Глава 2. Я ПОМНЮ ПЕНИС БОЛЬШОЙ

Джон продолжал бежать вперёд. Сколько прошло времени он не знал и даже не мог предположить, из-за отсутствия хода небесного светила в этом пространстве. Взгляд Джодаха всё ещё ярко ощущался на спине и будто продолжал что-то искать в самом Джоне. Какой-то ответ на вопрос, на который не мог ответить ни Джолах, ни сам Джон, из-за нелюбви первого к разговорам. … —В анале коз уже не согреться, покуда жизнь это просто пиздец бля... — говоря эти слова Лекс смотрел куда-то вдарь песчаного моря, словно стараясь рассмотреть там то, что сможет дать ему ответ на все вопросы. — Паровозик Томас, не ебу причём тут паровоз... — Лололошка остановился рядом с Лексом, который даже не обратил на него внимания, продолжая всматриваться в леса Междумирья. … Что это за бред? На секунду зажмурив глаза, Джон загнал этот диалог куда-то глубокое в себя, чтобы сильно не думать о чём-то ненужном. Хотя, наверно это намного лучше, чем вспоминать болезненные события прошлого, которые обязательно будут водить сотенным лезвием по коже, оставляя следы на теле. … Лес всегда был чем-то таинственным и манящим. Он игнорировал происходящие в людском мире, пока они сами не заходили в него, и даже тогда не каждый мог понять, что в нём происходит. Его красоты и загадочной атмосферы, которая манила и пугала одновременно, вызывая приятные мурашки по телу. Этим лес схож с межпространственной пустотой, куда не каждому дозволено попасть, а понять всей её прелести и подавно. Всей её многогранности и глубины, не ограничиваясь представлением о ней, только как о нескончаемом пространстве, в котором не может быть чего-то живого, кроме потерявших рассудок междумирцов, обречённых на вечные скитание в ней и заделывания пространственных разрывов. Джон любит леса настолько же сильно, насколько любит пустоту и проведённое в ней время. Он раньше не бывал в этом лесу, но это и не было так важно. За многие годы практики Джон научился ориентироваться в них и не плутать долго, если ему это было нужно. Несмотря на разницу в мирах и разнообразие растительности, Джон редко терялся и для этого нужно было очень сильно постараться. Размытая дорога из грязи и щебня проходила по правую руку от него и вела куда-то далеко вперёд. Вероятно, это был путь между городами и странами. Хотя второе было маловероятно, так как обычно подобные места охраняются на большом расстоянии от границ, особенно когда страны враждуют. Собирая различные вещи, которые могут пригодится в будущем, по пути куда-то в никуда, Джон вышел к невысокой хижине. Она была заметно потрепана времён. Дверь слетела с одной из петель, а вторая была ужасно ржавой и могла в любой момент сломаться. Стёкол не было, а рамки окон почти полностью сгнили. Сам дом держался крепко, но почти полностью оброс мхом и травой. Может и раньше он был не настолько опрятный, но сейчас выглядел заметно хуже, чем мог в свои лучшие годы. Подойдя ближе к постройке в нос ударил омерзительный и тошнотворный запах гнили. Джону пришлось зажать нос, чтобы это запах не был в нос так сильно. Там точно кто-то умер или ушёл, оставив продукты гнить. Сняв с себя бандану в черно-синюю клетку и намотав её на лицо на монер маски Джон осторожно отодвинул дверь, из-за чего та сразу упала. Догадки были правдивы. … Встряхнув головой Джон постарался ускориться ещё больше, чтобы отогнать пускай и приятные, но очень болезненные воспоминания, от который хотелось кричать но в Межпространственной пустоши этого сделать нельзя. Здесь нет головы ни у кого. Закусив губу в кровь, Джон ускорился ещё сильнее, оставляя за собой только больше искр, вызывая ещё более пристальный взгляд Джодаха.