Глава 4 — Свидание? Слежка? Гибридный ад на каблуках

— Это не просто сомнительное место, — сказал Тео, нахмурившись, когда они свернули в переулок. — Это кладбище магической гигиены. Маггловский Лондон постепенно растворялся в уличной пыли и влажном запахе заброшенных зданий. Здесь, в глухом квартале Ист-Энда, за ржавыми решётками, где на стенах блекли старые теги, а из подворотен тянуло тёплой плесенью, скрывался вход на подземный рынок. Тайный, полузакрытый, кишащий чёрной торговлей, магией и сплетнями. — Мне уже не нравится, — буркнул Гарри, утирая каплю воды со щеки. — Каждый раз, как ты берешь Гермиону в поле, происходит что-то эпичное. И разрушительное. — Я в этот раз ни при чём, — отозвалась она. — Пока ещё. Гермиона шагала уверенно, словно знала, куда идёт, хотя Драко шёл рядом с видом человека, который уже сожалеет обо всём. Он был одет с точностью до вызова: тёмная мантия, волосы идеально уложены, перчатки на руках, будто боится дотронуться до окружающего мира. — Напоминаю, — сказал он, — мы здесь под прикрытием. Пара коллекционеров. Сдержанно. Убедительно. Без привычного гриффиндорского пыла. — Учитывая, кто из нас предпочитает громкие сцены, пыл — твоя специализация, — парировала Гермиона. — Я, в отличие от некоторых, умею держать язык за зубами. — О, это новость дня. Блейз, шедший за ними вместе с Тео, хмыкнул: — Прекрасно. Они уже на втором уровне флирта — тот, где можно умереть от реплики. Подземный рынок встретил их тяжёлым, затхлым воздухом, шумом голосов, хриплым смехом и запахами, от которых у любого приличного зельевара случилась бы истерика. Тут торговали всем: от контрабандных артефактов и редких зелий до иллюзий и незаконных эмоций в ампулах. Свет исходил от слабых заклятий, висящих под потолком, а проходы были узкими, кривыми, порой просто прорезанными между навесами. Толпа шла медленно, обтекая, как вязкая река, — и каждое прикосновение к плечу могло быть случайным… а могло — стоить кошелька или воспоминания. Гермиона замедлилась у одного из прилавков, вытягивая заклинанием крошечную руну для анализа. Драко, как по команде, встал рядом, бросив короткое: — Не трогай это руками. — Спасибо за урок, профессор Очевидность. Что бы я без тебя делала? — Разнесла бы рынок и вернулась домой в обугленной мантии. — В отличие от тебя, я не размахиваю пафосом и самодовольством в качестве защиты. — Я самодоволен, потому что умею выживать. — Ты самодоволен, потому что зеркало тебе не возражает. Гарри, стоявший чуть позади, зашептал Блейзу: — Скажи, что я не один вижу, как у них искры от плечей летят. — Если бы это был дуэльный поединок, ставки бы уже принимались. Хотя я всё ещё держу на Гермиону. Она кусается. — Они думают, что никто не замечает? — добавил Тео. — Они думают, что мы — тупые, — заключил Блейз. Они добрались до нужного торговца — старика с глазами, как два потухших угля, и руками, явно не знавшими мыла с начала прошлого века. Он сидел за импровизированным прилавком, выложенным магическими перчатками, щепками проклятых деревьев и кулоном в бархатной коробке. — Он, — сказала Гермиона одними губами. — Догадался и без тебя, — ответил Драко. — Вы такие слаженные, — усмехнулся Блейз. — Только что не держитесь за руки. — Если они возьмутся за руки, мир треснет пополам, — заметил Тео. — Или я. Торговец начал говорить, быстро, на южно-балканском диалекте, и Гермиона, к удивлению окружающих, ответила. Чисто. С акцентом, но уверенно. Драко молча вздохнул, чуть склонив голову — короткий, едва заметный жест одобрения. И в этот момент из бокового прохода вылетел голос: — О, а мы думали, вы тут работаете, а тут — свидание в стиле "Ужасы шестого века". Гермиона замерла. Драко закрыл глаза. — Мерлин, только не они. Пэнси. Вся в чёрном, с перьями в волосах и манерой двигаться, как будто ступает по сцене. Рядом — Джинни. В мантии цвета крови и с таким выражением, что будь она заклинанием, она бы снесла половину Министерства. — Что вы тут делаете? — прошипела Гермиона, не поворачивая головы. — Мимо проходили. Увидели знакомые лица. И решили, что стоит вмешаться — вдруг снова артефакт взорвётся. — Один раз — и мне это припоминают годами. — Учитывая, что тот взрыв оставил в Тео седину… — Это был стресс, а не заклятие, — отозвался тот. Ситуация начала накаляться. Торговец дернулся, заметив усиление состава. Один из его спутников потянулся к чему-то под плащом. Драко мгновенно подался вперёд. — Назад. Все. — Ты не командуешь, — бросила Гермиона. — Я пытаюсь, чтобы тебя не пришили между лавкой с черепами и зельями от облысения. — Трогательно. Но я могу за себя постоять. — Сомневаюсь — в этом платье. — Скажешь ещё хоть слово о моём внешнем виде — я превращу тебя в маггловскую кружку. И тут — как обычно — всё пошло к чёрту. Кулон мигнул. Один из телохранителей рванул вперёд. В толпе кто-то закричал. Гермиона — вскинула щит. Драко — блокировал проклятье. Джинни — метко отправила врага в ближайшую корзину с лягушачьими лапками. Гарри — ругнулся. Пэнси закатила глаза: — Я так и знала, что стоит надеть удобную обувь. Когда всё закончилось, они стояли у выхода с растрёпанными мантиями, копотью на рукавах и выражениями лиц «я убью всех, но сначала — кофе». — Никогда больше. НИКОГДА, — произнёс Драко, глядя на Гермиону. — Это было даже не худшее, — отрезала она. — Я бы спорил, но боюсь за свою жизнь. Пэнси, проходя мимо, похлопала Гермиону по плечу: — Ты прелесть, когда злишься. Почти как он. А метка на её запястье продолжала тлеть. Тихо. Как недосказанность. Как предчувствие, которое уже невозможно игнорировать.