Часть 24

      Две недели пролетели слишком быстро, по мнению Гарри. Он не успел оглянуться, как приблизились зимние каникулы, а вместе с ними и ненавистные танцы.       До Рождества осталось две недели, и ученики поддавались всеобщей лихорадке. Везде слышались разговоры о нарядах, причёсках и выборе партнёра.       К своему удивлению, Поттер получил несколько приглашений. К нему подошли смелые девчонки и предложили свои кандидатуры. Никого не смущало, что у Гарри вообще-то есть невеста, и как бы на бал предполагается идти вместе с ней. Конечно, он вежливо отказался.       Кстати о невесте. Поттер проследил взглядом за Гринграсс. Всё же стоит пригласить её, а то что-то он затянул. В своё оправдание он мог сказать, что вообще не хотел идти на танцы.       Гарри нагнал в коридоре невесту и её подругу, и без смущения и лишних церемоний пригласил стать его партнёршей. Прошло то время, когда он краснел и заикался при одном взгляде на симпатичную девчонку.       — Хорошо, — с таким же безразличием ответила Ледяная королева. — На мне будет синее платье.       Поттер кивнул, принимая информацию к сведению. Он не планировал надевать парадную цветную мантию, а тёмно-синяя или чёрная прекрасно дополнит наряд партнёрши. В памяти сразу всплыл наряд Рона из прошлого мира, и Гарри едва не засмеялся в голос. Старомодное платье выглядело на рыжике феерично. Жаль, что местный Рон не станет в таком щеголять. Было бы забавно это увидеть.       — Я бы хотела кое-что обсудить, — неожиданно сказала девушка. — Если у тебя, конечно, есть пара минут.       — Можем встретиться перед ужином в библиотеке или в пустом классе возле кабинета ЗОТИ. Подходит?       — Да, — кивнула девочка. — Давай в классе. Мадам Пинс не любит, когда разговаривают.       — Хорошо, — согласился Поттер.       Дафна вернулась к подругам, а сам Гарри почувствовал на своей руке коготки Гермионы. В нос ударил запах зелёных яблок. Девушка облюбовала этот шампунь, и теперь её буйная грива источала свежий аромат.       Карие глаза скользнули от Гринграсс к Поттеру и обратно, а на губах появилась смущённая улыбка.       — Вы помирились с Дафной, — не спрашивает, а утверждает девочка.       — Мы не ссорились, чтобы мириться, — следует ответ.       — Ммм… А о чём вы говорили?       — Я пригласил её на бал.       — Ооо… — удивилась девочка. — А почему так сейчас? То есть я хотела сказать, почему только сейчас? Почему ты так долго тянул с приглашением? До танцев же осталось мало времени, и почти все уже обзавелись партнёрами. Ты, как чемпион, должен будешь открывать бал. Тебе без партнёрши нельзя было.       Поттер лишь закатил глаза. Гермиона такая Гермиона.       — Уверен, я бы смог найти пару для танцев.       — Но ты поступил неправильно, заставив Дафну долго ждать. Я слышала, что её многие приглашали. А если бы она приняла чьё-то предложение?       — Я не заставлял её ждать моего приглашения. Она вольна была пойти с кем пожелает.       — Но вы же помолвлены! — возмущалась Гермиона. — И должны идти вместе.       — Кому должны? — вопросом на вопрос ответил Гарри. — И помолвлены — не значит женаты. Вот когда будем женаты, тогда и будем «должны» друг другу.       — Гарри, ты меня пугаешь своими словами. Иногда ты такое скажешь, что я ужасаюсь. Разве можно быть таким невежей?!       — Если что-то не соответствует твоим критериям, это не означает «невежество», — отмахнулся Гарри.       Гермиона насупилась, но говорить ничего не стала.       Дальше до кабинета декана Слизерина они шли молча. Возле дверей девочка не выдержала, и на Поттера посыпались очередные вопросы:       — Гарри, а ты разгадал загадку яйца? Я могу помочь тебе, и мы вместе поищем ответы.       — Я уже разобрался.       — Ооо… — От удивления она даже рот открыла. — Хорошо. То есть ты молодец. Я рада, что ты смог так быстро разгадать загадку.       Дверь открылась, и парочка шагнула в личные комнаты Снейпа. Раз в месяц Лили посещала Хогвартс, и вся семья собиралась на чай. Гарри с большим удовольствием избежал бы подобных посиделок, но достойного повода не нашлось. В прошлый раз он смог отговориться благодаря отработке у Лестрейндж, но затем получил письмо от Лили. Женщина журила старшего сына и просила в следующий раз обязательно присутствовать.       Гарри удивился, что младшего брата и сестры не было. На вопрос Гермионы Лили ответила, что у Сайруса и Эйлин не было двух последних занятий, и они провели полдня вместе. Лили повела их в Хогсмид, где те гуляли и покупали всякие вещицы.       Женщина по очереди обняла детей и усадила тех за стол. На столе уже дымился чайник и чашки с чаем и кофе, а также благоухала манящими ароматами выпечка.       Поттер налил себе кофе и начал согревать пальцы о горячую чашку. Он не особо прислушивался к разговорам — наслаждался напитком и считал минуты, когда сможет свалить отсюда. Общество Снейпов тяготило его. Ему до сих пор было неприятно смотреть на то, как Северус обнимает Лили и как доверчиво та прижимается к нему. Их влюблённые взгляды и касания раздражали.       Нет, Гарри не ревновал Лили. Просто сама ситуация казалась ему абсурдной. Мозг отказывался воспринимать, что в этом мире нет пары Лили и Джеймса, а есть пара Лили и Северуса.       — …Мне тоже нужно купить новые перья, — проговорила слегка расстроенная Гермиона.       — У вас завтра будет поход в Хогсмид. Купи. А если хочешь, то я могу тебе купить, — заботливо предложила рыжеволосая женщина. — Милая, у тебя ещё остались карманные деньги?       — Остались, — смущённо ответила Гермиона. — Я ещё не успела потратить те, что мне дали в прошлом месяце.       — Какая же ты у нас экономная, — улыбнулась Лили. — Как настоящая хозяйка. Не то что Эйлин и мальчишки. Этим сколько ни дай — всё до копейки потратят и потом ещё пять раз попросят.       — Сайрус — фанат открыток с лягушками. Он собирает коллекцию, — хмыкнул Снейп. — У него, наверное, их не менее пяти сотен.       — Он просто стесняется признаться, что и дня не может прожить без шоколада, — заулыбалась Лили. — Вот и придумал легенду об открытках.       Гермиона захихикала.       — Он ужасный сладкоежка. Я ему постоянно отдаю свои шоколадки.       — А Эйлин у нас модница. Её гардероб занимает целую комнату. Все деньги она тратит на модные мантии и украшения.       — Она сказала, что хочет быть готкой, — тихо проговорила Гермиона.       — Что?! — не поняла Лили. — Готкой? Это что-то маггловское?       — Ага, — ответила Гермиона. — Она наслушалась историй от магглорождённых и зачиталась журналами. Она и мне показывала.       — Я слышала сегодня что-то подобное от неё, — задумалась Лили. — Она спрашивала, можно ли ей проколоть нос.       Снейп поморщился.       — Надеюсь, ты ответила ей, что подобное недопустимо в стенах школы. А там, гляди, до лета её интерес угаснет.       — Нуу… — протянула Лили. — В детстве я тоже любила эксперименты. Ты же помнишь, как раз я отрезала свои длинные волосы, — улыбка.       — Помню. Твоя сестра тогда так истерила. Вы вроде неделю не разговаривали после этого.       — Петунья разозлилась, что я отрезала волосы и с ней не посоветовалась. Она сама хотела постричься, но боялась в этом признаться.       За столом послышались смешки.       — Так значит, ты разрешила Эйлин совершить варварство с собственным носом?       — Северус, мы же не магглы. Взмах палочки, и всё можно исправить.       — А если она надумает покрасить волосы в зелёный?       — Что ж… Думаю, зелёный ей не пойдёт. Веснушки и зелёный цвет не сочетаются.       Поттер мысленно простонал. Ему не нравилось слушать подобную болтовню. Голова начинала болеть, да и четвёртая чашка кофе не приносила успокоения. Лили успела напомнить сыну, что кофе много пить нельзя. Мол, оно вредно для детского организма.       — Гарри, я слышала, что чемпионы будут открывать бал. Возможно, тебе нужна помощь с танцами? — осторожно проговорила женщина. — Я бы могла поучить тебя.       — Я умею танцевать, — ответил Поттер. Он не знал о талантах бывшего хозяина тела, но сам в уроках не нуждался. Да и идея вальсирования с Лили не вызывала у него радости.       Лили с Северусом переглянулись.       — Ну раз ты так говоришь, — отступила женщина. — А ты уже пригласил мисс Гринграсс?       — Да, — следует безразличный ответ.       — Тебе нужна помощь в выборе парадной мантии?       — Я заказал её по каталогу, — ответил Поттер.       Очередной обмен взглядами. Лили недовольно поджала губы, а Снейп лишь сверкнул глазами.       — Лили, ему не десять лет, — наконец проговорил зельевар. — Он почти совершеннолетний. Уверен, выбрать себе мантию он способен сам.       — Ты прав, — согласилась женщина. — Я просто забываю, как быстро растут дети. Гляди, скоро будем растить внуков.       Гермиона покраснела. Гарри же проигнорировал выпад в свою сторону.       Экзекуция длилась ещё около часа, и наконец Поттеру удалось сбежать. Он сослался на то, что договорился о встрече с Дафной.       Гринграсс уже ждала его. Девушка чинно сидела за партой и рассматривала свой маникюр. Выглядела она какой-то расстроенной.       — Извини. Задержался, — неискренне покаялся он.       Поттер бесцеремонно уселся на парту, дабы оказаться лицом к лицу с невестой. Та недовольно поджала губы такому попранию этикета, но промолчала.       — Ничего страшного. Я тоже недавно пришла, — следует ответ.       — Ты хотела о чём-то поговорить? — сходу начал Поттер. Он не счёл нужным разводить воду и перешёл к главной теме встречи.       — Ты смог получить копию нашего брачного договора?       — Да, — не стал отнекиваться парень.       — И?       — Что «и»?       — Ты ознакомился с ним и нашёл возможность расторгнуть его?       Да, Гарри прочёл договор. Проконсультировался с гоблинами. Даже вёл переписку с независимым юристом. Тот получил копию договора, изучил и дал свою оценку. По всему выходило, что Чарльз заключил договор на совесть: учёл все подводные камни и уничтожил пути для его расторжения. Остался самый очевидный вариант — если обе девицы Гринграсс погибнут или превратятся в сквибок. Марать свои руки невинной кровью Гарри не хотел, не настолько он жесток. Но Поттер не собирался сдаваться и покорно поднимать лапки. Он ещё поборется.       — Я ищу выход. На данный момент обрадовать тебя чем-то не могу, — наконец ответил Гарри.       Дафна лишь кивнула.       — Если у тебя есть какие-то идеи, то готов выслушать. Это наша общая «проблема», и решать её мы должны сообща.       — Проблема, — скривилась слизеринка. — Как дипломатично ты меня назвал.       — Я не тебя назвал проблемой, а этот нелепый договор. И вроде ты сама говорила, что выступаешь против нашего брака. Или я что-то не так понял?       Дафна нервно пожевала губы.       — Я хотела извиниться за те слова. Я не считаю тебя «худшим из женихов», — негромко проговорила девочка. — Просто я была недовольна тем, что меня помолвили без моего ведома. Помолвили и слова не сказали. Да и ты сам понимаешь, что мы не особо ладили.       — Понимаю. И не волнуйся, я не в обиде на тебя.       — Поттер, ты же понимаешь, что нам придётся как-то жить вместе? — тихий голос.       — Если мы не сможем разрешить ситуацию, — веско добавил парень.       — Да, если не сможем разрешить ситуацию, — повторила девочка.       Неожиданно Гринграсс встала со своего места и приблизилась. Поттер сидел на парте, а Дафна замерла перед ним. Её ноготки коснулись груди парня. Поттер вопросительно выгнул бровь, но отстраняться или задавать вопросы не спешил.       Дафна чему-то хмыкнула, а затем как плебейка уселась на парту рядом с женихом.       — Я боюсь неопределённости. А наша ситуация с тобой именно такая. Я хочу знать, какое меня ждёт будущее, и готовиться к нему, — голос девушки был тихим и каким-то печальным. На памяти Поттера Гринграсс впервые выглядела такой потерянной. Поддавшись порыву, он накрыл ладошку девушки своей, слегка сжимая.       — Выход есть, его нужно только найти.       Из горла девушки вырвался горький смех.       — Мне бы твой оптимизм.       Слизеринка закрыла глаза и молча начала слегка покачиваться из стороны в сторону. Повисло молчание.       — А если выход не удастся найти? — шёпот.       — Тогда поженимся и будем жить долго и счастливо, — попытался пошутить парень.       — А будет у нас это «долго и счастливо»?       Дафна резко спрыгнула и приблизилась к жениху. Синие глаза горели каким-то огнём.       — Поцелуй меня, Поттер, — потребовала слизеринка.       Гарри опешил от такого напора.       — Гринграсс… Дафна… Это…       — Неужели тебе трудно поцеловать девушку, если она сама просит? И не лги мне, что я тебе не симпатична. Я видела, как ты смотришь на меня.       — Дафна… Это не лучшая идея.       — Я так хочу, — не отступала девчонка. — Разве тебе сложно выполнить мою просьбу? В конце концов ты мой жених, а я — твоя невеста.       — Но это глупо, — не отступал Гарри. — Это неправильно. Ты меня недолюбливаешь, да и я к тебе не испытываю влюблённости. Мы чужие люди.       Гринграсс нервно рассмеялась.       — Мне почти семнадцать… Я не знаю, какое меня ждёт будущее. У меня три года как есть официальный жених, — с каждым словом голос становился всё тише и тише. — И я никогда не целовалась… Поттер, неужели тебе сложно поцеловать меня? Или я должна пасть на колени у твоих ног и просить?!       — Нет, — проговорил Поттер, торопливо хватая девушку за руку. Он видел, что та пребывала в истеричном состоянии и могла натворить всякого. Сейчас Дафна — сжавшаяся, потерянная и одинокая — мало напоминала Ледяную королеву.       Поттер протянул пальцы к её лицу, касаясь щеки. Вторая рука сжалась на талии, притягивая к своему телу. Секундное колебание, и его губы накрывают губы девушки. Та вздрогнула. Глаза её оставались закрытыми. Поттер целовал осторожно, едва касаясь. Гарри уже собирался отстраниться, когда холодные губы девушки дрогнули в робком ответе — неуверенном, неумелом, но таком искреннем. Он осторожно коснулся их своим языком, а потом отстранился.       Их лица разделяли не более десяти сантиметров. Дафна шумно выдохнула и распахнула глаза. В синих омутах плескалась гамма эмоций.       — Спасибо, — тихий шёпот. — Правда, спасибо.       Синие глаза смотрели куда угодно, но только не на Поттера. Гарри понял, что Дафна смущена.       Подаваясь вперёд, он вновь захватил губы девушки в свой плен. Второй поцелуй был более решительным. Руки крепче прижали к себе слизеринку, и та не сопротивлялась. Она позволила Поттеру целовать себя и даже неумело отвечала. И лишь когда перестало хватать воздуха, Поттер отстранился. В тишине слышалось лишь тяжёлое дыхание обоих.