Часть 2

      Женщина раздраженно переступала туда-сюда, все же не решаясь озвучивать возникшие в ее голове предположения за время разговора с девочкой. Несмотря на то, ее терпение лопнуло еще за время телефонного разговора с девушкой, с ходу обвинить кого-либо она не могла. Взгляд задумчиво скользнул по всей фигуре блондинки, прислонившейся боком к стене и легко улыбавшейся, и застыл на ботильонах на высоком каблуке, немного задержавшись на драных черных джинсах. Марина Сергеевна тяжело выдохнула воздух: весь образ блондинки подтверждал ее предположения — достойный член общества не мог ходить на работу в таком виде. — Вы думаете, это уместно одевать фетишистскую обувь при посещении детского сада? — процедила воспитательница, кивнув на серебристые заклепки на черной коже и каблук с барельефом в виде части скелета. — Я полагала, что Вы хотели обсудить, что-то связанное с моей племянницей, а не мои предпочтения в одежде, — приподняла бровь блондинка, — Если же Вы решили обсудить только это, то у Вас есть минута я внимательно Вас слушаю. Не больше, так как боюсь я не вынесу подобного ханжества и отвечу. — Да не об этом, но все же Ваш внешний вид, — неприязненно глянула на девушку воспитатель, — Я спросила о Вас у Лили и хочу задать Вам вопрос: Вам не стыдно зарабатывать столь низким образом? Ладно не стыдно, но можно хотя бы переодеваться, когда общаетесь с ребёнком. — Интересно, конечно, с Вами общаться, но я немного не понимаю, почему я должна отказываться от любимой работы из-за предрассудков людей, забывших, что сейчас XXI век, а Ваши взгляды даже сильно устаревшими не могу назвать, средневековая дичь какая-то. Как бы Ада Лавлейс считается первой в принципе, а не какой-то ученый муж, — фыркнула блондинка. — Вы издеваетесь? Как Вы можете спокойно смотреть в глаза Вашей матери? Она хотя бы знает? — взорвалась Марина Сергеевна. — Я как-бы не скрываю своей профессии. Она, конечно, рассчитывала на нечто другое, но, — глаза девушки подозрительно сощурились, припоминая в их среде расхожее выражение «Хорошо если 10% людей на фамилию Лавлейс вспомнит о программировании», а улыбка стала немного хищной, — Сейчас она даже гордится мной. — Нечто другое! Вы издеваетесь? Какая мать станет гордится такой дочерью? — рявкнула женщина, — Подобная мерзость, — опустошенно пробормотала она, — Нужно будет вызвать опеку на Вашу семейку. — Не забудьте им сразу сказать, что брат нотариально заверил доверенность на представительство Лили, — подсказала девушка, — К остальному у них вопросов точно не возникнет. — Ваша деятельность плохо влияет на ребенка и попросту незаконна, — отрезали в ответ. — Хороший анекдот, можете рассказать моему начальнику, что остался на проходной, — уже издевалась девушка. — Еще и сутенёра своего привела — проститутка, — сдали нервы у женщины, попытавшейся влепить пощечину девушке, но лишь больно ударившейся в стену.       Девушка лишь слегка отклонила голову, уклонившись от удара и с лёгкой усмешкой разглядывала воспитательницу, теперь, когда у той сдали нервы, можно было ткнуть раздражающе некомпетентного сотрудника детского сада во все ее промахи. — Не советую. Я успею отклониться, а вы можете случайно себя поранить, — доброжелательным тоном произнесла Клара, — Признаться, я не полагала наличие в Вас столь безупречной глупости и столь непрофессионального поведения, — улыбка стала чуть более ехидной, — Равно, как и не предполагала, что мне придется составлять словарик для перевода некоторых слов и имен для сотрудников данной богадельни. Итак, пойдем по принципу стека, — Марина Сергеевна возмущенно дернулась, — Понятно, с него и начнем, не пугайтесь, это просто принцип обработки логической очереди: последний пришел — первый вышел. Далее у Вас была проститутка — на языке нормальных людей ведущий бэкенд-разработчик, отвечающий в том числе за архитектуру системы. Сутенёр — тим-лид команды разработчиков… — Прошу, не нужно, я поняла, — тихо и виновато попросила женщина, разом утратив свой запал и как-то съежившись. — Ладно, теперь минимальный экскурс в историю: Августа Ада Кинг графиня Лавлейс — математик, считается первым программистом в истории, разработала описания алгоритма вычисления чисел Бернулли на вычислительной машине Бэббиджа, — немного печально улыбнулась девушка. — Простите меня. Но я подумала, — обессиленно пробормотала Марина Сергеевна. — Что я упомянула порноактрису, — не испытывая ни малейшего раздражения перебила слабые извинения Клара, — Как я говорила, меня, мой вид и прочее мы не будем обсуждать. Если Вы только об этом хотели поговорить, то данный разговор больше не имеет смысла. До свидания.       Как только блондинка коснулась ручки двери, в кабинете разом громко взорвались все лампы, осыпая стоящих потоком обжигающих искр, постепенно развеивающих мрак, в который погрузилось здание после этого взрыва.

***

      В кустарнике, расположенном немного выше горной дороги, что-то зашевелилось и оттуда раздались сдавленные ругательства. Из зарослей выскользнул камень и, перекатившись через разбитую дорогу, и рухнул в пропасть, предвещая беду неосторожному путнику. Этот узкий извивающийся вдоль горных ущелий путь был единственным перевалом на многие мили вокруг ведущим через хребты Северного Анорета к Рамеи — столице Равалорна. Большинство путешественников предпочитали потратить лишние пару недель, но избежать опасного тракта, воспользовавшись кружными путями — это место было глухим и диким. Немногочисленные придорожные трактиры постепенно закрывались, после истощения шахт, где добывали двимерит — единственный металл, который мог сдержать искажённых Прорывом, тех немногих, что поддавались лечению. — Чтобы я еще раз поддался на твои уговоры, Барг, — нетерпеливо поглядывая в сторону дороги, ведущей из Коринта, проворчал бродяга со спутавшимися волосами неопределенного цвета и темно-серой кожей, — Они опаздывают. Может, девчонка решила воспользоваться более безопасной дорогой? — Милорд сказал, что графиня обязательно воспользуется эти перевалом, — прислушиваясь пробормотал рыжеволосый деревенщина, прикладываясь к бутылке, — Если же она поедет другой дорогой это будет не наша проблема. За этот заказ нам уже отвалили столько, что можно сразу отправляться на покой и залечь с какой-нибудь цыпочкой в одном из вольных городов, — довольно усмехнулся он, почесав промежность. — Ты отвратителен, — бросив брезгливый взгляд скривился пробормотал Дерел. — Ну не всем же из нас быть ублюдками благородных кровей, — глумливо осклабился рыжый. — Заткнись, — поблекшие глаза наемника заблестели синим. — А что, я не прав? Сколько прошло лет с того момента, когда тебя изгнали из дома? Думаешь, мой отец не рассказал все о тебе, — он усмехнулся, — Позор в правящей семье королевства Ар-Варент — единственный наследник мужского пола - бастард-полукровка. Королева неплохо постаралась, изгоняя тебя, — усмехнулся он. — Ты это о чем? — яростно сверкнул глазами Дерел. — Ну как же, объявленные после изгнания условия возвращения твоего статуса — найти себе Истинную пару, что для дроу в людских королевствах — невозможно, да и для других тоже, — сообщил ошарашенному новостью темному рыжий и вдруг насторожился, прислушавшись. В отдалении раздавался стук копыт, — Приготовься, вроде едут.       Из-за поворота показалась скромная, с виду, карета, запряженная парой крепких лошадок, без опознавательных знаков. Единственным, что выделяло ее среди других наемных карет, молодой кучер, одетый в форму адъютанта союзных войск. — Девчонка - то, похоже, замуж успела выскочить, хотя с ее родственничками оно и понятно, — хохотнул рыжеволосый, — Нужно потребовать неустойку у этого индюка: никто не будет ее искать, ага как-же. — Подрывай, — крикнул он Дерелу, когда карета сравнялась с обрывом. Пара секунд и зажжённая стрела полетела в замаскированный под камень мешок с порохом. Еще секунда и пламя вспыхнуло на промасленной мешковине и достигло пороха.       Дорогу заволокло черным дымом, а гул эха только что случившегося взрыва постепенно стихал отражаясь от скал все тише и тише. Наемники покинули свое укрытие и вытащив большие ножи медленно подкрадывались к эпицентру взрыва.       Дым медленно рассеивался, но поврежденной от взрыва кареты не было на дороге. На месте взрыва остался только кучер, тихо постанывающий от боли, пронзенный осколком камня насквозь. Резкий удар и все еще живые глаза потухли. — Он все равно не жилец, — вытянул из пронзённого сердца свое оружие Дерел, — Если хочешь можешь обыскать, а после скинь в пропасть в след за каретой. Волки прекрасно справятся с уничтожением следов преступления, — он заглянул в обрыв и недовольно прицыкнул: карета зацепилась за мелкую поросль и застала на трети пути к земле. Наемник посмотрел на медленно скрывавшееся солнце и предложил, — Завтра нужно будет спуститься и найти доказательства — сегодня уже не успеем.

***

      Клара медленно приходила в себя, лежа на дрожащем от малейшего движения боку кареты. Из окна, затянутого каким-то чуть мерцающим щитом, была видна глубокая пропасть. Девушка перевела дыхание и попыталась перекатиться подальше от неизвестного вещества, нанесенного на окно кареты и прислушалась: справа от нее раздавались тихие всхлипы. Ужас пробежал по спине девушки, но сдержавшись она медленно повернула голову на источник шума и увидела реконструкторшу лет 25 со светлыми волосами, одетую по моде позапрошлого века. — Эй, леди, успокойтесь, пожалуйста, и скажите где мы сейчас, — неуверенно протянула девушка, но странная блондинка не успокаивалась. Мимо окна пролетело что-то большое и следом послышались голоса. — А если девчонка жива? Милорд, Грегори, говорил, что она сильный маг, — раздался хриплый мужской голос сверху обрыва. — Барг, если там она жива еще, то за ночь она либо свалится вниз и разобьется, либо застрянет в карете, и ты сможешь завтра развлечься, — на последней фразе другой голос приобрел язвительные нотки, — Пошли. В этих горах залежи двимерита, а выбраться без магии они не смогут — нужно будет захватить веревки, чтобы спуститься, — сверху послышались удаляющиеся шаги.       Тем временем, истерика незнакомки набирала обороты, тихие всхлипы теперь перемежались с икотой, и тихими молитвами и бормотанием. Клара прислушалась и попыталась разобрать, что говорит эта девушка: «никогда больше», «этот взрыв ламп», «где я», «верни, пожалуйста, домой в детский сад». Голова после взрыва в кабинете с трудом соображала, и Клара не могла сложить в ней, как эта незнакомка может быть воспитателем с которой она разговаривала перед взрывом.       Она медленно попыталась протянуть руку и успокоить истерику "подруги" по несчастью, но тихо вскрикнула: прядь, тянувшая от ее виска была угольно-черной.