Кушина

«Мама… ты уверена, что это нормально? Я имею в виду, что мне с тобой делать?» «Тссс. Сделай мамочку счастливой». Кушина села перед сыном, на котором было только нижнее белье. «Мы немного повеселимся. Начнем с поцелуя». Кушина молча разделась до нижнего белья, сбивая с толку и удивляя своего маленького сына. Наруто уставился на ее огромные сиськи, лишь наполовину прикрытые, такие манящие… но Кушина была его матерью. Он не мог думать о ней в таком ключе… «Давай. Давай поцелуемся». Ну, может, и сможет. Смешно выпятив губы, он наклонился к своей прекрасной матери. Кушина тут же взяла его, обхватила руками мальчика и притянула к себе. «Мм!» Наруто не знал, что об этом думать. Ему нравилось ощущение губ матери на своих губах, и он наслаждался объятиями. Она была такой теплой, ее кожа касалась его кожи. Однако, прижимание к ее груди давало молодому Наруто еще одно чувство. «Ах…» Кушина прервала поцелуй. Ее маленький мальчик явно не имел ни малейшего представления о том, что он делает, но ей было все равно. Ее возбуждение резко возросло, когда она заметила его член – он торчал из-под верхней части его одежды, увеличиваясь с каждой секундой. Глаза Кушины расширились, когда она увидела, как у ее подвешенного, мужественного сына возникла эрекция. Он просто рос и рос, становясь все выше… и он был таким толстым! Она чувствовала, как у нее текут слюнки при виде этого. Нет, правда. Это не могло быть естественным… «М-мама…» Наруто покраснел, каким-то образом понимая, что это неправильно, но не слишком заботясь об этом. Кушина никогда не делала и не говорила ему ничего, что могло бы причинить ему боль, если только это не было хорошо для него. Некоторые вещи причиняют боль, но суть в том, что он доверял своей матери. «Это немного больно. Моя… ты знаешь». «Твой огромный, твердый член!» Наруто не знал, как на это ответить. Но то, что произошло дальше, удивило его еще больше — его мать сняла лифчик, обнажив голую грудь. Он ахнул, уставившись на них, в полном благоговении. «Тебе они нравятся?» «М-мама! Ты не должна показывать мне свои… огромные сиськи…» Он быстро понял абсурдность возражения. Чувствуя прилив инстинкта, он протянул руки, чтобы сжать грудь матери. «Здорово!» Он начал играть с большими круглыми сиськами, завороженный их видом. «Ты действительно красивая, мама. Почему ты никогда не заводила другого мужа?» «Мне это не нужно. Мы собираемся делать все то, что делают муж и жена». Кушина чувствовала, что тяжело дышит, ее тело реагирует не только на обычное возбуждение. Она знала, что в этом есть что-то большее, но и дополнительная магия, которая ее влечет. Ее сыну суждено стать маленькой секс-машиной. Она надеялась, что ее покойный муж простит ее. «Давай разденемся». «Мама… это правда нормально?» Наруто хотел прикрыть свой член… он торчал чертовски высоко, особенно когда становился твёрдым. «Мне очень нравится, как ты выглядишь голым». «Просто ляг и позволь мамочке поиграть с тобой». Кушина глубоко вздохнула, увидев член сына во всей его красе. Он, должно быть, был длиной около фута. Абсолютно нелепо, совершенно неестественно и абсолютно восхитительно. Кушина на мгновение заложила руки за спину, демонстрируя свою голую сущность сыну. «Давай начнем, мой милый маленький жеребец!» «Ладно». Кушина думала о многом, когда начала играть с огромным членом Наруто. Это был инцест, простой и понятный, но ей было все равно. Она хотела пойти еще дальше, теперь, когда она увидела вблизи удивительный инструмент для размножения своего сына. Сначала она примет его внутрь себя. Затем она почувствует себя неисправимой шлюхой, потому что она ею и была. После этого она… …Кушина не хотела признавать этого, но она отчаянно хотела, чтобы ее мальчик оплодотворил ее. «Эй, как тебе это, Наруто?» Схватив верхнюю часть члена мальчика, она потерла его о свою киску, на значительном расстоянии над ним. Наруто тихо застонал, лишь наполовину понимая, что происходит. Он знал кое-что о сексе, но ничего о том, на что способен его член. «Ты будешь моим маленьким мужем на день. Как тебе это?» «К-конечно! Если это то, что делает тебя счастливой, мама». Наруто имел это в виду. Его мать всегда заботилась о нем, заботилась обо всех его нуждах, тратила так много времени, чтобы убедиться, что он счастлив. Если она хотела сделать с ним что-то более странное, почему он должен был сказать нет? К тому же... он получал приятное, покалывающее чувство. «Ха... что теперь?» «Просто позволь мамочке взять верх». Кушина почувствовала, как ее сердце колотится, адреналин зашкаливает. Вот он — ее последний шанс отступить. Она уже развратила своего мальчика, просто играя с его огромным даром, но она знала, что не может остановиться. Это, безусловно, неправильно с моральной точки зрения… но Кушина вела себя наилучшим образом всю свою жизнь. Конечно, время от времени какой-нибудь развратный инцест был бы приемлемым? «Вот и все. Приготовьтесь». «Ладно». Наруто с интересом и заинтригованностью наблюдал, как его мать опустилась на его член, вталкивая его в себя. Он наблюдал, как ее плоть растянулась, открылась, чтобы принять его. Больше всего он заметил, как чудесно ощущалась эта узкая, удивительная влажность. «Ух ты! Мне это нравится, мам!» «Н-наааа! Не так сильно, как… я…» Глаза Кушины закатились, когда она проникла в себя на члене собственного сына. «О, боже…» Она никогда не могла представить себе это чувство таким приятным. Она внутренне извинилась перед своим покойным мужем — он вообще не сравнится со своим маленьким сыном. Кушина застонала, потрясенная и возбужденная до невероятия, когда она втиснула в себя всю длину своего мальчика. Конечно, было больно, но боль очень быстро прошла. Кушина была не девственницей, и она подозревала, что было немного магии, делающей их двоих более совместимыми. «Да! Я хочу твою сперму внутри меня, прямо сейчас». Наруто не был уверен, что это значит. «Ладно! Я сделаю это». Он смотрел, загипнотизированный, как его мать начала подпрыгивать вверх и вниз. «Ах…» Мальчик знал только удовольствие, по всей своей огромной, твердой как камень длине. Что, черт возьми, с ним происходит? С каждым движением его сложенной, возбужденной матери он чувствовал странную энергию и счастье в нижней половине. Он вздохнул, глубоко дыша, решив, что ему полностью нравится все, что делает Кушина. «Мон, это весело… Мама, ты слушаешь?» «ДА!» Кушина не была. «Кончай в меня, жеребец. Дай мне еще одного ребенка, как ты! Мне все равно, если это неправильно, забеременей». Кушина попеременно закрывала глаза и фантазировала, и смотрела вниз на своего сына, когда она скакала на нем. Она провела глазами по его телу, пока она скакала на его неестественно огромном члене, пронзая свою матку на длину собственного сына. Каждое движение углубляло ее удовольствие, приближая ее к оргазму... пока это, наконец, не произошло. «Ох... ОХ! БЛЯДЬ!» Она замерла на мгновение, ее стенки плотно сжимали член ее сына, когда лучший оргазм в ее жизни поразил Кушину. «Ах... Я люблю тебя... кончай в меня...» «Я-я не уверен, что ты имеешь в виду, мама». Наруто почувствовал, как пизда его матери сжимает его, пытаясь выдоить его... он не знал, что сказать. Ему это нравилось, и он любил свою мать. Он смотрел на ее огромные, круглые сиськи, ее широкие бедра, ее плоский живот... ее красивое лицо. Вероятно, было неправильно считать свою собственную мать такой привлекательной, но ничто из этого не казалось особенно правильным. «Мне нравится... смотреть, как двигаются твои сиськи, мама!» Кушина, оргазм которой наконец прошел, ухмыльнулась сыну. Она возобновила движение, подпрыгивая на его члене с похотливыми , мокрыми шлепками. Ей нравился этот звук. Шлепок, шлепок, шлепок , она задавалась вопросом, сделала ли магия Наруто ее более влажной, более плодовитой... более восприимчивой. Она решила начать дразнить его. «Тебе нравятся мои огромные сиськи, мой малыш? Тебе нравится смотреть, как подпрыгивают сиськи твоей шлюховатой матери?» «Да… да, я люблю! Очень». «И ты... э-э... хочешь, чтобы я забеременела?» «Я-я не знаю! Я сделаю это, если ты этого хочешь». Услышав это, Кушина громко застонала. «Да», — ответила она, — «Я так сильно этого хочу!» Кушина, чувствуя, как приближается очередной оргазм, позволила себе пофантазировать. Огромный член ее сына — это одно, конечно, но она могла чувствовать его круглые, полные яйца, шлепающие по ее киске с каждым движением ее широких бедер. Она знала, что он может оплодотворить ее с легкостью. Его сильной, мужественной сперме было все равно, что они мать и сын. Ему нужно было распространить свое семя как можно больше, помещая детей в матки распутных, плодовитых женщин по всему миру. Кушина поняла, что у нее нет никаких угрызений совести, но она позволяет ему это сделать. Она хотела увидеть толпу женщин, все с нелепыми, опухшими беременными животами, жирными от детей Наруто — ее внуков. «Давай, сделай это как можно скорее! Кончи в меня. Дай мне большой беременный живот — я хочу еще детей от тебя!» «А... Мама, что-то грядет». Мальчик наполовину понял, что имела в виду его мать — она беременна? Она хотела сделать его отцом? Ну, что угодно. Он был уверен, что у его матери был план. «Это выходит наружу...» «Да! Оплодотвори меня!» Кушина испытала самый большой, самый похотливый, самый непристойный оргазм в своей жизни, когда почувствовала, как в нее хлынула первая струя спермы ее сына. Это была не слабая, пубертатная струйка, которую можно было бы ожидать от мальчика в возрасте Наруто, а настоящий поток спермы. Кушина могла поклясться, что слышала, как сперма ее мальчика движется по его члену. «Я люблю тебя. Положи своего ребенка мне в живот!» Кушина счастливо простонала, сосредоточившись на теплой жидкости, хлынувшей в ее живот. Казалось, это никогда не кончится... прошло десять секунд, двадцать... он, казалось, никогда не остановится. Разум Наруто был переполнен. Он боролся, чтобы не потерять сознание, когда испытал свой первый оргазм. Конечно, его первый оргазм отличался от оргазмов большинства молодых парней. Он был сильнее, очень даже... и регулярные оргазмы уже были одними из самых сильных ощущений. Он чувствовал, что все его тело может просто растаять от счастья и плотского наслаждения. Это продолжалось целую вечность. Обычный парень мог бы кончить за десять секунд или меньше, но к тому времени, как ханг шота закончился, он послал две дюжины струй теплой жидкости в пизду своей матери. «Ох… мой…» Кушина не могла сказать ничего другого, почти минуту. Она посмотрела на своего сына, свою собственную плоть и кровь, размышляя о том, что она сделала с ним… и ни о чем не жалела. Он был таким идеальным, милым мальчиком. Такое красивое лицо и гладкое, молодое тело. Он выглядел вполне нормально, если бы не его чудовищный член.