Часть 8

На следующее утро Темари пришла в кофейню вместе с Шикадаем. Мальчик едва переступил порог, как тут же побежал в подсобку, чтобы поиграть со своей мини-приставкой, улыбаясь и напевая что-то себе под нос. Темари огляделась по залу и заметила, что Матсури и Сасори стоят рядом, склонившись над телефоном, тихо переговариваясь между собой. Их разговор прервался, когда она подошла, и оба нервно обернулись, натянуто улыбаясь. — Доброе утро, — сказала Темари спокойно, но с лёгкой настороженностью. — Что тут происходит? Матсури помедлила с ответом, а Сасори сделал короткий вздох и, опуская плечи, произнёс: — На нашу кофейню обрушилось много негативных отзывов в Google. Рейтинг понизился, и люди начинают спрашивать о проблемах, которых раньше не было. Темари нахмурилась, подойдя ближе и скрестила руки на груди. — Кто оставляет отзывы? — спросила она, пытаясь понять источник внезапной волны негатива. Матсури и Сасори переглянулись, затем тихо ответила Матсури: — Мы не знаем наверняка… Но подозреваем, что это сделано специально, чтобы испортить нашу репутацию. — Значит, кто-то решил нас подставить, — пробормотала Темари, сжимая руки в кулаки. — Да, — кивнул Сасори. — Рейтинги резко упали после того, как появились новые комментарии. Темари глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце сжимается от злости и беспокойства. — Ладно, — сказала она, собираясь с духом. — Мы разберёмся с этим. И никто не испортит мою кофейню. Матсури и Сасори кивнули, ещё раз взглянув на телефон, будто проверяя, не появилось ли новых комментариев. В этот момент кофейня наполнилась утренним светом, и Темари понимала: несмотря на весь негатив, им придётся держаться вместе, чтобы восстановить репутацию и продолжить работать. Ближе к полудню Шикадай вышел на задний двор кофейни, чтобы выбросить небольшой пакет с пластиком. Солнечный свет слегка слепил глаза, а лёгкий ветерок колыхал листья деревьев вокруг. И вдруг он заметил знакомую фигуру у стены — Шикамару стоял, опершись спиной о кирпичную стену, курил сигарету и явно ожидал кого-то. Его взгляд был сосредоточенным, а осанка спокойной, уверенной. Увидев Шикадая, Шикамару мгновенно потушил сигарету, будто не хотел, чтобы его видели в таком виде. Шикадай, немного удивлённый, выкинул пакет в мусорный бак и, не отрывая глаз от мужчины, подошёл к нему. — Вы… что тут делаете? — осторожно спросил мальчик, не зная, чего ожидать. Шикамару слегка улыбнулся, наклонив голову: — Мимо проходил, — тихо сказал он. — Гуляю. — Гуляете… Возле контейнеров с мусором? — Подумал, что им одиноко, — пожав плечами, ответил Шикамару. — И решил составить компанию. — Вы странный, — мальчик внимательно смотрел на его лицо. — У меня есть к вам вопрос, подождите здесь… Сказав это, Шикадай развернулся и зашел назад в кофейню. Шикамару заинтриговано смотрел на дверь. Через несколько секунд, мальчик вернулся к нему с книгой о космосе в руках. Он открыл её и вытянул оттуда небольшой снимок. — Это же вы, верно? — спросил Шикадай, протягивая снимок Шикамару. Парень внимательно взглянул на фотографию. — Да… это я, — ответил Шикамару тихо, глядя на мальчика. Шикадай на мгновение задумался, сжимая снимок в руках, затем задал другой вопрос: — А кем вы были для моей мамы? Шикамару немного помедлил, затем мягко сказал: — Я… был её близким другом. Мальчик приподнял брови, словно размышляя: — Наверное, вы были её лучшим другом… Раз она решила назвать меня в честь вас. Шикамару почувствовал, как слова мальчика ударили его прямо в сердце. Он был не в силах что-то ответить, губы слегка дрожали. Он собирался рассказать Шикадаю правду — сказать, что он его отец, что теперь он хочет быть рядом. Но в этот момент земля под ногами едва заметно задрожала. — Что это? — встревоженно спросил Шикадай, оглядываясь по сторонам. Шикамару тоже напрягся, ощущая лёгкий толчок: — Похоже, землетрясение, — тихо сказал он. — Всё в порядке, но держись рядом со мной. Земля снова задрожала, на этот раз сильнее. Шикадай машинально схватил Шикамару за руку. — Всё будет хорошо, — твёрдо сказал Шикамару. — Держись за меня. Он осторожно повёл Шикадая к главному входу кофейни, где на улице уже стояли Сасори и Матсури. — Шикадай! — крикнул Сасори, заметив его. — Где Темари? — судорожно спросил Шикамару. — Она ещё внутри, — испугано ответила Матсури. Сердце Шикамару сжалось, но он не терял ни секунды. — Шикадай, останься здесь. Присмотрите за ним! — сказал он и, не дожидаясь ответа, стремительно зашёл в кофейню. Внутри всё было покрыто лёгкой пылью, несколько предметов с полок упало, но людей не было видно. Шикамару быстро огляделся, проверяя зал, и ничего не заметил. Только когда он, немного пошатываясь, подошёл к стойке, то увидел Темари: она лежала на полу без сознания, рядом с упавшей полкой, которая придавила её руку. — Темари! — крикнул он, бросившись к ней. Шикамару мгновенно отодвинул полку, поднял девушку на руки, осторожно, но быстро, и выбежал на улицу. — Вызовите скорую помощь! — крикнул он. Сасори мгновенно достал телефон и начал звонить, пока Матсури поддерживала Шикадая, пытаясь его успокоить. Через несколько минут подъехала скорая. Медики сразу забрали Темари на носилки, а Шикамару сел рядом с Темари, держа её за руку и периодически проверяя пульс, пока Шикадай с другой стороны наблюдал за происходящим с тревогой. По лицу мальчика побежали слезы, но он не издавал и звука. Парень перевел взгляд на Шикадая и аккуратно погладил его по руке. — Всё будет хорошо, я с тобой, — тихо произнес Шикамару. Палата была наполнена ровным гудением приборов и слабым запахом лекарств. За окном медленно сгущались сумерки, тени от занавесок ложились на бледные стены, добавляя комнате тихую, почти мистическую атмосферу. Шикамару и Шикадай сидели рядом. Телефон Шикамару светился, показывая яркий экран игры в сеги. Он спокойно объяснял мальчику правила, делая акцент на стратегических ходах: — Смотри, сначала двигаешь сюда, потом сюда, и смотри, какая комбинация выходит. Понимаешь? Шикадай нахмурился, сосредоточенно повторяя за ним движения пальцами по экрану. Иногда ошибался, иногда получалось. Шикамару мягко подбадривал его, улыбаясь: — Отлично, так держать! Попробуй снова, теперь чуть быстрее. В этот момент Шикамару впервые за долгое время ощутил необычное спокойствие. Это было странно и прекрасно одновременно — впервые он чувствовал себя рядом с Шикадаем не как чужой взрослый, а как отец, который хочет быть рядом, учить и поддерживать. Пока что он, конечно, ещё ничего не говорил Шикадаю. На правду найдётся своё время. Темари лежала неподвижно, наблюдая за ними, только грудь тихо поднималась и опускалась. Правая рука была зафиксирована повязками — напоминание о землетрясении, которое перевернуло не только улицы, но и слишком многое в их жизни. Ей не хотелось вмешиваться в их маленький мир, пока он ещё формировался. Шикамару поднял глаза и увидел, что она пришла в себя. Он легко подтолкнул Шикадая, и мальчик тут же обратил внимание на девушку. — Мама? — прозвучал тонкий, осторожный голос. — Ты в порядке? — Да, — выдохнула Темари. — Теперь… да. — Врачи говорят, что ты скоро пойдёшь на поправку, — мягко сказал Шикамару. — Рука… это займёт время, но всё будет хорошо. Ты сильная. Ты всегда была сильной. Темари молчала, просто смотрела на них. — Господин Шикамару очень тебе помог, мам! — неожиданно сказал Шикадай, подскакивая к кровати. — Он тебя спас, когда кофейня начала дрожать! Почему ты не рассказывала мне о таком классном друге? Шикамару улыбнулся, чуть склонив голову к мальчику. Он почувствовал тепло от этих слов, которое разливалось по груди, и тихо сказал: — Я рад, что смог помочь. И знаешь что? Я хочу быть рядом и дальше… если ты позволишь. Шикадай замер, затем медленно кивнул и обнял его за талию. Шикамару обхватил мальчика в ответ, ощущая впервые за долгие годы настоящую связь. — Шикадай… — тихо сказала Темари, её голос был хриплым, но слышимым. — Позови медсестру, пожалуйста? Шикадай кивнул и быстро выбежал из палаты, оставив взрослых наедине. — Спасибо… — сказала Темари, обернувшись к Шикамару. — Спасибо, что вытянул меня из кофейни. — Не стоит благодарности. Главное, что ты в безопасности. Темари посмотрела на него серьёзно: — Но есть кое-что… пожалуйста, пока не говори Шикадаю, что ты его отец. Он ещё слишком мал, чтобы понять. Шикамару кивнул, принимая её просьбу: — Хорошо, я не буду говорить ему. Не сейчас. Мы сделаем это вместе, когда ты будешь готова. Она слегка улыбнулась, облегчённо выдохнув, и посмотрела на дверь: — А ты… должен идти. У тебя, наверное, свои дела. Наверняка, твоя невеста… — У меня нет невесты, — прервал её Шикамару, слегка усмехнувшись. — Я разорвал отношения с Таюей. И моя компания… уже не моя, наверное. Одинокий, безработный, ленивый… идеальный отец для Шикадая, да? Темари скривила губы в лёгкой улыбке, но в глазах читалась серьёзность: — Строгая, со сломанной рукой, с повреждённой кофейней… Даже не знаю, что там с квартирой. Идеальная мама Шикадая, — сказала она, слегка улыбаясь. — Вроде как ты раньше славился своим умом и должен понимать, что для ребёнка все эти штампы не столь важны. Важно быть рядом и поддерживать. Шикамару на мгновение замолчал, глядя на Темари: — Ты… права, — тихо сказал он. — Я не знаю, как всё будет, но… я хочу попробовать. Темари кивнула, не отводя взгляда: — Тогда начни с малого. Слушай. Помогай. Будь рядом… и не пытайся сразу исправить всё. — Я понял, — ответил Шикамару, затем он присел у кровати девушки и накрыл её здоровую руку своей. — Я буду рядом. Шикадай вернулся в палату вместе с медсестрой. Увидев их, Шикамару тут же убрал свою руку и поднялся на ноги. — Я должен идти, есть кое-какие дела, — произнес парень и взглянул на Шикадая. — Береги свою маму, хорошо? — Ладно, спасибо вам! Шикамару кивнул и покинул палату. В коридоре его мобильный зазвонил. Он достал телефон и снял трубку: — Алло? — Шикамару! — раздался радостный голос Ино, его давней подруги и, по-совместительству, адвоката. — Ты редкостный дурак, ты знаешь это? — Не самое профессиональное приветствие, что я слышал. — Я проверила все документы и контракты с инвесторами, — игнорируя замечание друга, продолжила девушка. — Твоя компания никуда не денется. Если у кого-то будут какие-то претензии — показывай им документ, который я выслала на твою электронную почту. Шикамару глубоко вдохнул, облегчённо улыбнувшись: — Отлично, Ино. Спасибо тебе огромное, без твоего внимания к деталям я бы не справился. — Не за что, — ответила Ино, смех в её голосе выдавал лёгкость. — Ты же знаешь, я всегда прикрою твой ленивый зад. — Напомни мне заполнить твою книгу жалоб… — Обязательно. Ладно, меня ждут. До встречи! Шикамару повесил трубку и почти сразу же набрал другой номер — Наруто. — Привет, Наруто, — сказал он, когда услышал ответ. — Через час будь у кофейни Темари. И приведи наших общих друзей. Нужно обсудить кое-что важное. — Понял! — радостно откликнулся Узумаки. — Будем там через час. Шикамару закончил звонок. Теперь у него снова было время и ресурсы, чтобы взять под контроль ситуацию, и впервые за долгое время он ощущал, что всё можно наладить — как для себя, так и для Шикадая с Темари. Через несколько дней Темари выписали из больницы. Она села в такси вместе с Шикадаем, который удобно устроился рядом с ней. Машина медленно катились по улицам Камакуры, а солнечный свет мягко освещал улицу и лица пассажиров. Шикадай, заметив тревожный взгляд матери, положил руку ей на плечо: — Мама, не переживай, — сказал он тихо, но уверенно. — Даже если там всё разрушено, мы всё починим. Темари опустила глаза, грустно улыбвшись: — Обязательно всё починим, дорогой. Мальчик на мгновение задумался, затем встряхнул головой: — Мы справимся! Темари кивнула, глубоко вздохнув, но в мыслях уже приняла горький факт: у неё нет денег на ремонт, и, скорее всего, кофейню придётся закрыть. Тем не менее она ощущала, что рядом есть кто-то, кто готов поддерживать её, и это давало ей хоть маленькую, но важную надежду. Когда такси остановилось у кофейни, Темари первой вышла из машины и замерла на месте. Там, где она ожидала увидеть трещины, заколоченные окна и тишину, царило движение. Звук дрели смешивался с голосами, а дверь кофейни была распахнута настежь. — Мама… — удивлённо прошептал Шикадай. Темари медленно сделала шаг вперёд, не веря своим глазам. — Что здесь происходит?.. Внутри всё было ещё более оживленным: стойку уже укрепляли, полки снимали для замены, Матсури что-то обсуждала с другими, а Сасори, держа в руках список, спорил о сроках доставки. А в центре всего стоял Шикамару, в руках — чертёж стойки, нарисованный на кусочке картона. Он поднял голову и, увидев её, ухмыльнулся: — О, а мы как раз начали. Не хотели, чтобы ты расстраивалась из-за такой мелочи, как ремонт. Темари моргнула пару раз — то ли от удивления, то ли от того, что где-то внутри стало теплее, чем она ожидала. — Вы… что вообще делаете? — Чиним то, что тебе дорого, — ответил Шикамару, пожав плечами. — А ты уже мешаешь. Иди присядь, начальник. Наруто махнул ей рукой: — Темари! Я стекло почти вставил! Ну… одно криво, но второе идеально! Киба хохотнул. Саске ничего не сказал, но тоже слегка поднял взгляд — мол, привет. Темари почувствовала, как к горлу подкатывает комок. — Вы… — сказала она, но голос дрогнул. — Спасибо. Всем вам. — Иногда не следует тянуть всё в одиночку… — произнес Шикамару, слегка улыбнувшись. Кофейню наполнял запах дерева, свежей краски и, к удивлению, корицы. После трёх дней общей работы друзей Шикамару помещение наконец стало напоминать то, каким было до землетрясения — а местами выглядело даже лучше. Новая барная стойка была крепче прежней, окна сверкали чистотой, а пол больше не выдавал ни малейшего изъяна. Темари стояла посреди зала с блокнотом в здоровой руке. Она неспешно осматривалась, будто проверяя, не сон ли это и правда ли всё случившееся — её реальность. Шикамару то и дело бросал на неё взгляды, пока его друзья убирали инструменты. — И долго ты собираешься пялиться на неё со стороны? — неожиданно спросил Наруто, появившись рядом так внезапно, что Нара чуть дёрнулся. — Работа закончена. Думаю, можно расходиться, — спокойно ответил Шикамару, застёгивая сумку с инструментами. — Нам — да. Вам — ещё рано, — Наруто усмехнулся и дружески хлопнул его по плечу. — Иди. Такой шанс упускать нельзя. — А Шикадай? — Эй, Боруто! — Наруто обернулся к сыну. — Тут поблизости есть классная пиццерия. Хочешь сходить туда с твоим новым другом? — Серьёзно? — Боруто тут же отложил приставку и посмотрел на Шикадая. — Пойдёшь с нами за пиццей? — Пицца?! — глаза мальчика загорелись. — Мам, можно? — Даже не знаю… если только ты не доставишь Наруто слишком много хлопот, — задумалась Темари. — Всё будет в порядке, я за ними присмотрю, — подмигнул Наруто. — Ну, тогда ладно. Спасибо. — Да без проблем, — отдав шуточное приветствие, ответил Узумаки и, наклонившись к Шикамару, добавил тише: — Твой выход. Сказав это, Наруто покинул кофейню вместе с детьми. Из колонок зазвучала мягкая, почти приторно-романтичная мелодия — странная смена настроения после часов треш-метала. — Не думал, что ты умеешь смотреть на вещи с такой нежностью, — лениво протянул Шикамару, оказавшись рядом. — Ха-ха, очень остроумно, — фыркнула Темари, хотя губы сами собой дрогнули в улыбке. — Это моя работа. Моя жизнь. А вы… вы сделали больше, чем я могла ожидать. Шикамару рассеянно почесал затылок. — Да брось. Это ерунда. Если честно, большую часть сделал Саске. Хотя… есть ещё одна вещь. Он зашёл за стойку и вытащил оттуда аккуратную рамку. — Что это? — Темари шагнула ближе. Он повернул её лицом к ней. — Вывеска. Новая. Старая всё равно пошла трещинами. На тёплом дереве аккуратно были вырезаны слова: «Sand Wind Café» Место, где тепло возвращается. Темари на мгновение словно забыла, как дышать. — Ты… сам это сделал? — Ну, Киба держал, Наруто старался не мешать. Самая тяжёлая часть, если честно, — невозмутимо заметил он. Она подняла на него глаза — в них смешались благодарность, смущение и что-то более глубокое, настоящее. — Шикамару… я даже не знаю, как тебя отблагодарить. Он пожал плечами, пряча волнение за привычной ленцой: — Не надо. Я просто хотел помочь тебе вернуться туда, где твоё место. — И где же оно? — тихо спросила она. Он смотрел прямо в её глаза. — Здесь. Повисла пауза. Темари отвела взгляд, почти растерянно — для неё это было редкостью. Шикамару на мгновение замер, глядя на её лицо. Музыка звучала мягко, словно заполняя пространство между ними. — Хочешь попробовать новый сезонный напиток? — неожиданно предложила Темари, будто спасаясь от слишком откровенной паузы. — «Огненный капучино». — Звучит как способ избавиться от клиентов, — сухо заметил Шикамару. — Возможно, — усмехнулась она. — Зато согревает на совесть. Темари принялась готовить капучино, и Шикамару, облокотившись о стойку, поймал себя на том, что наблюдает за ней с неожиданным вниманием. Даже с одной здоровой рукой её движения оставались точными, уверенными, почти изящными. Она поставила перед ним чашку. Над напитком поднимался лёгкий дым, аромат специй смешивался с запахом свежего кофе. Шикамару сделал глоток, моргнул. — Чёрт… это правда очень вкусно. — Знаю, — с довольством сказала Темари. — Твоё мнение отправлю в раздел «самое честное». — А можно сразу в «особые клиенты»? — лениво уточнил он. — Посмотрим, — в её взгляде мелькнула дерзость, тёплая и живая. — Всё зависит от поведения. — Тогда мне конец… Они рассмеялись — легко, словно последние тяжёлые дни наконец отпустили их обоих. Темари осторожно накрыла его руку своей — почти невесомо. — Спасибо, Шикамару. Правда. За всё. Он вдруг вспомнил, как когда-то она любила танцевать. Не говоря ни слова, он взял её за руку, обвёл вокруг стойки — и она оказалась перед ним. — Может, потанцуем? Темари слегка отступила, показывая гипс: — Не думаю… с этой рукой… — Обещаю, — тихо сказал Шикамару, делая шаг ближе. — Я буду осторожен. Он аккуратно положил руку ей на талию, другую — вложил в её ладонь. — Просто один танец. Она колебалась лишь мгновение. Его взгляд был слишком спокойным и искренним, чтобы отказаться. Темари кивнула, и он мягко повёл её по полу. Сначала движения были неловкими, осторожными, но постепенно они нашли ритм. Танец напоминал о прошлом: совместные походы в кино, любимую пиццерию, вечерние прогулки без цели. Каждый шаг вытаскивал из памяти что-то давно спрятанное, но всё ещё живое. Музыка постепенно замедлилась и стихла. Шикамару остановился, удерживая Темари в объятиях, и медленно наклонился к её лицу. Она не отстранилась. Когда его губы коснулись её губ, она ответила — спокойно, уверенно, позволяя моменту случиться. В этом поцелуе было всё: сожаление, надежда и то, что невозможно вернуть словами. Они стояли так ещё мгновение, будто слушая музыку, которая теперь звучала только внутри них.