Часть 13. Скандал.

Сакура так и не сказала, что попросит, но Саске отчего-то инфантильно надеялся, что она даже в шутку скажет, чтобы он ехал с ней. Это будет повод закрыть глаза на свое несовершенство, сделать, как она хочет, зацепиться за мысль, чтобы потом говорить ей – это была твоя идея. И тут же утыкался в вопрос что дальше. Отчего-то у него будто обострение произошло. Потому ли, что уже последний год учебы и пора выбираться во взрослый мир окончательно? Или потому, что расставание с Харуми повлияло на него, где он хотя и беспокоился, но не так сильно?      Точнее, на него сейчас куда больше влияет Сакура. Кем он будет рядом с ней? Потому что одно дело подыграть девушке, став ее подчиненным, другое – в реале так делать не хотелось. Он мужчина и она должна чувствовать это, опираться на него, рассчитывать на него, знать, что он всегда на ее стороне и за него всегда можно спрятаться от опасностей. Но чтобы так было – Саске нужно сделать себе имя в этом кровожадном мире. Юрист ей не помешает. Учиха уже надавал ей советов и даже пришлось прошерстить законы Германии, которые в некоторых моментах отличались от японских.      Быть нужным ей, необходимым, незаменимым. Ведь, если подумать: как здесь, с ним, там Сакура тоже может завести на работе с кем-то интрижку. Одна мысль о том, что девушка также мило опирается на какого-то парня - приводила в неистовство. И ведь это нормально – отношения с Саске так и не начались. Но… Отдавать ее не хотелось даже так. Все, что ему мешало – время. Если бы они встретились, когда он уже был бы известной личностью в юриспруденции, тогда бы часть забот свалил на себя. Тогда бы…      Незаметно для себя он стал с большим интересом искать в профлитературе нужные нюансы, чтобы помочь Сакуре и ее фирме выстоять на рынке жадных до денег мужчин. Проблема вовсе не в товаре или фирме – они завоевали свой знак качества. Проблема в том, что руководитель сменился. И многим казалось, что юная девушка, ничего не смыслящая в этой сфере – хорошая закуска, малёк для состоявшихся акул бизнеса. Как бы не так.      Теперь у Саске и Сакуры осталось так мало времени вместе. На работе и того меньше. Даже не желая уже уходить с этой малозначимой должности мальчика «принеси-подай», Саске намерен остаться с Сакурой до ее отлета. Это успокаивало. Но и дало ему шанс в реальности помочь ей выстоять. Теперь оба вечерами сидели в телефонах, ноутбуках, скучной литературе – она в документации, он же искал для нее законные лазейки для устойчивости и лавирования между огромными конгломератами. Порой так засиживались, что даже для душа было лень уделить времени.      - Через неделю заканчивается моя практика, - пробормотал Саске в очередной выходной лежа в постели и утыкаясь в ее волосы лицом.      - Знаю. Карин ждет не дождется. – Она даже попыталась улыбнуться. Сакура вообще, как заметил Саске, не любила грузить его своим плохим настроением и часто улыбалась…      - Ага. Она уже меня увольнять собралась, - он теперь прятался от дурацкого солнечного луча на ее шее и все равно, даже с закрытыми глазами, щурился.      - И как ты выкрутился?      - Сказал, что близко знаком с главным боссом.      - Про "близко" ты не обманул, - хихикнула Харуно и потянулась к нему, уже так привычно обнимая, и заодно лежа потягиваясь.      - Хочешь еще поспать? – Саске с разворошенными волосами сползал вниз, прячась под одеялом, рядом с обнаженным и теплым телом Харуно, которое успел узнать во всех его милых округлостях.      - Видимо, ты больше… - Она замолчала и тут же спросила, понимая, что он делает. - Что ты задумал?      - Попробую нас разбудить, - накрывшись одеялом, Саске плотно прижавшись к ее телу лицом, сползал вниз, где потом удобно устроился между ее ног.      - Саске… - сладко вздохнула Сакура, когда его губы только лишь оторвались от впадинки пупка.      Казалось бы – произнесла его имя. Но она уже иначе это делала – с той самой интимной нежностью, недоступной другим… Он и не понимал, что собственное имя может звучать так мило.      Шион теперь находилась в офисе в первой половине дня, а после обеда обыкновенно по встречам ездила. Саске вроде и понимал, что ее должность выше, но было странное ощущение, что она по статусу ниже Карин, а занимается более важными делами. Из-за того, что блондинка отсутствовала, Саске мог больше времени проводить с Сакурой. Это он так губу раскатал.      Во вторник его последней недели Карин была не в духе и Саске разработал простой план: если Сакура будет вечно занята, Карин не сможет ее постоянно уводить с собой. К примеру, повадилась обедать с ней. Уже не в первый раз, но как в прошлый – сесть с ними, у Учихи не вышло – они ушли за пределы офисного здания. Теперь, когда у него есть номер телефона Харуно, ей хотелось названивать с непривычным контролем. Он вовсе не волновался о том, что Сакура там ублажает Карин, лишь бы та не бросила фирму в сложный период. Что-то поменялось в Харуно с тех пор как они стали жить вместе и после того, как Саске выразил свое мнение по этому поводу. Она теперь более решительно отвергала настойчивые ухаживания, но так как хитрая Карин успешно пользовалась тем, что они на работе, ловила розоволосую по рабочим вопросам, где Сакура отказать не могла.      Скорее всего это Саске должен был предвидеть – все же не дураки работают с ними. Но вот в среду его последней недели стажировки случилось ожидаемое. Саске стоял у стола одной из сотрудниц и ждал от нее документы, но она намеренно задерживала его разговорами, где пыталась выяснить у первоисточника что у него с Харуно. Саске в такие моменты будто отключался. Терпеть не мог обсуждать кто с кем спит – себя тем более. Но тут послышался крик Сакуры из коридора.      - Карин! Постой!      - Ничего не хочу слышать! Ненавижу, когда из меня дуру делают! – кричала в ответ Карин. Они шли по коридору их этажа, точнее Сакура бежала за Узумаки, пытаясь остановить ее, а та как танк топала к лифту.      Все немедленно повысовывались из кабинетов. Чтобы Карин открыто ругалась с Сакурой?! И даже то, что Харуно фамильярно назвала начальницу по имени насторожило и Саске. Карин заскочила в лифт и не пустила туда Сакуру, потому та побежала к лестнице. Такое оставить просто так Учиха не мог и поспешил за розоволосой.      На каблуках особо не побегаешь, потому он быстро нагнал девушку на лестнице.      - В чем дело?  - Саске схватил Сакуру за руку.      - Она узнала обо мне! – расстроенно сказала Харуно, продолжая спускаться. – Хочет уволиться!      Саске вроде бы должен сочувствовать, но ему даже понравился такой расклад. Впрочем, на пару мгновений, ведь если это случится – Сакуре придется трудиться еще больше без Карин.      - Почему на лифте не поехала? – также спешил Саске.      - Долго ждать… - Она была в легкой панике и даже мучать расспросами ее не хотелось.      - Она вниз спускается?      - Да…      Саске поднажал и побежал вперед Сакуры. Он достаточно быстро оказался у лифтов на первом этаже, чуть распугав ждущую толпу тем как вбежал в нее. Лифтов всего четыре и два из них спускались. Дождавшись открытия дверей, он обнаружил Карин в одном из них. С ней ехали еще несколько людей, которые вышли, и она хотела следом, однако Саске зашел в лифт, мешая ей выйти и обернувшись на толпу, желающую зайти, холодно сказал.      - На следующем поедете.      Закрыл двери и нажал на их этаж.      - Какого черта, Учиха?! - затопала Карин. - А ну отошел и дал выйти!      Она, конечно, в бешенстве. Он мог понять, что за буря разыгрывается в ней: унижение, ярость, гнев – злость на себя, что так поздно узнала как ее обманывали. Узумаки рванулась к кнопкам, но Саске нажал на экстренную остановку, заблокировав собой выход и панель с кнопками и глядя на сердитую Карин свысока и с легкой насмешкой.      - Я только хотел сказать: спасибо, что так просто выбыла из игры. В последнее время Сакура стала слишком часто говорить о тебе - и мне это не нравится.      Саске не был психологом, но с такими как Карин – взрывными, когда что-то идет не так (кажется это общая черта всех под фамилией Узумаки), он знал на что давить, чтобы повернуть их гнев в полезное для себя русло.      - Честно говоря, когда я узнал – мне тоже было не смешно. Ощущение неравности не по мне. Я, - он усмехнулся тому как злобно, сжав кулаки с хищными ногтями, но слушала Карин, - люблю быть сверху. К тому же, я мужчина, а она оказалась куда выше по должности, а мы ведь одного возраста. Честно говоря, тоже хотел психануть как ты, - Саске снова, свысока глядя на закипающую соперницу, усмехнулся. – Но… оказывается, в подчинении тоже есть свои плюсы. Когда такая как Сакура говорит – я теперь все воспринимаю как приказ. Уже упоминал – это не мое, подчиняться, тем более такой неумехе как она… Но… - Саске двинулся на Карин, и та от неожиданности и от испуга, отступая, спиной уперлась в стену лифта, а он склонился к ее уху и томно прошептал. – Оказывается, подчиняться ей и когда она сверху, когда ее губки произносят что-то для меня – это удивительное чувство, отдавать ей власть над собой, давать ей быть главнее, слушаться ее и трепетать от восторга, когда она позволяет за послушание прикасаться к себе…      Саске отстранился, выпрямившись, и, язвительно глядя на красную Карин, сказал уже нормальным голосом:      - Как хорошо, что ты смылась с моего пути. Теперь она полностью моя…      - Да… да ты…! Придурок! – завизжала Карин. Вся такая деловая, строгая с виду, та, которая протянутый палец откусывает по плечо, сейчас слишком легко поддалась на провокацию. Заодно Саске точно выяснил, что Узумаки эмоциям не хозяева: особенно когда что-то идет не так – это капризные дети, и ими так легко управлять. Красноволосая сердито толкнула его с дороги, на что Саске лишь повел плечом, отступая на шаг, давая ей пройти и все также победно глядя на нее, что очень хорошо отражалось в зеркальных стенах лифта. Не хотелось манипулировать так своей соперницей, но что не сделаешь ради улыбки Сакуры…      - Кто сказал, что я сдалась?! – рявкнула Карин. - Просто меня вывело из себя, что она лгала мне! Но ты забыл, Учиха, что это не ты ей нужен - которому работать считанные дни. Это я ей нужна! И если только намекну, что готова остаться – как думаешь, что она сделает ради этого? – Карин нажала на разблокировку дверей и лифт снова поехал, они доехали до их этажа, но как только двери открылись, Учиха молча взял под локоть озадаченную Узумаки и повел, даже потащил на лестничный пролет. Как и ожидалось, Сакура теперь поднималась наверх, обнаружив, что Карин не доехала до первого этажа.      Вроде бы Узумаки хотела бунтовать, но теперь оба испытали и жалость и наслаждение раскрасневшейся, запыхавшейся и расстроенной Сакурой, которая доползла до их этажа, еле переставляя ноги и увидела их вместе.      - Карин… То есть – Узумаки-сан…      - Карин, - красноволосая заметно смутилась, - мне больше нравится.      Сакура растерялась лишь на миг, потом быстрый взгляд на Саске и он чуть кивнул, давая ей понять, что не надо волноваться – рыбка на крючке. Такие как Карин и Наруто – упертые до мозга костей. Впрочем, Саске тоже не любит проигрывать.      - Тогда… ты не уходишь? Не уходи, пожалуйста! – смущенно пробормотала Сакура.      Саске покосился на Карин – подействовало. Заклинание для доминатора, который вдруг принял подчиненную позу. Это своего рода мазохизм и Учиха ясно углядел это в сильной личности схожей Карин. Она будет получать необъяснимое удовольствие от того, что раньше обходила стороной – быть той, кто слушается. Он видел наяву, как винтики в ее голове перестраиваются на другие рельсы. Нет, конечно властность в ней никуда не денется, но подобно магически соблазнительной тайне почти всех сильных лидеров – им иногда хотелось побыть на месте подчиненного. Неспроста толстосумы часто страдают потребностью в унижении от слабого – это чаще всего женщина, которыми на работе он помыкает направо и налево, но есть одна, перед которой он будет получать это извращенное удовольствие подчинения.      Глаза Карин блестели, щеки запылали от того как Сакура просит. Нет, для Карин это уже почти приказ. Но еще бы она так просто сдалась – не зря она занимает свою должность, хитрая лисица.      - При одном условии, - как могла Карин приняла тот же властный вид, к какому привыкла. Но видела бы она себя со стороны – она уже стала подчиненной Сакуры, признав в ней начальницу. – Будь моей девушкой!      - Оу! – Саске уставился на Карин, хитро оскалившейся ему. Такого он не ожидал, думал она попросит что-то не столько значительное. – Сбавь обороты.      - Заткнись, Учиха. Не тебе решать, - она снова оседлала свою жесткую самоуверенность. – Тебе осталось работать несколько дней. Так уж и быть, напишу тебе хорошее рекомендательное письмо. Но дальше мы с Сакурой будем общаться без тебя.      Это был удар под дых. Он и без того понимал ситуацию, но теперь точно осознал, что потерял контроль над их отношениями. Хмурясь, Саске повернулся к начальнице и на этот раз не собирался скрывать, что ждет от Харуно прямого ответа.      Сакура, словно акробатка, идущая по нити над пропастью, понимала, чем грозит ее «нет». И Саске стал думать за нее: чем соблазнить Карин, чтобы она и осталась, и отвязалась. Сакура вздохнула, привлекая к себе утроенное внимание двух поклонников.      - Карин, прости, но я не могу.      - Это из-за этого выскочки? – скривилась Узумаки. И вроде бы хотела как-то обозвать, но тут Саске закрыл все фронта – не к чему придраться. Красив, умен, сообразителен, не бабник, обеспеченный… Для всех у него нет недостатков.      Сакура могла бы соврать, он пережил бы. Ей ведь сейчас просто надо выиграть время… И тем не менее, она сказала:      - Да. Из-за Саске. Мы вместе…      Не вся эта кутерьма, не будущие скандальные слухи в офисе «Бьякуго», ни сплетни – ничего не тревожило его. Но один ее ответ, пара фраз, и теперь Саске стоит будто оглушенный, удивленно таращась на девушку. На свою девушку. И как после этого отпустить ее?      Что-то произошло пока он находился в прострации и до него стало доходить, что Сакура еще что-то говорит. Шум в ушах, он пытается прийти в себя, пугаясь что это с ним. Точно как оглушили. Всего лишь слова. Такие важные, необходимые слова – мы вместе. И эффект взрыва рядом с ним. Постепенно гул в ушах стал узнаваем, и он услышал:     - ...Карин, я же сказала – все, кроме этого, - качала головой Сакура.     - Тогда десять свиданий!     - Какие, к дьяволу, свидания!? – вмешался очухавшийся Учиха.     - Или так, или увольняюсь! – задрала нос Узумаки.      Саске перевел взор на Харуно, потом на Карин. Эта мазохистка при живом парне свидания выпрашивает у его девушки?! Он рассмеялся в голос, напугав их.      - Свидания хочешь? Я согласен, но с одним условием – я буду с вами.      - Да ты мне там ни в жизнь не сдался! – затопала каблучками от негодования Карин.      - Тогда – увольняйся, - Саске шагнул к испугавшееся Харуно, показательно обнимая ее за талию, вызывая молчаливое непонимание и недоумение розоволосой.      Карин зажевала губу: она уже не готова на такой шаг, уже решила бороться, но и получить что-то должна, уступая.      - Тогда десять свиданий - и ты будешь держаться от нас за сто метров!      - Метр.      - Пятьдесят метров!      - Десять метров. – Холодно произнес Саске, давая понять, что это последнее предложение.      Лицо Карин перекосило, будто оплеванное, а Сакура смотрела то на одного, то на другого. В ином случае ситуация стремная от и до. В этой нелепице Саске нужно пока хотя бы обещанием удержать Карин, а там просто будет делать все, чтобы Сакура никуда не пошла.      - Черт с тобой. – Раскрасневшаяся Узумаки выдохнула. И тут подняла палец. - Тогда еще одно мое условие! Сакура будет в том наряде, который выберу я!      Саске открыл рот, чтобы категорично отказать ей, но тут его плотно закрыла ладонь Сакуры, перебившей его.      - Я согласна.      В офис они вернулись куда большими «звездами», чем были до. Сплетни жадными языками пламени распространялись по всему зданию. И вот уже на выходе всем стало известно, что Саске точно мутит с двумя девицами, которые чуть не подрались из-за него, но сейчас договорились добиваться парня путем свиданий. Уж кто их так неправильно подслушал, только теперь Саске обзавелся в офисном чатике страничкой про их отношения. Не он сам, естественно, а какой-то «доброжелатель», явно из их офиса, почти писавший роман про красавца разбивателя сердец и двух несчастных девушек, влюбившихся в него. А правда, как всегда, ушла далеко от этих романтично-слюнявых выводов.