***

      Шэдоу с лёгкостью разобрал последних бадников, оставив после себя идеально чистый коридор, теперь заваленный беспорядком из сломанного металла и растерянной живности. Он насмешливо хмыкнул по поводу отсутствия препятствий на его пути, прежде чем продолжить путь вглубь здания. Его отправили расследовать ещё одну базу Эггмана, о которой недавно стало известно. Пока безумный доктор ещё ничего не предпринимал, но Президента это не делало менее нервным. Учитывая его прошлые преступления, он имел на это полное право.       И так, по особому приказу от G.U.N. он проник в этот новый комплекс, чтобы проверить, не задумал ли Эггман очередной коварный план, и если да, то остановить его ещё до того, как он будет воплощён в жизнь. До этого момента все шло гладко, что сделало Шэдоу более осторожным, чем обычно. Почти никакой защиты, кроме обычных роботов, приводимых в движение животными, и по-прежнему никаких признаков самого Эггмана. Оставалось надеяться, ему повезет больше, когда он найдет главную диспетчерскую.       Стоило ему достичь пересечения металлического коридора, он посмотрел направо и обнаружил, что проход открывается в более просторную комнату. В ней, похоже, находился большой обзорный экран над возвышающийся над широкой консолью, усыпанной множеством кнопок и циферблатов. Как раз то, что он искал. С усмешкой он бросился вперёд, неосознанно наехав на едва заметный датчик.       Как только он добрался до двери, она захлопнулась прямо перед ним, и стоило ему затормозить, как с потолка спустилась труба, поймавшая его в ловушку. На мгновение его голова металась по сторонам, а как только он понял, что действительно был заперт, то проклял свою расторопность и ударил кулаком по стеклу. В ответ ему последовал только глухой стук, за которым раздался знакомый надменный смех.       — Хо-хо-хо, пытаешься заранее испортить мои планы, Соник? Или, возможно, это работа одного из твоих надоедливых дружков? Неважно. В любом случае, будет непросто отсюда выбраться. Так почему бы тебе не устроиться поудобнее, пока мои бадники тебя не подобрали. Зная, какой беспорядок ты наверняка мог устроить, это займёт время.       Шэдоу свирепо посмотрел на динамик над головой, прежде чем вернуть своё внимание на стекло и запертую дверь снаружи. Ему стоило догадаться, что Доктор устроил ловушку, учитывая отсутствие защиты. В попыхах он насовсем выкинул осторожность на ветер и теперь чувствовал себя таким же глупым, как Соник, что попал в что-то настолько очевидное. Нет смысла дуться на это сейчас – ему надо выбраться, пока подкрепление не прибыло.       Он приложил руки к стеклу, пытаясь прочувствовать его – может получится прострелить? Тут же покачал головой. Слишком рискованно, он не знает толщину стекла и любой огонь может стать смертельным рикошетом. Тогда Хаос Контроль. Он закрыл глаза усилием воли заставил себя выйти за пределы запечатанной комнаты. Его глаз дёрнулся, пока он пытался направить всю свою энергию на исполнение одной конкретной цели, но в конце концов снова их открыл, судорожно хватая ртом воздух. Ничего хорошо. Должно быть Эггман изобрёл что-то, что блокирует его энергию. Он неотвратимо и бесповоротно застрял. — Проклятье, — раздался его рык.       — Так-так-так, что это тут у нас?       Шэдоу резко обернулся на знакомый голос, туда, откуда он изначально и прибыл, и обнаружил одинаково знакомое лицо. Посреди коридора стояла антропоморфная летучая мышь в чёрном латексном костюме с розовым сердцем, украшавшим её пышную грудь. Руки в белых с розовым перчатках твёрдо упирались в бока, бедро наклонено в сторону, пока она стояла в элегантных белых каблуках, тоже украшенных розовыми сердечками. Она захлопали синими ресницами на пойманного ежа и ухмыльнулась, на что Шэдоу ответил взглядом и звуком недоумения.       — Руж? Какого чёрта ты здесь делаешь?       Руж лёгкой походкой проследовала к сосуду. — Конечно, я здесь чтобы помочь остановить Эггмана. Как и ты, получила приказ от Президента.       Шэдоу нахмурился. — Мне никто не говорил, что ты тоже будешь на миссии. Руж сразу уловила раздражение в его голосе. — Успокой своё раненое эго, Шэд. G.U.N. были полностью уверены, что ты сможешь завершить эту миссию в соло. Они послали меня как поддержку, стандартная процедура. Но ты знаешь меня, я ненавижу оставаться в стороне. Что очень кстати, учитывая твоё положение... Согласен? Шэдоу проворчал себе под нос, но не согласился с её мнением. Она закатила глаза. — Мальчики. Иногда делаешь за них всю работу — и даже спасибо не услышишь. А я ведь потратила столько сил, чтобы отключить защиту Эггмана и создать лазейку в его системах.       Руж опустила взгляд на одну из перчаток и поверх неё появилась голографическая клавиатура. Другой рукой она нажимала на цифровые клавиши, пока Шэдоу наблюдал с любопытством. Наконец, она остановилась, встретив его взгляд, и труба, удерживавшая его, втянулась в потолок. Шэдоу секунду проследил за ней, фыркнул и повернулся к двери между ним и диспетчерской.       Пока он ощупывал дверь, Руж приблизилась сзади и шепнула: — Всегда пожалуйста.       — Нам нужно попасть в диспетчерскую и узнать, что задумал Эггман, — проигнорировав её саркастичную колкость, ответил он.       — Ладно, так действуй. Используй Хаос Контроль и попади внутрь.       Брови Шэдоу нахмурились, его руки затряслись, стоило ему надавить на дверь сильнее. В конце концов, он отпрянул с раздражением. — Чёрт побери, — снова выругался он, — что-то не так. Не знаю, что изобрёл Доктор, но мои силы не работают. И… вряд ли я смогу использовать Хаос Контроль внутри базы.       — Ох, это что-то новенькое. Похоже, что Эггман усложняет свою игру, — вздохнула Руж. — Значит, вся работа на мне, как и всегда.       Шэдоу обернулся на неё, бросая неодобрительный взгляд, от которого Руж только отмахнулась. — Расслабься, Шэд, я просто дразню. Ты хорошо разобрался с этими роботами, поэтому меньшее, что я могу сделать, это открыть тебе дверь. Руж неторопливо прошла мимо Шэдоу к двери, снова вызвала свою клавиатуру и начала работу над взламыванием управления. Шэдоу витал у неё над плечом, нетерпеливо смотря, как она работает.       — Сделай это быстро, нам надо убраться отсюда до подкрепления и как можно скорее проинформировать G.U.N. о нашей находке.       Руж покачала головой. — Кажется я уже говорила, что сняла защиту сразу, как оказалась внутри. Не будет никакого подкрепления. Что до отчета, мы получим его прежде-       Она остановилась, и её рука зависла над клавишами, когда она сверкнула красным. Затем на нее спроецировалась другая голограмма, на которой отображался обычный таймер обратного отсчета от пятнадцати. Шэдоу сразу же предположил худшее и приготовился к тому, чтобы выбежать отсюда, к черту информацию. Прежде, чем он успел среагировать, Руж развеяла его страхи.       — А, чёрт! Дверной механизм заблокирован. Я не смогу его открыть, пока не пройдёт обязательный период изоляции.       Шэдоу моргнул и снова посмотрел на таймер, чтобы увидеть, что прошло всего пятнадцать секунд. Его пальцы впились в руки, и он спросил очевидное: — Хочешь сказать, что дверь не откроется пока не пройдёт пятнадцать минут?       Руж кивнула. — Плюс-минус. Похоже, нам придётся отсиживаться здесь. Слоняться вокруг вряд ли пойдёт на пользу, если активируем ещё какие-то ловушки, то срок изоляции может продлиться.       Взгляд Шэдоу стал ещё более мрачным, когда стало ясно, что ему придётся подождать некоторое время, прежде чем он сможет, наконец, завершить миссию. Из одной клетки сразу в другую, и всё из-за небольшой оплошности. Фрустрация быстро овладела им. Его гнев быстро нарастал, и вскоре он взорвался, закричав и ударив кулаком о дверь с громким металлическим грохотом. Руж отпрыгнула подальше от разъярённого ежа, размеренно взмахивая крыльями, чтобы удержаться в воздухе, и отчитала его.       — Что, чёрт возьми, с тобой не так? Ударив дверь, ты не заставишь её открыться быстрее! Даже если бы мог, это ужасно для твоих рук.       Шэдоу покачал головой. — Я бы уже ушёл отсюда, будь я осторожнее. Соник, может, и склонен попадать в подобные ловушки, но не я. Я должен быть лучше.       Руж подпёрла голову рукой. — Хочешь сказать, что с возрастом теряешь хватку?       В этот раз Шэдоу даже не посмотрел в сторону Руж после её последней шутки. Вместо этого он отошёл к другой стороне двери и упёрся спиной в стену. Он соскользнул вниз и сел на землю с более мрачным выражением лица, чем обычно, положил руки на колени и удручённо вздохнул.       Руж протянула к нему руку и так же быстро отдёрнула её, её рот исказился в легкой виноватой гримасе. Она ничего не имела в виду под своими словами, но заметила, что что-то в них глубоко задело ежа. И этого очень сложно добиться, когда дело касается Шэдоу. Поэтому она осторожно опустилась на пол и подошла к нему, надеясь поговорить о его нынешних чувствах (ещё один трудный подвиг, когда дело касается Шэдоу).       Она села рядом с ним и сочувственно посмотрела на него. — Слушай, Шэд, я знаю, ты был создан быть этой большой, идеальной формой жизни, но тебе правда пора перестать жить этими ожиданиями. Никто не идеален, и ты тоже будешь ошибаться. Никто не может быть безупречным. Ну, кроме меня, но это не главное, — она сказала, подмигнув.       На секунду она сделала паузу, чтобы изучить лицо Шэдоу, сначала не уверенная, дошло ли до него то, что она хотела донести. Только когда её глаза поймали тень ухмылки на его губах она поняла, что слова были услышаны. Она продолжила, — Одна ошибка при безупречной в остальном операции не повлечёт для тебя никаких последствий, я позабочусь об этом. Я знаю, что у вас с Соником с этим проблемы, но, к счастью, это ещё одна вещь, в которой я хороша. Ты не поверишь, сколько времени мне пришлось искать Мастер Изумруд, чтобы получить шанс заполучить его.       На данный анекдот, Шэдоу наконец заговорил. — И после этого ты говоришь мне о своей безупречности. Насколько я помню, из всех драгоценностей, что ты когда-либо украла, Мастер Изумруд не был в их числе. — Шэдоу, наконец, искоса взглянул на Руж, и дерзко улыбнулся.       Руж напускно удивилась. — Ну, даже не знаю, кто тебе это сказал, но я не провалила ни одной кражи. Даже Мастер Изумруда. Конечно, он был разбит на части и в конце мне пришлось их вернуть, но я всё же их украла.       Шэдоу фыркнул. — Семантика. — Наконец, он распрямился и с глубоким вздохом прислонился к стене.       — Ну ладно, полагаю, я могу подождать. Но ты права в том, что я нетерпелив, поэтому не думаю, что смогу просто сидеть смирно, — он вгляделся в таймер на запястье Руж, — десять минут.       — Так и подумала, — сказала Руж. Она окинула Шэдоу взглядом сверху до низу, и её посетила мысль, заставившая прикусить губу.       Она отвернулась и осмотрелась по сторонам, только чтобы обнаружить отсутствие охраны, а затем на две одинокие камеры рядом с дверью. У неё был доступ ко всей системе безопасности, поэтому любая запись, которая там проигрывалась, была за те десять минут до их прибытия. И всё же, просто чтобы наверняка, она пару раз нажала по клавишам, заставив их выключиться. Затем она положила свою руку на пол и провела по нему, пока не нашла руку Шэдоу.       Шэдоу взглянул на знакомую конечность, затем обратно на Руж, только чтобы наткнуться на взгляд, который он знал слишком хорошо. Словно бы подтверждая, она заговорила соблазнительным, низким голосом, — Есть способы, которыми мы можем скоротать время.       Румянец на щеках Шэдоу углубился почти до алого, но руку он не убрал. — Чт-что, здесь? Сейчас? — Это был не первый раз, когда у них были такие отношения, но заниматься этим на вражеской территории было крайне рискованно. Не то, чтобы это останавливало Руж раньше.       — Лучше времени и не придумаешь, — Руж ответила. Она грациозно повернулась и устроилась на коленях Шэдоу, отчего ёж был слишком ошеломлён, чтобы пошевелиться. Поэтому она передвинула его сама, взяв его руки и по очереди переместив их на свои бёдра.       — Охрана выведена из строя, система защиты моя, мы одни и у нас есть, — она мельком опустила взгляд на запястье, — девять минут, прежде чем дверь откроется.       Руж пропустила иглы Шэдоу через пальцы. Ощущение её нежного прикосновения послали дрожь у него по спине, заставляя задышать горячо и глубоко от этого чувства. Его руки сжались на боках Руж, вытягивая из неё низкий стон и заставляя её крылья трепетать. Не слыша дальнейших возражений от Шэдоу, она наклонилась вперёд и накрыла его губы своими. Её язык танцевал по его губам и умолял впустить. Вскоре он поддался и разомкнул рот, чтобы принять приглашение.       Их языки сражались между их губами, пока они обменивались низкими, разгорячёнными постанываниями. Руж медленно осела на колени Шэдоу вместе с тем, как их поцелуй прибавил интенсивности, и она почувствовала небольшой бугорок, выросший под её тыльной стороной. Хихикая про себя, она насильно потёрлась об него, специально раздражая дальше. Она чувствовала, как он растёт всё больше и больше под постоянной стимуляцией, пока полностью эрегированный член Шэдоу не выглядывал между её задницей.       Наконец с её призом на свободе, она оторвалась от поцелуя с ниточкой слюны, повисшей между их губами. — Похоже, мне есть о чём позаботиться, — Руж пробормотала, медленно поднимаясь с коленей ежа.       Пока она далеко не ушла, руки Шэдоу поднялись вверх по спине Руж и подтянули её ближе. Она ахнула от внезапной грубости, а затем затихла, когда почувствовала, как его пальцы массируют её киску сквозь тонкую ткань. Она содрогнулась от его касания и неосознанно потёрлась о них в ответ, чем вызвала смешок от чёрного ежа.       — Думаю, ты достаточно обо мне заботилась, — он выдохнул ей в ушко. — Почему бы тебе не расслабиться и позволить, как следует отблагодарить тебя в этот раз.       Его пальцы оставили чувствительные складки Руж, и она сжала бёдра в попытке догнать остаточное удовольствие, пока оно совсем не исчезло. Она откинулась назад, испустив дрожащий выдох, который быстро прервался, когда она почувствовала, как Шэдоу опустил её верх достаточно низко, чтобы её грудь свободно вывалилась. Её соски быстро затвердели, оказавшись на холодном воздухе металлического коридора, но Шэдоу не обратил на это внимания. Его глаза продолжали смотреть на неё, и она покраснела от интенсивности пылкого взгляда.       Не разрывая зрительного контакта, он без предупреждения опустил свою голову и атаковал один из бутончиков языком. Руж смотрела, как её возлюбленный обвёл её сосок языком, прежде чем взять в рот и укусить чувствительную плоть. Чувство языка и зубов на её груди наконец сломало Руж, заставляя со стоном откинуть голову назад. Её руки переместились за голову Шэдоу, и она вновь пропустила его иглы через пальцы, прижимая ближе к своему бюсту.       — Блять, Шэдоу, да, прямо здесь. Продолжай, — поощряла она.       Шэдоу содрогнулся от звуков удовольствия, и его член дёрнулся от плотского желания. Тем не менее, он проигнорировал свою растущую нужду и продолжил сосать грудь Руж. После ещё пары аккуратных укусов, он отстранился, напоследок снова очертив сосок языком, горячим дыханием опалив её нежную кожу. Затем он проделал всё то же самое на другой груди. С каждым стоном, который он получал от мышки в его руках, его облизывания возрастали в страсти. Он боготворил бусинку во рту так же сильно, как и другую, жаждя похвалы, которой осыпала его Руж. И всё это в то время пока его собственная нужда росла, и он чувствовал, как стекает капля предэякулята по нижней стороне ствола.       Почувствовала это Руж или просто устала от прелюдий, Шэдоу сказать точно не мог, но вскоре она отстранилась, и они оба воспользовались этим моментом, чтобы восстановить дыхание.       — Пять минут, герой-любовник, — Руд вздохнула, — как бы сильно я не хотела вкусить тебя тоже, я не думаю, что у нас есть ещё время на предварительные ласки.       И хотя Шэдоу оставался стойким во все времена, он не мог скрыть волнения в глазах, когда Руж потянулась между своих ног за спрятанной там молнией. Потянув за собачку, она обнажила перед ежом свою текущую киску, после чего потёрлась вдоль толстого ствола. Руж прикусила губу, предвкушение почувствовать его член внутри быстро стало невыносимым. Аналогично, Шэдоу застонал от ощущения её горячих, мокрых складок вдоль его длины.       Вновь накрыв её бёдра руками, он остановил медленные движения и поднял ровно настолько, чтобы его член мог приподняться и уткнуться ей в скользкий проход. Он держал её так, казалось бы, вечность, позволяя их совместному волнению достичь точки кипения, пока, наконец, не отпустил, позволяя себе гладко войти в её узкий канал.       Руж вскрикнула от восторга от того, с какой лёгкостью Шэдоу заполнил пустое пространство. Её крылья забились в маленьких, быстрых взмахах от ощущения растяжения вокруг толстого члена; глаза закатились назад, и скоро она потеряла себя в чистом блаженстве. Прежде чем полностью сдаться наслаждению, она ухватилась за руки Шэдоу и держала их, чтобы заземлить себя. С небольшой помощью от него она смогла взять всю его длину за раз и опустилась к нему на колени.       Пока Руж придавалась своему наслаждению, Шэдоу нашёл достаточно удовлетворения от погружения в мокрое лоно возлюбленной. Уже он жаждал разрядки от одного ощущения спазмирующих вокруг него мускулов. Но он знал, что мог контролировать себя лучше этого. Закусив язык, он так и держал её, пока сам привыкал к ощущению тепла Руж. Затем, он медленно её приподнял и начал двигать в лёгком ритме скачков.       Он рыкнул, когда ощущение разрядки снова начало топить, но он сдержался. У них осталась ещё пара минут прежде, чем дверь откроется, и он планировал ублажать её каждую секунду. Он сохранял свой стабильный ритм, доверяя стонам Руж направлять себя. Каждый раз, когда они прекращались, даже если самую малость, он давал резкий толчок, оставляя Руж без дыхания, прежде чем вернуться к обычной скорости.       Его руки опустились на тыл Руж, всё ещё по большей части скрывающийся за костюмом. Если бы только она могла раздеться полностью, но у них точно не было на это времени. И всё же, это не остановило его от нанесения пары лёгких шлепков, пока он продолжал насаживать её на свой член.       — Охх, Шэд, как грубо. Такой плохой мальчик, — Руж застонала, чем только подстегнула шлёпнуть её сильнее. Если бы только он мог видеть следы, которые оставлял, но он мог и подождать, пока они окажутся дома, в безопасности.       Достаточно скоро Шэдоу почувствовал, что больше не может сдерживаться, и сильнее толкнул Руж на свой член. Толчок вырвал ещё один вскрик из мышки, и Шэдоу заговорил впервые с момента, как всё началось.       — Лучше держись крепче.       Это было единственное предупреждение, которое получила Руж, прежде чем Шэдоу подогнул свои ноги под её и начал двигаться так быстро и глубоко, как только мог. Руж упала на Шэдоу, её грудь прижалась к его лицу, и она держалась за его голову ради всего святого, пока неконтролируемо прыгала на нём. Она ругалась, стонала и пыталась попросить его быть помедленнее, но слова её подводили. Стимуляция от его члена стала чересчур слишком быстро, и за её глазами начали танцевать светлячки от ошеломляющего экстаза, циркулирующего по её телу.       С каждым толчком в неё, Шэдоу мог чувствовать, как его тяжёлые яйца бьются об её зад, приближая его к столь желанной разрядке. Он мог слышать, насколько легко довёл Руж до состояния мямлящего, пускающего слюни беспорядка, и мог только предположить, что она не отставала. Когда она прижалась к нему, он не упустил шанса снова подразнить её сверхчувствительные соски и подтолкнуть ближе к краю. Он слушал, как её стоны достигли крайней точки возбуждения, прерываемые только горячими и тяжёлыми вздохами, и затем он услышал слова, которые так ждал.       — Ш-шэд, ох блять, Шэдоу, я кончаю!       Шэдоу не замедлился ни на секунду, вместо этого сохраняя его лихорадочный ритм пока не услышал, как она кричит, и не почувствовал, как её киска сжимается вокруг его пульсирующего члена. Только после этого он сделал последний толчок, стоило Руж стиснуть его и тем самым подтолкнуть к собственной разрядке. В то время пока соки текли из её лона, Шэдоу пускал струю за струёй белого, горячего семени внутрь неё.       Двое разделили долгий, протяжный стон, пока седлали каждый свой оргазм. Руж постаралась остаться плотно сидящей на Шэдоу, и зажать его между своими бёдрами, ожидая, пока он вливал в неё своё семя. Ручейки белого избытка пролились вдоль его чёрного члена и вытекали из её киски, стоило ей наполниться до краёв. После ещё пары содроганий от ежа, он почувствовала себя полностью опустошённым и испустил удовлетворённый вздох.       Руж в ответ весело усмехнулась и одарила Шэдоу улыбкой со своего насеста. Хотя оба уже и вернули дыхание в норму к этому моменту, но никому из них не хотелось двигаться, довольные и дальше быть соединёнными вместе. Они бы остались так навечно, если бы перчатка Руж не пикнула на неё.       Она поднесла руку к себе и оба заметили, что отсчёт достиг нуля, и дверь рядом с ними быстро открылась. Шэдоу и Руж одарили её обиженными взглядами, прежде чем вернуть внимание друг на друга. На секунду между ними царила тишина, поскольку никто из них не знал, что дальше. Но затем Руж нарушила покой.       — Дверь открыта, Шэд. Нам, наверное... стоит закончить миссию.       Трясясь, она предприняла попытку встать со смягчающегося члена Шэдоу, только чтобы её действия были снова остановлены чёрным ежом. Он крепко положил руки ей на бёдра, чтобы остановить её, и, когда привлек её внимание, поднял одну из своих ладоней и коснулся её щеки.       — Почему бы нам не подождать ещё немного? Нужные нам данные будут там, ждут, а мы по-прежнему одни, — он улыбнулся, затем приподнял бровь и спросил, — Никакого подкрепления не прибудет?       Руж покраснела от нежности, а после вернула ему улыбку, взяв за руку. — Вообще никакого.       После она наклонилась вперёд и украла ещё один поцелуй, который Шэдоу с радостью ей отдал, и двое лежали вместе, покрытые совместной любовью и укутанные в тёплых объятиях.