Глава 3. Виновен и проклят

Размышления Дрегира прервали несколько неравномерных стуков в дверь. Он насторожился, ведь они никого не ждали, а Артём всегда предупреждает его о гостях. Дрегир медленно подошёл к двери и посмотрел в дверной глазок. Увиденное заставило его рычать. На пороге стоял тот самый мужчина, что следил за ними в кафе и из-за которого Артёму стало плохо. Каждый год, именно в этот день, Виталий Ноп приходил к их дому и умолял снять с него проклятие, что не давало ему покоя ни днём, ни ночью. Каждый раз, когда Дрегир видел эти полуседые светлые волосы и тёмные пятна под глазами, у него возникало огромное желание прикончить его, ведь если бы не Виталий – у Артёма была бы совершенно иная жизнь. С трудом собравшись, он открыл дверь и смерил стоящего на пороге злобным взглядом. — И как тебе только хватает наглости приходить в наш дом снова и снова, грязный убийца?! Неужели ты думаешь, что Артём снял бы проклятие с тебя, даже если бы мог? — Дрегир с трудом подбирал цензурные слова и подавлял желание влезть в драку, но держал себя в руках, понимая, что шум может отвлечь Артёма и прервать финал ритуала. — Я, я…Не прошу простить меня…— вынужденно наклонившись, Виталий закашлялся, оставив на крыльце пятна крови, — Обезболивающее или снотворное заклинание, молю тебя, Дрегир! Это должна быть именно ваша магия. Сегодня проклятие работает с тройной силой, пожалейте мою жену и дочку! Мои крики и галлюцинации мучают их, уехать от меня они не могут, сила их не пускает! — глаза его наполнились слезами. Дрегир в ответ равнодушно закатил глаза. Плачем его не разжалобить. — Пожалеть, значит? А ты Артёма не пожалел, когда добрался до его мамы в лесу. Твоими стараниями, мой брат на коротком поводке у драконов, неизлечимо болен и вынужден до конца жизни быть мясником по вызову! Его жизнь сломана. Из-за. Тебя! — терпение истончалось, он взял Виталия за горло и немного сжал, — А знаешь…Может, мне сейчас снести тебе башку и отправить её погулять вниз по склону? Всё равно она потом обратно к тебе прирастёт. Побегаешь и догонишь. Виталий испуганно смотрел на Дрегира, не в силах сказать ни слова и уже ожидая, что его собеседник выполнит свою угрозу. Дрегир же шумно выдохнул и с силой толкнул Виталия на траву. — Ничего ты не получишь. Суд официально постановил, что проклятие это тебе вместо тюремного срока, так что…Страдай. И. Пошёл. Вон, — процедил сквозь зубы Дрегир и вернулся в дом, закрыв дверь. Он стал медленно сползать по ней на пол, вновь шумно выдыхая. Когда дело касалось Артёма и всего, что связано с его мамой, у него, как и у самого Артёма, начинались проблемы с контролем гнева. Да, они были разными личностями, но с единой душой и памятью. Так им сказали в лаборатории. Дрегир повернул голову. Из комнаты вышел Артём и, застав того сидящего на полу, немного улыбнулся. — Ты в порядке? Выглядишь, будто с кем-то поругался, — весьма проницательно заметил Артём. — Кто? Я? Пфф, я же душа любой компании, а мои шутки бесподобны! — Дрегир тут же поднялся и гордо расправил плечи и подмигнул. — А вот и мистер гордыня вернулся, — Артём подошёл к окну, ведущему на участок перед домом и открыл его, дабы проветрить коридор и заодно кухню после их с Дрегиром долгого отсутствия дома. Заметив помятый участок с человеческий рост на траве, он с интересом его осмотрел и повернулся к Дрегиру. — Я так понимаю…? — Да, Тём. Я не хотел тебе говорить. Он не заслуживает и секунды твоего времени, — с полуслова понял Дрегир, не зная, почему он рассчитывал скрыть правду. — Мне приятна твоя забота, но я всё равно бы вспомнил за него так или иначе. Отдыхай, ты потратил много сил на сегодняшнего Сломленного. Я поужинаю, переоденусь и пойду за цветами. — С фига ли ты решил, что пойдёшь навещать её один? Она тоже для меня дорога, забыл? — Дрегир постучал двумя пальцами по своему виску. — Что ты, нет. Разумеется нет. Просто хотел бы, чтобы ты отдохнул. Артём немного виновато взглянул на него и прошёл на кухню. Решение о том, что он будет есть на ужин пришло сразу – пельмени. Именно их он готовил 12 лет назад, не зная, что его мама уже никогда не вернётся домой. Он всегда варит их в этот день, каждый год, отдавая дань памяти. Ему с трудом хватило духа продать её гардероб и личные вещи, оставив себе только самое ценное и памятное, хоть и один лишь их вид на полках и комодах кладовой заставлял его вспоминать вновь и вновь, как его жизнь разделилась на до и после, и никакое могущественное заклинание или артефакт не вернёт его нормальную жизнь обычного человека. Понимая, что вновь погружается в свои мысли и рискует застыть на месте с пакетом пельменей в руках на ближайший час, Артём слегка помотал головой и приготовил кастрюлю с водой. После закипания, он оставил пельмени вариться на среднем огне и вернулся за стол, пригласив Дрегира сесть напротив него. — Как ты думаешь…Маме бы понравились тюльпаны? Я каждый год беру её любимые белые розы, но почему-то в этот раз хочется взять другие цветы, — спросил Артём, бросив пристальный взгляд и ожидая ответа. — Э…Наверное? Главное не орхидеи. Вспомни, как она чихала, когда соседи подарили нам горшок с ними на новоселье, —неуверенно и с лёгкой улыбкой в конце протянул Дрегир, невольно рассматривая, с какой активностью циркулирует магическая энергия в красных глазах его брата. — Твоя правда. Остановлюсь на белых тюльпанах. И нужно будет почистить саму могилу. Также проверю, не нужно ли подкрасить ограду. Хочу, чтобы всё было красиво. — Как скажешь, Тёма. Ты тут босс. Любой другой услышал бы в спокойном и твёрдом голосе Артёма уверенность и холодный план действий, но Дрегир телом и разумом ощущал тот чудовищный градус боли и отчаяния, который они делят на двоих. В такие моменты всегда весёлый и острый на язык демон вёл себя сдержанно и серьёзно. Как только пельмени были готовы, Артём наложил их в тарелку, достал сметану и стал весьма неторопливо есть. Дрегир от ужина отказался, всё ещё борясь с осадком, что остался после разговора с Виталием. Спустя 20 минут, они вдвоём уже были в комнате и переодевались в строгие чёрные костюмы. — Меех, мерзость какая… И как люди кабинетов носят это на постоянной основе? — брезгливо скривил лицо Дрегир, предпочитая свободную спортивную одежду. — У каждого свои вкусы. Через час мы их уже снимем, — слегка пожал плечами Артём, застёгивая запонки на руках и поправляя галстук. Закончив наводить марафет, он посмотрелся в зеркало. Почти всегда серьёзное и порой суровое светлое лицо, ярко-красные глаза и чёрные волосы, зачёсанные назад к затылку и заканчивающиеся там небольшим хвостиком, выбритые по бокам. Сам костюм покрывал собой широкоплечее крепкое тело. В одном из карманов брюк уже лежали его карты. Интересно, что сказала бы мама, увидев его сейчас? Осудила ли бы за наложенное проклятие? И узнала ли бы вообще в этом холодном юноше своего сына-солнышко, который, будучи маленьким, перед сном рассказывал ей, как мечтает о том, чтобы все-все в мире дружили друг с другом? Пожалуй, вряд ли. Когда и Дрегир был готов, они обулись в коридоре и вышли из дома. Артём запер двери на ключ и активировал защитный купол над домом, который на секунду моргнул красной волной и снова стал невидим. Спустившись с холма, они свернули направо, уверенно шагая к цветочному магазину, что располагался в конце улицы. Там всегда был хороший выбор свежих букетов за приемлемую цену. Когда до магазина оставалось несколько метров, их заметила продавец Лиза, что сразу же поднялась из-за кассы и встала позади цветов, чтобы быть готовой собрать букет. — Господа Драгонские, добрый вечер! Какие цветочки возьмёте? Совсем недавно была поставка, выбирайте, не стесняйтесь, — с едва заметной улыбкой поприветствовала их Лиза. — Здравствуйте, Лиза. Десять белых тюльпанов, будьте добры. Оплата картой, — ответил ей Артём, даже не посмотрев на остальные цветы. — У вас прекрасный вкус — Лиза послушно собрала букет, подрезала кончики, после обернув тюльпаны в красивую плёнку и перевязав белой ленточкой, протянула цветы Артёму и запустила терминал оплаты, — С вас 2000 Рэн. Соболезную вашей утрате, Артём. Ваша мама была прекрасным человеком, защитницей города. Спасибо вам, что продолжаете её дело. — Не по своей воле, как вы знаете. Но, вы правы, мысль об этом приносит небольшое облегчение — Артём оплатил покупку и отвёл взгляд на дверь, — А В…кхм…Виталий заходил? — Этот козёл? В этот раз нет. Знали бы вы, каких усилий мне стоит ему что-то продавать. Удавила бы. Но, меня опередила ваша магия. Надеюсь, его хорошо сейчас корёжит, а Ксюшенька ему в кошмарах является, — раздражённо махнула руками Лиза, достала из кармана бутылочку воды и сделала глоток. — Благодарю за информацию и за цветы. Хорошего вечера, — он кивнул и они с Дрегиром вышли из магазина. Решив не тратить ману на перемещения по городу, Артём и Дрегир пришли к трамвайной остановке и стали ждать нужный состав. Дрегир слегка пихнул брата локтем. — Переживаешь, что мы столкнёмся с ним на кладбище? — Переживать надо ему, когда я его буду оттуда вышвыривать, если он туда припёрся… — Воу-воу, полегче, горячая кровь! Я тоже ему хлебальник хочу начистить, но не забывай, что твоё «вышвыривать» может дойти до твоего начальника и наших знакомых мордатых! — Дрегир отвесил Тёме мягкого подзатыльника, — Поэтому, успокаиваемся! Мда, мне иногда кажется, что старший тут я… — Сказал тот, который упрашивал меня купить детский набор «Выращиваем кристаллы дома», — Артём сдержал смешок, Дрегир сердито фыркнул. И вот, перед ними остановился пятый трамвай. Они зашли в раскрытые двери, Артём оплатил проезд и сел в конце вагона рядом с Дрегиром. Трамвай тронулся со средней скоростью и вскоре стал подниматься на небольшой мост, после чего через окна открывался весьма красивый вид на огромный город. Как в самом трамвае, так и на улицах города, можно было увидеть не только людей, магов и немагов, но и представителей других рас, чаще это были драконы. Парочка из них как раз пролетела над трамваем, они явно спешили куда-то. Через 40 минут Артём и Дрегир вышли из трамвая на остановке и уверенно зашагали ко входу на кладбище, которое называлось просто и банально: главное кладбище. Они уверенно шагали вдоль могил разных форм и размеров, продвигаясь глубже и глубже. Вдруг, Артём остановился и посмотрел влево. Перед небольшой могилкой мальчика на коленях сидела худенькая темнокожая девушка в жёлтом платье и тихо плакала, поглаживая рукой надгробие. — Мне жаль, мне так жаль…Не спасла, не уберегла…Моё солнышко… — бормотала она. От последней фразы Артём немного пошатнулся. В ушах зазвенело, накатывала паника, он стал активно дышать. Из глубины разума всплыло воспоминание, как его мама называет его так и гладит по голове, укладывая спать. — М-моё…с-солнышко… — с трудом, но громко произносит Артём, приходя в себя. Девушка испуганно обернулась и встала, вытирая слёзы и стряхивая с платья землю, после чего немного поклонилась. — Ох…Здравствуйте. Вы тоже здесь? Навещаете маму? — Мы знакомы? — спрашивает Артём, помотав головой, потирая глаза и кастуя на себя заклинание успокоения. Дрегир в это время придерживал его за плечо. — Лично нет, но я тоже работаю в ГИМН. Меня зовут Сандра, Сандра Хан, административный отдел, бухгалтер — со всхлипом ответила Сандра, дрожащими руками показывая удостоверение, — Простите, если нарушила ваши планы побыть здесь одному. Я знаю, вы не любите людское общество, но…прошу, позвольте мне ещё побыть с моим сыном. Я…не могу перестать винить себя в его смерти. Постоянно, снова и снова, мне снится, как я ухожу на работу, оставляя его в детском саду, а потом днём мне звонят и сообщают, что мой сын скончался в реанимации от магического отравления во время теракта. Если бы я только взяла его с собой или оставила бы у знакомых, он был бы жив. Он ещё так не хотел идти. Я подумала, что, может, он плохо спал или просто капризничает, хотя этого не было похоже на него…Если бы я могла всё исправить, если бы могла… Сандра вновь опустилась на колени и снова заплакала. Артём переглянулся с Дрегиром, а после подошёл к ней. — Это действительно страшно. У вас забрали самое дорогое в вашей жизни. Как и у меня когда-то. Мы не можем повернуть вспять время, а над смертью не властна даже магия. Ваши чувства — нормальны, я вас понимаю. Я не особо хорош в моральной поддержке и поддержании духа, но… — он протянул Сандре купюру 10 000 Рэн и одну из своих карт, — держите. Сходите в ресторан, СПА салон или куда сами захотите. В карте заклинание медитации. Порвите её перед сном, вам станет легче. — С-спасибо. За подарок и что выслушали. Мне это было очень нужно. Вы добрый человек, лейтенант Драгонский, — не сразу, неуверенно, но она всё же приняла деньги и карту. — Возможно. Что ж, мне пора, — со вздохом сказал Артём и они с Дрегиром продолжили идти дальше. Сандра слегка помахала им рукой вслед. Дрегир ни слова не спросил, зачем его брат дал денег этой убитой горем женщине. Он и так понимал причину. Наконец, они дошли до нужного участка. Артём сделал всё, чтобы могила матери выглядела красиво и опрятно. Большое надгробие, портрет, а курсивные надписи под портретом гласили: «Драгонская Ксения Викторовна. 06.05.1971 – 15.10.2012. Талантливый полковник, Рыцариер – защитница Земли и самая лучшая мама на свете». Открыв ключами дверцу, Артём прошёл через изящную металлическую ограду с серебряными узорами, подошёл ближе и возложил цветы на могилу. В горле стоял ком. Он сделал глубокий вдох и выдох, после чего стал рассказывать портрету мамы о том, как он живёт, какие последние новости и как он по ней скучает. Дрегир молча встал рядом с Артёмом, одной рукой взяв его руку, а другую положил на надгробие. Через 15 минут, Тёма замолчал и просто стоял, то открывая глаза, то закрывая. Вдруг, его окликнул мужской голос. Артём медленно повернулся и с облегчением посмотрел на высокого стройного мужчину со светлой кожей, оранжевыми глазами, щетиной на лице и короткими прямыми волосами чёрного цвета. В руках у него были белые розы. — Привет, сынок. Извини, что пришёл позже обычного. На работе задержался. И тебя рад видеть, Дрегир, — добродушно и негромко сказал мужчина, подойдя к ним ближе и тоже возложив цветы. — Добрый вечер, отец, — Артём пожал ему руку и медленно обнял.