Часть 14

Достаточно быстро справившись с рисунками и повесив их все обратно по местам, он помог девочке прибраться на столе, а потом попросил её собрать в рюкзачок вещи, которые та хочет взять с собой, а сам пока решил сходить к её отцу. Однако помимо того, что он хотел предупредить, что он ненадолго заберёт к себе девочку, он также хотел как-нибудь попробовать незаметно стащить себе обратно свой костюм. Хотя бы один из них. Ну, а вдруг получится, он бы ему сейчас очень даже пригодился для осуществления его задумки. Правда решил всё же действовать по ситуации, ведь, как и в ночь Рождества, плана никакого у него не было. — Сплошная импровизация, а не жизнь… — тихо шепнул тот себе под нос, а потом постучался в мастерскую, надеясь, что Старк сейчас именно здесь. — Входи, Питер, — разрешил ему Тони, перебирая сейчас какие-то провода, чтобы обновить кое-что в своём доме. В этот раз он и без Пятницы понимал, что к нему пришёл этот парень — только Пит так вежливо стучал. Остальные либо бубнили, либо просто без спроса пытались зайти. Даже его собственная дочь. — Что случилось? — мужчина повернулся к двери, ожидая, что Питер зайдёт. Он даже отвлёкся от улучшения своей кофеварки. Когда парень прошёл в комнату и обнаружил мужчину за привычным занятием, то чуть не ответил тому грубостью, но сдержался. Всё же он не отрицал факт того, что мужчина и сам мог переживать о ситуации с дочерью, просто как обычно справлялся со стрессом, пока его руки и мозг были заняты какой-то работой. — Я… Эм… — он как бы невзначай огляделся, пытаясь понять, где мужчина прячет сейчас костюм Паука. В мастерской как обычно была сплошная неразбериха и хаос, где легко найти что-то мог только её владелец. Ну, или Пятница на крайний случай. — Я лишь хотел сказать, что хочу забрать Морган с ночёвкой к себе. У меня всё равно выходной, могу приглядеть за ней до завтрашнего вечера… — проговорил тот в ответ. — Слушай, Пит… Если ты сможешь её успокоить, проси, что хочешь, — задумчиво ответил мужчина, сейчас привычно пытаясь скрыть свой взгляд, чтобы не выдать своих чувств постороннему человеку. Ему всё ещё было неловко от воспоминаний о том, как Паркер стал свидетелем его панической атаки ранее. Хотя по его реакции всё равно Питер чётко видел, что он действительно переживал за состояние дочери. — Не хватало мне ещё одного ребёнка в депрессии… — тихо шепнул он сам себе, вспоминая состояние Паучка. Парень чуть завис, но даже при условии грохочущей на фоне громкой музыки всё равно расслышал его слова благодаря своему улучшенному слуху. Сделав вид, словно он размышляет над его словами, он, кажется, наконец отыскал нужную коробку взглядом. Вот только он не представлял, под каким предлогом мог бы взять себе костюм без подозрений. — Тогда, думаю, вы будете рады узнать, что я уже это сделал, — тихо хмыкнул тот, переводя взгляд на мужчину. — Тогда у меня только два вопроса… Нет, три вопроса. Задавать? — тактично спросил мужчина, всё это время наблюдающий за этим импровизатором. Тони встал в более расслабленную позу и коснулся своей щетины. — Попробуйте, — пожал тот плечами, ведь прекрасно понимал, что у него есть право просто игнорировать любые вопросы и оставлять их без ответа, если не хочется на них отвечать. Сейчас, будучи именно Питером, он не был ничем обязан перед этим человеком. Ну, для Старка. Питер же, пусть и выстроивший эту ментальную стену от окружающих, всё равно в глубине души свято хранил воспоминания о прошлом. — Хорошо… Первый: если ты сейчас действительно лихорадочно ищешь костюм Паучка, как мне показалось, хотя я и не понимаю, зачем, то он вот тут, — мужчина указал на коробку, которая была прямо неподалеку от Питера, справа, на стуле. Она словно специально просила её забрать. — А тут, — он кивнул на то место, куда раньше смотрел Питер. — Мои протеиновые батончики. Да, я правда их ем. Точнее, пытаюсь, — мужчина понимал, что ему нужно чуть похудеть, но после комы ему ещё были запрещены активные упражнения. — Второй вопрос: как ты смог успокоить Морган? — это было ему действительно интересно, ведь они чуть ли не всем скопом бились над этой задачкой уже третий день. — И третий: что ты хочешь за это? Могу дать дыню с собой, — мужчина внезапно выкатил из-под стола три дыни. — И да, они попали ко мне по чистой случайности, но я действительно не люблю дыни и целый день пытаюсь их кому-нибудь подарить… — честно признался он. Питер чуть не шлёпнул себя ладонью по лбу после первого вопроса, но мысленно поблагодарил Старка за его опрометчивость. Всё же искать среди похожих коробок костюм больше не придётся. — Мне за это ничего не нужно, — ответил тот лишь на последний вопрос. — Я также не хочу, чтобы Морган было плохо, поэтому поступаю так. Ради неё, а не ради кого-то ещё, — прояснил тот и вздохнул. — Я не смог утешить её полностью. Как я понял, для этого есть два решения и я не смогу применить ни один из них. Потому что либо вы извиняетесь перед дочерью за своё поведение и признаёте свои ошибки, либо этот ваш неудачник-Паук лично объясняет Морган, что он не станет злиться на неё по такой бредовой причине, — сдерживая эмоции, процедил парень. Взгляд парня метал молнии и он явно был очень недоволен поведением мужчины в отношении девочки, но стойко молчал, ведь знал, что сейчас его комментарии об этом будут излишни и совершенно ни к месту. Он всё ещё чужой человек для мужчины. — «Неудачник-Паук»? Питер, пацан, я, конечно, люблю тебя всей душой за то, что ты возишься с Морган, да и не спорят о вкусах… — спокойно, даже с лёгкой усмешкой начал Тони. — Но придержи в себе свой негатив, чтоб мы не ругались, и будь поуважительнее с моими детьми. Я человек не лучший, но всё ещё есть те, кого я не дам в обиду, — попросил сейчас в довольно серьёзном тоне мужчина. Было видно, что как и за Морган, так и за Паучка, он готов послать Питера куда подальше. Как и любого человека на свете, кто посмеет задеть его детей. Иронично в данном случае, зная, что Питер и есть Паучок. Но Тони-то этого не знал, и он на самом деле был готов загрызть кого-угодно и за Паучка тоже. — Что же касается меня, то… Пеп мне уже всыпала по первое число ещё тогда. Ты бы слышал, как она ругалась на меня. Я столько ругательств за всю свою жизнь, кажется, не слышал, сколько она мне выговорила в тот вечер. Я уже несколько раз извинялся перед Морган за то, что выбрал неправильную формулировку, не подумал, но послушала она только тебя, — честно рассказал мужчина, ведь он действительно уже говорил со своей дочкой, но она не обращала на него внимание. Все эти многочисленные игрушки в комнате были от Тони, попыткой развеселить дочку. — У нас свободная страна, я не обязан любить всех подряд и имею право выражать своё недовольство людьми, которые поступают глупо, — фыркнул парень, но быстро поднял руки. — Впрочем, я признаю, что существуют люди, которые думают иначе. Пусть и не могу признать их мнение верным. Как я уже сказал, мы живём в свободной стране, — пожал тот плечами, опуская руки. — Тем более, я не знал, что он ваш сын… — отвёл тот взгляд и лишь тише добавил: — Хотя меньшим неудачником это его не делает, — фыркнул тот. «Раз мужчина уже извинялся, значит дело решить до конца и правда остаётся только мне… Ох уж эта Морган…» — с тёплой усмешкой на губах покачал тот головой. — Знал, — прищурился Тони, пристально наблюдая за Питером, так что просто стащить коробку не получилось бы. — Не официальный, но сын. И ты это знал, если не страдаешь рассеянным склерозом, — он напомнил ему о разговоре, когда у Тони случилась паника. Тогда он и сказал Питу, что хотел усыновить Паучка, но не успел. С тех пор он стал чуть чаще общаться с парнем, чуть теплее относиться к нему. — Если же говорить о твоём упорном желании стащить костюм, в чём тебе мешаю только я, несомненно… И да, не удивляйся, я это понял сразу — у тебя, как правило, всё написано на лице… — мужчина сложил руки на груди и подошёл к парню чуть ближе, а потом одной рукой не глядя взял коробку и перенес её на свой стол, возвращаясь туда. — Костюм не дам. И не проси. Я даже понимаю, зачем он тебе, и рад твоим благим целям, но не дам. Во-первых, надеюсь, ты достаточно умён, чтобы понять, насколько он опасен для обычного подростка. А во-вторых, не то, чтобы меня не простил за это Паук… Думаю, возможно, и простил, если бы я сказал, что это ради Морган. Но я не прощу себя, если отдам другому пацану то, что делал для него, — каким-то образом Тони умудрился считать всё это по лицу Питера. — Для меня это что-то типа предательства. — Я не!.. Агрх, плевать! — махнул тот рукой, словно бы говоря обо всём разом. Да, он знал о намерении Тони когда-то взять парня под своё крыло, что испытывал к нему родительские чувства, но не мог этого принять как должное, ведь это не было сказано лично ему, Питеру Паркеру, Человеку-Пауку и протеже Тони Старка. Морган не считала Паука своим братом, а остальные даже не воспринимали его всерьёз героем. Питер действительно очень разочаровался в собственном альтер-эго, поэтому и не считал его достойным чего-либо. Однако по какой-то причине рядом с малышкой Морган у него не получалось постоянно корить себя за совершённые оплошности. Возможно именно поэтому он и открываться начал именно с её подачи. «Чёрт возьми…» — он проводил взглядом коробку, но это не было сожалением об упущенной возможности. Заполучить костюм было бы просто приятным бонусом, но никак не конечной целью. Тайно выкрасть его он мог в любой момент. Он мог даже сейчас пульнуть паутиной в коробку и силой вырвать из рук Старка, но не желал этого делать. Не время было заявлять о его способностях. — «Привязался же он к этому костюму…» — раздражённо подумал Паркер, взъерошивая движением руки волосы на затылке. Впрочем, следуя недавно принятому решению, он не собирался переубеждать мужчину. Внезапно что-то дёрнуло его и парень поднял взгляд на мужчину, злорадно улыбаясь. — Обычно, когда так рьяно начинаешь что-то защищать, именно тогда теряешь это… — произнёс парень словно бы с намёком на то, что мужчина всё равно в итоге лишится костюма Паучка. — Что ж… Желаю глядеть в оба, — хмыкнул он и развернулся, чтобы уйти за Морган. — Питер, — мужчина пристально посмотрел на него. — Посмотри на меня. Мы не закончили разговор, — решительно произнёс он. — Я понимаю, что тебя, по какой-то из причин, раздражает буквально всё, что я делаю. Даже если я чихну в такт музыки — тебя это будет раздражать. По крайней мере, такое впечатление создаётся, хочешь ты того или нет, — мужчина опять подошёл к нему, только теперь уже мягко повернул парня к себе лицом. Всё же, Тони за годы тренировок в костюме тоже был не слабым. Питер раздражённо повёл плечами, словно желая сбросить со своего плеча чужую руку, но послушно остановился и развернулся к нему лицом, желая всё же культурно закончить разговор, а не вспыльчиво реагировать, как было раньше. — Я же понимаю, что тебя раздражает Паучок. Словно у тебя к нему какие-то личные вопросы есть. И ты прав, личное дело каждого — любить кого-то или нет, — мужчина просто понимал, что ему достались два сложных подростка. А то и три, так как Морган тоже будет не подарок. Одни только гены Тони чего стоят. Именно поэтому он решил просто дать мальчишке высказаться. Пусть лучше он на мужчину накричит, как Паучок, но потом ему станет легче. — Я не заставляю тебя любить его и всё такое, вовсе нет. И я понимаю, что ты хочешь помочь Морган. Я это очень ценю. Искренне. Но просто пойми — я не от жадности не даю тебе костюм. Да я бы дал его тебе… Я понимаю, что вряд ли Паучок захочет вернуться к своей работе… Но я чувствую вину перед ним за то, что не помню его личность. Морган однажды была, наверное, права, сказав, что меня, верно, интересует только костюм. А на самом деле я просто забыл, кто он без костюма. И за это я постоянно себя осуждаю. Этот костюм для меня очень важен, я постоянно надеюсь вспомнить хоть что-то, смотря на него. Все себя за это постоянно осуждают. И я, и Хэппи, и Мстители. Все мы знаем Паука, но не помним, кто он на самом деле. Хотя и должны помнить. И это угнетает, — Тони посмотрел Питеру прямо в глаза. — Я сейчас это тебе говорю всё вовсе не ради того, чтобы разозлить. Или заставить сочувствовать мне. Нет, плевать мне на эту жалость. Можешь хоть накричать на меня. Я просто хочу, чтобы ты понимал, что его костюм для меня очень дорог, я всё ещё надеюсь, что он вернётся. Это не обычная жадность… Но я бы мог тебе дать другой костюм, который предназначался для него. Если бы ты захотел… Он похож на этот, копия, просто в нём нет опасных штук, которые могли бы случайно навредить тебе или Морган. Я действительно хочу, чтобы мы с тобой нормально ладили. Меня напрягает, что мы постоянно ругаемся из-за меня… При словах о том, что его раздражает его же маска, он думал было сказать о том, что его бесит лишь слабовольность и дурость Паука, но сдержался. Не стоило снова накалять обстановку, видя, как мужчина старается сгладить ситуацию. Поэтому он также спокойно выслушал его откровения о костюме и истинных мыслях, что таятся за желанием сохранить вещи Паука. Почему-то он и сам только сейчас задумался об этом, понимая, что до этого момента даже и не думал, что это может быть так важно не только Старку, но и другим. Он не сочувствовал и не насмехался, но понимал. Он правда понял и это сейчас легко читалось по его глазам. Однако очередное упоминание того, что якобы Паркеру нужен костюм Паука, вызвало отчётливое раздражение на его лице. — Мистер Старк, ну может хватит? Шутка затянулась, уже даже не смешно. Вы и сами прекрасно знаете, что Морган не стала бы заикаться о чём-то подобном, а потому и мне этот костюм к чертям не сдался! Я и словом не обмолвился, что мне нужен какой-то там костюм. Вы же и сами поняли, что мне не нравится Паук. По-вашему, стал бы я носить хоть что-то от человека, который мне противен? — спросил он, чуть вздёрнув подбородок. — Если не хотите разругаться со мной по этому поводу окончательно, то поумерьте пыл. Пожалуйста, — чуть мягче добавил тот. — Ладно, ладно, окей, — мужчина кивнул. — Больше никаких костюмов, никаких упоминаний о Паучке, — он отступил к себе за стол и вернулся к работе, позволяя парню уйти за Морган. Собственно, он его действительно не держал больше, но понимал, что эти его слова о том, что потеряешь именно то, чем дорожишь, что-то да значили. В груди невольно просыпалась тревожность. — Удачи, — кивнул мужчина, начиная возиться с фильтрами от кофеварки так, словно ничего и не случилось. Парень кивнул и хотел было уже молча уйти, но у самой двери вдруг остановился и зачем-то обернулся через плечо. — Мистер Старк, можно один… личный вопрос о Пауке? — вдруг спросил тот слегка нерешительно. Возможно парень действительно пытался принять мнение Тони и поэтому хотел сейчас спросить что-то об этом. Взгляд его был довольно… задумчивым. — Да, конечно, — кивнул мужчина, вновь отвлекаясь от рассыпавшегося по всему столу кофе, о чём он секунду назад тихо шикнул сам себе, что теперь придется убираться. Он был готов ответить на любой вопрос довольно честно и прямо. — У вашего… протеже ведь наверняка был свой допуск ко всем вашим системам, так? Он… всё ещё активен? — спросил тот вдруг с какой-то странной эмоцией во взгляде, но распознать истинные намерения парня всё равно было трудно. Вопрос был личным, но очень странным в этой ситуации. Неоднозначным. — Да, он активен во всех случаях, пока есть куда заходить, — кивнул ему в ответ мужчина, вообще не понимая, что парню даст эта информация. У него же нет этого пропуска. Ведь так? — А почему интересуешься? — просто потому что не понял, спросил Тони. Тот лишь озадаченно пожал плечами. — Просто подумал, что это странно… Вы толком не помните этого человека, а потому почти не знаете его, но доступ оставили… Простите, просто мысли вслух, — отмахнулся он и окончательно ушёл за Морган, в душе надеясь, что не слишком заставил мужчину сомневаться в правильности мыслей о допуске и тот не отключит его. Он ещё может пригодиться. — Потому что я ему доверяю… — проговорил Тони в пустоту мастерской. Вот только тревога, поселившаяся в груди, от чего-то стала лишь более ощутимой. Морган, к этому моменту успевшая полностью собраться и даже переодеться, ждала сейчас Питера со своим рюкзачком у своей комнаты. «Как-то он долго…» — подумала малышка, смотря под ноги. — Привет, заждалась? — он подошёл к ней и подхватил девочку на руки, улыбаясь ей. — Спасибо, что дождалась меня. Идём, — он поправил кофту на ней и направился к выходу из дома.