные сведения, связанные с похищением судьи Грелла, который будто в воду канул пару недель назад. В остальном все шло, как обычно.       Сидеть за рулем в патруле не любил никто: это означало еще одну обязанность, что автоматически тянуло за собой и большую нагрузку, и большую ответственность. Перед заступлением в патруль каждый тандем полицейских проводил свой обряд определения водителя. Кто-то разыгрывал пассажирское кресло в «камень-ножницы-бумага», кто-то подбрасывал монетку, кто-то забавы ради выдумывал идиотские испытания, вроде подложить кнопку секретарю из архивов, и так далее. Квентин и Том были из числа тех, кто предпочитал меняться местами. Сегодня, несмотря на то, что по очереди должен был быть Брок, руль крутил Лэнс. Небольшое пари, заключавшееся в попытке угадать сегодняшний район для патрулирования, привело к тому, что Квентин проиграл и сегодня был вынужден вести машину второе дежурство подряд. Время от времени он тяжело вздыхал, предвкушая долгую ночь, чем вызывал задорное хихиканье Томаса.        — Сара часто сбегала из дома, чтобы погулять с друзьями, — Квентин посмотрела на напарника и вернул взгляд на дорогу. — Не хочу, чтобы у тебя появились из-за этого проблемы.       В салоне воцарилась тишина, которая длилась несколько минут, пока Том, наконец, не ответил:        — Да, но Дик не встречается с миллиардером, который изменяет ему с Мией.       Пару секунд Лэнс переваривал услышанное, после чего его лицо скукожилось, и мужчина прыснул со смеху, следом заулыбался и Брок. Несмотря на очевидную отсылку к трагедии семьи Квентина, последний оценил попытку напарника выйти из ситуации таким образом. Главным катализатором для дружеской шутки послужил его гейский мотив, который так легко вписался в сравнение Сары и Лорел с Дигом и Мией.        — Поехали к Куину, предложим ему выйти замуж за твоего сына, — широко улыбаясь предложил Квентин и включил указатель поворота.        — Поехали, только приданое с него.        — Конечно с него, он же невестой будет.       Фраза вызвала новый приступ смеха, под который патрульная машина повернула на очередную неосвещенную улицу. В окрестностях лаборатории «Стар Лабс» таких улочек было немало, и они, представляли собой настоящую паутину узких и ухабистых дорожек, служивших для того, чтобы добраться до того или иного здания или помещения, и резко контрастировавших с такими же улочками, примыкавших к самой «Стар Лабс», где все было идеально освещено, напичкано камерами и круглосуточно охранялось. Лаборатория была, пожалуй, единственным островком цивилизации и благоустроенности в этом районе. Арендовав, чтобы сэкономить средства, лишь одно помещение, основатель «Стар Лабс», Харрисон Уэллс, смог развить свою компанию до невероятных масштабов, и теперь она занимала участок, равный по площади четырем футбольным стадионам. Уэллс занимался многими отраслями науки, флагманское значение отдавая квантовой физике, и мечтал построить и запустить ускоритель частиц нового поколения.       Именно из-за планов с ускорителем Харрисон не стал переносить лабораторию ближе к Деловому району, где ему удалось бы организовать более эффективную работу с инвесторами: ускоритель априори будет представлять собой опасность, тем более, нагрузка на электросети в Складском районе была ощутимо ниже. Уэллс даже отказался от идеи организовать отдельный головной офис в центре города, так как считал себя, в первую очередь, не предпринимателем, а ученым, и предпочитал находиться в гуще событий. Для строительства ускорителя требовалось еще больше пространства лаборатории и баснословные вложения средств, поэтому «Стар Лабс» занимались менее монументальными разработками и работали по государственным контрактам.       Свет фар светил маленький складской павильон размером с фургон и человека в темной куртке и капюшоне. Присев на корточки, неизвестный возился с замком двери, вполне очевидно, пытаясь попасть внутрь.        — Вот это да, — усмехнулся Том, снимая с панели тангенту громкоговорителя.       Лэнс, тем временем, включил проблесковые маячки и подал знак сиреной, обозначая свое присутствие.        — Полиция! — рявкнул Брок в громкоговоритель.       Неизвестный встрепенулся и помчался прочь по улице. Квентин нажал на газ, и «Форд», взревев мотором, рванул следом, однако взломщик свернул налево и нырнул в узкий проход между двумя заданиями.        — Чтоб тебя! — Вы ругался Лэнс.        — Он бежит к «Стар Лабс», — Том открыл дверь, когда машина остановилась. — Я за ним, а ты давай в обход!       Захлопнув дверь, Брок помчался вслед за неизвестным, а Квентин, секунду посмотрев вслед напарнику, поехал вокруг складских помещений. Прошло всего несколько минут, когда патрульная машина, визжа шинами, остановилась возле офисного здания «Стар лабс», и Лэнс выскочил наружу. Полицейский выхватил из кобуры пистолет и побежал вперед, где, по его прикидкам, Том должен был выйти из складской зоны, однако никто не появился. Спустя время из-за здания послышались выстрелы.       Квентин выругался и помчался на выстрелы, на ходу вызывая диспетчера:        — Диспетчер, это двадцать пять-девяносто, стрельба на территории здания «Стар Лабс»!        — Принято, подкрепление уже в пути, — отозвалась девушка-диспетчер. — Ещё информация есть?        — Выясняем, я свяжусь, когда что-нибудь узнаю!       Лэнс отпустил тангенту, висевшую на плече и, перехватил пистолет двумя руками, выглянул из-за угла здания. И сразу увидел Тома: патрульной осторожно шёл по парковке, внимательно заглядывая за каждую машину, словно выискивая кого-то. Лэнс не замедлил присоединиться, но, едва полицейский побежал к напарнику, из-за одной из припаркованных машин выскочил крепкий мужчина, взмахнул рукой рядом с Броком и бросился наутек.       Квентин несколько раз выстрелил вслед и посмотрел на Тома. Тот выронил пистолет и, положив руку себе на грудь, медленно осел на землю.        — Том! — крикнул Квентин и изо всех сил побежал к напарнику, снова вызывая диспетчера. — Офицер ранен! Офисное здание «Стар Лабс!»       Ответ он уже не слушал, хотя точно уловил тревогу, которую подняла диспетчер в эфире: девушка вызвала дополнительные наряды в подкрепление, а также скорую. Упав на колени рядом с Томом, Квентин увидел страшную рану на груди, из которой рывками сочилась кровь. Брок изо всех сил пытался зажать рану, но это было бесполезно: повредили аорту. С каждой секундой раненый все сильнее бледнел, а руки его ослабевали. Стараясь сделать хоть что-то, Квентин положил руки поверх ладоней напарника и навалился всем телом.       — Держись, Том!       В дальнем конце парковки взревел двигатель. Лэнс поднял голову и увидел отъезжающий черный фургон. Нахмурившись, он разглядел номер и, оторвав окровавленную руку от груди Брока, вызвал диспетчера по рации:        — Подозреваемый: чернокожий мужчина в куртке медного цвета! Находится в черном фургоне, номера штата Вашингтон — гольф, танго, пять, девять, два, ноябрь! Подозреваемый вооружен и очень опасен!       В эфире тут же послышались распоряжения от диспетчера, ориентировки на подозреваемого и на автомобиль. Квентин снова вернул руку на грудь напарника, навалился всей своей массой и отметил, что кровь остановилась. Сначала он обрадовался, надеясь, что так сможет выторговать скорой несколько минут, чтобы успеть спасти Тома, однако, подняв взгляд на лицо напарника, полицейский увидел лишь бледное лицо, замерший в гримасе страдания рот и застывшие невидящий глаза. Брок был мертв.

***

      Три выстрела один за другим потревожили ворон, сидящих на ветках деревьев, и те, выкрикивая на своем языке неведомые ругательства, разлетелись в разные стороны. Для многих присутствующих каждый из этих выстрелов был подобен раскату грома и заставлял вздрагивать всем телом. Прошло всего несколько секунд, и все рации одновременно произнесли хором:        — Офицер Брок, ответьте диспетчеру.       Все знали, что Томас никогда не ответит, но вызов в последний раз был частью традиции. Сразу после вызова гроб с телом покойного стал плавно опускаться в заготовленную могилу. Когда это произошло, Мия Брок, всхлипнув прижалась к матери, Сьюзен, в свою очередь, крепко обняла дочь и ответила рыданиями. Маленький Дик прижался к сестре с другой стороны. Слова тут были не нужны, эмоции говорили все.       Квентин Лэнс, стоявший рядом со Сьюзен, положил руку женщине на плечо и легонько сжал. Ему тоже не нужно было ничего говорить, да и нечего ему было сказать, кроме бесчисленных извинений перед семьей напарника. Никто не винил Лэнса в том, что он еще жив, но самое страшное, что может случиться с выжившим — обвинение самого себя. Именно это и происходило сейчас с Лэнсом.       Когда гроб опустился в могилу и оживились люди, которые должны были эту могилу закапывать, комиссар Нудосердо, стоявший по другую сторону, развернулся и направился прочь. Лэнс, заметив это, тоже стал пробираться через толпу, намереваясь остаться с комиссаром наедине. Догнать Нудосердо удалось уже рядом с дорогой, где стояло множество припаркованных машин.        — Комиссар!        — Да, слушаю, Лэнс, — Нудосердо ответил поникшим голосом.        — Я хочу участвовать в расследовании, — выпалил Квентин.        — Ты больше не детектив, — покачал головой комиссар. — Я ничем не могу помочь.        — Так верните меня в игру! И вообще, кто занимается делом Брока? Я ни разу не видел, чтобы кто-то работал по нему.        — Хилтон назначен на это дело.        — Но он же работает по делу Грелла, — нахмурился Лэнс.        — Вот именно, — Нудосердо развел руками. — Сейчас все занимаются делом Грелла. Мы прилагаем все силы, чтобы его найти.        — То есть, судья важнее убитого копа?        — То есть, судья, может быть, еще жив, — комиссар начал раздражаться. — А Брок уже мертв.        — Сэр, мы с вами оба знаем, что Грелл, скорее всего, уже тоже мертв, — Лэнс покачал головой. — А убийца Тома в любой момент может скрыться. Нужно искать его сейчас.        — Я это понимаю, Квентин, — Нудосердо был хорошо знаком с Лэнсом, а потому решил держать себя в руках. — Но на меня давят со всех сторон. Мэр, СМИ, общественность. Этим людям не объяснишь понятие чести мундира. Прости, но я сейчас ничего не могу сделать, иначе это будет бомба. И всему департаменту придется пройти через ад.       Лэнс вздохнул и опустил голову: примерно такого ответа он и ожидал. Так была устроена бюрократическая машина: убийство простого полицейского висело в газетах странице на десятой, а вот похищение судьи — на первой полосе. Вот, что сейчас интересовало общественность.        — Отдохни недельку, Квентин, — Нудосердо хлопнул Лэнса по плечу. — Это приказ. Мы найдем того, кто это сделал, даю тебе слово.       С этими словами комиссар сел в свою машину, завел мотор и уехал прочь, оставив Квентина посылать ему вслед бессильные проклятия.

***

      В самом начале своей профессиональной преступной карьеры, Рикардо Диас слыл своенравным и очень жестким. Не всем товарищам по криминальному цеху это нравилось, однако Рикардо довольно быстро стал пользоваться уважением и доверием со стороны босса, Яна Тейлора. Некоторое время спустя молодой тогда еще Диас получил разрешение сколотить собственную команду, которая стала началось стремительного роста молодого преступника. Долгое время Рикардо служил боссу верой и правдой, но во время землетрясения в Глэйдс Тейлор находился в самом эпицентре бедствия и погиб вместе с парочкой своих ближайших соратников.       После смерти босса оставшиеся в живых авторитетные элементы банды начали соперничать за власть. Диас не остался в стороне и смог урвать себе внушительный кусок. Соперничая с другими бывшими товарищами, Рикардо оброс верными людьми и стал считаться весомым элементом криминального мира Старлинг-Сити. Конечно, закоренелые боссы мафии захотели убрать выскочку, однако с одним из них Диасу удалось договориться. Этого босса звали Дэнни Бриквелл по прозвищу Кирпич.       Разумеется, Кирпич имел свои планы на криминальный бизнес Диаса, но к тому моменту, как Бриквелл решил прибрать все дело младшего союзника к рукам, выяснилось, что Рикардо в тайне заручился поддержкой другой мощной группировки — китайской Триадой, от которой получил свое прозвище «Дракон». Воевать с китайцами Кирпич не стал, а потому согласился на нейтралитет. В последствии Дракон стал все больше раздражать Бриквелла, но сделать уже ничего было нельзя: банда Диаса стала одной из лидирующих в городе, а потому с ними нужно было считаться. Постепенно Кирпич свыкся с мыслью, что он и Дракон теперь равны, однако каждый раз, когда ему приходилось разговаривать с коллегой, его челюсти непроизвольно сжимались.       Когда Диас с тремя своими соратниками, которые тащили с собой человека с мешком на голове, подошли к дверям кабинета Бриквелла, створки открылись и оттуда вышел чернокожий мужчина в кожаной куртке медного цвета. Когда гость Кирпича проходил мимо, Рикардо внимательно посмотрел ему в глаза. Тот ответил тем же самым, но, не останавливаясь, направился к выходу.        — Рикардо! — раздался голос Бриквелла из кабинета. — Рад тебя видеть!        — Ну конечно, — усмехнулся Диас.       Кирпич вышел из-за своего стола и направился навстречу гостю. Тот, в свою очередь, сократил дистанцию до хозяина кабинета и, игнорируя протянутую руку, подошел в упор и резко выпалил:        — Ты охренел, Кирпич?       Один из телохранителей Бриквелла, который теперь оказался справа за спиной Дракона, выхватил пистолет и наставил его на гостя. Мгновением спустя он сам оказался под прицелом одного из людей Диаса. Рикардо медленно повернул голову на того, кто наставил на него пистолет, и вернулся к собеседнику.        — Я ни слова не сказал, когда твои люди начали убивать посетителей «Верданта», — заговорил гость. — Я даже готов смириться с тем, что ты судью похитил…       Кирпич, молчавший до этого момента, терпеливо дожидаясь окончания речи Диаса, резко перебил:        — Кто тебе сказал, что это я его похитил?        — Не отмазывайся, — усмехнулся Рикардо. — В Старлинг-Сили только у нас с тобой хватило бы наглости провернуть подобное, а я этого не делал.        — Ты ошибаешься, — спокойно парировал Бриквелл. — На него обиженных много.        — Да пофиг. Как я сказал, я был готов закрыть на это глаза, хотя нам всем сейчас крепко влетит. Но мы с тобой договорились, что территорию Графа делим поровну.        — Да.        — Тогда какого хрена, — Диас сделал знак своим людям, и те подтащили связанного человека к нему, заставив встать на колени. — Твой распространитель делает на моей территории?       Рикардо сорвал мешок с головы связанного, и тот затараторил:        — Простите меня, мистер Бриквелл, я долго молчал, но они меня избивали!       Кирпич, собиравшийся было начать игру «Я не знаю, кто это», прикусил язык, и лицо его исказил гнев.        — Будем считать, что опознание прошло успешно, — Дракон бросил мешок на пол. — Что он там забыл?        — Я его туда не отправлял, — покачал головой Дэнни. — Он сам полез.        — Ты его босс. За своих распространителей отвечаешь ты. Вот и разберись. Два килограмма, которые он пер с собой, я заберу как компенсацию. А что ты с ним будешь делать, меня не касается. Рад был повидаться.       Сказав это, Диас развернулся и направился к выходу. Телохранитель Бриквелла все еще продолжал держать гостя под прицелом, но, проходя мимо, Рикардо резким ударом ладони по пистолету отвел руку с оружием в сторону и жестко ударил того головой в лицо. Телохранитель упал, а Дракон со своими людьми спокойно покинули помещение, предварительно закрыв за собой дверь.       Кирпич, нахмурившись, посмотрел на распространителя, затем на поверженного телохранителя и жестом позвал еще одного из своих людей. Когда тот подошел, Дэнни достал из его кобуры пистолет, снял с предохранителя и, не давая связанному времени оправдаться, выстрелил ему в голову.        — Рейнальдо! Ты там живой? — спросил Бриквелл, отдавая оружие владельцу.        — Да, фэр, — пробубнил поверженный сломанным носом.        — Генри, избавьтесь от тела и отвези Рейнальдо в больницу, — распорядился Кирпич и направился за свой стол.        — Да, сэр, — отозвался тот, из чьего оружия был убит распространитель.       Бриквелл уселся за стол и молча наблюдал, как телохранители выволакивают из кабинета труп. Когда дверь закрылась, он с размаху стукнул кулаком по столу и прошипел сквозь зубы:        — Чертов Диас!

***

      Смеркалось. Старлинг-Сити в очередной раз погружался во тьму. Бар «Кридиа» находился в Южном округе на границе с Глэйдс. Однако, несмотря на, казалось бы, удачное расположение, заведение не пользовалось такой популярностью, как, например, бар «У Мо» в Глэйдс, в котором привыкли выпивать заводские рабочие, а потому поток посетителей можно было назвать почти предсказуемым. Сейчас у стойки сидел лишь один мужчина, хотя в это время здесь могло и вовсе не быть гостей — основная масса наберется ближе к ночи.       Мужчина за стойкой практически лежал на ней, его левая рука стояла локтем на гладкой древесине, а кисть подпирала голову. Указательный и большой пальцы правой руки удерживали тонкую соломинку, через которую мужчина пил виски с колой — его излюбленный напиток, когда хотелось только одного: напиться. Казалось вот-вот и нетрезвый мужчина свалится на пол, соскользнув по скользкой поверхности стойки, однако гость, несмотря на количество выпитого, все еще оставался в сознании. Сказывался богатый опыт.       Квентин Лэнс выбрал этот бар давным-давно из-за слабого потока посетителей, и с тех пор в течение долгого времени бармен Дезмонд Майлз практически каждый вечер был единственным, кто видел полицейского во всех стадиях алкоголизма. Когда Лэнс узнал о крушении «Гамбита», он первым делом собрался пропустить стаканчик за упокой тех, кто находился на борту, но пару часов спустя он уже сидел дома в одиночестве и заправлялся виски уже по-взрослому: он узнал, что его дочь тоже была на борту. После нескольких скандалов дома Квентин стал искать место, где он смог бы коротать время, заливая свое горе, и нашел бар «Кридиа».       Какое-то время конспирация помогала. Квентин просто приходил домой изрядно пьяный и заваливался спать. Его жена, Дина, терпела очень долго, пыталась как-то повлиять на мужа вместе с дочерью Лорел, однако все было без толку. В конечном итоге, Дина ушла, оставив бывшего мужа наедине со своим одновременно лучшим другом и страшнейшим врагом — алкоголем.       Несмотря на, казалось бы, безнадежную ситуацию с пристрастием к выпивке, со временем Лэнсу удалось поставить мозги на место. Лорел, привыкшая забирать пьяного отца из бара, в один прекрасный момент обнаружила в его стакане просто колу, чему была немало удивлена и несказанно рада. И вот уже несколько месяцев Квентин не появлялся в этом баре, однако горе от убийства напарника, помноженное на низкий приоритет расследования, привело к тому, что заправка алкогольного бара началась с новой силой.       Дезмонд, привычно перебиравший каналы по телевизору, в какой-то момент наткнулся на местные новости.        — Расследование продолжается, и полиции пока не удается найти следов убийцы Томаса Брока… — донеслось из динамиков телевизора.        — Нет, — протянул заплетающимся языком Квентин. — Выключи это, пожалуйста.        — Как скажешь, старик, — Майлз не стал спорить и включил музыкальный канал.        — Спасибо…       Бармен положил пульт и подошел к стойке. Какое-то время он молча стоял, глядя на постоянного гостя, не решаясь завести разговор.        — Он ведь был копом, — наконец произнес Дезмонд. — Почему ты не поминаешь его вместе с коллегами?       Лэнс поднял пьяные глаза на Майлза, в которых, помимо процентного содержания алкоголя в крови, постепенно приближавшегося к смертельному значению, отчетливо читалось удивление. Виданое ли дело, бармен сам завел разговор! Обычно представители этих профессий только слушали, а если пьяницы молчали, рот не открывали.        — А им насрать, — протянул Квентин.        — Как это?        — А вот так, — с видом знатока выдавил из себя Лэнс. — У нас же судья пропал. Все детективы занимаются им.       Сказать, что Дезмонд опешил, значит не сказать ничего. Его глаза округлились и увеличились в размерах почти вдвое, а нижняя челюсть упала настолько, что Квентину показалось, что туда пролезет его голова.        — Ты сейчас серьезно? — бармен все еще не мог прийти в себя от услышанной новости.        — Так мне сказали, — гость развел руками и начал цитировать Пайка. — Брок мертв, а Грелл, может быть еще жив.        — С ума сойти, — Майлз покачал головой, достал из-под стойки рюмку и налил в нее виски.       Едва бармен и гость выпили, в баре погас свет. Реакция у обоих мужчин была диаметрально противоположной. Дезмонд начал оглядываться по сторонам, пребывая в смятенном состоянии, Квентин же рассмеялся злорадным и злодейским смехом одновременно.        — Ну надо же, явился, все-таки, — Лэнс хрюкнул, втянул в себя виски через соломинку и махнул рукой, глядя на Майлза. — Не парься, это ко мне.        — Кто? — глаза бармена стали еще больше, а в голове появилась мысль, что у гостя белая горячка.       Ответа он так и не дождался, но вместо этого открылась входная дверь и в помещение вошла темная фигура. Когда вошедший сделал несколько шагов к стойке, Дезмонд смог разглядеть капюшон и стрелы, торчащие из-за плеча. Майлз стал нервно оглядываться, лихорадочно вспоминая, куда он дел телефон, найти который в полумраке было сложно.        — Я же сказал: не парься, — Квентин поднял руку. — Почему-то я не удивлен, что ты пришел, — он сделал еще глоток виски. — Только не могу понять, почему.        — Детектив, — отозвался линчеватель. — Мне жаль, что ваш напарник погиб.        — Да, всему участку тоже, — Лэнс рассмеялся и развернулся на стуле. — Только вот в твоей фразе я слышу некую толику искренности, а вот в их — нет, — мужчина продолжил громко смеяться над ситуацией. — Какая ирония! Мой напарник погиб, а единственный, кто пришел меня поддержать — мой враг!       Смех Квентина сначала стал истерическим, но постепенно становился все тише и грустней. Стрела не шевелился и не произносил ни единого звука, ожидая, пока полицейский справится с шквалом эмоций. Бармен тоже молчал, словно воды в рот набрал. Он смотрел на Лэнса, время от времени переводя опасливый взгляд на лучника. Наконец, Квентин успокоился, вздохнул и сделал пальцами знак Майлзу.        — Налей ему тоже за мой счет, — пьяный гость указал большим пальцем себе за спину, пытаясь в свету, падающем из окна, разглядеть льющийся в стакан виски.       Дезмонд достал из-под стойки чистую рюмку, наполнил ее и только после этого налил в стакан Лэнса колы и бросил два кусочка льда. Подумав, он наполнил рюмку и для себя.        — Помянем, — Квентин поднял стакан и, игнорируя соломку, сделал глоток.       Майлз не решался взять рюмку, пока Стрела не сделал шаг к стойке и не поднял свою. Он резко выдохнул и залпом выпил напиток. Лэнс, который наблюдал процесс, усмехнулся: от пьяного взгляда полицейского не укрылось, что линчеватель просто вылил содержимое рюмки себе в рот, не касаясь губами стекла.        «Разумеется, — пронеслось в мозгу копа. — Он знает, что так его можно опознать».       Лучник поставил пустую рюмку на стойку и сделал шаг назад, возвращаясь в исходное положение. Только после этого Дезмонд решился тоже выпить, однако он поперхнулся, потому что именно в этот момент в баре снова разнесся искаженный голос:        — Кто это сделал?        — Знал бы я, думаешь, сидел бы тут с вами, козлами? — фыркнул Лэнс.        — Детектив, я могу его найти, и вы это знаете.        — И зачем тебе делать именно это? — Квентин резко развернулся. — У тебя наверняка много других дел! Вон, судью поищи. Ему твои детективные навыки очень пригодятся.       Обида на коллег разыгралась с новой силой, и он, вернувшись в исходное положение, поставил локти на стойку и уронил лицо в ладони. Снова повисло молчание, прерываемое лишь вздохами самого Лэнса.        — Он черный, — сквозь пальцы произнес мужчина. — Был одет в кожаную куртку, и у него оружие… необычное.        — Какое? — в темноте никто не увидел, как Стрела нахмурился.        — Какие-то когти, — Квентин неопределенно изобразил что-то неведомое на руках. — Как у этих… — он закатил глаза, пытаясь ухватиться за ускользающую мысль. — Японских убийц.        — У ниндзя, — подсказал лучник.        — Да-да! — Лэнс ткнул в собеседника пальцем. — Я у них похожие когти в кино видел.        — Тэкко-каги! —неожиданно выпалил молчавший до сих пор бармен, чем обратил на себя внимание. — Так называются эти когти ниндзя. Что? — Майлз уставился на охреневшего Лэнса. — Я много читаю, не только алкоголиков слушаю.        — А с виду не скажешь, что ты умный, — усмехнулся Квентин и обернулся. — Как ты собираешься его…       Но линчевателя и след простыл. Как он умудрился выйти, на глазах у Дезмонда, бесшумно открыв и закрыв дверь с колокольчиком, оставалось загадкой, однако этот факт произвел на бармена неизгладимое впечатление. Минуту спустя в баре включился свет, и последний снова раскрыл рот: он до последнего надеялся, что Стрела просто прячется где-то в темноте.        — А ты как думал, сынок? — Лэнс рассмеялся и залпом осушил стакан. — Видел бы ты, как он меня подкараулил перед участком — в обморок бы упал. Ладно, давай еще одну и домой.

***

       — Что удалось узнать?       Вот уже несколько дней Оливер и Фелисити пытались найти хоть какой-то след того, кто убил Томаса Брока. Куин был крайне раздосадован тем фактом, что полицию Старлинг-Сити больше интересует похищение судьи, чем смерть коллеги. Пока что это создавало больше вопросов.       В попытке найти ответы Оливер назначил встречу с Рэем Палмером прямо в «Стар Лабс», для которой президент и владелец «Палмер Технолоджис» поставлял охранные системы. После разговора с компаньоном по наведению порядка в Глэйдс Куин напросился на небольшую экскурсию и сумел незаметно прилепить жучок к главному серверу лаборатории, чтобы Фелисити смогла подключиться и заполучить видео с камер наружного наблюдения. Именно с них напарники, расположившись в Пещере, и начали свои изыскания.        — Немного, — Фелисити покачала головой и открыла файл, в который собрал все, что удалось узнать. — Он нигде не светился, ни фото, ни отпечатков, ни ДНК, ни свидетелей. НИ-ЧЕ-ГО.       Последнее слово девушка намеренно произнесла по слогам, чтобы подчеркнуть, насколько её выводит из себя тот факт, что она, Фелисити Смоук, не смогла накопать на человека хоть что-то.        — А камеры «Стар Лабс»? — с надеждой спросил Оливер.        — Вот, посмотри, — блондинка открыла другую папку и запустила видео файл.       На экране не показывалось ничего, кроме ряби. Можно было почти отчётливо узнать очертания объектов на местности, заметить какое-то движение, но больше ничего. Запись шла всего несколько минут, и в определенный момент изображение нормализовалось, но к тому моменту рядом с лаборатории остались лишь Брок и Лэнс.        — На других камерах то же самое, — свое раздражение Фелисити уже даже не пыталась скрывать. — Каждый раз, когда кто-то из этих ребят оказывается в кадре, срабатывают помехи.        — Значит, она работает автоматически, — задумчиво потер подбородок Куин.        — Скорее всего, нейросеть, — подтвердила Смоук.        — Но ведь она должна быть на сервере «Стар Лабс», верно?        — Да. И я знаю, что ты спросишь. И мой ответ: нет. Моего жучка раскрыли.        — Раскрыли? — Оливер встал с стула. — К тебе не приведет?        — Нет, — Фелисити покачала головой и слегка улыбнулась. — Я хорошо затерла следы.       Куина эта новость немного успокоила, и он вернулся на исходное место, лихорадочно соображаю, как продвинуться в расследование.        — А машина? Лэнс дал номер.        — Номера — липа, — девушка открыла реестр зарегистрированных транспортных средств. — Это даже не номера с другой машины. Такого номера просто нет, то есть, формально, этого фургона не существует.        — Ориентировки была разослала сразу же, — продолжил рассуждать Оливер, задумчиво глядя в экран компьютера. — Все патрули, что могли, съехались туда. Они остановили кучу черных фургонов, но ни одного искомого.        — Либо они загнали машину в укромное место, либо перекрасили, — Фелисити развела руками.        — «Они?»        — В деле есть протокол опроса Лэнса, — Смоук открыла нужную папку. — Подозреваемых было четверо, но двоих из них застрелил Брок, а двое — включая убийцу самого Брока — ушли.        — Что известно о двоих мертвых?        — Честно? — блондинка глянула на мужчину поверх очков. — Они никто. Их подобрали на улице. Из криминала только мелкие кражи, в банда не состоят. Наняли для дела и все, так что я почти уверена, что третий тоже где-то… — девушка скорчила гримасу, подбирал самое лучшее, по её мнению, выражение. — Плавает.        — Копы обшарили всю округу, — Куин постучал пальцами по столу. — Все укромные места отработали. Но насчет перекраски — это абсурд.        — Почему?        — Машины красят несколько дней. Краска бы просто не успела высохнуть. Так что они как-то смогли выскочить из кольца, — сказав это, Оливер уронил голову, продолжая напряженно думать.        — Или где-то есть что-то вроде гаража, — настаивала Фелисити.        — И они заранее заготовили гараж, чтобы уйти от копов? Лэнс и Брок набрели на «Стар Лабс» случайно, если бы не тот парнишка, все прошло бы чисто. И мы никогда не найдем машину, если она в гараже. Предлагаешь весь Складской район обшаривать?        — Ну, — Фелисити вздохнула, сняла очки и, потерев усталые глаза, вернула их на место. — По оружию тоже ничего. Только по ранениям.        — По ранениям? — мужчина поднял голову и уставился на девушку.        — Да, — Смоук снова полезла в компьютер. — Я сравнила результаты осмотра тела Брока и поискала совпадения в базе Интерпола. Кое-что есть.       Блондинка открыла досье, которое имелось в базе. После непродолжительного чтения Куин скривился:        — Даже на Дедшота было больше информации.        — Он убивал по всему миру, — медленно произнесла Фелисити. — Похоже, Лэнс — первый, кто выжил, увидев его, — она оторвала взгляд от монитора посмотрела на собеседника. — Убийца?       Мужчина на несколько минут задумался.        — Если он выполняет контакт на убийство, — он покусал губу. — Какой смысл ему влезать в «Стар Лабс» посреди ночи? — он повернул голову к девушке. — Никакого. Там только несколько охранников. Кто-то платит баснословные деньги, нанимая первоклассного убийцу из-за какого-то охранника?       Оливер снова посмотрел на экран, пытаясь связать все то, что было написано в документе, с тем, что он услышал от Лэнса.        — Он наёмник, — продолжил Куин. — И в «Стар Лабс» полез не за кем-то. За чем-то.        — Пока жучок был в сети, я даже не смотрела, что хранится на складах, — Смоук развела руками. — Даже методом исключения мы не поймём.       Теперь девушка замолчала, обреченно вздохнув. В Пещере повисла неловкая пауза. Фелисити снова открыла видео и запустила его с начала. Глядя на помехи, появляющиеся на экране одновременно со злоумышленниками, она хмурилась.        — А отфильтровать эти помехи нельзя? — попытался прервать паузу Оливер.        — Нет, помехи создавалась на стадии передачи данных, то есть они — часть видео. У меня другая мысль.        — М-м-м? — поднял бровь Куин.        — Я попробую подтянуть кое-какие связи и выяснить, кто мог разработать нейросеть, которая создаёт эти помехи.        — И?        — И ты наденешь капюшон и пойдешь по списку. Такие программы не валяются в открытом доступе. Разработчик за это деньги получил. И немало.        — Ты думаешь, что разработчик из Старлинг-Сити? Маловероятно.        — У тебя есть частный самолёт.

***

      Звонок телефона заставил Лэнса отвлечься от приготовления завтрака и дойти до аппарата, который остался на тумбочке. Когда Квентин глянул на экран, по его лицу будто прошлись утюгом — настолько быстро оно разгладилось. Звонила его дочь, Лорел. Мужчина улыбнулся и поднес телефон к уху.        — Привет, Лорел, — произнес он.        — Папа! — голос дочери был взволнованным. — Я только сегодня прочитала статью в газете! Ты в порядке?        — Да, малыш, — Лэнс улыбнулся и направился обратно в кухню. — Со мной все в порядке.        — Я страшно испугалась. Прости, папа, что только сейчас об этом узнала и не позвонила раньше.        — Брось, малыш, у тебя и своих бед хватает, — Квентин выключил плиту и уселся на стул.        — Я вылетаю домой сегодня, — заявила Лорел.        — Не нужно, — мужчина вздохнул, поражаясь упрямством дочери. — Я жив-здоров, мне никто не угрожает.        — Но ты снова пьешь, — девушка не спрашивала — она утверждала.       Лэнс усмехнулся: Лорел-то точно знала отца, на все сто процентов, ведь именно ей пришлось разгребать его кризис после смерти Сары. Сейчас мужчина был бы очень рад, если бы дочь была рядом, но заставлять ее прерывать свои планы он не хотел. Во время одного из прошлых разговоров она обмолвилась, что познакомилась с молодым человеком, чему отец был несказанно рад: это означало, что жизнь налаживается.        — Не настолько, — заверил ее Квентин. — Послушай, я не сопьюсь до смерти, и я уж точно не стану искать этого мордоворота в одиночку. Со мной все будет хорошо. Я не хочу, чтобы ты рушила свои планы зря.        — Беспокойство за отца — это теперь называется «зря»? — воскликнула Лорел. — Тем более, мои планы включали возвращение домой.        — Серьезно?        — Да. Мы хотели приехать на Рождество. С тобой хотят познакомиться.        — Этот твой новый бойфренд? — Лэнс усмехнулся. — Не думаю, что он мне понравится.        — Ты его даже не знаешь, — заверила дочь. — Он очень интересуется тобой. Я ему все о тебе рассказала.        — Надеюсь, что не все. А может, ты мне хоть что-то о нем расскажешь?        — Только обещай не пить, — поставив условие, Лорел хихикнула.        — Ах вот он, твое темный план, — Квентин рассмеялся. — Хорошо, обещаю.        — Конечно. Он тебе понравится, потому что он работает в полиции Атлантик-Сити.        — Наконец-то ты встречаешься с нормальными мужиками! — воскликнул Лэнс, которому уже давно надоело, что в любой интрижке дочери так или иначе всплывает Куин. — И кем он работает?        — Он криминалист.        — Может, ты и имя его скажешь?        — Ладно, но большего не проси, — Лорел рассмеялась. — Всему свое время, папа. Его зовут Барри.

***

      Всего четыре дня прошло после похорон Брока - а Квентин уже сидел в патрульном «Форд Краун Виктория» и спокойно ехал по маршруту в Глэйдс. Комиссар Нудосердо приказал капитану Гарри Штайну дать Лэнсу неделю отгулов, однако сам Квентин прекрасно понимал, что не сможет сидеть просто так дома. Поэтому он пришел в участок и стал упрашивать капитана позволить ему выйти в поле. Штайн долго сопротивлялся, но, в конце концов, сдался и направил Лэнса на ночное патрулирование Глэйдс.       Сам Квентин был очень рад возможности отвлечься от траура работой, однако спустя пару часов после начала патруля он осознал, что сидение в одиночестве в машине — не идеальный способ отвлечения. Тем не менее, это было лучше, чем сидеть дома или в баре, заливая свое горе крепкими напитками. Помимо всего прочего, звонок от Лорел наполнил его жизнь новым смыслом. Он был несказанно рад, что у дочери все начало налаживаться, новость об отношениях тоже вселяла надежду. А вишенкой на торте стал тот факт, что Лорел обещала прилететь на Рождество, а поэтому Квентин дал себе установку: полностью прийти в себя к праздникам, чем усиленно и занялся.       Патруль проходил довольно мирно, за вычетом одного задержанного за попытку кражи сумочки. Лэнс в этот момент как раз проезжал мимо. Парнишка так сильно вожделел захватить ценный трофей, что даже не посмотрел по сторонам и не заметил проезжавшую мимо патрульную машину. Отвезя парня в участок, Квентин продолжил патрулирование, которое было на удивление спокойным, учитывая вверенный район.       Так было ровно до тех пор, пока Лэнс не загнал патрульный «Форд» в один из дворов, в котором часто тусовались наркоманы. Дорогу полицейскому преградили два человека. Вынужденно остановившись, Квентин посмотрел в зеркало заднего вида — позади машины тоже стояли двое. Схватившись за тангенту, полицейский уже собрался вызывать диспетчера, как увидел еще одного человека, который, высоко подняв руки, подошел к машине. Когда мужчина вышел на свет фар, Лэнс узнал его, но чего человек хотел добиться, оставалось загадкой. Решив выяснить это, Квентин забил на все правила и вышел из машины, не вызывая подкрепление.        — Доброй ночи, сержант Лэнс, — объявил мужчина. — Меня зовут Рикардо Диас.        — Я знаю, кто ты такой, — Квентин все еще держал руку на рукоятке пистолета. — Чем обязан?        — Хотел спросить, как ваше здоровье.        — Я что, похож на того, кто якшается с типами вроде тебя?        — Отнюдь, сержант, — Диас покачал головой. — Но у меня есть то, что вам нужно.        — Да неужели? — полицейский усмехнулся. — Мне нужно, чтобы ты сейчас сел на заднее сиденье машины и поехал со мной в участок.        — Вот это точно, — Рикардо рассмеялся. — В чувстве юмора вам не откажешь, сержант Лэнс, но я могу дать вам того, кто гораздо важнее меня. Убийцу Томаса Брока.        — Прямо так просто? — Квентин скривился. — По доброте душевной? Или по гражданскому долгу?       Дракон проигнорировал иронию Лэнса.        — Этот хрен работает на Дэнни Бриквелла, — сообщил он. — И я знаю, где он скрывается.        — Ты не ответил, зачем тебе помогать копу?        — Когда я начинал, — Диас вздохнул. — У местных преступников были принципы, правила. Сейчас этого нет. У Кирпича уж точно.        — Сказал бы, что ты хочешь уколоть конкурента — я бы поверил, — скептически фыркнул Лэнс. — А ты лишь пытаешь строить из себя невинную овечку, хотя сам — криминальный босс. Что, он тебя укусил?        — Не настолько, чтобы я так рисковал, — Рикардо протянул листок бумаги.       Лэнс принял листок и заглянул в него. Адрес был написан корявым, но вполне читаемым почерком.        — Чем докажешь, что это не ловушка?        — Моего слова недостаточно?        — Не привык доверять на слово преступникам, — усмехнулся Лэнс, находя забавным тот факт, что Диас решил, будто ему поверят.        — Я могу убить вас прямо сейчас, — развел руками Дракон и окинул взглядом своих людей. — Это проще. Но, как я сказал, я воспитан на старых правилах. Нельзя. Убивать. Копов, — последние слова были сказаны с паузами, которые только подчеркивали важность сказанных слов. — Это просто чудо, что здесь сейчас не звучат сирены. Если погибнешь еще и ты, нас всех подвесят за яйца на фонарных столбах. Без разбору.       Квентин молча слушал монолог криминального босса.        — Я увидел этого чувака случайно, — продолжал Рикардо. — Под описание подходит, только когтей не видел. Это не местный, кто-то новый. И Кирпич дал ему карт-бланш. Что он задумал, я не знаю. Но этот черный чувак еще здесь, — Диас кивнул на листок в руках Лэнса. — По этому адресу.       Полицейский снова ничего не сказал, лишь опустил взгляд на листок в своих руках.        — Я свой гражданский долг выполнил, сержант, — подытожил Диас. — Дальше ваше решение и ваши действия.       Сказав это, Дракон сделал сигнал своим людям, и вскоре на дороге не осталось никого, кроме самого Лэнса. Полицейский сел в машину и какое-то время смотрел на листок. Если Диас сказал правду, значит убийца Тома где-то там. Самым правильным сейчас выглядел вариант сообщить обо всем Пайку и отдать вожжи уполномоченным людям, однако была резонная причина этого не делать: кто-то в участке работал на две стороны. На Диаса или на Бриквелла, было непонятно, однако гнилой коп существовал, и кто это, пока что неясно. Одним звонком он мог легко расстроить захват подозреваемых.       Квентин вздохнул и взялся за телефон: следовало поступить иначе.

***

       — Детектив!       Закатив глаза, Квентин обернулся: Стрела всегда приходил со спины. Он был явно удивлен звонком, но, надо отдать должное, примчался очень быстро. Лэнс даже подумал, что возможно, линчеватель живет где-то в Глэйдс.        — Спасибо, что пришел.        — Вы в порядке? — осведомился лучник.        — Более-менее, — ответил полицейский. — Поможешь мне накрыть этого ублюдка — станет еще лучше.        — А он здесь?        — Я не уверен, — честно признался Квентин и показал листок бумаги. — Мне об этом рассказал Рикардо Диас. Знаешь, кто это?        — Да.        — Он пытался выставить это, будто придерживается каких-то мифических преступных кодексов, но он лжет, — Лэнс махнул рукой. — Они с Кирпичом конкуренты. Хочет побольнее ужалить.        — Какой именно склад? — Стрела повернул голову.        — Вот этот, напротив, — полицейский показал пальцем.       Лучник проследил за жестом Квентина и посмотрел на склад, после чего спросил:        — С чего вы взяли, что он не лжет?        — Думаю, есть один способ проверить, — Лэнс направился в сторону интересующего его здания и уже на ходу продолжил. — Ты идешь?       Линчеватель молча двинулся вслед за патрульным. Вдвоем они пересекли улицу и подошли к воротам, в которых была прорезана дверь. Квентин понимал, что она заперта, но все же дернул за ручку.        — Придется постучаться по-взрослому! — раздалось за спиной.       Лэнс обернулся и увидел, как линчеватель растягивает лук, раздвигая телескопическую стрелу.        — А если мы ошиблись? — воскликнул патрульный, резво шарахаясь в сторону.        — Тогда валите все на меня! Я уже статей нахватал на пожизненное, — Стрела опустил тетиву, боеприпас с характерным звуком пробил дверь и остался торчать в ней, уперевшись в металл зарядом на древке. — Если поймают.       Прошло пара секунд, и стрела взорвалась, срывая дверь с петель и вминая ее внутрь. Квентин с пистолетом наготове первым вбежал внутрь, лучник последовал за ним.        — Кажется, мы пришли по адресу, — заметил полицейский, указывая на черный фургон, на номерах которого значилось: «GT592N».        — Похоже, Фелисити была права, — кивнул Стрела. — Они заранее подготовили этот склад, чтобы быстро уйти в случае проблем.        — Эй, вы кто такие? — раздался окрик.       Окрик принадлежал мужчине, который стоял на втором этаже склада, свесившись через перила. Лэнс вскинул пистолет, но, разумеется, линчеватель его опередил. Щелкнула тетива, и мужчина, получил стрелу прямо в голову, завалился на спину. Тем временем, к перилам с обеих сторон склада стали выбегать новые охранники. Лучник толкнул Квентина вперед, под защиту кузова фургона, и сам нырнул следом.        — Их ваша форма не остановит, — произнес он, стараясь перекричать шквальную стрельбу. — Хотите выжить — придется драться по-моему!        — А то я не понял! — съязвил патрульный.       Стрела выхватил из кармашка светошумовую гранату и швырнул ее в пол за фургоном, крикнув:        — Вспышка!       Когда граната взорвалась, напарники вышли из укрытия. Лучник сделал один за другим два выстрела, каждый из которых нашел свою цель на втором этаже. Квентин быстро снял одного, но еще двое инстинктивно отпрянули от перил, уйдя с линии огня. Патрульный пробежал вперед, где из-за ящика выскочил еще один злоумышленник. Увидев полицейского, тот вскинул пистолет, но Лэнс оказался быстрее. Когда мужчина упал, Квентин быстро двинулся дальше.       Заметив еще одного преступника на втором этаже со стороны Лэнса, Стрела быстро отправил его заливать пол кровью. В этот момент из двери рядом выскочил еще один неизвестный. Стрелять было поздно, поэтому лучник рванул навстречу, ударом лука отвел оружие в сторону и пробил правый боковой в голову. Не дожидаясь, пока противник придет в себя, линчеватель ударил его наотмашь правой рукой и добавил кастетом лука, заставляя мужчину развернуться. Ударом ноги заставив противника упасть на колени, Стрела нанес резкий и мощный удар коленом в спину, ломая позвоночник. Оставив преступника на полу, он вошел в дверь и помчался вверх по лестнице.

***

       — Девять-один-один, что у вас случилось?        — Здесь кто-то стреляет! — голос некоей женщины практически срывался в крик.        — Мэм, пожалуйста, спокойнее. Вы слышали выстрелы?        — Весь Глэйдс их слышит! Я не знаю, где конкретно, но раздался взрыв, а теперь идет стрельба!        — Мэм, спокойнее. Вы можете назвать свое имя?       — Нет, до свидания!       — Мэм? Мэм?       Но женщина уже бросила трубку. Само по себе это событие не было из ряда вон выходящим: люди часто отказывались называть себя, предпочитая совершать анонимные звонки, однако здесь не было сказано ни адреса, ни ориентиров для поиска. Только район — Глэйдс. Все это смахивало на розыгрыш, но диспетчер все равно была обязана отправить патруль, чтобы проверить. Еще несколько диспетчеров в зале тоже положили трубки. Старший смены вдруг поднял руку и громко заявил:        — Стрельба в Глэйдс! Кто тоже принял вызов об этом?       — Я! — несколько диспетчеров подняли руки в ответ.       — Ясно, там что-то серьезное, — начал давать указания старший смены. — Направляем туда все машины, находящиеся в радиусе трех миль! Нужно определить конкретное место. Будьте готовы вызвать спецназ и скорую! За работу!

***

      До вершины лестничного марша остался всего метр, когда на него выскочил еще один злоумышленник. Лэнс рванул вперед, резко развернулся вправо и вытянул руку с оружием, чтобы достать его, но тот сделал то же самое. Противники стояли, прижавшись вооруженными руками, и дула обоих пистолетов смотрели на них. Преступник выстрелил первым, но Квентин наклонил голову влево — пуля свистнула, пройдя мимо. После этого на спуск нажал уже патрульный, но неизвестный сделал то же самое. Лэнс резко опустил руку и ударил основанием левой ладони по кисти злоумышленника, выбивая оружие из рук. Тот не растерялся и схватил правую руку Квентина, когда та снова попыталась найти цель. Началось силовое противоборство, в котором преступник выигрывал.       Он развернул полицейского спиной к себе и стал сгибать руку, наводя пистолет Лэнса ему в голову. Патрульный, в свою очередь обеими руками пытался этого не допустить. Квентин поднял ногу и лягнул преступника в колено. Тот охнул, но хватку не ослабил. Тогда полицейский резко мотнул головой, нанося удар в лицо, слегка развернул корпус и нанес удар локтем в голову. Хватка чуть ослабла, и Лэнс рывком выдернул руку из захвата. Отступив на шаг, патрульный развернулся и тремя выстрелами поставил в дуэли точку.       Выхватив из кармашка на ремне новый магазин, Квентин вбил его вместо старого, который, в свою очередь, отправился в карман куртки, и осмотрелся. На площадке лежали два трупа: одного убил сам Лэнс выстрелом снизу, в груди второго торчала стрела — это постарался напарник. В стене имелся дверной проем, который вел в помещение дальше, и патрульный, с оружием наготове, двинулся туда.       Осматриваясь по сторонам, полицейский выискивал цели, и удар из засады не был неожиданностью, просто Квентин не успел. Пистолет страшным ударом был выбит из рук. Лэнс смог поднырнуть под второй удар и даже успешно контратаковал, парировав один коготь и пробив прямой в голову противника, но второй коготь порезал куру. Патрульный вскрикнул и, пытаясь разорвать дистанцию, подставил спину, в которую тут же прилетел жесткий пинок. Лэнс упал к стене, развернулся и уселся, зажимая рану на руке.        — Я тебя помню, — заговорил незнакомец. — Ты был в «Стар Лабс». Как ты нашел меня?        — Феи подсказали, — съязвил Квентин, за что тут же получил удар ногой в лицо.        — Шути-шути, — мужчина наклонился, читая бирку с фамилией. — Сержант Лэнс. Где твое подкрепление? Нету. Всем насрать на твоего напарника. Бедный Лэнс. Совсем один.       Сказав это, неизвестный размахнулся, намереваясь пронзить полицейского когтями, но инстинкт внес коррективы в план. Мужчина резко отпряну назад, и стрела, пущенная на опережение, пролетела мимо.        — Он здесь не один! — раздался громогласный голос.       Незнакомец рванул к новому противнику. Ему нужно было преодолеть всего три метра, но Стрела успел выстрелить дважды — оба выстрела были отражены когтями. Уходя от выпада, лучник отступил назад, на площадку, с которой вели огонь злоумышленники, и противники исчезли из поля зрения Лэнса. Полицейский покрутил головой в поисках своего пистолета и нашел его. Стиснув зубы, он нашел в себе силы подняться и доковылять до оружия. Затем, протяжно застонав, заставил себя наклониться и подхватить пистолет в левую руку — правая была порезана и почти не слушалась.       Доковыляв до проема, Квентин стал свидетелем того, как Стрела выбрасывает неизвестного чернокожего через перила вниз. На его рукаве виднелись следы от когтей, красный цвет которых резко контрастировал с зеленым цветом куртки, однако непохоже было, чтобы линчевателя это хоть сколько-то волновало. Он оперся рукой о перила и перемахнул следом.       Приземлившись, Стрела огляделся по сторонам. Разумеется, противник скрылся: здесь было не слишком высоко, чтобы разбиться, но скорость все же поражала воображение. Неизвестный мог двигаться практически бесшумно и очень быстро.        — Зря ты пришел сюда, — раздался голос.       Лучник осмотрелся: акустика помещения не позволяла точно определить, откуда исходил голос, оставалось только гадать. Повинуясь инстинктам, Стрела сделал шаг в сторону, и смертельный удар, направленный в шею, прошел мимо, лишь полоснув по руке. Чернокожий, не замедляя бега, тут же сместился, и ответный удар прошел мимо. Линчеватель выпустил стрелу вслед, но неизвестного и след простыл.        — Тебе не хватает скорости, — продолжил свои издевательства противник.        — А я ни от кого не убегаю, — ответил лучник.        — Я лучше тебя, ты проиграешь!       Поведение чернокожего напоминало поведение тигра: он бесшумно наматывал круги рядом со своей жертвой, заставляя его искать, это ожидание давило на нервы, выводило из равновесия, вынуждало ошибаться. И когда внимание жертвы рассеивалось, тигр наносил свой смертельный удар.       Стрела чуть присел, ушел чуть вправо и с разворотом влево махнул луком наотмашь. Человек-тигр, который в этот момент атаковал, получил хлесткий удар упругим материалом прямо в солнечное сплетение и от неожиданности и боли наклонился вперед.        — Даже будь я слеп! — линчеватель выпрямил ноги, одновременно нанося апперкот в голову противника. — Глух! — два размашистых удара подряд плечами лука в голову. — И без обеих ног! — мощный удар всей подошвой в грудь оппонента. — Тебе со мной не тягаться!       Человек-тигр отлетел назад, ударившись спиной о стену. Из его легких выбило остатки воздуха, он пытался отдышаться, но каким-то чудом оставался на ногах. Стрела оскалил зубы, перебросил лук в правую руку и, сократив дистанцию, нанес прямой удар в голову противника. Словно камешки, по бетону покатились выбитые зубы, и мужчина, обливаясь кровью, осел на пол. Схватка была окончена.       Лучник повернул голову и увидел Лэнса, который с трудом шел — было видно, что ему досталось.        — Как вы, детектив? — спросил Стрела.        — Староват я для этих дел, — невесело усмехнулся Квентин, подходя к поверженному незнакомцу.       Линчеватель сделал шаг назад, пропуская полицейского. Тот встал напротив и некоторое время стоял без движения, глядя на убийцу своего друга.        — Если хотите, — лучник снял с предплечья дротик и протянул его Лэнсу. — Можете свалить все на меня.       Полицейский обернулся и посмотрел на протянутое оружие. Если хотите. Это единственное, чего Квентин хотел, он жаждал этого всеми фибрами своей души, просыпался с этой мыслью, засыпал с ней же. Жажда мести за жену, оставшуюся вдовой, за детей, оставшихся сиротами — вот что уже долгое время толкало его вперед. И если бы тогда, несколько дней назад, Лэнс точно так же стоял бы перед убийцей Брока, убил бы, не задумываясь.       Тогда. Но сейчас ему позвонила Лорел. Она напомнила ему, что в этом мире есть люди, которым небезразлично, что происходит в его душе. А Стрела напомнил, что есть люди, которые готовы рисковать ради него. И готовые подставиться ради него.        «Я линчеватель! А вы — коп!» — пронеслось в голове Квентина.       Подумав, Лэнс покачал головой. Лучник, который, казалось, именно этого и ожидал, с готовностью убрал дротик на место. Полицейский присел, снял с пальцев преступника когти и, достав наручники, пристегнул его к погрузочной петле ящика, стоявшего поблизости. После этого он подобрал оружие и продемонстрировал напарнику.        — Видел когда-нибудь подобное?        — Нет, — Стрела покачал головой.        — Видя некоторых оригиналов, я думаю, что ты не настолько и психопат, — усмехнулся Квентин, разглядывая пятна крови на оружии.       Патрульный огляделся и увидел пластиковую бочку, на которой было написано «Азотная кислота». Также была приведена химическая формула. Недолго думая, Лэнс двинулся к бочке, сбросил с нее крышку и решительно бросил когти в кислоту. Вещество зашипело, вытравливая клинки и стирая с них все следы, секунду спустя оружие стукнулось о днище бочки. Понимая, что лицо под капюшоном сейчас смотрит на него, патрульный произнес:        — По крови тебя бы опознали. А я больше не хочу знать, кто ты такой. Пускай теперь криминалисты сами думаю, как их достать.       Вдалеке послышался вой сирен: полиция была на подходе.        — Вали отсюда, — Лэнс указал головой на выход. — Я разберусь.       Стрела кивнул и покинул помещение.

***

      Комиссар Нудосердо, капитан Штайн и лейтенант Пайк стояли в кабинете капитана и выслушивали объяснение Лэнса по сегодняшней стрельбе. Полицейские были немало удивлены, когда увидели его там, а потому вопросов было немало.        — Так что ты там делал, Лэнс? — спросил комиссар.        — Сэр, вы же бакалавр юриспруденции, — ответил патрульный. — Вы образованный человек, и вам не нужно выслушивать одно и то же третий раз подряд.        — Не хами, Лэнс! — грозно произнес капитан. — Отвечай на вопрос.        — Я уже сказал, — Квентин пожал плечами. — Я услышал взрыв, прибыл на место, там стрельба, заглядываю внутрь — а там Стрела мочит гопников, среди которых этот когтистый убийца Брока.        — И ты не вызвал подкрепление? — уточнил Пайк.        — Но все равно ехали же уже. Выстрелы полгорода слышали.        — Лэнс! — Штайн снова глянул на сержанта испепеляющим взглядом.        — Оставьте его в покое! — раздался властный голос.       Все посмотрели на дверь кабинета, у которой стоял мэр Старлинг-Сити, Кристиан Альтман. Он подошел к Лэнсу и протянул ему руку.        — Поздравляю, детектив, — произнес он и, глядя на изумленное лицо Квентина, пояснил. — Все верно, я не ошибся. Вы снова детектив. Идите, лечитесь, а потом — за работу.        — Спасибо, сэр, — только и смог выдавить из себя Лэнс, после чего покинул кабинет.        — Сэр, при всем уважении… — начал было Нудосердо.        — О каком уважении может идти речь, — прервал его мэр, — если вы на лучшего копа участка наезжаете? Да, вы не ослышались, я сказал, на лучшего копа! Вот, полюбуйтесь!       С этими словами Альтман швырнул на стол пачку бумаг.        — Это анализ работы департамента за квартал, — объяснил мэр. — У вас раскрываемость упала вдвое! Честно скажу: я знать не знал о вашем Лэнсе, пока мне Кейт Спенсер о нем не рассказала и не дала свою рекомендацию для его повышения. А теперь он задержал убийцу копа! Это рекомендация от меня. Нудосердо! Ты после такого не дашь ему свою рекомендацию?       Комиссар только посмотрел на мэра очумелыми глазами.        — Сэр, Лэнс работал со Стрелой, — попытался объясниться Штайн.        — Который один делает для города больше, чем весь департамент вместе взятый, — отрезал Альтман. — Ну так что притих, Нудосердо?       Комиссар думал недолго.        — Да, сэр. Я думаю, Лэнс заслужил повышение, Штайн, — сказал он. — Выдай ему значок.        — Есть, сэр, — капитан вздохнул, однако такое представление отрезало для него любые пути к противоборству.        — Отлично, — кивнул Альтман. — Нудосердо, на два слова.       Мэр и комиссар покинули кабинет, а капитан и лейтенант так и остались стоять, глядя друг на друга.

***

      Лэнс вышел из участка и вдохнул холодный зимний воздух. Появление мэра было неожиданным, а его речь и вовсе странной. Квентину начинало казаться, что все, что делают окружающие его люди, делают это с какой-то целью. Альтман приехал лично, чтобы заставить комиссара повысить патрульного? С чего бы это? Конечно, благодарность Спенсер могла сыграть свою роль, но ведь прокурор могла просто позвонить Нудосердо и все решить. При чем здесь мэр?       Лэнс вздохнул, ощупал раненую руку и направился прочь. Сегодня полицейский не собирался торчать в баре, он поедет домой и постарается выспаться. Квентин свернул направо и двинулся по дворам, намереваясь выйти по короткому маршруту к стоянке такси.        — Гроза надвигается, — раздался откуда-то сверху голос.       Лэнс поднял голову и увидел Стрелу, сидевшего на площадке пожарной лестницы на корточках.        — Ага, — скривился Квентин. — В декабре.        — Я не о погоде, — линчеватель поднялся.        — А о чем?        — В городе что-то происходит, детектив. Пока не знаю, что именно, но это я выясню.        — А по-моему, все как всегда, — Лэнс огляделся и, увидев то, что искал, решительно уселся на бетонное ограждение.        — Пару лет назад навредить судье никто не решился был.        — Пару лет назад и тебя тут не было, — парировал полицейский. — А преступления происходили всякие.       Лучника, казалось бы, совсем не обескуражил такой ответ.        — Вы не хуже меня понимаете, почему у Грелла начались проблемы, — произнес он.        — Имеешь в виду суд над Куин?       Квентин, разумеется, сразу сложил этот пазл в одну кучу, однако никаких достоверных улик и аргументов у него не было, только догадки, основанные на наблюдениях. Каждую их этих догадок можно подтвердить, сопоставив последние события, однако и опровергнуть их труда не составит. Для того, чтобы с полной уверенностью говорить о мотиве преступления, не хватало крепких улик.        — Именно.        — Грелл — судья, — Квентин упорно избегал упоминания судьи в прошедшем времени, хотя понимал, что он, скорее всего, мертв. — У него всегда куча недоброжелателей.        — И какова вероятность, что один из них запланирует свою месть именно на тот момент, когда Грелл примет непопулярное решение? — с нажимом спросил Стрела.        — Небольшая, — согласился полицейский. — Но даже если исключить всех остальных, у пятисот четырех погибших в Глэйдс могут быть тысячи друзей. Подозреваемых немало.        — Возможно, начать стоит с нашего тигра, — линчеватель указал пальцем на участок.        — Хилтон обмолвился, что его опознали по отпечаткам. Его зовут Бенджамин Тернер. Диас сказал, что его нанял Дэнни Бриквелл.        — А Диас что, настолько надежен?        — Вообще ни разу, — Лэнс поднялся со своего «стула». — Но банда Бриквелла растет, как раковая опухоль после землетрясения. Это повод на него взглянуть.        — Нужно понять, зачем Тернер полез в «Стар Лабс», — Стрела сделал несколько разминочных движений.        — Я добьюсь, чтобы дело отдали мне, и займусь этим, — с уверенностью заявил Квентин.        — То есть, вы…        — Да. Мэр пришел в участок и потребовал вернуть мне значок детектива.        — Поздравляю, — в голосе лучника послышались нотки радости. — А он разве так может?        — Нет. Но надавить на комиссара способен.        — А вы, видимо, пользуетесь популярностью у мэра, — Стрела огляделся по сторонам.        — Я не знаю, — Квентин покачал головой. — Но я согласен, что это странно. Мне это совсем не нравится. Как бы ты не собрался разбираться в этом, делай это быстрее, иначе у нас обоих начнутся проблемы.       С этими словами полицейский развернулся и бодро продолжил свой путь. Стрела некоторое время смотрел ему вслед, после чего спустился с пожарной лестницы и нырнул в темный угол, где стоял его мотоцикл.

***

      В тишине, прерываемой лишь гулом компьютерных вентиляторов, раздался громкий стук кружки с кофе. Рэй Палмер вернул левую руку на клавиатуру и с новыми силами принялся пристально разглядывать каждый символ кода. Вот уже несколько дней он сутками просматривал один и тот же поток данных, который получил из жучка, найденного в сервере «Стар Лабс». С одной стороны, это могло показаться пустой тратой времени, однако поскольку именно Палмер курировал цифровую безопасность лаборатории, именно ему требовалось выяснить, кто и по какой причине пытался влезть на сервер.       Кто бы не писал программное обеспечение для приборчика, он был хорош: никаких хвостов, способных вывести на программиста или на то, куда именно передавал данные жучок, выяснить было невозможно, однако Рэй не привык так просто сдаваться, а потому долез до самых глубин программной оболочки.       Что-то в этом коде казалось Палмеру знакомым, только он не мог понять, что именно. Мужчина был знаком со многими программистами, способными сотворить такое техническое чудо, но ни один из них так не работал. У каждого программиста был свой неповторимый стиль кодинга, называемый почерком. Рассматривая внутренности программы, Рэй надеялся определить этот почерк. Конечно, существовала вероятность, что злоумышленник специально подделал чужой почерк, чтобы замести следы, но таким образом можно было с чего-то начать.       Глядя на строчки символом, Палмер был на сто процентов уверен, что знает почерк, который определил в этом коде. Мужчина уже видел его, возможно много лет назад, на каком-нибудь фестивале, посвященному миру программирования. Рэй регулярно посещал такие мероприятия, выискивая одаренных специалистов, чтобы предложить им работу. Сфера деятельности его компании требовала постоянного обновления кадров: технологии развивались семимильными шагами, то, что было в тренде вчера, сегодня уже никому не нужно, и программисты должны были уметь не только следовать за трендами, но и опережать их своими идеями. Именно таких людей, смотрящих в будущее своей отрасли, Палмер и искал, и именно там, как Рэю казалось, он и видел этот почерк.       Осознав, что голова окончательно перестала работать, мужчина вздохнул, одним глотком допил кофе из кружки и выключил компьютер. Со взломом требовалось разобраться как можно быстрее, однако для того, чтобы разобраться в цифровой паутине, требовалась светлая голова. Поднявшись со стула, Палмер подхватил пальто, выключил свет и покинул кабинет.