Глава 3: Шум за завесой тишины.

Глава 3. Шум за завесой тишины. Прошло около трёх долгих дней с того самого момента, как Кусуо оказался взаперти в этом безудержно обычном мире. Казалось бы тишина успокаивала, но не тогда, когда оказываешься в безвыходном положении. Собственная сила будто от одного щелчка перестала функционировать и зависла. Иногда, возможно, наступала горечь и жалость от собственной проблемы, которая терзает душу, словно скеребящиеся на сердцу кошки. Но именно это чувство Сайки ненавидел больше всего. Он не терпел жалость, хоть и оставлять дело на пол пути тоже было не в его принципах. Если он чего-то и захочет, то обязательно это заполучит, пускай и дорогой ему ценой.

***

Три долгих, мучительно однообразных дня, в течение которых Кусуо пытался найти способ вернуться обратно. Он сидел на крыше одной из самых высоких построек города - старого офисного здания, где почти никогда не бывало людей. Пол был покрыт слоем пыли, изредка потрескивали плохо закреплённые рекламные щиты, а внизу медленно гудел город. Подобное место было выбрано не случайно - здесь спокойно. Никто не стал бы его беспокоить и уж тем более обращать сильное внимание. На улице вновь собрался лить дождь. Он чувствовал, как воздух пропитывается влагой, как тяжёлые облака нависают над крышами, но не уходил. Здесь было… одиноко. Что должно было нравится. Вот бы так всегда(?) Сайки задумчиво посмотрел на город. Яркие огни витрин, мерцающие окна машин, бегущие куда-то люди. Вдалеке слышались сирены, чей-то смех, звон велосипедного звонка. Всё это выглядело настолько привычным и обыденным, даже с осознанием того, что это не родное ему место. И он не знал, как выбраться. Он перепробовал всё. Перемещение? Не возымело эффекта. Он ощущал, как способность срабатывает, как пространство пытается согнуться, но вместо этого оно просто… застывает. Будто что-то вставили в механизм, не давая ему двинуться. Однако он мог перемещаться в любое пространство на этой самой Земле, но не за её пределами, и не контролирует маршрут места появления. Чтение мыслей? Трата сил и времени. Только лишний раз подтвердило очевидное — этот мир ему чужд, здесь нет никого, кто мог бы знать, как ему помочь. Ясновидение? Бесполезно. Он пытался воздействовать на неё манипулятивно, (что было трудно), но всё что ему удавалось увидеть, так это монотонная темнота и ближайшие мелькающие события других людей, словно зрение было обрезано границей этого мира. Телепатия? Глухая пустота. Ни одного знакомого разума, ни одного отголоска из его собственной вселенной. Снова. И снова. Он повторял попытки десятки раз, но результат оставался тем же. Сайки провёл ладонью по лицу, закрывая глаза за зелёными очками. Это раздражало. Подобное было впервые, когда он чувствовал настоящее бессилие. Он, конечно, привык к тому, что всё в его жизни не всегда поддаётся контролю. Чаще обычного случались неожиданные ситуации, иногда даже выходившие за рамки его терпения, но он всегда понимал, что может их исправить. А сейчас? Сейчас он чувствовал отстранённость и, что заперт в стеклянной коробке. Заперт в месте, где даже силы столь могущественного эспера казались бессмысленными. Сайки вздохнул, вновь расскрывая глаза. Сквозь густые облака пробился тусклый свет вечернего солнца, окрашивая город в приглушённые оранжевые тона. В голове невольно промелькнула встреча с тем самым школьником, имеющим экстрасенсорные способности как и у него самого. Как он смотрел на него — спокойно, но внимательно. Как легко заблокировал внушение. Как он почувствовал, что тот другой. Этот парень был сильным. По крайней мере сильнее, чем кто-либо, кого он встречал раньше. Но даже зная это, Сайки не мог оценить его предел. Если в таком простом мире существует такие экстрасенсы, то возможно есть и другие помимо того мальчика. Если это так, то он должен быть настороже. Кто знает, может другие экстрасенсы тоже умеют чувствовать присутствие других себе подобных и обнаружат его здесь. Это доставило бы Кусуо лишние проблемы. Это было бы самым последним из всего того, чего он хотел. Вновь и вновь вспоминая и закручивая по кругу мысли о способностях школьника средней школы, в то же время разбирая способы вернуться, он старался как-то остановить безконтрольные однотонные мысли. ... Однако... Было ли всё это так важно? Нет. Он не собирался задерживаться здесь. Он должен был вернуться. Даже если этот мир не выпустит его просто так. Сайки всегда боролся за свои идеалы, и подобная ситуация только лишь разжигает в нём интерес. Правда в том, что в ней что-то настораживало его, словно гудящие со всех сторон голоса пытались ему что-то передать, а он под толстым слоем бетона не слышит неразборчивые бурчания, грядущие предупреждение. Пока розоволосый боролся с наступающими будто волны мыслями, как вдруг — Треск.🗯 Резкий, сухой щелчок отозвался в левом виске. Сайки дёрнулся, едва уловив его, но спустя секунду голову пронзила дикая волна шума. Словно кто-то подобрал старый радиоприёмник, включил на полную мощность и начал бесконечно переключать частоты. Тысячи голосов. Мысли, обрывки фраз, чувства, желания, страхи, раздражение, смех, жалобы, радость — всё сразу, разом, громко, неслаженно, безжалостно. «…не забыл ли я выключить плиту…» «…так, нужно купить молоко…» «…чёрт, начальник опять на меня орёт…» «…интересно, он меня любит?..» «…ахаха, ты слышал? Он на полном серьёзе сказал…» «…боль, опять боль, когда это закончится…» Сотни, тысячи голосов перекрывали друг друга, налетая как беспорядочный ураган, пробиваясь в разум без какого либо разрешения. Безсконтрольная способность, которую нельзя никак прервать или остановить - Чтение мыслей. Неконтролируемое, хаотичное, болезненно сильное. Ещё мгновение назад всё было тихо, если не считать его собственных мыслей. Чужие мысли он слышал всегда, хоть и в определённом радиусе, но сейчас он явно был за её гранью. В эту же секунду он слышал всех. Нескольких, кто находился в этом здании и всех, кто проходил по улицам на расстоянии в пару сотен метров. Каждую минуту медленно прибавлялось ещё несколько десятков таких голосов, уже с незнакомым ему языком. Парень начинал непроизвольно слышать всех. Всех, кто даже не подозревал, что их мысли мешают и разбивают чужой разум, будто вывороченный наизнанку дневник. Гул, непрерывный и безостановочный, сводил с ума. Сайки схватился за голову, вдавливая пальцы в виски так, будто это могло заглушить бурю. Лицо исказилось, губы дрожали, дыхание сбивалось в рывках. Он никогда не говорил вслух без крайней необходимости. Его голос был для него чем-то почти запретным, будто самим фактом звучания он нарушал какой-то внутренний код. И всё же сейчас... — Хватит… — выдавил он сквозь зубы. Голос охрип, чужой, едва узнаваемый. Он сорвался, как ржавый механизм, запущенный впервые за долгие годы. Но голоса лишь усилились. Чем сильнее он пытался отгородиться, запереться, сжаться в комок — тем яростнее мысли, чужие эмоции, чужой хаос прорывались внутрь. Раздражение вспыхнуло мгновенно. Злость, бессилие, досада — всё это слилось в единую, удушающую волну. Сайки стиснул зубы, кожей ощущая, как по черепу ползут невидимые трещины. Шум, как живое существо, забрался в каждый уголок его сознания, расталкивая мысли, ломая границы, рвя его изнутри. Он не мог позволить себе сорваться настолько глупым способом. Представить сложно, что случится если сила сверхчеловека подобно Сайки вырвется наружу. Если сила того, кто с самого раннего детства держал себя в ежовых рукавицах, внезапно прольётся в свет, то не избежать катастрофы. Семнадцать лет, а то и больше — всё это время он существовал, как по натянутой струне. Балансировал, терпел, молчал. Даже в моменты, когда рушилось всё, что можно было разрушить — он оставался собранным. Спокойным. Невозмутимым. А сейчас? Сорваться из-за боли? Из-за какой-то никчёмной головной боли? Из-за мыслей каких-то случайных людей? Пускай и со всего света, но даже раньше для Сайки оно не придавало столь огромную боль. Это было бы... унизительно. В эту самую минуту он возненавидел своё дрожащее тело, своё тяжкое и неравномерное дыхание отчего пальцы судорожно сжимаются в воздухе, будто пытаются ухватиться за остатки самообладания. Но как бы трудно не было признавать, так внезапно обрушенная боль была... невыносимой. Словно его заживо погребели под сотню тысяч тонн, тяжёлыми, как три здания, насильно давящие на его голову. Не метафора — ощущение было настолько физически точным, что он едва не закричал. Силы неоднокартно увеличились, точнее... так ему казалось. В голове, хоть и тяжко, но крутились всевозможные причины, и вероятнее всего все эти ощущения произвели на себя такой эффект благодаря резким появлением многих способностей разом, после довольно долгого отсутствия. Парень успел пожалеть, что позволил брату и себе насильно ускорить их возвращение, пока его вновь не накрыла новая волна резких и безпричинных голосов, погружая разум в шум и мрак. Голову заполонила грызущая боль, от которой хотелось рвать и метать всё, что в руки попадёт. Но Кусуо держал себя, силой заставил собственное тело застыть, лишь изредка дёргаясь и хватаясь за себя. Какие же чуждые ощущения... а ведь с одной стороны он был рад прочувствовать подобное. Боль - одна из причин, которая доказывает, что ты живой, пускай раньше он и не верил в эту ерунду. Но он так же злился на себя за подобные мысли. Так как ранее он считал такие вещи странными, да и сейчас мнение не сильно изменилось. Совсем скоро, сразу после нескольких серий подобных ударов в голову болью, всё вокруг перед глазами исказилось и помутнело. Психическая перегрузка? Колебания, которые вспарывали каждую клетку его мозга, нарушая внутренние ритмы, ломая стройность восприятия. Всё плыло. Всё звенело. Всё... Оставшейся силой воли он прочувствовал, как зашаталась голова и мир вокруг внезапно качнулся. А в следующую секунду ноги подогнулись и уронили его, затем пространство вокруг замедлилось. Он не чувствовал ничего кроме своего напряжения, которым он сдерживал собственную вырывающуюся наружу энергию, лишь продолжал падать пока время медленно продолжала свой ритм. Как дерево, подрубленное у основания. Не в силах больше удерживаться. Однако прежде чем он успел удариться о бетонный пол крыши, за спиной раздался голос. Тихий. Спокойный. Но в этот же момент, этот же самый голос словно ударил в основание какого-то нерва, словно оглушительный выстрел. — Ты в порядке? Сайки резко вскинул голову, сердце на мгновение сжалось. Паника взлетела ещё выше, едва не достигнув пика, но затем… Знакомая чёрная школьная форма. Простой крой, белая полоска на воротнике. Короткие взъерошенные чёрные волосы. Тёмные глаза, спокойные и внимательные. Сайки замер, дыхание сбилось. Он смотрел на него, а шум в голове вдруг начал стихать.