Часть 1

— Спасибо, что решила составить мне компанию, — произнёс Лосяш, мило улыбаясь, — просто не каждый день удаётся выбраться в город, так ещё и родителей навестить. — Я всегда рада, — Пин улыбнулась и присела на скамью. Она глянула на друга и похлопала рядом с собой, приглашая его присесть. Учёный же мигом обратил на это внимание и засмущался. Он осторожно присел рядом, кладя руки на колени. Его смущенный взгляд даже не мог подняться на неё, да и сам он ничего не мог сказать. Для него Пин была всем, даже большим. Она была его богиней, музой для вдохновения. Да и вспоминая о ней в моменты осенней хандры, ему становилось лучше. Даже свои работы он посвещал ей. Она до сих пор мило улыбалась и всегда замечала, как Лосяш иногда смущённо себя вёл и нервничал рядом с ней. Она всё знала, но молчала. Женщина резко схватила его за плечо и прижала чуть ближе к себе, лишь наблюдая за тем, как он от неожиданности вскрикнула и ещё больше покраснел. — Ты себя вечно так, будто женщина тебя не прижимайт к себе, — она хихикнула и погладила его по голове. — Я… Ну я… — он вновь отвёл взгляд, — ты… Я… — Пойдём давай, твои родители ждут нас, — она отпустила его и встала со скамьи. Взяв его руку, она потянула его к себе и тот резким движением встал со скамьи. — Т-Ты права… *** Дорога домой была очень спокойная. Лосяш даже слово не сказал, а Пин вновь улыбалась. Всё было бы хорошо, как вдруг… — Так, так, кто это у нас тут? — неожиданно взялся мужчина, одетый в чёрный костюм в белую полоску, — очкарик и тёлка. Тут Лосяш резко вернулся в свой мир и очень сильно разозлился. — Ты кого телкой назв — но не успев договорить свою фразу, он заметил как Пин со всей силы даёт ему по носу, что тот аж потерял равновесие и упал на спину. Она пнула его в живот, взяла Лосяша за руку и они ушли, оставляя гопника валятся в мучениях и своих стонах. Лосяш потерял дар речи. Он знал, что она очень сильна, но увидеть такую силу в живую очень даже впечатлило его. Но тут, он расстроился. Он мечтал её защищать, но та может спокойно обойтись без него. Да и наверное видит в нем лишь друга. — Ты хотеть заступится за меня? — поинтересовалась она, вставая прямо перед ним. Она мягко улыбнулась и как-то с гордостью посмотрела на него. — Да, ведь… Люблю тебя, — почти что шёпотом произнёс он, — но… Я подумал, что вряд-ли смогу тебя когда нибудь защитить и ты скорей видишь во мне старого доброго друга-учёного, чем что-то большое… — он грустно опустил свой взгляд и хотел уже развернуться, но чужие руки резко схватили его голову. — Narr, — Пин резко поцеловала его, что тот вздрогнул, но тут же начал ей отвечать. Его руки медленно взялись за её талию и он прижался к ней. Она была очень нежной, но такой страстной в данный момент. Спустя пару секунд она остранилась от него. — А может это я хотеть защищать тебя? — она прижала его к себе сильнее. — Пин, я… — Ай, дурак, — она вновь поцеловала его в губы, но куда короче, — я давно заметить как ты себя вести, да и сама испытывала к тебе чувства. Учёный засмущался, как школьник, которому первый раз признались в любви. Теперь уже нечего скрывать. — Я восхищаюсь тобой, я посвещал тебе свои работы, писал картины о тебе, — он взял её за руки и начал их нежно целовать, — ты для меня богиня, Пин. Пин засмущалась таким словам и ласково улыбнулась. Она ещё раз поцеловала его, не только в губы, но и в нос, лоб и шею. — Dankeschön, Лосяш.