Глава 3: Ночь заговора

Тяжелые часы пробили полночь, и в темных коридорах дворца Павла I заворочалась тень заговора. Гарри, Рон и Гермиона стояли в одной из комнат, напряженно размышляя о том, что делать. Дневник, появившийся вновь, словно сам подсказывал им, что их вмешательство уже изменило ход событий. Вопрос был в том, как именно.   — Мы не можем просто сидеть сложа руки, — прошептал Гарри. — Если мы знаем, что его убьют сегодня, то должны что-то сделать.   — Но, если история захочет восстановиться? — тихо возразила Гермиона. — А если мы усугубим ситуацию?   Рон хмуро посмотрел в окно, за которым мрачным силуэтом возвышался Михайловский замок.   — История, история… А что, если мы здесь не случайно? Может, именно от нас зависит, выживет ли Павел? — пробормотал он.   Гарри кивнул. Он знал, что придется принять решение.     Чтобы действовать быстрее, друзья решили разделиться. Гарри отправился искать императора, Гермиона попыталась проникнуть в библиотеку дворца в надежде найти новую информацию о проклятии, а Рон следовал за подозрительными офицерами.   Гарри прокрался в покои Павла. Император сидел за столом, перебирая бумаги. Его лицо казалось усталым, но в глазах светился огонь. Он поднял взгляд на Гарри.   — Ты пришел, чтобы убедить меня бежать? — спросил он, едва улыбнувшись.   — Вам грозит опасность, — ответил Гарри. — Ваши враги уже близко.   Павел кивнул.   — Я знаю. Я знал это давно. — Он достал из кармана небольшой кулон с выгравированными странными символами. — И все же мне кажется, что история уже написана.   Гарри почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло. Он хотел сказать, что можно все изменить, но взгляд Павла был полон печального смирения.   — История не всегда бывает неизменной, — попытался возразить Гарри.   — Возможно, — тихо ответил император. — Но, если у истории есть проклятие, значит, есть и судьба.       Тем временем Гермиона, пробравшись в библиотеку, наткнулась на древний манускрипт, в котором говорилось о мистическом проклятии, связавшем царей с временем. Она поняла: дневник не просто служил хранилищем воспоминаний Павла, он был ключом к изменению судьбы. Она должна была найти в нем то, что поможет.   Но дневник вновь начал меняться. Страницы начали исчезать, превращаясь в пустоту. Гермиона в ужасе поняла — время истекало.     Рон следил за группой офицеров, крадущихся по коридору. Он понимал, что должен что-то предпринять. В последний момент он набрался смелости и, выставив палочку, выкрикнул:   — *Expelliarmus!*    Оружие офицеров разлетелось в стороны, но один из них все же бросился вперед. Рон не успел среагировать — его схватили и повалили на пол.    — Что ты такое? — прошипел один из заговорщиков, вглядываясь в его странную одежду.   — Дружелюбный турист, — пробормотал Рон, пока его скручивали.    Он понял, что не сможет остановить заговор. Но, возможно, он смог задержать их достаточно долго…     Гарри и Гермиона вбежали в покои Павла. На лице императора читалась тихая грусть.   — Они идут, — прошептала Гермиона.   — Что нам делать? — спросил Гарри.   Павел поднялся, держа в руках дневник. Он перевернул последнюю страницу. Там было написано всего одно слово: «Выбор».   Сквозь двери слышались шаги. Гарри сжал палочку. Гермиона судорожно пыталась придумать способ вмешаться.   — Мы должны что-то сделать! — воскликнул Гарри.   Но в этот момент вспышка света озарила комнату. Их тела снова окутала магическая энергия. В тот же миг двери распахнулись.   Гарри услышал чей-то крик, увидел мелькнувшие тени… и внезапно все исчезло.     Когда свет рассеялся, они снова оказались в разрушенном коридоре Хогвартса. Дневник лежал на полу, но теперь его страницы были пусты.   — Мы… вернулись? — пробормотал Рон.   Гермиона схватила книгу, пролистала страницы, но ничего не нашла.   — История осталась прежней? — тихо спросил Гарри.   Они бросились к библиотеке. Все книги по истории говорили то же самое: Павел I был убит в 1801 году. Все, как и прежде.   Но на последней странице одной из книг появилась новая запись, которой раньше не было:   «Говорят, незадолго до своей гибели император встретил загадочных юных иностранцев. Их слова, как утверждают, могли изменить его судьбу… но изменили ли?»   Гермиона закрыла книгу, ее пальцы дрожали.   — Мы что-то изменили? Или все осталось так же?   Гарри ничего не сказал. Он просто смотрел на пустой дневник, чувствуя, что ответ ускользает от них.   Рон вздохнул.   — Ну что ж, хоть русский язык теперь знаем, — пробормотал он.   Гермиона нервно рассмеялась, а Гарри задумчиво посмотрел в окно, за которым светало.