Тепло

«– Конечно, нужно убрать заразу из города! Но ты подумал об их родственных душах?! На что ты их обрекаешь!? Олег! Не все они такие же плохие люди! Да и разве любовь это не повод для больных стать лучше?...» Гречкин искренне надеялся, что ему померещилось. С тех пор, как он сбил ту девчушку, Кирилл попал как будто бы в водоворот страданий, из-за которого вылезти из постоянного запоя не представлялось возможным. Он пытался всеми силами забить то, что пробудилось у него внутри. Вместо постоянного тепла и чего-то нежно-приятного, что раньше шло, надо полагать, со стороны его родственной души, пришёл холод и абсолютно пустая тишина. Гречкин был в шаге от того, чтобы решить, что именно свою родственную душу он убил и теперь внутри навсегда останется зияющая дыра, а образовавшийся сквозняк не позволит надолго задерживаться собственным эмоциям. Кирилл наконец окончательно станет тем, кем всегда был в глазах других людей. Просто куклой, не способной на какие-то эмоции, особенно на то самое злосчастное сочувствие. Возможно, его интеллект в этом плане тоже серьёзно хромал, но на отсутствие чувств и искренних желаний Гречкин никогда не жаловался. Каково же после этого было его счастье в здании суда! Пребывая в остаточном угаре от последней дозы, Кирилл едва не вздрогнул от вспышки злости, появившейся, когда он пересёкся взглядом с мальчишкой со стороны погибшей. Ох, как приятно знать, что он не только не остался в одиночестве, но и родственную душу нашёл, наконец! Ладно, обстоятельства встречи не очень располагали к такой радости, но Гречкин не в силах был с собой бороться. Как и сомневаться в своих заключениях. Оставшись дома в одиночестве, он даже стал раздумывать над тем, как может загладить свою вину. Девчонка конечно не часть души Лёшки, как Кирилл, но это не меняет факта того, что она была очень дорога мальчику. Вспомнив про пустоту в своей груди на прошлой неделе, Кирилл понял, что такое вряд-ли пройдёт просто так… Да и мальчишка его не подпустит к себе, это ясно как день! Правдоруб хренов! Когда же Гречкин оказался в ловушке в своём автомобиле и почуял запах гари, последним о чём он подумал, после себя, что Лёшка не должен оставаться один сейчас. А если и Кирилл умрёт, то… то что будет с его мальчишкой?! Да, он был готов умереть с последней мыслью о своей родственной душе, это даже благородно. Гречкин не сразу понял, что так и не умер. *** Алексей Макаров очень долго не хотел признавать очевидного. Это чувство потерянности, частичной вины, пьяного угара и безграничное счастье, когда Лёшка встретился взглядом с Гречкиным. Макаров не имел ни малейшего желания иметь что-то общее с таким человеком как Кирилл Гречкин. И уж тем более видеть его в своей жизни в качестве собственной родственной души! Ещё и после того, что Гречкин натворил в последнее время! Но факты были упрямы, как и собственные чувства. – Ублюдок!– ворчал под нос Макаров, пробираясь ночью к особняку Кирилла. Там уже было достаточно действующих лиц, Лёша наконец прислушался к ощущению животного страха глубоко за грудиной. А потом едва не вскрикнул: кожу рук начало жечь и покалывать, как будто бы Макаров горел заживо. Он-то нет, а вот его родственная душа… Лёша тряхнул головой и не помня себя ворвался в уже разбитое окно. В темноте кое-как нашёл огнетушитель, пока Гром на улице уже бился с преступником. Всполохи пламени то и дело разрывали ночную тьму. Макаров выскочил наружу, бросился к автомобилю, про который уже все благополучно забыли. Эмоции Гречкина почти не ощущались внутри Лёши, он спешно стал поливать автомобиль густыми слоями пены, игнорируя слёзы, катящиеся по щекам. – Ты только попробуй умереть сейчас!– дрожащим голосом то ли крикнул, то ли прошептал Макаров. Нельзя. Нельзя, чтобы этот сукин сын умер! Он же ещё ничего не сделал для него! Лёша не получил того, что было его по праву! Очнулся он только когда услышал сирену скорой помощи. Вздрогнул и кинулся бежать, не слыша даже Грома. Он не должен был быть здесь, Игорь поймёт. После происшествия Лёша не сильно удивился, когда получил сообщение от майора с адресом. В том что это больница, куда попал Гречкин, у Макарова не было сомнений. Значит… Он жив. Не думал Лёша, что когда-нибудь обрадуется тому факту, что Кирилл Гречкин всё ещё на этом свете. Но придётся привыкнуть и к такому. В палату Макаров проник через окно, это внезапно оказалось не слишком сложно. Занимался рассвет и парень надеялся успеть, пока кто-нибудь не придёт в палату. Лёша несколько раз глубоко вдохнул, посмотрел на Гречкина, забинтованного по самый нос. К счастью, серьёзных ожогов осталось не так много, что было, мягко говоря, удивительно. Макаров подошёл поближе и, помешкавшись, на мгновение прикоснулся к чужой руке. – Я всё ещё зол на тебя. Но ты не должен умереть,– едва слышно прошептал Лёша. Через пару минут приборы вокруг Гречкина громко запищали и Макаров поспешил скрыться. *** – У парня мотив, отпечатки на месте преступления! И ещё сегодня в палату Гречкина кто-то залез! Тебе придётся хорошо постараться, чтобы оправдать парнишку! Гром отмахнулся от собеседника и вошёл в допросную комнату, где уже сидел Лёшка. Игорь почесал грудь сквозь ткань футболки и доверительно улыбнулся, падая на стул напротив Макарова. – Не думаю, что тебе нужно объяснять ситуацию. Сам расскажешь, что делал там вчера ночью? Лёша вскинул загнанный взгляд на майора. Он не был врагом, но так страшно рассказывать о том, что случилось. Макаров медленно выдохнул через нос и натянул рукава худи, пряча в манжетах ладони. Игорь терпеливо дождался, когда он решится. – Я очень разозлился после суда и принятого решения… Но… Я чувствовал внутри, что кто-то счастлив… Мой… Ну знаете… Вы видели, как лыбился Гречкин, но… Что-то было не так… В общем, я испугался, места себе не находил. Ещё и из-за сестры… Я пошёл к Гречкину домой… Не знаю, поговорить… Я сам не знаю толком, что собирался сделать потом, когда увижу его,– Лёша снова тяжело вздохнул, Гром слушал внимательно, но парень боялся поднять на него взгляд,– А когда я пришёл… Кожу обожгло, будто бы я оказался в костре… Вы уже дрались с тем человеком в маске, а я… Я до сих пор не представляю, как заставил себя двигаться. Зашёл в дом, схватил огнетушитель… Как на автопилоте… Я так боялся, что он всё же умрёт! Что… В общем, потом я испугался, когда услышал сирену, хотя знал, что рано или поздно попаду сюда… Но всё равно сбежал. Игорь, я правда не… Гром успокаивающе посмотрел на него, протянул руку и опустил тяжёлую ладонь на мальчишеское плечо. – Эй, успокойся, это останется между нами и моим шефом. Мы состряпаем версию для верхних дельцов и тебя никто не тронет. Лады? Лёша судорожно кивнул. Пока говорил, он снова заплакал, но останавливаться из-за этого не стал. Только сейчас утёр глаза платком Грома. – А… – Слушай, судьба штука дерьмовая, сам вижу каждый день,– Игорь усмехнулся, снова поняв беспокойство Макарова без каких-либо объяснений,– но теперь ты вполне можешь перевоспитать его под себя. Ты как-никак Гречкину жизнь спас. Лёша приоткрыл рот от удивления. Теперь, когда это сказал кто-то другой, до него наконец дошёл смысл собственного поступка. Спас! Он спас его! Правда же! Не просто спас какого-то ублюдка-Гречкина, а сохранил жизнь своей родственной души! Покинув полицейский участок, Лёша снова помрачнел. Он спас человека, который не очень-то того заслуживал. Но… А если Гром прав? Если… Макаров нервно усмехнулся. Перевоспитать Кирилла Гречкина, проще научить обезьяну делать сальто! Что делать теперь со всем этим было совершено непонятно. *** Гречкин лежал в больнице пластом, под неусыпным контролем нескольких охранников. Он о ночном проникновении был ни сном ни духом, зато попросил пропускать к себе мелких мальчишек в красных худи. Однако ни один такой в поле зрения так и не появился. Как только Кирилл оклемался достаточно, он понял что его как ни странно прячут. Отец видать струхнул и решил законопатить его в больнице. И как спрашивается отсюда Кирилл должен вести кампанию по розыску своего соулмейта? Даже охрана повиновалась сейчас Гречкину-старшему. И что хочешь делай! Ожоги тоже доставляли неудобства и мешали спокойно жить. Гром пробился в палату к Гречкину, фактически с боем. Но Игорь не был бы собой, если б сдался так просто. Так что было только вопросом времени, когда они с Кириллом смогут поговорить с глазу на глаз. – Держу пари, ты не знаешь, зачем я здесь,– улыбнулся Игорь, без приглашения сев на стул рядом с койкой Гречкина. Кирилл вскинул бровь. Гром даже на мгновение задумался о том, что вид обгоревшего Гречкина вызывает у него жалость. На крохотное мгновение, не больше. – Томить не стану, а сразу к делу. Ты хочешь в чём-нибудь обвинить свою родственную душу? В ходе расследования выяснилось, что он был рядом с тобой и помогал тушить огонь в ту ночь. В некотором роде это сделало его подозреваемым. Кирилл опешил. Значит… – Раз все в курсе… Я и так ему жизнь испортил, куда уж дальше?– хрипло рассмеялся Гречкин, пытаясь привычно усмехнуться. – Приятно знать, что ты это понимаешь. Тогда нам остаётся уговорить твоего отца тоже не делать этого,– серьёзно сказал Игорь. – Он не слушает меня. Пока я валяюсь тут особенно,– скривился Кирилл. Хорошо этому копу говорить, свободный как птица, ещё и творит, что вздумается, судя по тому, как он сюда пробился. Гречкин действовал иначе, но против отца его же методы не работали. – Тебе придётся подёргать за ниточки,– Гром сделал пару жестов, иллюстрируя свои слова,– иначе я даже не хочу думать, сможете ли вы вообще встретиться. Хлопнув напоследок ладонью по матрасу, Игорь пожелал Гречкину удачи и вышел из палаты, оставив Кирилла наедине с собственными мыслями. *** После погрома в городе, Макаров окончательно решил, что может пойти только в одно место. Однако Грома в квартире не оказалось, а полицейская лента и вовсе намекала на непростые времена у хозяина квартиры. Лёша немного подумал и решил наконец позвонить, Грома всё это время он игнорировал а теперь... Абонент недоступен. И что делать?! Макаров не хотел сейчас оставаться один или пытаться добраться обратно в детдом. Это чувство уже так надоело, так хотелось чего-то настоящего, тёплого и… «Кис, у нас есть незавершённый разговор, придёшь?» Сообщение с незнакомого номера, но почему-то парень решил, что это от Него. Дурацкая интуиция. Или глупая надежда. Но адрес совпал, так что Макаров выдвинулся навстречу своей перебинтованной судьбе. – Наконец ответил!– усмехнулся Гром, перезвонив Макарову, пока они всей командой ехали в отдел из башни Разумовского,– Короче, дуй в больницу, если ты ещё не там! О… Так радуйся, малой! То, что у парня дилемма было вполне логично, но Игорь верил в этого мальчишку, слишком уж добрые у него были глаза и огромная тяга к справедливости. Когда-нибудь, может быть они все увидят нового Кирилла Гречкина? Мечты-мечты об идеальном мире, Гром им прежде не доверял, пока не познакомился со «своими» людьми. *** – Привет,– Кирилл улыбнулся, заметив на пороге палаты нужного, своего парнишку. Ещё вопрос кто из них выглядел хуже: обгоревший Гречкин или потрёпанный неделей беспризорного шатания Макаров? – Привет,– тихо ответил Лёша, сделал пару шагов вперёд и снова остановился. – Ой, не мнись ты так, иди сюда,– Кирилл махнул рукой на стул у кровати. Макаров пару раз вдохнул и всё же сел. – Это ничего не значит, я всё ещё не могу простить тебя,– упрямо проговорил Лёша, сжимая кулаки и держа их на коленях. – Эй, я ещё даже не начал извиняться!– хмыкнул Гречкин, заставляя парня смутиться,– И не пытайся меня обмануть, помнишь, что я у тебя вот здесь?– он указал себе на грудь. Лёша насупился. Переживать за бессознательного Гречкина было гораздо проще. – Но я начну заслуживать твоё прощение, как только мы оба выйдем отсюда,– Кирилл подмигнул,– не волнуйся, я помню, что ты у нас неподкупный. Я постараюсь. Лёша в недоумении посмотрел на него. Это правда что-ли? Этого идиота нужно было в огонь запихнуть, чтобы мозги вправились? Макаров вздрогнул от собственных мыслей. – А до тех пор?– он дёрнулся встать и уйти, когда длинные пальцы Гречкина быстро поймали его кисть. – До тех пор…– Кирилл и сам задумался,– Просто побудь рядом. Пожалуйста. Лёша тяжело свалился обратно на стул. – Что с тобой не так?– с ними обоими, если на то пошло. – Не знаю даже, с чего начать,– рассмеялся Гречкин, Лёша неуверенно улыбнулся в ответ. Теперь, наверное, они будут часто разговаривать вот так. Через какое-то время Кирилл утянул уставшего парня к себе в постель. Пришлось потесниться. Сам Макаров быстро отключился, расслабившись в присутствии родственной души, хотя поломался для приличия, конечно, Кирилла это внутренне позабавило. Надо же… Гречкин провёл рукой по чужим мягким волосам и медленно выдохнул. Если ради собственной судьбы ему придётся переродиться во всех смыслах, то он готов поработать. Только бы в груди было также тепло, как и теперь.