Глава 32 - Когтевран/Гриффиндор

      Замок ещё около недели бурлил слухами о неизвестном похитителе сердец. «Фракции» Гарри Поттера и Драко Малфоя активно боролись, ученики спорили над тем, кто это мог сделать. При этом сами парни отрицали своё участие в данном сюрпризе, но их никто не слушал.       Если же спрашивали меня, то я с привычной ухмылкой говорил, что не имею ни малейшего понятия, кто это мог сделать. Или же вкидывал туманный намёк на то, что тот же самый Захария как-то странно себя в последнее время ведёт, или Терри что-то подозрительно искал за неделю до Дня Святого Валентина. В общем, пускал пыль в глаза и запускал их по ложному следу.       С другой же стороны, девочки, которым я дарил валентинки, в итоге, скорее всего, поняли, что именно я был их автором. Но при этом ничего особо не поменялось. Похоже, они тоже начали играть в эту «игру» с таинственным романтиком. Ну, так даже и лучше, надеюсь…       В остальном же Хогвартс оставался собой. Кучи студентов, бесконечные коридоры, уроки и задания, которые с каждым днём казались всё больше. Практически каждую неделю приходилось составлять новое расписание её выполнения, чтобы не набирать долгов и было время на что-либо ещё.       Например, на продолжение моих исследований. Не без деятельной поддержки Гермионы я смог наконец-то вернуться к монументальному труду Кроуфорда по истории Британии. И так, в один из дней февраля, который выдался тёплым относительно предыдущих дней, я наткнулся на одно очень интересное слово.       — Касситериды… — пробормотал я, переводя тексты с латыни и попивая чай.       — Что ты сказал? — подняла свой взгляд Гермиона, посмотрев на меня. На голове у неё красовалась всё та же куча косичек. Видимо, ей понравилось, как Лаванда её вот так заплетает. Ну, что могу сказать? Моей подруге определённо шла такая причёска.       — Да вот, слово такое, Касситериды — указал я на одну из записок — Вроде какое-то старое название Британии.       — А, поняла — тут же с энтузиазмом кивнула девушка — Их так финикийцы называли, ещё в бронзовом веке. Тут олово добывалось, поэтому так и называется.       — Хорошо — сказал я, записывая это в очередной свиток — Не думал, что они так далеко забирались.       — Удивлю тебя, но они где только не были — усмехнулась Гермиона, явно довольная тем, что может рассказать мне о том, чего я не знаю. Замечаю, что она дико радуется, когда происходят такие ситуации — Они вообще были одними из самых древних мореплавателей. Слышал ведь, Carthago delenda est?       — Карфаген должен быть разрушен? — спросил я, вспоминая перевод этой знаменитой фразы на латыни.       — Да, именно так. Карфаген — это одна из колоний финикийцев была — кивнула Герми — И как раз один из путешественников из Карфагена достигал чуть ли не Камеруна.       Быстро найдя карту мира, она указала на точку. И если посмотреть на то, где располагался Карфаген, и то, до куда они доплыли… Это просто поражает воображение, честно скажем. Тем более, это было за несколько сотен лет до нашей эры!       — Это ещё не всё — с довольной ухмылкой сказала девушка, видевшая моё растерянное лицо — Есть весьма много свидетельств, что финикийцы около шестисотого года нашей эры обплыли всю Африку вокруг.       Честно, если бы я сейчас пил, то весь чай тут же бы оказался на бумаге. Представить, что карфагеняне доплыли до Гвинейского залива, я ещё мог, но чтобы вокруг Африки… Если это так, то можно только удивиться и высказать уважение древним мореплавателям.       — Что? — только и смог пробормотать я, поражённо смотря на Гермиону.       — Ну, то есть, эту историю упоминал Геродот, и там было сказано, что солнце вставало с другой стороны от корабля, что могло быть только в Южном полушарии. И это главное доказательство — неопределённо двигая руками перед собой, будто пытаясь подобрать нужные слова, сказала Гермиона — Ну и плюс, есть там наскальные рисунки, и вроде даже находили остатки кораблей из того же материала.       — Мощно — всё ещё пораженный, ответил я — То есть до Британии они могли доплывать?       — Ага, и спокойно доплывали — кивнула девушка — Я даже где-то читала, что в теории они могли и до Америки добраться, но вроде пока что это лишь спекуляции…       — Хорошо — кивнул я, оставляя пометку о том, что финикийцы могли сюда доплывать.       Если так вспоминать, то мой родной полуостров как раз ещё с древних времён славился большим количеством олова, так что наверняка и здесь они свои следы оставили. Надо будет попробовать покопать в эту сторону, может, к чему-нибудь интересному да приведёт.       — Кстати, а в глубокой древности, были какие-нибудь интересные маги? — прервав мою задумчивость, спросила Гермиона.       — Да наверняка были — пожал плечами я — Но информации у нас почти нет. Я вот помню, в Древней Греции было два знаменитых мага: Герпий Злостный, создатель василиска и змееуст, и Андрос Неуязвимый, наколдовавший самый большой патронус…       — Интересно — кивнула девушка — А как думаешь, в том же Древнем Египте были волшебники?       — Скорее всего — откладывая перо, сказал я — Магия-то практически всегда была. Так что наверняка первыми колдунами были разные шаманы в племенах, до цивилизаций. Великие цари древности тоже могли быть магами. Я, помнится, читал о теории, что боги Египта, Греции, Рима и так далее — это очень мощные колдуны.       — Вау — теперь восторг был уже на лице у Гермионы — Это очень интересно!       — Если хочешь, почитай Кэтрин Хюгес, она как раз на этой теме специализируется… — вытащив из головы имя этой волшебницы, сказал я.       — Обязательно куплю на Пасхальных каникулах эту книгу — решительно ответила Грейнджер, записывая что-то в свой ежедневник.       Примерно так и проходила наша работа над трудом Кроуфорда. Весьма часто это приводило к разговорам о особенностях магического мира и взаимодействиях наших миров. И если я, понятное дело, был специалистом по миру волшебников, то Гермиона, очевидно, знала очень много о мире обычных людей.       Тем более её отец, Ричард, которого я с каждым упоминанием уважаю всё сильнее, кроме своей профессии — стоматолога, — очень любил историю. А вместе с этим привил интерес к этому направлению науки и своей дочери. По словам самой Гермионы, до школы она просто зачитывалась разными энциклопедиями по истории. А так как друзей, судя по всему, у неё не было, читала она большую часть времени.       Ну и чтобы вы не думали, что я всё время сидел в библиотеке, кроме этого я и жил жизнью обычного студента Хогвартса. Плюй камни там, шахматы пресловутые, в которых Рон фактически очень легко побеждал чуть ли не весь наш факультет. Я всё чаще и чаще задумывался о том, чтобы провести шахматный турнир для всех учеников школы.       С этой мыслью я и пошёл к директору. К нему я в новом году стал ходить значительно реже. Просто не успевал, да и особого повода не было. Разве что в конце января зашёл поделиться своими научными изысканиями. За что он меня похвалил. Правда, судя по его взгляду, мне показалось, он ждал, что я ему ещё что-нибудь расскажу. Например, о наших поисках Философского камня. Но я проигнорировал эти навязчивые мысли.       — Нечасто ты меня балуешь своими визитами, мальчик мой — добродушно улыбнувшись, встретил меня Дамблдор. Все волшебные приборчики, которыми полнился его кабинет, жужжали, крутились и двигались, заставляя меня задуматься о том, насколько тяжело работать в подобных условиях.       — Учёба сжирает — усмехнувшись, пожал плечами я. Может быть, это странновато, но вот с директором не было того ощущения пропасти между учеником и преподавателем, как было с Макгонагалл или, тем более, Снейпом. Здесь я будто бы общался со старым другом и из-за этого спокойно рассказывал о многих вещах.       — По какому-то вопросу пришёл или просто решил навестить старого волшебника? — улыбнувшись, спросил директор.       — Скорее, сделать интересное предложение — ответил я, чувствуя, как просыпается внутри азарт — Я вот смотрю на своего однокурсника, Рона Уизли, он просто гений в шахматах. Так что, почему бы не провести в школе шахматный турнир? У нас в школе не то чтобы много развлечений, так что, думаю, такое ученикам понравится.       — Звучит интересно — покивал великий волшебник с задумчивым видом — Я подумаю над этим. Спасибо за предложение.              — Ага — быстро кивнул я, поднимаясь с кресла и беря сумку с учебниками — Я к вам ещё зайду в начале весны.       — Буду ждать, мальчик мой — улыбнувшись, сказал директор, махнув мне рукой.       Вот так и шла моя жизнь. Которая внезапно была прервана тем, что Тонкс, совершенно неожиданно, числа так 21 февраля, подарила мне кассетный портативный плеер, который она зачаровывала сама. Услышав эту фразу, я было пошутил про то, что мне ещё жалко свои уши, которые через наушники зальют соусом, и закономерно получил за это подзатыльник.       Однако, к моему собственному удивлению (Нимфадора отличалась изрядной неуклюжестью, и поэтому в её способностях к техномагии я сомневался), всё работало настолько хорошо, насколько вообще мог работать зачарованный кассетный плеер. Да и плюс, Тонкс, похоже, сильно постаралась для этого, так что музыка звучала даже чище, чем в моём домашнем проигрывателе.       Попросив у матери отправить мне кассеты, процесс изучения истории, да и остальных школьных предметов пошёл куда лучше. Писать эссе по зельеварению под Nirvana так вообще стало моим любимым времяпровождением, несмотря на мою нелюбовь к письменной работе по этому уроку.       К тому же этот подарок неожиданно сблизил нас с Гермионой, которая тосковала по магловской музыке. Так что, если ситуация позволяла, мы слушали в одних наушниках. Заодно Герми попросила у родителей последний альбом Queen, так что зачастую читали труд Кроуфорда мы под «Show must go on». Отличная песня, которая стала последней в жизни великого певца.       Ну и под песни рок-групп у нас происходило обсуждение темы Философского камня. Хотя в основном мы обсуждали то, кто из учителей предатель и для чего мы хотели бы использовать этот самый артефакт. Ну и это, понятное дело, вызвало небольшой раскол в нашем кружке заговорщиков.       Рон, Дин, Симус, Лаванда и, что самое неожиданное для меня, Гарри выбрали сторону превращения свинца в золото. Я же, на пару с Гермионой и Парвати, думали о бессмертии. Невилл же воздерживался от выбора какой-либо из сторон, и я примерно мог понять причину. У них семья, несмотря на древнюю и чистую кровь, были не сильно богатыми. И при этом, камень он наверняка бы использовал для помощи родителям.       Ну и разумеется, чем ближе был конец февраля, тем всё сильнее был наэлектризован замок от возбуждения перед главным событием этой школы на многие месяцы вперёд. Дата предстоящего матча Когтевран против Гриффиндора была уже известна — 1 марта этого года, самое начало весны.       В честь такого события Оливер смог выбить у Макгонагалл разрешение пользоваться площадкой для квиддича раньше, чем открывался сезон. Так что, только погода стала хоть чуточку теплее, мы уже были на поле, закутанные в толстые спортивные мантии, притом дополнительно утеплённые магией.       Сыграть на элементе неожиданности в этот раз не получится — все видели, какие пируэты я вытворял на поле после того, как выбил Хиггса. Меня даже наш капитан пожурил за это, сказав, что я слишком рано показал свои полные способности. Плюс моим соперником была Чжоу, которая на матче против Пуффендуя показала себя как очень и очень хороший игрок.       Так что всё свободное время я тратил на полеты, на полную пользуясь своим главным перед девушкой преимуществом — моими размерами. Китаянка была на голову меня выше, так что я выигрывал перед ней в манёвренности. Плюс, хоть и это слегка царапало мою душу, я вспоминал, что она рассказывала на собраниях Клуба Ловцов.       Например, ей очень сложно было лететь прямо к земле — это вызывало у нее тошноту. И я, как достойный ученик Слизерина (на который меня, слава Мерлину, не отправили), собирался воспользоваться этим фактом. Да, неправильно, сам знаю, но я очень хотел выиграть и этот матч. Плюс у нас с девушкой был спор, как-никак.       Команда же продолжала делать то, что и раньше, — срабатываться. Хотя, как я понимаю, они просто вспоминали свою старую работу, как-никак не первый год вместе играют. Притом нашим охотницам, кажется, намного интереснее было гоняться за мной, чем играть с Близнецами и Оливером. Иногда мы устраивали такие испытания.       Именно это стало основной темой для шуток близнецов во время тренировок. От «Джон, как обычно, покоряет дамские сердца, не слезая с метлы» до «Надо пустить Гермиону на поле, тогда Джон будет летать ещё быстрее». Ну а я что, я смеялся громче всех, радуясь такой компании, да и наслаждался, когда девушки трепали мои волосы. Это вошло у них в привычку, а я и не против.       В итоге к концу февраля я уже был полностью подготовлен, хоть это и не помешало мне всю ночь до матча не спать и проматывать все приёмы, которые я выучил за это время, и те, что знал до Хогвартса.       А вместе с тем несколько раз обдумывал наш спор с Чжоу. Она приятная девушка, спору нет, а её улыбка часто заставляет моё сердце пропустить удар, тут уж я себя не обманываю. Но то пари, которое я ей предложил, было решением очень спонтанным. Адреналин в крови, красивая атмосфера, мётлы, квиддич… Можно сказать, что я поддался моменту.       Как бы задал самой реальности вопрос: «А почему бы и нет?» Хотя бы посмотрю, что из этого выйдет. Скорее всего, подобные мысли были в голове и у девушки, раз она согласилась пойти на свидание с первокурсником. Или, быть может, она не верит в мою победу? Если так, то тем более мне надо победить, дабы показать себя.       И вот первый день весны. Вся школа бурлила. Я даже краем уха слышал, что кто-то начал делать ставки на победу одной из команд. К моему удивлению, перевес оказался на моей стороне. Где-то 55-60 процентов из тех, кто вообще ставил, были за меня. Ну а я сам, с трудом прожевав пару тостов, — волнение, несмотря на то, что это уже мой второй матч, так и колотило, — направился к раздевалкам.       Там, прослушав краткую лекцию о тактике от Оливера — ту самую, которую мы слышали на каждой тренировке. И после этого вышли на поле. Вуд обменялся рукопожатиями с капитаном команды Когтеврана, пообещав честную игру. Ну а Чжоу, как ловец, стоявшая напротив меня, улыбнулась и подмигнула мне, как бы говоря, что наш спор всё ещё в силе.       Свист от мадам Хуч объявил о начале игры. Я тут же, прижавшись к древку, поднялся как можно выше в воздух, дабы иметь возможность взирать на всё поле с высоты и, если что, первым заметить снитч. А в это время там, внизу, под задорные комментарии Ли Джордона, наши игроки схлестнулись в отчаянной и суровой битве с воронами.       Ну и, понятное дело, особый азарт испытывали наши загонщики, Фред и Джордж, которые крайне активно выбивали игроков других команд. А мне же приходилось поддерживать полную скорость, чтобы случайно не попасть под удар бладжеров от когтевранцев.       Ветер буквально ревел в ушах, так что я практически не слышал того, что кричали остальные. А вместе с тем в крови бурлил адреналин, который так и тянул сделать какой-нибудь трюк или рисковое действие. Однако я старался держать их в узде, так как понимал, что сейчас не время для этого.       Чжоу же, прекрасно осознавая, что я весьма профессиональный игрок — как-никак, мы вместе были в Клубе Ловцов, — внимательно следила за каждым моим действием, следуя чуть ли не по пятам. С одной стороны, я бы в такой ситуации смог пошутить про то, что девушки за мной прямо гоняются, но с другой, сейчас моему мозгу было не до юмора.       Матч длился уже пятнадцать минут. За это время до сих пор не выявился победитель — счёт шёл буквально нос к носу: 110/120 в пользу воронов. Да и, судя по всему, игроки обоих команд уже устали от подобной игры, так что сейчас мне нужно было как можно скорее поймать снитч.       И вот у земли я вижу знакомый блеск. Но вместо того, чтобы тут же направиться к нему, я резко поднимаю древко метлы вверх, набирая высоту. Решил использовать слабость девушки против неё. Поступок бесчестный, понимаю, но иного выбора у меня просто не было.       Чжоу, понятное дело, последовала за мной, однако колебалась и сама осматривала поле. Она явно помнила, как я обыграл Хиггса, так что его ошибок она не повторит. Именно поэтому я не стал затягивать и рванул вниз на всей скорости, которую только мог выжать из этой метлы.       Ветер просто ревел в ушах, буквально оглушая, а мир вокруг превратился в светлые полосы. Остался только я и снитч, который всё быстрее и быстрее приближался. Чжоу таки отстала из-за резкого спуска, так что сейчас всё зависело только от того, смогу ли я поймать его или нет.       Когда до золотого шарика оставались считанные десятки футов, я резко испытал дискомфорт во всей левой стороне своего тела. Не думая ни секунды, я тут же наклонился в противоположную сторону. Ровно для того, чтобы пропустить бладжер в считанных дюймах над своей головой.       Но вместо того, чтобы вернуться в прежнее положение, я продолжил лететь метлою вверх, а когда до снитча осталось три фута, я отпустил руки и схватил заветный золотой мячик, тем самым заканчивая этот матч победой Гриффиндора, уже второй в этом учебном году.       Пролетев ещё с десяток футов вверх тормашками, я наконец вернулся в обычное положение и только сейчас начал слышать весь мир вокруг. И, как ни удивительно, это были всеобщие овации: Гриффиндор просто неистовствовал, Пуффендуй ему вторил, Когтевран наслаждался прекрасной игрой, а Слизерин лишь вежливо хлопал.       Я только сейчас успел осознать, что буквально полминуты назад я мог оказаться не в центре толпы, а в больничном крыле, так как бладжер летел точнёхонько мне в голову. Но всё обошлось, так что мне оставалось только и принимать любовь толпы. Практически сразу, стоило мне слезть с метлы, меня подняли на руки, начав качать.       От наших гриффиндорских охотниц я, как и в прошлый раз, получил поцелуи в щёки, так что краснел я не только от азарта победы и активных полётов на мётле. И именно таким довольным я уходил в сторону раздевалок. Там, быстро переодевшись, я практически сразу выскочил на улицу, желая как можно скорее смыть с себя весь пот.       — 你还是赢了我，约翰。— раздался знакомый голос слева от меня. Там, уже переодевшаяся в школьную форму, которая ей очень шла, стояла Чжоу и лучезарно улыбалась.       — 原来是这样的 — усмехнувшись, пожал плечами я.       — 这是因为他故意大幅拉下。— сказала девушка, подходя ко мне и отвесив подзатыльник, после чего растрепала волосы — 这是为了获胜.       — 嗯，谢谢 — улыбнулся я, чувствуя её тёплые прикосновения, которые сами собой заставляют расслабляться.       — 顺便说一句，我们的协议仍然有效。 — внезапно сказал Чжоу — 这个周末怎么样?       — 当然可以。 我会在黑湖岸边的柳树旁等你。— тут же ответил я, решительно кивнув головой.       — 我会去的。— напроследок улыбнувшись, сказала Чжоу, после чего быстрым шагом направилась в сторону замка.       Я же, довольно улыбаясь, чувствуя не проходящий адреналин от победы, медленно брёл в сторону школы, изредка подпрыгивая от радости и напевая себе под нос незабвенную We are the Champions, чувствуя себя настоящим победителем по жизни и рок-звездой.       Может, реально в музыку после школы податься? А то у нас маловато магических музыкальных групп, так что я точно наведу шороху в этом болоте, даже если буду просто перепевать магловские песни — тем более о них практически никто здесь не слышал. Ох, а сколько всего в газетах напишут…       Перед глазами, словно живые, всплыли обложки газет: «Наследник Министра Магии сбегает из дома, чтобы основать свою группу», «Рок в британской политике: кто основатель?» и так далее. Такие мысли неизменно веселили меня, так что в замок я вступил в самом прекрасном настроении.       По пути меня встретила Макгонагалл, наш декан, которая с улыбкой поздравила меня с победой в матче. Поблагодарив профессора, я быстрым шагом направился к нашей башне, чтобы помыться и наконец отдохнуть. Но сделать мне этого не дали близнецы, которые снова качали меня на руках.       Празднование нашей победы затянулось на часа два, так что ко сну (так и не приняв ванную) я отошёл поздно ночью. И, вымотанный сегодняшним матчем, практически сразу же погрузился в сон, увидев на грани сна и яви улыбку девушки, с которой у нас вскоре будет свидание.

Продолжение следует…