⋨ 62 ⋩ [Canonical Fanons]

Алекс, семнадцати лет от роду, впервые видит относительно недавно [но раньше, чем Оливье] произведённого в Паладины Николя Ла Рибуазье, носящего сапфировый крест. Рыжий и голубоглазый, статный Николя волновал сердца юных девиц Ордена. Алекс (которая ещё не так уж прикипела к своим новообретённым друзьям в романтическом плане) тоже восторгается. Алекс, мило розовея и складывая ручки на груди: Ах, он... такой симпатичный! Оливье картинно пропускает комментарий мимо ушей. Роланд в возмущении, сам не знает от чего. Оливье, лениво: Это Николя, Пятый Паладин. Алекс, вздыхая: Ах, так его зовут Николя... Роланд, гневно отфыркиваясь и вклиниваясь между друзьями: Да ничерта он не симпатичный! Облезлый рыжий чёрт! И имя-то какое! Николя! Тьфу, прости Господи! Алекс обиженно пихает его локтем в живот; Оливье отводит глаза, с тоской вздыхая сквозь зубы. Алекс, возмущённо: Вовсе он не чёрт! А очень даже красивый! А ты дурак! И, недовольно махнув косой [хвостом], девушка уходит, вздёрнув свой носик к потолку. Роланд, шипя и потирая отбитый живот: Да вот и что она в нём нашла?! Ну страшный же! Чёртов хер сапфировый... Оливье, скептически глядя на друга: А тебе-то какая разница, в самом деле? Ну повздыхает она по нему, надоест и перестанет. Роланд, выпучиваясь на Оливье: А если ей не надоест??? Оливье, пожимая плечами: Ну значит не перестанет вздыхать. Ну тебе-то не всё равно? Роланд, выпучиваясь, кажется, ещё сильнее, хотя куда уж больше: НЕ ВСЁ РАВНО. Теперь уже Оливье таращит на Роланда глаза. Оливье, отвесив Роланду подзатыльника: Дурак ты, вот правда. Ей Богу, за что мне такое наказание? Спустя пять лет картинка почти что повторяется: с той только разницей, что Алекс, уже двадцати двух лет от роду (и больше не в ссоре со своими дражайшими друзьями), совсем не вздыхает по Николя. Оливье, шёпотом Роланду: Вот, видишь! Ни черта она больше не вздыхает по Рибуазье! Надоел он ей! А ныл ты столько, что все мозги мне проел. Роланд, огрызаясь: Так пять лет прошло! Тебе бы за пять лет тоже надоело по нему вздыхать! Алекс, которая всё слышала, мрачно: Да помолчите вы. Забыла вас спросить, по ком мне томно воздыхать в подушку. Оливье, закатив глаза, отходит; Роланд, вспыхнув, странно пялится на Алекс. Алекс, цыкнув: Прав ты был, Роланд. Чёрт он облезлый, этот Николя. И ни черта не симпатичный. Девушка, сморщив нос, недовольно провожает Николя взглядом. Она-то знает, в отличие от Фортиса, один очень грязный секрет Пятого Паладина, который навсегда отвернул ей от Рибуазье.