Глава 31. Вперёд!

— По коням! — скомандовал Баки, распахивая заднюю дверь своего «танка». — Пристегиваться незачем, тут защитные силовые поля. Брок, Мэй и оттеснивший Роллинза Таузиг с комфортом разместились в автомобиле. Бурчавший себе что-то под нос Джек залез следом. — Какая машина! — крутя головой во все стороны, выдала Мэй. — А что, это самое поле помогает при автокатастрофах лучше ремней? — Вот да, — уточнил Таузиг. — У нас-то машины с ремнями. — Лучше ремней, бустеров и детских кресел, — заверил Баки. — Кто вперёд? Поле фиксирует как в желе и предохраняет от ударов с любой стороны, переворотов и прочей дряни. И подстраивается под конкретное тело, а не как у вас, когда ремни разрабатывали и испытывали только на мужчинах без учёта женской и детской анатомии. — Я вперёд, — вздохнул Таузиг. — Лет до двенадцати сзади тошнило. Вестибулярка. Так что придётся снова. — У. Сочувствую, — покачала головой Мэй. — У меня-то нормально с этим. Детишки поменялись местами, и Джек с комфортом устроился рядом с Броком. — Интересно, а можно ли будет переоборудовать наши машины под это силовое поле? — спросил Брок. — Я свой танк люблю. Ну и сколько это будет стоить? — О! А какой тут движок? — тут же задала вопрос Мэй. — Моя тачка дизельная. А тут как? Можно ли поменять? Или это невыгодно? — К вам назад ещё пара тощих влезет, — сказал Баки. — Трамбуйтесь, я чары кину и поедем. По дороге всё расскажу. В машину забрались ещё Алан и Филипп, но на заднем сиденье оставалось достаточно комфортно. — Интересно, а можно ли вообще будет наши тачки тут использовать? Или это незаконно? — спросил Роллинз. — Ну просто тут все машины такие, — он пошевелил пальцами, — как игрушки, блин. — Кукольные, — скривилась Мэй. — Не, красиво. Но они такие… как барбимобиль. Я люблю свою машину, а малолитражку гоняла, пока денег не было. Как смогла, сразу большую купила. — В Барбиленде другие, надо будет вам фильм посмотреть, — рассмеялся Баки, выезжая за ворота. — Такие машины тут гонять можно, но на них огромный налог и дорогущее топливо. Движки поменять тоже можно, Соня это делает. Не за так, понятное дело. Они считаются крутейшим антиквариатом. А можно и продать за большие деньги. Тут вопрос, куда и как вы собираетесь гонять. По городу достаточно бесколёсных. Они очень разные. Если планируете на Дорогу — только такие автомобили. По бездорожью — тоже. Детишки переглянулись. — М-м-м… Я, наверное, продам, — решила Мэй. — Я ни разу не дорожник. А ездить буду по городу. — Я заменю двигатель и буду использовать. Хотя налог… Блин! И топливо. Чёрт! — Брок взлохматил волосы. — Подумаю. И хочется оставить, и понимаю, что тут это безумно дорого. Как антиквариат! Ха! Ей только восемь лет! — Время есть, — пожал плечами Джек. — Тебя за руль никто и нигде не пустит. Мелочь сопливая. И продать ты, Мэй, тоже не сможешь — несоответствие возраста в документах и тела. А вот попросить продать Старших — запросто. И твой танк, Брок, постоит пока. Брок и Мэй застонали в унисон. — Ну куда вы бежите и пузыритесь? — спросил Баки. — Да, расслабиться трудно, жить на всём готовом ещё труднее, понимаю, сам через это прошёл. Вот прямо сейчас вам деньги на что? А? Всё, что вам нужно как детям, уже оплачено. И будет оплачиваться до вашего совершеннолетия. Включая супернаборы Лего, если кого вштырит, брекеты и всякое такое. Потому что вы — дети. Мэй вздохнула: — Именно поэтому и трудно расслабиться. Потому что ждёшь, что с тебя потребуют во сто крат больше. Я не из самой благополучной семьи, да все мы. — Пока очень сложно, — согласился Таузиг. — Ничего. Вот сейчас будет школа, проверка со стороны «сверстников», — это он выделил кавычками, — и станет попривычнее. — Продолжим врастать в мир. Ситтин, он… — Филипп пошевелил пальцами, — дал нам передохнуть. Остановиться и понять, что мы дети. А в школе будет интересно. Сложно, но мы сможем увидеть окружающий мир уже как тот, где нам жить. — Хорошо, что брекеты не нужны, — буркнул Роллинз. — Хайнс говорил, он носил, но, может, сейчас обойдётся, — припомнил Алан. — Это наша с Броком и Стиви забота, — сказал Баки. — Вас обследовали, привили, в зубы заглянули. Ваши медкарты у нас есть. Дети переглянулись. — Очень надеюсь не проебать этот данный нам кем-то шанс, — очень серьёзно заявил Брок. — Музыка Души, — тихо кивнула Мэй, во все глаза рассматривая Сан-Франциско. Когда Туу-Тикки и Грен впервые вывезли их в город, они ещё толком не поняли ничего. А сейчас, в который раз глядя на людей, одетых так, словно они только что встали с постели и так и пошли, Мэй вздыхала — свобода. Хотя, может, ей пока так кажется. Может, тут на каждом по три студенческих кредита, по пять потребительских и ипотека. А мода… Что мода? Она меняется. Дети молчали, рассматривая одежду, дома и машины, и думали примерно о том же — ипотека, мода, образование. Пока, за почти год, они с трудом научились — нет, не доверять взрослым, но научились тому, что они дети и за них отвечают взрослые. Хотя — и это было удивительно — спрашивают и советуются с ними. — А вот насчёт образования? Ну, школа понятно, а потом как? — посмотрел на Баки Филипп. — И как тут вообще… вот ты говорил, что вы платите за помощь? Это что? Как? Ну чтобы нам быть в курсе. — И как мы будем, ну… — Мэй покрутила пальцами. — Вот у вас триада. А с этим как? Разве тут вообще можно с кем угодно и как? — И стоимость жизни и медицины тут какая? Туу-Тикки даже счета из клиники никому не показала, — пожаловался Таузиг. — Учёбы? Жилья? — Как вы будете вообще — вы решите сами, — сказал Баки. — Учёба после школы — тоже определитесь после перехода в старшую. Деньги на университеты у вас есть, вы не пустые ушли. Да и от «детских» обычно остаётся и на учёбу, и на открытие своего дела. — Ну да. Мы выгребли все ухоронки, чтобы не пустыми. Детские? Это на всякое нужное? И много ли может остаться? И сколько выделяется? А если я чего-то захочу такого? — тут же посыпались вопросы. Роллинз был уверен, что и в остальных машинах сели на уши, даром что тема денег, учёбы и жилья уже обсуждалась многократно. Мало ли что там Туу-Тикки говорила! Нужно проверить информацию. — А если я захочу татушку? — спросил он. В том прошлом он так и не решился, так что задал вопрос просто так. — Или вот… Ярисоватьхочу! — крепко зажмурившись, выпалил он на одном дыхании — Рисовать — это всегда пожалуйста, — улыбнулся Баки, останавливая машину на светофоре. — Татушку по старинке, чернилами под кожу — после совершеннолетия, а если современную, то хоть сейчас. — Э? Что значит современную? — не понял Джек. — Переводную, что ли? Классическую… может, сделаю. Если не передумаю. А рисовать я хочу и буду! — решительно заявил он. Желание рисовать зудело в пальцах. — Если я хочу чего-то такого… Такого? Ну… Я вот хочу стекло делать, — наконец признался Брок. — Но там кучу всего надо знать… И мастерская… и всякое нужное… Это же очень дорого? — Не знаю, — честно сказал Баки. — Никогда не имел с подобным дело. Но мы узнаем. У Стива среди местных крафтеров полно друзей-приятелей-знакомых. Так что он всё живо выяснит. И в первую очередь — с какого возраста стеклодувы берут учеников!