Глава 11 — Послушание влечёт освобождение

— Мой дорогой ученик! — воскликнул связавшийся с Вайтли Артур Воттс. По мнению самого наследника — наиболее адекватный представитель Внутреннего Круга. Ну насколько может быть чуть безумный учёный быть адекватным по сравнению с фанатиком, берсерком-мстителем и истеричкой, верящей в судьбу. — Чего тебе, Артур? — устало спросил Вайтли. Всего восемь часов рядом с папашей, когда надо было изображать его мини копию морально вымотали наследника гораздо сильнее, чем многочисленные словесные баталии с Воттсом. — Никакого уважения к старшим и более умным разумным! — всплеснул руками явно находящийся в хорошем настроении Артур. — Ментально я старше всего Внутреннего Круга, а на счёт ума… У каждого свои преимущества и недостатки. Так о чём ты хотел поговорить? — Я нашёл того, кто тебе нужен, — свиток Вайтли пикнул и на нём появилась фотография заросшего мужика лет пятидесяти с серыми глазами. Не серебряными, — Айрон Грей. — И что он умеет? — спросил с лёгким интересом Вайтли, смотря на бомжеватого вида мужика. — Около двадцати лет назад работал наёмником. В основном по охране важных шишек. Аура открыта. Официально Проявления нет. — Но? — Попал в крупный и быстро замятый скандал сразу с несколькими богатенькими девицами, которых охранял. Оказалось, что его Проявление двухстороннее. Прикоснувшись к какой-нибудь вещи, он наделял её свойствами возбуждать женщину, которая дотронется до этого предмета следующей. — Впечатляет, но чувствую подвох. Снимал видео и шантажировал? — Не совсем. Видео снимал, но только для личной коллекции. Вторая часть Проявления заключалась в том, что обработанная женщина не могла достичь оргазма никаким иным способом, кроме как спать с ним. — Эффект разовый? — Держится, пока того хочет наложивший. Однако Ауру потребляет как не в себя. Поэтому за один раз он поддерживал не больше двух обработанных. Когда об этом узнали, его попытались захватить несколько специалистов, но одним из лучших в мире наёмников он был не за красивые глаза. Сбежал за город. С тех пор его никто не видел, а сам он получил полный запрет на посещение любого крупного города. Сам по себе силён, но трусоват. Боится того, что с ним могут сделать за его похождения. — Но ты его нашёл. Значит не так уж хорошо он и прятался. — Сейчас он всё таки уже не тот что раньше. Годы берут своё, но даже так Хейзелу он сможет дать достойный бой. — Захватите его. Хочу кое-что попробовать… — Проявление Вайтли до сих пор только копировало чужие способности, но на подобном индивиде он мог попробовать забрать силой чужое Проявление. Теперь запас его сил позволял провернуть такое и с достаточно сильным проявлением, — С меня поставка пары тонн качественного праха в твою лабороторию. А подобная сила могла пригодится в будущем. — Я вовлеку в операцию Хейзела. *** — Тириан! — преувеличенно радостно воскликнул Вайтли, от чего даже безумный фавн инстинктивно отшатнулся от парня, — У меня для тебя есть один подарок! — И что это? — настороженно произнёс скорпион. — Сейчас в подземелье находится один тип, что посмел оскорбить твою богиню… Ты ведь этого так не оставишь? — ДА! — подскочил Келлес, — Я заставлю его заплатить! — Однако, — остановил нездоровый энтузиазм Вайтли. — К несчастью он нужен для планов госпожи живым и желательно в полной комплектации… Но вот заставить его страдать… Надеюсь у тебя это получится. — Во имя Богини! Я сделаю всё что необходимо, чтобы он страдал так, как никогда! — серьёзно кивнул псих и побежал в подземелья, пританцовывая от нетерпения. — Позови меня, как он будет готов к сотрудничеству! — крикнул Вайтли ему вдогонку. *** Вайсс Шни уже не могла терпеть. Пояс верности, что запирал, лишал её всякого доступа к плагам в уретре и анусе, превратился в истинное пыточное устройство. Она была переполнена! Если позыв… по-большому… ещё можно было терпеть, то вот мочевой пузырь — уже грозился лопнуть! Именно поэтому она приняла… крайне унизительное решение. То, о чём наверняка будет жалеть. Но сейчас — она не могла думать ни о чём другом, кроме как желания сходить в уборную! Догэдза. Мистральская поза полного покорства — вот что потребовал у неё Вайтли для того, чтобы “рассмотреть проблему с учётом плохого поведения моей маленькой рабыни”. С тяжелым вздохом Вайсс медленно опускается на четвереньки, принимая унизительную позу Мистраля. Ее щеки горят от стыда, когда она представляет как сейчас выглядит… но другого варианта на было! — Ты...ты чудовище, — бормочет она чуть громче шепота сквозь стиснутые зубы. Лицо упирается в пол, но даже так — краснота её ушей выдаёт внутреннее состояние девушки. Но Вайтли снимал с неё кляп не для этого. — А теперь скажи что должна, — с ухмылкой, ощутимой даже в голосе, требует её личный садист. — Я полностью подчиняюсь вашей воле, — монотонно, пытаясь максимально выразить свою отстранённость от этих фраз, начала она, — Пожалуйста, позвольте мне облегчиться, прежде чем я действительно пострадаю от последствий своего непослушания. — Хорошая девочка, — Вайтли опустился на корточки, погладив Вайсс, одновременно подхватывая притянутый магнетизмом короткий поводок, — А теперь пошли. Поводок дёргает её за шею, не дав даже попытаться встать. Намёк очевиден. Вайсс сосредотачивается на том, чтобы положить одну дрожащую конечность перед другой, ее разум поглощен насущной необходимостью опорожнить мочевой пузырь. Каждая секунда растягивается в вечность, по мере того как она приближается к обещанному облегчению. Вайтли ведет ее по коридору на четвереньках. Прохладный твердый пол под ее голой кожей служит суровым напоминанием о ее положении. Вайсс старается не думать о том, как сейчас выглядит. Ей просто нужно освобождение! Всё остальное можно подумать потом! Она слегка спотыкается, ее ноги дрожат от напряжения ее полного мочевого пузыря, но она идёт! Уже в туалете, на чистый пол которого Вайсс ступила с брезгливостью, Вайтли останавливается. Сердце Вайсс колотится, когда Вайтли поворачивается в её сторону, приказывая: — А теперь ты должна заслужить награду языком. — Просто скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала, — бормочет Вайсс, внешне смиренная, но горящая от гнева внутри. — Минет. Конечно же ты должна сделать мне минет, — спокойно отвечает ей парень, — И не пролей ничего на пол. Начинай. Сердце Вайсс колотится, когда слова Вайтли доходят до нее, ее разум кружится при мысли о том, чтобы заняться с ним… таким! Несмотря на отвращение, она знает, что лучше не отказываться — уж точно не сейчас! Она медленно поднимается на колени, прохладная плитка под ее голой кожей резко контрастирует с жаром, поднимающимся внутри нее от гнева и реакции организма на надежду получить облегчение. Дрожащими руками она тянется к ремню Вайтли, возясь с пряжкой, пытаясь успокоить нервы. Освобождая его мужское достоинство, Вайсс делает глубокий вдох, готовясь к предстоящей задаче. Ее язык высовывается, снова смачивая губы, прежде чем она наклоняется вперёд. Ее теплое дыхание ощущается на члене. — Начинай, кому сказал? — поторапливает её спокойно наблюдающий за этим Вайтли. Неуверенным прикосновением она обхватывает пальцами основание, ощущая его тяжесть и тепло. В голове матеря похитителя худшими ругательствами, что культурная бывшая наследница знала, она высовывает язык… замирая в нерешительности. Омерзительные ощущения..! Идея обслуживать… не-брата своим ртом, подчиняться такому требованию — противоречит всему, за что она выступает! — Я... я не могу, — шепчет она дрожащим голосом, поднимая глаза, — Это слишком. Пожалуйста, должен быть другой способ..! — Я могу просто оставить всё так, как есть, — Вайтли касается носком туфли места, где находиться её мочевой пузырь, слегка надавив, — Так что начинай уже. Вздох срывается с губ Вайс, когда растянутый мочевой пузырь отвечает на такое обращение. Боль и невероятный дискомфорт заставляет ее вздрогнуть. Угроза висит в воздухе — если она не подчинится немедленно, он может заставить ее вытерпеть еще больше страданий. — Куда ты хочешь, чтобы я... положила его? — спрашивает она, пытаясь потянуть время. Она и сама не знает чем это поможет ей. — Сука, начинай уже! — он надавливает ещё сильнее, заставляя Вайсс согнуться, отпустив его член из рук. Дрожащими руками Вайс тянется к члену, ее прикосновение нерешительное и неопытное. Она обхватывает пальцами ствол, вновь чувствуя его омерзительное тепло и пугающую твердость ладонью. — Как… ну, это? — спрашивает она дрожащим голосом, — Я… ну, правильно делаю? Она начинает двигать рукой вдоль длины члена в медленных, неуклюжих попытках… причинить ему удовольствие. Каждое движение тела вызывает боль в мочевом пузыре, но она упорствует, движимая отчаянной надеждой на облегчение. — Пожалуйста… давай что-то другое!.. — умоляет она, пока слезы наворачиваются на глаза, — Только... только не заставляй меня делать это! Рот для разговоров, а не для... для этого..! Но даже когда она протестует, давление в мочевом пузыре всё растет, а желание помочиться становится непреодолимым. Боль сильная, из-за чего ее зрение затуманивается, а дыхание становится прерывистым. Вайс издает приглушенный крик, когда сильное давление заставляет ее вновь выпустить его член. Внезапная боль в мочевом пузыре заставляет ее согнуться пополам, а слёзы — течь по ее лицу. — Взяла. В. Рот, — По словам приказывает Вайтли. — Ладно, ладно! Я делаю это, просто прекрати! Отчаянно сглотнув, она открывает рот ровно настолько, чтобы высунув язык, нерешительно лизнуть головку. Она сосредотачивается на соленом вкусе его преэякулята, пытаясь хоть так отвлечься от невыносимого давления в мочевом пузыре. Её язык начинает облизывать головку, пока Вайсс, вся красная от унижения, пытается отрешиться от собственного тела. Ровно до того момента, пока Вайтли не надоедает. Он хватает её за волосы, насадив её рот на член почти до половины. Вайс чувствует прилив паники, смешанной, неожиданно с… облегчением — просто от осознания того, что оне не вынуждена делать всё сама..! Глаза Вайсс расширяются от шока, когда с чавкающим звуком член проникает в рот ещё глубже. Она слегка давится, ее горло рефлекторно дёргается, но она не отстраняется. Несмотря на унижение и дискомфорт, она знает, что сейчас лучше не сопротивляться. Вместо этого Вайсс сосредотачивается на дыхании через нос, пытаясь успокоить свое колотящееся сердце. Ощущение того, что ее… берут вот так вот — подавляет! — Язык! Ее язык кружится вокруг вторгающегося и почти выходящего члена, покрывая его слюной, пока она пытается… довести его хотя бы до быстрого оргазма..! Медный привкус крови из ее ранее (незаметно) прикушенной губы смешивается с мускусным вкусом его возбуждения, наполняя ее чувства. Грудь Вайсс вздымается с каждым прерывистым вдохом, ее груди прижимаются к бедрам Вайтли, пока она обслуживает его — постоянное возбуждение от вибраторов даёт о себе знать. Глаза Вайсс расширились от удивления и страха, когда она почувствовала, как головка его члена упирается ей в заднюю часть горла. — Г-гаххх! — Она давится им, слезы текут по ее лицу, пока она пытается приспособиться к его размерам. — Теперь ты сама. В том же темпе! Сдавленно вздохнув, Вайс отстраняется, разрывая печать их интимной связи. Она садится на пятки, тяжело дыша, ее лицо раскраснелось и покрылось слезами. С отчаянным глотком Вайс начинает двигаться сама, скользя губами и языком по жесткой длине Вайтли. Ее руки дрожат, но тянутся вверх, чтобы схватить его бедра, используя рычаг, чтобы затащить его еще глубже с каждым движением ее головы. — Мммф... — она недовольно стонет, а вибрации добавляют к интенсивности ощущений, пока она работает. — Быстрее! Глаза Вайсс вспыхивают паническим блеском, когда она слышит команду Вайтли. Она удваивает усилия, двигая головой все быстрее: терпеть порыв к освобождению больше нет сил! Она сосет сильнее. Она пытается игнорировать жжение внизу живота, сосредоточившись исключительно на удовлетворении Вайтли, чтобы избежать дальнейших мучений. И… Вайтли вновь берёт её за волосы, начав иметь её рот ещё более грубыми, быстрыми движениями! Он чувствует, как подходит оргазм..! Он чувствует, и со стоном удовольствия кончает прямо ей в рот! Мир Вайс сужается до ощущения члена Вайтли, вбивающегося ей в рот. Каждый жестокий толчок подталкивает ее ближе к краю удушья. Ее мольбы не находят отклика — хватка Вайтли на ее волосах усиливается, его ритм становится нестабильным. С гортанным ревом он погружается по самое горло, и извергается. Его горячее семя затапливает рот и горло Вайсс отвратительной горькой субстанцией. — Глллккк..! — она давится и отплевывается, одновременно пытаясь проглотить поток спермы, стекающий по углам губ, по ее подбородку и попадающий на грудь. А подняв глаза, Вайсс, к своему ужасу, видит камеру… камеру, направленное ровно на её лицо. — Ты разлила сперму на пол. Убери её. Языком Глаза Вайсс расширяются от ужаса, когда она осознает масштаб… своей ошибки. Липкие доказательства оргазма Вайтли растекаются по безупречному кафельному полу. Она трясет головой, пытаясь избавиться от оцепенения, и… пытается подчиниться его жесткому приказу: Живот Вайс скручивает при виде спермы на полу. И мыслях о том, что она собирается сделать. Вайсс опускается с колен на четвереньки. Дрожащими руками она опустила лицо ближе к луже спермы, а ее язык вышел изо рта. Она едва осмыслила что делает за мукой наполненности, нуждой освобождения. Холодная гладкая текстура керамической плитки ощущается на языке первой. Гладкая поверхность резко контрастирует с теплом семени Вайтли, которое и так покрывает ее рот и скользит по ее горлу густыми, вязкими потоками. Она сглатывает, пытаясь очистить рот прежде чем продолжить. Каждое движение ее языка ощущается как предательство самой себя, но она упорствует, движимая необходимостью избежать дальнейшего наказания. Горький привкус задерживается на ее нёбе, смешиваясь с солью ее собственных слез. Закончив, Вайс садится на корточки, не смея поднимать глаза наверх, на камеру. — Хорошая девочка. Можешь облегчиться, — разрешает он. Вайсс оказывается на туалете почти сразу, позабыв об игрушках. Но Вайтли сегодня был добр: блаженство после оргазма ещё не покинуло тело. Он подходит к ней, уже когда две металлических замка над пахом и задницей открываются. Плаг из уретры извлекается одновременно с плагом в анусе, а сам Вайтли выходит из комнаты. Винтер в последнее время слишком уж сильно активничает. Нарезка из частей последних дней должна остудить её.