Так какое твое желание?

— …а потом подружки именинницы вдруг начали танцевать тот самый танец Уэнсдей! Представляешь? — я рассмеялась, вспоминая, как девчонки пытались повторить каждое движение, а именинница сидела на стуле и хлопала в ладоши, сияя от счастья. Вадим сидел напротив, но его взгляд был каким-то отстраненным. Он вроде бы слушал, но было ощущение, что ждал чего-то другого. — Ну, короче, праздник удался, — подытожила я, сделав глоток кофе. Вадим тут же выпрямился: — Полина, откуда у тебя этот номер? Я заморгала, не ожидая такого вопроса. — Который? — Ну, этот, который ты мне вчера рассказывала. Пятизначный. Я на секунду задумалась, потом пожала плечами: — А, так мне его мама одной из именинниц дала. Я тоже на её дне рождения была в образе Уэнсдей. Вадим резко подался вперед, упершись локтями в стол. — Ты сама ему звонила? Вопрос был задан настолько серьезно, что я даже нахмурилась. — Нет, конечно. А что? Он не ответил сразу. В его глазах мелькнуло напряжение, а пальцы начали стучать по столу в нервном ритме. — Я дала этот номер одной подруге. Она говорила, что позвонит… но мы потом не созванивались. Не успела я договорить, как Вадим начал засыпать меня вопросами: — Что она сказала? Что было дальше? Она что-то рассказывала? Она вела себя странно? — Да подожди ты! — я подняла руку, пытаясь его остановить. — Мы не говорили после этого. Она просто сказала, что попробует позвонить. Он замер. — Когда это было? Я проверила телефон, вспоминая переписку: — Два дня назад. Вадим побледнел. — Полина, позвони ей. Теперь и мне стало не по себе. Я быстро нашла её контакт и нажала вызов. Гудки не пошли. "Абонент временно недоступен." Я нахмурилась и открыла её профиль в мессенджере. Последний онлайн: два дня назад. Тогда, когда я отправила ей этот номер. Я медленно подняла глаза на Вадима. — Она была в сети до звонка… и больше не появлялась. Вадим сжал губы. Я убрала телефон в карман и пожала плечами: — Да ладно тебе, Вадим. Она могла просто не заходить в сеть. Ты же знаешь, она иногда пропадает на недели. Вадим нахмурился, но ничего не сказал. — Ты сам-то звонил? — спросила я, решив сменить тему. Он не сразу ответил. — Да. Я удивленно приподняла брови. — И? — Позвони и сама послушай. Я закатила глаза, но всё же нашла в недавних звонках тот самый номер и нажала вызов. Гудки не пошли. "Абонент занят. Попробуйте перезвонить позже." Я посмотрела на Вадима. — Ну, может, кто-то уже говорит с этим… дядей Никитой? Вадим нервно постучал пальцами по столу. — Да… может быть. Я положила руку ему на плечо. — Эй, давай не будем зацикливаться. Это всего лишь чья-то выдумка. — Я улыбнулась. — Расслабься. Он тяжело выдохнул, но, кажется, немного успокоился. Мы еще немного поболтали. Вспомнили его сестру Лену, с которой я давно дружила. Вспомнили, как гуляли втроем, шутили, как она тогда нас всех фотографировала на свой старенький фотоаппарат. Вадим, казалось, расслабился, а я почувствовала облегчение. Посмотрев на время, я поняла, что пора идти. — Всё, мне пора на заказ. Сегодня я Карамелька из «Трёх котов». Вадим усмехнулся. — Ты каждый день перевоплощаешься, как хамелеон. — Работа такая, — подмигнула я. — Ладно, увидимся! Я вышла, а в груди осталось лёгкое беспокойство. Но я не придала этому значения. После ухода Полины я еще долго сидел за столом, погруженный в воспоминания. Мы раньшечасто видились. Веселые, беззаботные. Тогда все казалось по-другому. Теперь у Лены своя семья и маленький ребёнок. Полина приходит и уходит, а я… я остался здесь. Мне стало немного грустно. В свои годы у меня не было ни жены, ни детей. Даже девушки. Хотя был хорошим человеком — заботливым, дружелюбным. Мне нравилось слушать людей, я читал много книг, умел справляться с бытовыми вещами. Но в любви мне, похоже, не везло. Я тяжело вздохнул и достал телефон, начав листать старые фотографии. Вот Лена в детстве, с растрепанными волосами и широкой улыбкой. Вот Полина смеется, держа в руках игральные карты. Вот я сам — моложе, с искренней улыбкой, которой мне сейчас так не хватало. Вдруг экран телефона моргнул, картинка застыла на месте, а затем телефон просто выключился. Я вздрогнул, сжав его в руке. — Да что за… Телефон не включался. Я нажимал кнопку питания, пытался заставить его ожить, но безрезультатно. По спине пробежал холодок. Слишком странные вещи происходили в последние дни, чтобы не обращать внимания на очередной сбой. Но через минуту я выдохнул, поняв причину. Он просто разрядился. Смешно, что я так завелся из-за пустяка. Я подключил телефон к зарядке, сел на кровать и стал ждать, пока он включится. Через несколько минут экран загорелся, и в голове мелькнула первая мысль: «Давно пора купить новый телефон». Я потянулся, чтобы проверить уведомления… И тут заметил, что экран уже открыт. Контакты. Идет вызов. Номер Никиты. Кровь застыла в жилах. — Нет, нет, нет! — я судорожно нажал на кнопку сброса. Не реагирует. Еще раз. Ничего. Третий гудок. Я замер. Из динамика послышался низкий, хрипловатый голос: — Соскучился, Вадим? Вадим, взяв себя в руки, делает глубокий вдох и решительно отвечает на звонок.) Вадим: (резким тоном) Дядя Никита, я не скучал. И если честно, я вообще не хочу больше ничего о тебе слышать. Дядя Никита: (спокойно, с легкой улыбкой в голосе) Ох, Вадим, ты так уверен в этом? Может, тебе стоит немного подумать, прежде чем делать такие выводы? Вадим: (хмурится) А что тут думать? Я сказал, как есть. Дядя Никита: (вздыхает) Вот что мне в тебе всегда нравилось — ты честный. Прямолинейный. Упрямый, как осел, но все же честный. Вадим: (скептически) И что? Это что-то меняет? Дядя Никита: (с легким смехом) Многое. Потому что, несмотря на твой тяжелый характер, у тебя есть отличные качества. Ты надежный, умный, всегда добиваешься своего, заботишься о тех, кто тебе дорог. Вадим: (недоверчиво) Я-то думал, ты сейчас начнешь меня ругать. Дядя Никита: (серьезно) Зачем мне тебя ругать? Ты заслуживаешь хорошего отношения, Вадим. Но вот только одного тебе не хватает. Вадим: (напрягается) И чего же? Дядя Никита: (чуть мягче) Любви. Вадим: (резко) Чего?! Дядя Никита: (спокойно) Любви, Вадим. И с этим я могу помочь. Вадим сначала напрягся, потому что не понимал, что дядя имел в виду. Он даже немного рассердился, мол, при чем тут любовь вообще? Но Никита продолжал спокойно говорить, перечисляя его лучшие качества— упорство, честность, верность своим принципам. И добавил, что вот этого самого последнего— любви— у Вадима в жизни как раз и не хватает. И тут главный вопрос: что именно предлагает дядя Никита? Он хочет познакомить Вадима с кем-то? Или речь идет о чем-то глубже— о принятии себя и своих чувств? Вадим ведь парень не из тех, кто легко раскрывает душу.