Глава 6 — Любовь под прикрытием и первый поцелуй с примесью паники

***

— Ты шутишь, — сказала Гермиона, глядя на папку в руках Гарри. — Нет, — вздохнул тот. — Показ в подпольной галерее, организованный под прикрытием. Торговля артефактами через “искусство”. Клиент потенциальный — пара. Элитная. С деньгами, с лицами. То есть — вы. — Пара? — Драко медленно оторвался от стены. — Влюблённые. Убедительные. Эффектные. Регистрируетесь как мистер и миссис Грейсон. Примеряете соответствующие мантии. Принимаете правильные позы. Держитесь за руки. Всё как положено. — Звучит как мой личный ад, — сказала Гермиона. — Это ещё до того, как вы попадёте на фотозону, — добавил Тео невозмутимо. Блейз, листая пригласительный, поднял бровь: — О, да тут дресс-код: “маггловский шик, антикварный декаданс”. Кто-нибудь объяснит Малфою, что его выражение лица не считается одеждой? — Я справлюсь, — процедил тот. — Ты в прошлый раз сгорел в “оттенке драматичного презрения”, — вставила Джинни. Пэнси хлопнула в ладоши. — Раз так, пошли в примерочную. У нас всего полдня, чтобы превратить вас в убедительно влюблённую катастрофу. — Эта блуза слишком открыта. — Ты не моя бабушка, Драко. — Ты выглядишь вызывающе. — Ты выглядишь, как будто тебя выкатили из антикварного шкафа. — Я элегантен. — Ты — вылизанный павлин. — Спасибо. Я приму это как комплимент. Пэнси обошла их кругом, как заклинательница змей. — Так. Ты — его слабость. Он — твоя опора. Ваш взгляд: тепло и ненависть, замаскированные под страсть. Вот так. Теперь — ближе. — Мы уже вплотную. — Ещё. Слишком далеко — не верят. Слишком близко — скандал. Идеальная дистанция: на грани. Гермиона сделала шаг вперёд. Драко не отступил. Взгляды встретились. Глаза — карие и серебристые. И вдруг — тишина. Внутренняя. Едва ощутимая. — А теперь возьмитесь за руки, — велела Пэнси. — Ты дрожишь, — прошептал он, чуть склонившись. — У меня аллергия на мужское самомнение. Пальцы скользнули в пальцы. Медленно. С задержкой. Но всё же — соединились. И метка… отозвалась. Легкий жар по запястью. Как дыхание, как ток, как воспоминание, которого не было — но как будто было. Они оба это почувствовали. Но не сказали ни слова. Подвал старого театра. Бархат. Сумерки. Огни заклятий в хрустальных лампах. Коктейли с дымом. Картины, шепчущие на мёртвых языках. Публика — как смесь богемы, старых фамилий и преступников в смокингах. — Ты точно знаешь, как себя вести? — прошептала Гермиона. — Сложно забыть. Меня такими вечерами кормили. Они шли медленно, рука в руке. Взгляды на них липли. Кто-то что-то шептал. Гермиона заметила, как торговец у витрины с амулетами посмотрел на них — и записал что-то в блокнот. — Объект следит за нами, — сказала она, едва шевеля губами. — Хорошо. Значит, всё по плану. — Если ты сейчас пошутишь о “медовом месяце” — я укушу. Он усмехнулся. Беззвучно. И всё-таки улыбнулся. В какой-то момент Гермиона слегка оступилась на ступеньке — и его рука поддержала. Не просто — “держит”. А поймал, встал ближе, задержал дыхание. — Всё в порядке? — Да. — Ты пахнешь… книгами и злостью. — Ты — зельями и пафосом. Секунда. Они стоят ближе, чем положено. Их рука всё ещё соединена. Пальцы чуть подрагивают. Метку жжёт. Не больно. Глубоко. — Поцелуй, — прошептал Тео в их ухе. Оказался рядом, как тень. — Просто для убедительности. — Ты серьёзно?! — зашипела Гермиона. — Он нас слушает. Если вы не ведёте себя как пара — сделка накроется. — Я убью тебя, Нотт. — Обязательно. После. Сейчас — просто наклонись ближе. Гермиона вздохнула. Развернулась к Драко. Он стоял, будто ждал. Не двигаясь. Не прикасаясь. Но готовый. Она наклонилась ближе. Щёку — к его щеке. Пальцы — крепче. Губы — едва не коснулись его виска. И прошептала: — Просто дыши. Не делай глупостей. — Ты близко. — Надеюсь, тебе неудобно. — Скорее… опасно. Они замерли в этой позе. Пара. Влюблённые. Секреты под кожей. Магия — на грани прорыва. Миссия закончилась неожиданно тихо. Торговец передал ключ. Сделка будет. Контакт — установлен. Они справились. И всё же, уже в коридоре, Гермиона резко выдернула руку. — Ты мог бы не вжиматься, как будто я — твоё любимое кресло. — А ты могла бы не смотреть так, будто собираешься арестовать мои мысли. — Они и правда преступные. — Ты не против. — Я — не слепая. Они замерли. Молча. Дыша в одном ритме. — В следующий раз, мы делаем это по-другому. — Как? — С расстоянием. Барьером. Сдержанно. — Можешь попробовать. — Обязательно. Но оба знали — в следующий раз будет хуже. Потому что теперь прикосновение стало напоминанием. И больше не было ни одного способа забыть.