~ Глава 21 ~

Это ​была ​его ​битва? ​ ​Для ​него ​это ​был ​редкий ​случай: ​битва, ​происходящая ​у ​него ​на ​глазах, ​но ​не ​включающая ​его ​самого. ​Он ​был ​уверен, ​что ​авантюристы ​справятся. ​Как ​сказала ​Шакти, ​такое ​случается ​постоянно. ​Рано ​или ​поздно ​они ​победят, ​а ​город ​будет ​восстановлен. ​ ​Это ​был ​шанс ​быть ​полностью ​эгоистичным. ​Не ​заботиться ​о ​своем ​положении ​Кампионе ​и ​уйти ​с ​чистой ​совестью. ​ ​Годо ​сглотнул. ​Люди ​могли ​погибнуть, ​если ​он ​ничего ​не ​сделает. ​Но ​в ​этом ​и ​была ​разница ​между ​авантюристами ​и ​обычными ​людьми. ​Авантюристы ​должны ​быть ​готовы ​к ​смерти. ​ ​Образ ​последней ​болезненной ​улыбки ​Ганеши ​внезапно ​ударил ​его, ​словно ​грузовик. ​ ​Он ​сжал ​кулаки. ​Каждый ​авантюрист ​здесь ​был ​членом ​какой-то ​Семьи, ​не ​так ​ли? ​Сколько ​из ​них ​были ​гордостью ​своих ​Семей? ​Сколько ​богов ​терпеливо ​ждало ​их ​возвращения ​в ​Орарио, ​зная, ​что ​они ​могут ​не ​вернуться? ​Сколько ​богов ​пожертвовали ​своей ​силой ​и ​комфортом, ​чтобы ​ходить ​среди ​смертных, ​воспитывая ​своих ​детей ​собственными ​руками? ​ ​Боги ​здесь ​были ​не ​плохими ​людьми, ​и ​Годо ​осознал ​эту ​истину ​уже ​давно. ​И ​все ​же ​он ​ничего ​не ​делал. ​ ​Он ​никогда ​не ​любил ​Еретических ​Богов ​в ​своем ​старом ​мире. ​И ​сам ​факт, ​что ​ему ​нравилось ​сражаться ​с ​ними, ​заставлял ​его ​ненавидеть ​себя. ​Еретические ​Боги ​были ​эгоистичны. ​Они ​были ​гедонистами. ​Они ​были ​жестокими. ​Они ​разрушали ​города, ​чтобы ​привлечь ​его ​внимание ​и ​заставить ​сразиться ​с ​ними. ​Они ​ничем ​не ​отличались ​от ​капризных ​детей, ​устраивающих ​истерику, ​чтобы ​получить ​желаемое. ​ ​И ​Годо ​всегда ​потакал ​им. ​Всегда. ​Зная, ​что ​его ​бездействие ​причинит ​людям ​боль, ​он ​поднимался ​на ​ноги ​и ​принимал ​вызов. ​И ​в ​ходе ​их ​последующей ​битвы ​карты ​перекраивались, ​пейзажи ​изменялись, ​жизни ​разрушались. ​ ​А ​в ​конце? ​Годо ​чувствовал ​лишь ​восторг ​и ​удовлетворение ​от ​победы. ​Без ​исключений. ​Только ​намного ​позже ​он ​осознавал, ​что ​разрушения ​были ​отчасти ​его ​виной, ​и ​тогда ​он ​предавался ​самобичеванию ​и ​отчаянию, ​полагаясь ​на ​своих ​спутниц, ​чтобы ​они ​вытащили ​его, ​заверив, ​что ​он ​сделал ​миру ​одолжение. ​ ​По ​крайней ​мере, ​до ​тех ​пор, ​пока ​не ​появится ​следующий ​Еретический ​Бог, ​и ​тогда ​цикл ​повторится. ​ ​Он ​ненавидел ​быть ​Кампионе. ​ ​Но ​это ​было ​в ​его ​старом ​мире. ​А ​как ​насчет ​здесь? ​ ​Здесь ​люди ​не ​воспринимали ​его ​как ​столп ​силы, ​с ​которым ​можно ​было ​бы ​сравнивать ​собственную ​мощь. ​Еретические ​Боги, ​его ​естественные ​враги, ​не ​существовали. ​Вместо ​них ​здесь ​были ​заботливые, ​бессильные, ​дружелюбные ​боги. ​Одно ​дело ​— ​отвергать ​их ​попытки ​завербовать ​его. ​Но ​позволить ​их ​драгоценным ​членам ​Семьи ​погибнуть ​только ​потому, ​что ​он ​эгоистичен... ​ ​Годо ​рассмеялся, ​потому ​что ​просто ​не ​знал, ​как ​еще ​реагировать. ​ ​Чем ​он ​отличался ​от ​Еретических ​Богов? ​Или ​от ​Вобана ​и ​Ло ​Хао? ​ ​Он ​сжал ​кулаки. ​ ​Все, ​чего ​он ​хотел, ​— ​это ​обычной ​жизни. ​Быть ​как ​любой ​другой ​среднестатистический ​человек. ​В ​прошлом ​это ​означало ​не ​сражаться ​с ​Еретическими ​Богами ​и ​другими ​Кампионе. ​Это ​означало ​не ​бояться ​постоянно ​за ​свою ​жизнь ​или ​безопасность ​тех, ​кого ​он ​любил. ​ ​А ​как ​насчет ​здесь, ​в ​этом ​новом ​мире, ​где ​сражение ​с ​монстрами ​казалось ​нормой? ​Эти ​авантюристы ​каждый ​день ​рисковали ​своей ​жизнью ​в ​Подземелье ​ради ​самых ​разных ​причин. ​ ​А ​потом ​были ​боги, ​которые ​поддерживали ​их. ​Очевидно, ​слово ​«Семья» ​значило ​что-то ​важное. ​Они ​были ​как ​настоящая ​семья. ​Жили ​друг ​с ​другом, ​плакали ​друг ​с ​другом, ​любили ​друг ​друга. ​ ​Это ​была ​система, ​которую ​он ​не ​мог ​ненавидеть, ​даже ​если ​и ​не ​хотел ​быть ​ее ​частью. ​В ​каком-то ​смысле ​их ​бессилие ​делало ​богов ​более ​человечными, ​чем ​он ​сам. ​И ​именно ​поэтому ​он ​сочувствовал ​им. ​Каждый ​раз, ​когда ​Еретический ​Бог ​или ​другой ​Кампионе ​бросали ​ему ​вызов, ​его ​спутницы ​неизбежно ​втягивались ​в ​бой, ​вынужденные ​противостоять ​врагам, ​намного ​сильнее ​их ​самих. ​Его ​всегда ​пугала ​мысль, ​что ​однажды ​он ​окажется ​недостаточно ​силен, ​чтобы ​защитить ​их ​всех. ​ ​Здесь ​боги ​жили ​так ​каждый ​день, ​наблюдая, ​как ​их ​дети ​исчезают ​в ​темноте ​Подземелья, ​зная, ​что ​молиться ​за ​их ​безопасность ​некому. ​И ​все ​же ​они ​терпели ​эту ​боль, ​потому ​что, ​очевидно, ​находили ​в ​этом ​какой-то ​смысл. ​ ​Нет, ​он ​неохотно ​признал, ​что ​эти ​боги ​были ​по ​своей ​сути ​другими, ​не ​такими, ​как ​боги ​его ​мира. ​ ​Эти ​боги ​стоили ​того, ​чтобы ​в ​них ​верить. ​ ​Они ​были ​хорошими ​богами, ​и ​он ​не ​хотел, ​чтобы ​это ​изменилось, ​даже ​если ​ради ​этого ​ему ​придется ​запачкать ​руки. ​ ​Золотистая ​вспышка ​ударила ​в ​ствол ​гигантского ​дерева. ​Годо ​мгновенно ​узнал ​Айз ​Валленштайн. ​ ​Вздохнув, ​он ​прыгнул ​с ​края ​обрыва. ​ ​Семья ​Локи ​просто ​обязана ​была ​быть ​здесь, ​не ​так ​ли? ​ ​XxxxxxX ​ ​— ​Финн! ​ ​Его ​копье ​пронзило ​ядро ​Виолы, ​и ​та ​рассыпалась ​в ​пыль. ​ ​Он ​повернулся ​к ​Риверии ​и ​проследил ​за ​ее ​встревоженным ​взглядом. ​Его ​глаза ​сузились, ​когда ​он ​увидел, ​как ​Айз ​пролетает ​по ​воздуху, ​а ​рыжеволосый ​укротитель ​следует ​за ​ней. ​ ​Он ​выругался. ​Странный ​монстр-гибрид ​— ​наполовину ​растение, ​наполовину ​женщина ​— ​направлялся ​прямо ​к ​тому, ​что ​осталось ​от ​Риверии. ​У ​Финна ​оставалось ​всего ​мгновение, ​чтобы ​расставить ​приоритеты. ​Увидев, ​как ​Тиона ​и ​Тионе ​бросились ​в ​погоню ​за ​монстром, ​он ​поспешил ​к ​месту ​падения ​Айз. ​ ​Укротитель ​уже ​мчался ​к ​тому ​месту, ​где ​приземлилась ​Айз, ​но ​больше ​всего ​Финна ​пугала ​энергия, ​которую ​он ​почувствовал ​в ​этот ​момент. ​Она ​устремлялась ​прямо ​к ​Айз, ​и ​Финн ​вложил ​все ​свои ​силы ​в ​ноги, ​чтобы ​перехватить ​и ​укротителя, ​и ​незнакомца. ​ ​Он ​не ​успевал. ​ ​Укротитель ​нанес ​удар ​по ​неподвижному ​телу ​Айз, ​все ​еще ​лежавшему ​в ​кратере, ​оставленном ​ее ​падением. ​В ​отчаянной ​попытке ​Финн ​метнул ​свое ​копье, ​надеясь ​выиграть ​достаточно ​времени, ​чтобы ​успеть. ​ ​Одна ​рука ​поймала ​его ​копье, ​а ​другая ​остановила ​удар ​укротителя. ​Огромная ​сила ​обоих ​ударов ​вызвала ​небольшой ​взрыв ​воздуха, ​когда ​их ​импульсы ​внезапно ​исчезли. ​ ​Финн ​застыл ​на ​месте, ​а ​Риверия ​приземлилась ​рядом ​с ​ним. ​ ​— ​Кусанаги... ​Годо, ​— ​мягко ​произнес ​он. ​В ​самом ​деле, ​если ​бы ​кто-то ​спросил, ​кого ​он ​меньше ​всего ​ожидал ​увидеть ​здесь, ​то ​это ​был ​бы ​упрямый ​повар ​из ​таверны ​«Хозяйки ​Рога ​Изобилия», ​который ​отвергал ​все ​попытки ​Локи ​завербовать ​его. ​ ​— ​Привет, ​Финн, ​— ​отозвался ​парень, ​бросая ​его ​копье ​обратно. ​— ​Я ​подумал, ​что ​вам ​может ​понадобиться ​помощь. ​Решил, ​что ​Локи ​будет ​недовольна, ​если ​ее ​драгоценная ​принцесса ​умрет ​здесь. ​ ​Капитан ​Семьи ​Локи ​ловко ​поймал ​свое ​оружие ​и ​с ​осторожностью ​осмотрел ​его. ​Бете ​упоминал ​о ​невероятной ​скорости ​Годо. ​Но ​одной ​скорости ​было ​недостаточно ​для ​того, ​что ​он ​только ​что ​сделал. ​Огромная ​сила ​сопровождала ​его ​ловкость ​— ​неожиданное, ​но ​приятное ​открытие, ​учитывая, ​что ​парень, ​казалось, ​был ​их ​союзником. ​ ​Укротительница, ​оправившись ​от ​шока, ​тут ​же ​среагировала, ​развернувшись ​и ​направив ​удар ​ногой ​в ​сторону ​Годо.