Часть 37 клуб слизней

Ближе к вечеру в спальне девочек царила лёгкая суматоха. На кроватях и стульях валялись мантии, платья, заколки и ленты. Лили стояла у зеркала, держа в руках бордовое платье. — Думаешь, не слишком ярко? — спросила она, прикидывая, как будет выглядеть. — На фоне слизеринцев — в самый раз, — усмехнулась Эмилия, вытягивая из шкафа классическое чёрное платье ниже колена. Оно было сдержанным, но с тонкими серебристыми вышивками вдоль подола — в её стиле. — Подчёркивает твой мрачный шарм, — прокомментировала Марлин, проходя мимо. — Но всё равно, девчонки... это же просто ужин. Не бал на сто баллов. — Нам не мешает выглядеть хорошо, если уж всё равно тащимся туда, — возразила Лили, пока Мэри помогала ей уложить волосы. Скоро обе подруги были почти готовы. Мэри не могла отвести глаз — ей искренне нравилось, как они выглядят. — Вы настоящие принцессы. Само очарование — Не чувствую себя очарованием, — пробурчала Эмилия, поправляя волосы, — чувствую себя приманкой в ловушке. — Не будь такой мрачной. Это всего лишь ужин, — успокоила Лили, вставая рядом с ней. — Если повезёт, Слизнорт поймёт, что мы совсем не "коллекционные" и отстанет навсегда. — Или снова попытается вас куда-то притащить, — добавила Марлин. — Вы уж будьте осторожны. Эмилия промолчала, но про себя согласилась с подругой — ей вся эта идея всё ещё не нравилась. Но если уж идти — то в хорошем настроении. По крайней мере ради Лили. Когда обе были полностью готовы, они накинули мантии поверх платьев и, попрощавшись с Марлин и Мэри, направились к кабинету профессора Слизнорта. Когда Лили и Эмилия подошли к двери кабинета профессора Слизнорта, за ней уже слышались оживлённые голоса и звон столовых приборов. Лили бросила на подругу быстрый взгляд и выдохнула: — Ну что ж... вперёд, на арену. Эмилия едва заметно кивнула, поправив платье. Она чувствовала, как в животе нарастает напряжение, но усилием воли загнала его глубже. Это всего лишь ужин. Они вошли. Гораций Слизнорт тут же расплылся в широкой, почти театральной улыбке: — Девушки! Прелестные мисс Поттер и мисс Эванс! Какая радость, что вы приняли моё приглашение! Прошу, прошу, располагайтесь! Он тут же подскочил к ним, взмахнув рукой в сторону накрытого стола, за которым уже сидели остальные гости. За ужином были: Амброзиус Флюм, Цицерон Харкисс, Варнава Кафф, Элдред Уорпл, молодой, но очень гордый собой Дирк Крессвелл, молчаливый Северус Снейп, Томас Макадам который не сводил взгляда с девушек, а точнее с одной из них, суровая Гвеног Джонс, неразговорчивый Регулус Блэк и, к удивлению Эмилии, Алекто Кэрроу. Кроме того, за столом сидел Адриан — один из талантливых учеников с Когтеврана. Когда Лили и Эмилия заняли свои места, Слизнорт, сияя, представил их остальным, хотя все прекрасно знали, кто они такие. Он ухмылялся так, будто лично поймал золотых снитчей: — Уверен, вы все знаете этих юных леди. Лили — одна из лучших учениц своего курса, а Эмилия... мм, Поттер, да, да. И, насколько я понимаю, встречается с братом вот этого юного человека... — он кивнул в сторону Регулуса. — Забавно, правда? Блэк и Поттер! Кто бы мог подумать! Регулус хмыкнул, но ничего не сказал. Эмилия ограничилась вежливой, но холодной улыбкой, поджав губы. Она не любила, когда её отношения с Сириусом обсуждали на публике — тем более с намёком на родственные связи, к которым сам Сириус не хотел иметь никакого отношения. Так же Эмилия заметила помрачневший взгляд Томаса. Гораций продолжал сиять, словно ведущий вечернего ток-шоу. Он то и дело обращался к гостям с вопросами о родителях, дальних родственниках, их связи с известными волшебниками. Кто-то рассказывал о родстве с знаменитыми волшебниками, кто-то упоминал дядю, работавшего в Министерстве, который приближен в министру магии . Эмилия замечала, как Снейп то и дело бросает взгляды на Лили. Его лицо было почти бесстрастным, но в глазах читалось напряжение и что-то болезненное. Лили же не смотрела в его сторону вообще — сидела прямо, отвечала на вопросы Слизнорта и сохраняла вежливую отстранённость. После той ссоры, когда Северус назвал её «грязнокровкой», она так и не простила его. Они больше не разговаривали. Эмилия почувствовала на себе взгляд и не один. Она обернулась и встретилась глазами с Регулусом. Его лицо было, как у Сириуса, но более застывшее, хладнокровное. Он смотрел на неё с интересом, но без злобы. Скорее оценивающе. Эмилия знала о нём не так много — только то, что раньше, в детстве, он был очень близок с Сириусом. Пока один не попал на Гриффиндор, а другой — как и ожидалось, на Слизерин. После этого, по словам Сириуса, Вальбурга вечно повторяла: «Смотри на Регулуса — он гордость рода Блэк!» Посмотрев в другую сторону она увидела взгляд Томаса. Находиться в такой обстановке ей не нравилось она как будто на сцене и все смотрят на нее. Эмилия отвернулась, стараясь сосредоточиться на разговоре у стола, но напряжение не покидало её. Этот ужин, как и ожидалось, был не ужином, а парадом выставленных фигур, каждая из которых Слизнорт пытался расставить в своей коллекции так, как ему было удобно. Разговоры за ужином становились всё более натянутыми для Эмилии. Слизнорт, сияя как рождественский шар, обсуждал последние слухи и новости с гостями — с тем же азартом, с каким ребёнок разворачивает подарки. Большинство собравшихся с удовольствием поддерживали разговор, смеясь и добавляя детали, словно соревнования, кто знает больше. Эмилия всё сильнее сжимала вилку в руке. Да, было ещё несколько человек, таких же молчаливых, как она — но на их лицах читалось вполне искреннее удовольствие от участия в этом вечере. У Эмилии же внутри всё клокотало. Её напряжение только росло. Когда зашла речь о недавнем инциденте — том самом, когда Сириус упал с метлы во время тренировки и провёл неделю в больничном крыле — у Эмилии моментально потемнело в глазах. Кто-то из старших, самодовольно щурясь, вспомнил: — Это уже не первый случай, кстати. В прошлом году на матче у него тоже были проблемы с метлой. Та чуть не сбросила его в самый разгар игры, если помните. — Возможно, кто-то на него затаил обиду? — прищурилась Гвеног Джонс. — Или просто плохо следит за своим снаряжением? — Ну-ну, — пробасил Слизнорт, переводя взгляд на Эмилию, — У нас здесь, между прочим, человек, который ближе всех к этому игроку. Эмилия, дорогая, ты ведь встречаешься с мистером Блэком, верно? И, если не ошибаюсь, твой брат — капитан команды? Все взгляды обратились на неё. Даже Томас, сидящий чуть поодаль, поднял голову, внимательно наблюдая. — Что ты скажешь, мм? Как Джеймс относится к тому, что в его команде может быть игрок с... хм... не совсем надёжной метлой? Или... чем-то похуже? Эмилия сохранила внешнее спокойствие, хотя внутри всё вскипало. Она осторожно поставила вилку на край тарелки и, чуть наклонившись вперёд, ответила: — Джеймс считает Сириуса одним из лучших игроков в нашей команде. И метла здесь ни при чём. — Но ведь это уже второй случай... — мягко настаивал один из гостей. — Бывают совпадения. — Эмилия смотрела прямо перед собой, не поддаваясь. — Но ведь ты наверняка слышали слухи... — вступил в разговор Томас, бросив взгляд через стол. — Иногда метлы не просто ломаются. — Слухи не всегда основаны на правде, — резко оборвала его Эмилия. — Всё-таки, ты же близка к нему... — снова вмешался Слизнорт, — ты не замечала ничего странного? — Странного? — Эмилия подняла брови. — Кроме того, что Сириус сутками напролёт тренируется, переживает за каждый матч и всегда выкладывается до последней капли сил? Наступила короткая пауза. — Простите, — она встала из-за стола, — думаю, я наелась. Лили, которая весь этот разговор внимательно наблюдала за происходящим, тоже поднялась. — Спасибо за ужин, профессор. Было... познавательно, — сухо добавила она. Слизнорт, заметно опешив, всё же вежливо кивнул: — Конечно, девочки, конечно... Всегда рад видеть вас. Не забывайте — двери клуба всегда открыты. Они с Лили вышли из кабинета, не оборачиваясь. Коридоры Хогвартса были уже наполовину пусты, лишь пара учеников спешили в свои факультетские гостиные. Эмилия шла быстрым шагом, почти не замечая, что мантия развевается за ней, а туфли громко стучат по каменным плитам. Лили едва поспевала за ней. — Какой же это был кошмар! — громко сказала Эмилия, сжимая кулаки. — Они что, совсем не понимают, что обсуждают человека, который мог погибнуть?! Словно это просто... развлечение! Тема для светской беседы за ужином! — Мм, да, — спокойно кивнула Лили, — Слизнорт всё же не умеет держать рамки. Особенно когда начинает тянуть разговоры о «талантливых» и «перспективных». — А Томас?! — вскинулась Эмилия, — Какой тон... Как будто... как будто он в этом участвовал или что-то знает. "Иногда метлы не просто ломаются", вот ведь змей! — Он в последнее время странный, — пробормотала Лили. — И походу рад находиться в этом клубе — В клубе для идиотов! Или для тех кто любит покопаться в чужом грязном белье Эмилия резко остановилась, сжав руки в кулаки. — А этот Слизнорт... Что за вопросы вообще?! "Как Джеймс относится к игроку с проклятой метлой?" Да он бы горло перегрыз любому, кто попытается хоть пальцем тронуть кого-то из нас! — Именно поэтому ты и была права, когда не стала вдаваться в подробности, — мягко заметила Лили. — Лучше уйти, чем сидеть там и слушать их. — Да, но... я сижу там, а они — про Сириуса! Как будто он не человек, а просто интересная история в газете! Лили положила руку ей на плечо: — Ты защитила его. Поверь, он бы сделал то же самое ради тебя. И я думаю, он всё узнает — и оценит. Эмилия немного успокоилась, выдохнула, провела рукой по волосам и, уже тише, сказала: — Если честно, мне теперь в этот клуб возвращаться вообще не хочется. Пусть хоть три сотни приглашений пришлёт. — А я и не собиралась, если что, — усмехнулась Лили. — Один раз — более чем достаточно. Эмилия кивнула, и они уже молча подошли к портрету Полной дамы. — Пароль? — спросила та. — Вересковый пирог, — бросила Лили. Портрет открылся, впуская девушек внутрь. Они едва успели пройти через портретную дыру, как в их сторону раздались радостные голоса: — О! Наши дамы возвращаются! — воскликнул Джеймс, вытягиваясь из кресла и делая преувеличенно торжественный поклон. — И, заметь, в парадной форме, — добавил Сириус с ленивой усмешкой, в упор глядя на Эмилию. — Куда это вы такие красивые ходили, а? Марлин фыркнула, оглядывая наряды подруг: — Ну теперь я чувствую себя вообще не на уровне, — пробормотала она с притворной обидой. — Да ну тебя, ты всегда на уровне, — ответила Мэри, отодвигаясь, чтобы дать Лили и Эмилии сесть. Эмилия, заметно расслабившаяся при виде своих, позволила себе улыбнуться. Она опустилась рядом с Сириусом, который подался ближе, не скрывая, как внимательно на неё смотрит. — И всё же? — Римус наклонился вперёд, любопытно поглядывая на девушек. — Как там было? Ужин с самим Слизнортом? Надеюсь, вас не заставили демонстрировать чудеса магии прямо за столом? Лили с Эмилией переглянулись. Первая прикусила губу, словно сдерживая смешок. Эмилия хмыкнула и отмахнулась: — Именно так, как я и ожидала. Скукотища. Гораций в своей тарелке — ловит «таланты», чтобы потом щеголять связями. — Ага, — вставила Лили. — Было много вопросов. Очень много. Особенно про родителей. — Звучит как худший вечер из всех возможных, — покачал головой Питер. — Слизнорт, как всегда, устраивает кастинг на будущее правительство, — проворчал Джеймс. Сириус усмехнулся, но не сказал ничего. Он только чуть повернул голову, чтобы посмотреть на Эмилию — не со взглядом насмешника, как обычно, а с чем-то более тёплым. Она уловила это и мельком, на долю секунды, улыбнулась в ответ. — Ну хоть поели нормально? — не унимался Римус. — Да, — ответила Лили. — Это было единственное, что действительно стоило вечера. После этого тема ужина больше не поднималась. Все вновь вернулись к привычной болтовне, кто-то обсуждал задания на завтра, кто-то спорил о предстоящем матче. Эмилия устроилась поудобнее, чувствуя, как к ней постепенно возвращается спокойствие. В этом углу гостиной, рядом с друзьями, всё снова становилось на свои места. Прошло несколько дней. В гостиной царила тихая вечерняя суета: кто-то дочитывал домашку, кто-то играл в шахматы, а кто-то просто болтал, наслаждаясь последними свободными минутами перед отбоями. Эмилия, Лили и Марлин устроились на диване у камина, лениво перебрасываясь мыслями о завтрашнем походе в Хогсмид. — Если там снова будет тот пирог с тыквенными сливками — я первая в очередь, — мечтательно протянула Марлин, закинув ногу на ногу. — Сначала нужно дойти до очереди, — усмехнулась Эмилия. — Там обычно уже толпа, пока мы только из ворот выходим. Лили только хотела что-то добавить, как к ним с радостным визгом подбежала Мэри, буквально шлёпнулась на свободное место рядом с Марлин, сияя от ушей до ушей: — Девочки! Джек пригласил меня в Хогсмид! — выпалила она, практически не веря в то, что говорит. — Что?! — хором воскликнули Эмилия и Лили. — Да ну?! — округлила глаза Марлин. — Тот самый Джек из Пуффендуя? Мэри кивнула, краснея: — Угу! Сказал, что хотел бы провести со мной время вдвоём... вдвоём, — повторила она, упиваясь моментом. — Мэри, это потрясающе! — Лили сжала её руку. — Он тебе давно нравился, ты чего?! — добавила Эмилия с широкой улыбкой. — Ну, теперь ты точно будешь вне нашей компании завтра. — И не жалуюсь! Девушки захихикали, когда в гостиную вошли Мародёры. Джеймс первым заметил их и, как обычно, направился к Лили. Он на мгновение замер, вопросительно глянув на свободное место рядом с ней. Лили мельком взглянула на него, чуть приподняла брови... а потом кивнула, как бы нехотя, но с лёгкой улыбкой. — О, благодарю, ваше благородие, — Джеймс театрально поклонился и практически прыгнул рядом, сияя от уха до уха. Сириус тем временем без лишних церемоний занял место рядом с Эмилией, как будто другого варианта и не существовало. Он быстро поцеловал ее в щеку и с широкой улыбкой закинув руку на ее плечи сидел, осматривая остальных — Так, что я слышал про свидание века? — усмехнулся Римус, усаживаясь рядом с Питером напротив девочек. — Мэри! Ты скрываешь от нас бурную личную жизнь! — подхватил Питер, игриво округлив глаза. — Я не скрываю! Я просто ещё сама в шоке! — Мэри хихикнула, прикрывая лицо руками. — Ты, значит, без нас в Хогсмид? — с притворной обидой спросил Джеймс, глядя на Мэри. — Ну простите, у кого-то тут свидание, — парировала она. — Так значит, завтра план такой: собираемся утром, завтракаем и сразу — в деревню? — уточнил Римус. — Абсолютно, — кивнула Эмилия. — И прошу — без задержек. И без Джеймса, который проспит, как в прошлый раз. — Это был один раз! — с возмущением заявил Джеймс. — И вообще, я теперь исправляюсь. Лили на меня положительно влияет. Лили закатила глаза, но на губах у неё блуждала улыбка. Разговоры продолжались, и вечер, как обычно, затянулся. Но на душе у всех было спокойно и радостно — завтрашний день обещал быть лёгким, ярким и полным маленьких приключений. На следующее утро спальня девочек в Гриффиндорской башне была полна движения, смеха и шарканья по полу в поисках то шарфа, то перчаток. За окнами было ещё темно, но в воздухе уже чувствовалось приближение зимы — ледяные узоры на стекле и холодные сквозняки заставляли зябко поёживаться, даже находясь внутри замка. — Ты хочешь произвести впечатление, но не умереть от пневмонии, Мэри, — с укором сказала Марлин, пытаясь напялить на подругу плотный шерстяной шарф поверх её модного, но явно неутеплённого пальто. — Да я и так впечатление произведу, не сомневайся, — фыркнула Мэри, но не особо сопротивлялась. — Просто... я же не могу выглядеть как брошка у бабушки! — Ты выглядишь как замёрзшая брошка, — съязвила Эмилия, поправляя на себе кашемировый свитер и застёгивая тёплую мантию. — И если Джек нормальный, то оценит, что ты не отморозила себе всё, что можно. — Он нормальный. Он милый. И он позвал меня на свидание, — напомнила Мэри, при этом чуть не выронив варежки. — Это уже победа. Лили аккуратно заплела себе косу и поправила воротник. — Ты выглядишь отлично. Даже в двух шарфах, — сказала она с мягкой улыбкой. — Главное — не трястись от холода во время прогулки. И не забудь взять перчатки. — Да, а то Джек тебя потом отмораживать будет, — подколола Марлин, и девочки снова расхохотались. Эмилия, сидя на кровати, надевала сапоги и, искоса посмотрев на подруг, сказала: — А у нас, получается я, Лили, Марлин, четверо мародёров и бесконечные разговоры Джеймса о квиддиче. — Ну хоть будет весело. И не скучно, — пожала плечами Марлин. Собравшись и удостоверившись, что Мэри окончательно утеплена, девушки взяли сумки, поправили мантии и вышли из спальни, спускаясь по лестнице в оживлённую утреннюю гостиную, где их уже, скорее всего, ждали нетерпеливые мальчишки. Словно приближающийся Хогсмид добавил в этот день лёгкое ощущение праздника. Большой зал был полон шума, запахов свежей выпечки и весёлого утреннего гомона. Солнечный свет, пробиваясь сквозь высокие окна, отражался от столов, заставленных тарелками с жареными сосисками, яйцами, тыквенными пирожками и свежими булочками. За столом Гриффиндора уже сидели Мародёры и девочки, вполголоса обсуждая планы на день. Эмилия смеялась над чем-то, что только что сказал Сириус, и, облокотившись на стол, тянулась за очередным куском поджаренного хлеба. — Ты вечно забываешь, что джем не мажется горкой, — заметил Римус, глядя на Джеймса, который сражался с неудачно собранным тостом. — Это не джем, это архитектура, — заявил Джеймс с важным видом, откусывая, и половина конструкции упала обратно на тарелку. Лили закатила глаза, но чуть улыбнулась. Она давно уже привыкла к таким «аргументам». Под конец завтрака к ним подошёл Джек — высокий пуффендуец с копной вьющихся светлых волос и добродушной улыбкой. — Готова? — с лёгким волнением в голосе спросил он, глядя на Мэри. — Всегда, — с сияющей улыбкой ответила она, вставая. Девочки тут же подмигнули ей. — До вечера, не скучайте без меня! — Попробуем, — усмехнулась Марлин. — Но без твоих болтовней будет подозрительно тихо. Мэри с Джеком направились к выходу, весело переговариваясь, а остальные поднялись из-за стола, направляясь к дверям Большого зала. Сириус без слов протянул руку Эмилии, и она, не раздумывая, вложила свою в его. Он чуть сжал её пальцы и, скосив на неё взгляд, с довольной улыбкой сказал: — А ты в шапке очаровательно выглядишь, ведьмочка. Прям как я. — Это был комплимент или оскорбление? — прищурилась Эмилия. — Учитывая, что я тоже в шапке, пусть будет комплиментом. Позади шли Джеймс и Лили. Джеймс на секунду задумался, прежде чем занять место рядом с ней, но, увидев, что она чуть склонила голову в сторону и не возражает, с широкой ухмылкой шагнул вперёд. — Так значит, иду рядом с тобой официально? — пробормотал он. — Считай, что тебе повезло сегодня, Поттер, — ответила Лили, но в её голосе не было строгости — только лёгкая ирония. Марлин шла чуть впереди с Римусом. Они о чём-то оживлённо разговаривали, периодически смеясь. Питер, немного позади, с интересом слушал их беседу, изредка вставляя свои замечания. Так, весёлой, тёплой группой, они направились к выходу из замка, навстречу прохладному, но ясному утру. Хогсмид уже ждал их. Хогсмид в этот день был особенно живописным — снег ещё не лёг, но морозное солнце придавало деревушке серебристый блеск. В воздухе витал запах сладостей из «Сладкого королевства» и аромат ванили и какао от «Трёх мётел». Магазины были украшены к приближающемуся зимнему сезону: на витринах сверкали гирлянды, внутри горели тёплые огоньки, и каждый уголок казался уютным и живым. Эмилия и Сириус шли рука об руку, не спеша прогуливаясь по заснеженной улице. Сириус, несмотря на свою обычную дерзость, был почти непривычно мягким: поправлял шарф на Эмилии, притягивал ближе, когда мимо проезжали тележки, и шептал что-то на ухо, от чего она то улыбалась, то смущённо отводила взгляд. Они заглянули в лавку мадам Паддифут, но увидев полную комнату парочек, решили, что какао можно выпить и в «Трёх мётлах» — поуютнее и без липкой романтики. Хотя, признаться, Сириус вовсе не был против сесть в самый угол и смотреть на Эмилию, пока она делает вид, что раздражена. В это время Джеймс, как всегда в своём репертуаре, пытался балансировать между образом «достойного кавалера» и «весёлого шутника». Он открывал Лили дверь, предлагал нести её покупки, отряхивал для неё скамейку у лавки, но при этом то и дело отпускал колкости: — Если бы профессор Слизнорт увидел тебя сейчас, Эванс, он бы точно добавил тебя в коллекцию — как эталон вкуса и терпения. — Ты ещё скажи, что я трофей, — с прищуром ответила Лили. — Нет, ты скорее моя цель, к которой я иду уже шестой год. И, надо сказать, успехи налицо. Лили хмыкнула, но уже не отводила взгляда. Марлин, Римус и Питер держались немного в стороне. Они заходили в лавки, пробовали всевозможные сладости и подшучивали над происходящим. Марлин с увлечением обсуждала с Римусом последние статьи в журнале «Тайны магии» — она жестикулировала, спорила, а Римус, как всегда, сдержанно и вдумчиво отвечал, временами улыбаясь. Питер не всегда всё понимал, но с интересом слушал и то и дело вставлял: — Это как с тем амулетом, который однажды подделали в «Барнс и Сквиббс»? — Нет, Питер, там была совсем другая магия, — мягко отвечал Римус, а Марлин кивала с одобрением. Когда вся компания снова собралась у «Трёх мётел», Эмилия сидела рядом с Сириусом, склонив голову ему на плечо, и тёрла замёрзшие пальцы о кружку горячего шоколада. — Ты что, совсем замёрзла? — спросил Сириус, обнимая её крепче. — Ты же сам утащил меня через половину деревни в поисках идеального пирога. — И ты не жалеешь ни о секунде. Признайся. — Возможно. Но только потому, что ты грел мне руки по дороге. Лили с Джеймсом сидели напротив. Он внимательно наливал ей сливочное пиво и не дал никому его попробовать, кроме неё. — Это вообще-то не защита от злых чар, Поттер, — бросила Лили, — а всего лишь напиток. — Но если бы было нужно, я бы спас тебя даже от твоей кружки, — ответил он, кивнув важно, и тут же добавил — Хотя, возможно, потом сам её бы допил. Вокруг звучал смех, приятная суета. Все чувствовали себя на своём месте. Прогулка получилась тёплой, уютной и такой, какие остаются в памяти — как один из тех дней, когда всё по-настоящему хорошо.