1. Долгая ночь

Ночи в Мордоре холодны. Огонь горит в его глазах, а вокруг лежит только остывший пепел. Зеленые и оранжево-красные языки пламени танцуют и сливаются вокруг черных зрачков. На этой земле больше ничто не растет, зеленый цвет мерцает только в его глазах — зловещий оттенок, в котором не осталось жизни. В этом небе больше нет солнца, но высоко над землей горит пламя Ородруина, не приносящее желанного тепла, а только разрушение и смерть. «Галадриэль» В тишине он хриплым голосом шепчет ее имя и чувствует жизнь. Даже здесь. Ее душа принадлежит вечным лугам Валинора, а он готов подарить ей только мрачную равнину и темные горы на горизонте. Теперь он может последовать за ней лишь в ее мыслях, проникая в них против ее воли. Ночи в Мордоре сливаются в одну нескончаемую тьму. Он не спит. Он ждет. Ждет рассвета, который больше не наступит здесь. Даже любимые эльфами звезды не сияют в этом оскверненном небе. Кажется, если бы он мог увидеть звезды хотя бы на мгновение… Ее голос в его мыслях — то, что не дает ему уснуть и провалиться в еще более глубокую тьму, бездонную, абсолютно непроницаемую. «Халбранд» Это имя. Для нее больше не существует человека с таким именем. «Кто ты на самом деле?» Хотел бы он ответить ей, но он не знает этого, без нее не знает. «Ты знаешь, кто я» Только ты знаешь, кто я на самом деле. Она никогда не назовет его настоящим именем, если только не выкрикнет его со злостью и ненавистью ему в лицо. Среди множества его имен она любила только одно. Он вспоминает ее улыбку, с которой она произносила это имя. Едва заметную улыбку, предназначенную только для него. Улыбку, на которую он больше не имеет права, как и не имел, наверное, никогда. Он не лгал ей. Он пытался открыться — только ради нее, медленно, постепенно, в отчаянной надежде, что она сможет привыкнуть к новой для нее истине и понять его. Но говорил ли он ей всю правду? Он так и не позволил ей узнать себя настоящего. Он стремился стать кем-то другим, а в итоге создал только еще одну маску. Выковал ее в огне своей ярости из собственных ошибок. Он сам затерялся в своих обличьях. Давняя привычка скрываться за многочисленными слоями намеков и полуправды, менять форму, как облака и туман под ветром, как волны в неспокойном море. Многих он смог запутать своими речами, но не ее — в конце концов, не ее. Только на время, слишком короткое время. Ему удалось обмануть ее по одной-единственной причине — она хотела ему верить. Но что она увидела в нем? Почему ей хотелось ему верить? Он никогда этого не узнает теперь. Он сам не видит в себе ничего достойного ее. Возможно, этого и не существует в нем без нее. Диссонансы в его мелодии — они были там с самого начала. Можно вслушиваться очень долго, но никогда не знаешь, какая нота будет следующей. Он почти поверил, что ей это нравится. Что она готова даже… Галадриэль говорила, что разделяет его чувства. Она называла его другом. Она привязалась к тому, кого сама создала из своих надежд и его обмана. Он искал лишь покой для себя. А нашел ее, чья страдающая душа тоже жаждала умиротворения и отдыха. Почему же она так тянулась к нему — непостоянному, полному загадок, иногда откровенно жестокому? На что она надеялась? Исправить его и благодаря этому излечиться самой? И почему после всего, через что они прошли вместе, она решила, что не справится с этим? Даже с его помощью, которую он искренне, теперь полностью искренне, предложил ей. Почему, когда он наконец сказал ей всю правду, которую так долго скрывал в своей душе, она отвернулась от него? Она говорила, что он может стать свободным от прошлого. А потом покинула его, когда узнала, в чем заключалось это прошлое. Кажется, даже после этого она сомневалась. Она не хотела остаться одна, без него, не была готова к этому, несмотря ни на что. По крайней мере, не раньше того момента, когда полностью разгадает таящиеся в нем загадки. Он видел в ней, слышал в ее голосе это последнее, отчаянное желание понять то, что скрывалось за его действиями. Она могла бы простить его. Если не она, то кто вообще был на это способен? В ее глазах, когда она все осознала, появились боль и холод — пугающий и уже такой непривычный, но он видел и чувствовал ее глубже, чем кого-либо еще в своей невыносимо долгой жизни. И знал, что в какое-то мгновение она готова была принять его, и все же отказалась от власти, которую он предлагал ей. Но на какое еще будущее с ним она рассчитывала? Его посещает необъяснимо сильное желание узнать, думает ли она о нем сейчас. Тень улыбки освещает его лицо на мгновение, а в глазах опять вспыхивают искры. Может быть, лучше спросить, сможет ли она когда-нибудь перестать о нем думать. Часть его души, которая стремилась стать лучше, теперь навсегда останется с ней.

***

Безжизненная тень простирается над землями Мордора, в его новом доме. Но даже тьма не вечна. Однажды он оставит эти разоренные земли и они опять станут живыми. Но тогда и она покинет Средиземье. Они ведь связаны отныне и до самого конца тьмы. Хотя бы в этом он уверен. А до этого им обоим придется прожить свои собственные жизни. Больше не вместе. Хотя он всегда будет стремиться к еще одной встрече. Его невозможные мечты тяжелеют, как остывающий расплавленный металл, и ложатся вечным грузом на его душу. Ему предстоит долгая жизнь. Жизнь, которую он никогда не разделит с ней. Жизнь, которая продолжается ради нее.