Глава 32. Новые правила игры

      Июль был в разгаре, радуя жителей Йокогамы солнечными лучами, но не убивая знойной жарой. Перемещаясь между этажами, Бэцумия зашла в лифт, пестря своей красной блузкой, и на еë лице всплыла лëгкая улыбка. — Добрый день, Хироцу-сан — поприветствовала она пожилого мужчину, стоявшего у задней стенки. — Добрый, Бэцумия. — Вы с задания или на? Как себя чувствуете? — Достаточно хорошо, чтобы полноценно вернуться к работе. Как раз направляюсь к Хигучи-кун. — Наверное рады вернуться в строй. — Несомненно. Лифт дзынькнул, его двери открылись и седой мужчина, вместе с ещё парой человек, направился на выход. — Хироцу-сан, может покурим? Минут через десять, где обычно. Я только документы отнесу. — Хорошо, я не против. И двери снова закрылись.

***

      Две струйки дыма, устремились вверх. Сумико стояла, опираясь спиной на бетонную стену парковки. Хироцу был неподалёку с привычным невозмутимым видом, но были в этом его выдохе какие-то нотки облегчения. Что ж, оно понятно, вряд ли ему давали свободно курить в палате. — Мои поздравления. — негромко произнëс Рюррьо, на что девушка вопросительно вскинула бровь — Новая должность. Достойно уважения. — А...это... Спасибо. Вы один из немногих кто так думает. — Судя по голосу, ты сама тоже не очень рада. — Да, Вы очень проницательны. Не знаю, чувствую себя самозванкой... Этот пост мой, по сути, из-за безысходности ситуации. Старая система перестала работать как надо, а новую пришлось строить из того что есть... — Разве не ради этого ты лезла на рожон? — Лезла, да что толку, — грустно улыбнулась девушка, стряхивая пепел на землю — В нужный момент всë равно не оказалась на месте... — Мы это уже обсуждали. — Помню-помню. Молчание вновь повисло в пространстве, что заполнялось дымом, но не продолжалось долго. — Наткнулась тут недавно на одну статью: Американке восстановили зрение при абсолютно слепом глазе. Слышали о таком? — Не интересовался этой темой. — Как-то благодаря кусочку зуба, у них вышло новый рабочий глаз создать. Относительно недавно, подобный трюк провернули благодаря стволовым клеткам из позвоночника. Вот ведь чудеса медицины. — Почему ты вдруг об этом вспомнила? — Как будто это не очевидно. — Он был славным парень, но жалость к предателям Портовой мафии недопустима, Бэцумия. — Жалость? Нет, конечно, ни в коем случае. У Мацубары его тело послужит на общее благо... Слышала просто, что Босс был готов простить, если б... Сумико остановилась на полуслове, когда находящаяся рядом дверь открылась и мимо них с Хироцу быстрым шагом, не здороваясь, прошëл молодой человек в сером костюме двойке. Девушка его знала, а потому на еë лице мелькнула ухмылка. — Извините, я сейчас — сказала одарëнная, отдав свою сигарету мужчине на сохранение — Эй, Кайто! А ну-ка постой! Бэцумия догнала парня и положила руку ему на плечо, от чего тот заметно напрягся. — Я уже неделю жду от тебя отчëты. Мне кажется или ты от меня бегаешь? — Мне сейчас некогда — буркнул он и дëрнул плечом, скидывая еë ладонь. — Что значит некогда? Ты охренел? Возмущëнная Сумико сделала подножку и повалила Кайто на холодный твëрдый пол, прижав того своим коленом. — Ауч, чокнутая су... Договорить он не успел, ведь девушка влепила ему пощëчину. — Ещё и огрызаешься? Я вообще-то задницу твою спасти думала. Угадай, насколько большие несостыковки были в майской инвентаризации? Я вот сравнила некоторые бумажечки и у меня есть полные основания для подозрения тебя и твоей группы в фальсификации данных и присваивании себе имущества мафии. Ничего не хочешь сказать? — Да кто тебе поверит. — Даю тебе шанс одуматься. — Сумико встала с земли и уже разворачивалась, чтобы вернуться к Хироцу — Завтра крайний срок, а потом я иду к Накахара-сану с тем, что накопала, понял? — Тц... Пять лет я тут батрачил, чтобы потом подчиняться какой-то девке... — бурчал парень, поднимаясь в сидячие положение — Какой-то шалаве, что удачно под мужика легла... — он встал на ноги, начал отряхивать костюм. — Чего ты вякнул? — Чего сл... Простоял Кайто недолго. Уверенным точным ударом ноги, Бэцумия откинула его в одну из укрепляющих бетонных установок. — За языком следи. Ты рискуешь не только меня разозлить, но и отгрести за очернение чести Исполнителя. — девушку трясло от желания превратить эту рожу в фарш, но она старалась держать себя в руках, потому даже не приблизилась к подчинëнному — Иди куда шëл, подыши свежим воздухом. Объяснительными и компенсацией вы, твари, не отделаетесь. Вернувшись к стене, у которой стояла ранее, Сумико забрала свою сигариллу, вновь зажав ту между губ и сделав вдох чуть поглубже. Еë зло прищуренные глаза следили за тем, как Кайто доковылял до своей машины. — Молодой, пылкий, безрассудный нрав, кого же мне это напоминает... — с лëгкой старческой ухмылкой сказал Хироцу, выкидывая окурок — Будь аккуратнее.

***

      В тот же день Бэцумия настигла Чую, когда тот шëл по коридору общаясь с Коë. — Накахара-сан, Коë-сан, добрый вечер. Прошу простить, но, Накахара-сан, у меня есть некоторые документы, на которые Вам надо глянуть. Когда я могу с Вами переговорить? — Если это так срочно, то я к тебе зайду минут через двадцать. — Спасибо. Девушка «исчезла» также быстро как появилась, не желая более прерывать или подслушивать чужие разговоры.

///

      Чуя толкнул дверь плечом и вошёл без особых церемоний, как у него и водилось. Закинул взглядом комнату, задержался на Бэцумии, сидящей за столом с кипой бумаг, и, прикрыв за собой дверь, сунул руки в карманы. — Ну? — коротко бросил он, подходя ближе. — Чего там у тебя такого срочного? На стол упали его внимательный взгляд: аккуратные стопки отчётов, какие-то распечатки, выделенные маркером строки. — Что-ж начнëм... Вот отчëт инвентаризации боеприпасов за май — хлопок папки об стол — Вот отчëтность по использованию боеприпасов в рамках «Майских событий». Вот предварительные итоги инвентаризации. Вот это за июнь. Вот это за аналогичный период в прошлом году. И вот это при аналогичном инциденте два года назад. — после каждого «Вот» следовал хлопок папок от удара друг об друга, в итоге собралась большая стопка — Короче говоря, Кайто Осава, со своим отрядом, пытались провернуть какие-то махинации. Заметила, что какой-то слишком большой плюс по итогам инвентаризации вышел в нескольких позициях, посмотри вот здесь — девушка потянулась через стол, чтобы своим ноготком указать на нужную строчку таблицы, которую уже рассматривал Накахара — Причём смотри какие хитрые, это ведь седьмой калибр, тот, что ты использовал при спасении детективов. А вот тут несостыковки с осколочными и специальными гранатами. Угадай, с чем был грузовик, водитель которого подвергся нападению вампиров? Не буду всë перечислять. В общем, понял логику, да? Чуя слушал сперва как-то лениво. Подумаешь, какие-то расхождения, идеально цифра к цифре не получится, потому и есть допустимый диапазон. Но чем дальше, тем сильнее хмурились его брови. — Как я рад, что тебе было нефиг делать… — негромко произнёс парень, присаживаясь на стул и держа в руках распечатку экселевской таблицы — То есть выходит, они списали расход как бы на меня, а излишки втихаря слили? — Предположительно — уточнила Сумико. Мафиози секунду помолчал, а потом со вздохом вернул бумагу на стол и откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу. — Ты хорошо покопалась. Без тебя я бы в этих бумажках хрен что заметил. — он кивнул на стопку — Однако что же ты намерена делать с этим дальше? Для чего я здесь? Дойдёт это дело до Мори и тогда Кайто вполне имеет шансы пойти на корм рыбам. Ты этого хочешь? Разумеется, девушка поступила верно, что рассказала ему, но Чуе было интересно понять её мотивацию, её конечную цель. Понять, насколько хорошо та понимала ситуацию и границы данной ей власть. Осознавала ли весомость своих слов? — Честно сказать... Сначала я думала сама всë урегулировать, по тихой. Ну знаешь... объяснительные, штрафы, изъятие. Даже тебя не хотела вмешивать. Но сегодня этот придурок меня выбесил, так что хер я буду к нему великодушна. Ты у нас главный, решай как будет справедливо, моë дело доложить. — Великодушна, говоришь… — он усмехнулся, коротко качнув головой — Это великодушие могло привести тебя на ту же виселицу что и их, вскройся эти махинации позже кем-то другим. Надеюсь, ты это понимаешь. А справедливость тут одна – прижать сволочей к стенке. Сегодня ты жалеешь одних, а завтра кто-нибудь другой решит, что можно безнаказанно барыжить у тебя под носом. Голос мужчины был строг, а взгляд суров и не был он до конца уверен из-за чего именно. Из-за факта воровства? Из-за того что узнал он об этом по чистой случайности? Из-за страха того о чём ещё она могла умалчивать или умолчит в будущем? Из-за того что она могла или может сама себя подставить? Вероятно всё сразу, но конкретный момент думать в первую очередь следовало о другом. — Нужно собрать всё что можем, а там уже вызовем на разговор и предъявим обвинения. — Я помогу структурировать  данные, но на «беседах» вряд ли смогу присутствовать. Дела Хиноде, увы. Но вот если всё дойдёт до «публичной порки», мне будет приятно, если меня позовут посмотреть или, быть может, даже поучавствовать~ — Вы посмотрите в ком снова кровожадность проснулась — протянул он с ленцой, но в голосе звенела довольная насмешка. — Если серьёзно, тебе правда хочется в этом участвовать? — С одной стороны, не хочу чтобы это выглядело так словно любой кто мне не понравился, будет устранëн. С другой... — девушка как-то зло усмехнулась, смотря куда-то перед собой — Хочу чтобы я была последним, что он увидит в своей жизни. — Почему ты считаешь, что это будет казнь? — Я, конечно, не то, что бы, прям, уверена, проверяла... но как будто если залезть, условно, в снаряжение или обмундирование, то и там можно найти следы их вмешательства... — Намёк я понял, но, Сумико, не горячись. Прикончить всегда успеем, а вот найти всех причастных и прикрыть эту лавочку надо скорее, чем они сами успеют свернуться. — Я запрошу данные из архива, касательно инвентаризации экипировки, проверю чего там. Не то чтобы я не доверяю Хигучи, но вдруг она просто не посчитала какие-то моменты значительными, а нам сейчас любая несостыковка на руку сыграет. — Славно. Притаскивай всё в мой кабинет. Будем разгребать это всмете.

***

      За окном мерцали огни города и звёзд. Просторный кабинет с высокими потолками был залит светом. За большим столом, что был завален бумагами, снова решились человеческие судьбы. Дверь открылась, после небрежного стука в неё. То была Аварон. Ей пришлось стучать кончиком туфли, ведь руки были заняты ещё пачкой материалов и двумя чашками кофе. — Вот, как и просили. Только кажется...я немного припозднилась? — сказала секретарша кивнув в сторону дивана. Сумико, что недавно пыхтела над документами, сложилась пополам и дремала на собственных коленях, накрыв своим телом ноутбук. Чуя, что-то активно печатая, только краем глаза отметил её дремоту и уголок губ дёрнулся, будто усмешка, но какая-то уставшая и жалостливая. — Поздновато, но не критично. — он потушил сигарету в узорчатой пепельнице и взял одну из чашек — Оставь тут, спасибо. Аварон поставила второй кофе и папки на стол. На подходе к двери, парень окликнул её: — Аварон, то, что было в этом кабинете – остаётся в этом кабинете. — Разумеется, Накахара-сан, — секретарша мягко улыбнулась и закрыла за собой дверь. В кабинете снова стало тихо, только гул кондиционера, вентилятор компьютера и шелест бумаг. Чуя поднялся, подошёл к дивану и склонился над Бэцумией. Она посапывала, щекой уткнувшись в крышку ноутбука, волосы рассыпались по плечам, а пальцы вяло, но всё ещё, держали ручку. Её тело охватило красноватое свечение. Накахара убрал ноутбук в сторону, а девушку аккуратно переложил на диван, после накрыв пледом, которым порой и сам пользовался, когда приходилось спасть на работе. — Сладких снов — еле слышно слетело с губ. После этого вернулся к столу и засел за бумаги усерднее. Время будто растворилось: каждая цифра требовала сверки, каждая строка — перепроверки. Он сдвигал стопки папок, что-то вычёркивал, снова поднимал одни и те же документы и смотрел, как сходятся данные. Чашка кофе опустела, затем вторая. За окном сменялись краски ночи, гул машин на улицах постепенно стихал, потом снова оживал к рассвету. Чуя держался, но под конец ночи перед глазами начали плавать буквы, таблицы мешались в серую кашу. Пальцы автоматически перелистывали страницы, а взгляд уже не цеплялся за цифры. Он откинулся на спинку кресла, потер переносицу, закрыл глаза на несколько секунд, не зная болят они из-за долгой работой за компьютером или это уже вся голова трещит по швам. "Ещё пару отчётов… и хватит" Сказал он себе, но когда снова посмотрел на бумаги, понял, что больше не видит смысла в этих строках. Мозг отключался. Взгляд скользнул к дивану, где всё так же спала, свернувшись калачиком, Сумико. — Да чёрт с ними — пробормотал он, оттолкнувшись от стола. Тяжёлые шаги по ковру, и вот он, даром осторожно подняв девушку, опустился на диван. Едва коснулся подушки, как усталость навалилась всей тяжестью. Последнее, что Чуя ощутил это тепло и тяжесть её тела, запах её волос и редкое умиротворение.

***

      Яркие лучи солнца лишь частично проникали в окна спортзала, находящегося на цокольном этаже здания, заставляя умирать от жары тех, кому не повезло занять тренажёр под ними. Благо днём здесь было не так много людей, чтобы начать задыхаться из-за пропитавшегося потом воздуха. —...так что я глянул и действительно выходит, что их где-то просрали. Не знаю насколько правильно скидывать на Кайто весь недочёт, что вы насчитали, но что-то явно прикарманил, падла — почесав затылок говорил Масаши. К разгребанию этой схемы был привлечëн и Масаши. Всë же он отвечал за снаряжение сотрудников мафии всем необходимым, что касалось боевой части. — Ясно, спасибо, что нашëл время и проверил — ответил Чуя, смотря за тем как пыхтит Бэцумия на жимовой скамье. — И чего делать с ним планируешь? — Боссу сначала доложу, а там посмотрим. — Хах, ну я понял — усмехнулся Ока. — Чего ты там понял? — бросил Накахара, а затем отвлëкся на Сумико, что закончила подход, закинув штангу на стойку — Эй, что за халтура? Думаешь я ничего не вижу? — Да было пять — с отдышкой пробурчала девушка. — Не было. Ещё пару раз, давай. — Тебе прям так принципиально? Она меня щас придавит! — Не пререкайся, на лестницу отправлю. — Да блять... — недовольная, но девушка всë же взялась за гриф. — Так чего ты там понял? — вновь тише заговорив, спросил Чуя, обращаясь к Масаши, но взглядом сконцентрированный на Бэцумии, да бы ту и вправду не придавило. — Да не жилец он. — Откуда такая уверенность? — Ты всегда так делаешь, когда не хочешь сам смертный приговор подписывать. Накахара лишь ухмыльнулся, то ли от слов собеседника, то ли от того что девушка справилась с упражнением. — Теперь доволен? — жадно хватая воздух, развалившись на скамье, выдавила из себя она. — Молодец, Сумико. Вот так бы сразу. — Да я чуть не сдохла... Девяносто для меня ещё тяжело... — Сто. Сумико поднялась на локти и скептично зыркнула на Чую. Тот промолчал, загадочно отведя взгляд, пока девушка встала проверять диски, что имели красноватое свечение. — Пиздец... — тихо выругалась она. — А на вид хрупкая красавица — вкинул Масаши, присвистывая. — Иди в душ, на сегодня хватит с тебя — тихо посмеявшись в кулак, сказал Накахара. — Ты ненормальный, а если бы она меня придавила?! — Да как же, а я тут на что тебя караулю? — парень кинул ей еë бутылку с водой — Шуруй. Нахмурившись девушка ушла в раздевалку. — Не жестковато ты с ней? Девчонка же — спросил Масаши, взглядом провожая одарëнную. — По морде всех бьют одинаково. — Ну... не поспоришь. Ладно, пойду я. Пятница в силе? — В силе. — Тогда увидимся. — Ага, давай. И спасибо ещё раз. — Глупости, как я мог отказать? Мужчины пожали друг другу руки и разошлись.

///

      Сумико сидела в слегка тесноватой ванне, под струëй из душа. Поджав колени к груди, она была погружена куда-то далеко в себя, что и не заметила, в какой момент вода стала течь такая горячая, что кожа не просто раскраснелась, а рецепторы начали ощущать еë как ужасно ледяную. Это заставило девушку вздрогнуть и, шипя от боли поспешно, выключить воду.

***

      Пена стекала с волос. Бэцумия потянулась к баночке с уходовой маской, взяла немного на руку и стала распределять по длине, словно расчëсывая. Пальцы то и дело натыкались на какие-то колтуны, не давая руке свободно проходить вниз, как когда-то раньше. Мытьë головы вновь обернулось тем, что слив ванны в одночасье забился огромным клочком выпавших волос.

***

      Рука протëрла запотевшее зеркало. В его неидеальной поверхности она видела свои мешки под глазами, местами лëгкие воспаления и неровности, постепенно проявляющиеся морщины. Она видела, как шаг за шагом растворялось последнее, что у неë было - еë красота.

***

      В кладовке включился свет. На дне небольшого бардака, Бэцумия нашла нужную ей коробку. Сев на диван она открыла еë и достала чëрные пуанты, к которым давно не прикасалась. По старой памяти одарённая надела и зашнуровала их, после потратила немного времени на то, чтобы хотя бы чуть-чуть разогреться и приступила к тому, ради чего и вспомнила о давнем увлечении. Сумико встала на носок. Первый поворот. Второй. Третий. Движения тяжëлые и грубые, но и она сейчас была не про элегантность и изящество. Это был лишь способ истощить себя, забыться, не думать. Просто чëткие движения, без музыки, без счëта, дабы слышать лишь скольжение и стук пятки об пол. Наконец-то голова закружилась и девушка позволила себе упасть, сначала на колени, а затем и просто на пол. Тишина наполненная лишь трещанием цикад на улице, гулом холодильника и еë сбивчивым дыханием. Благодать, что к сожалению не продлилась долго. Где-то в далеке послышался приглушённый грохот. "А ну да, фестиваль же..." Не сразу, но вспомнила Бэцумия, о возможной причине этих звуков. Ежегодный фестиваль фейерверков, на который она в этом году снова не пошла. Ни как Хиноде, ни как Бэцумия. Лениво она встала с пола, подошла к дивану, взяла телефон, что валялся на нëм, и легла обратно на пол, просто теперь не посреди комнаты. Несколько движений пальцами и пошëл гудок. — Видел салюты? Просто незамысловатый вопрос, без всяких «привет как дела». Ей просто хотелось слышать его голос.

///

      Чуя стоял у борта бильярдного стола наблюдая за тем как Моримоши с Масаши спорили насчёт угла удара. Лампы под зелёными абажурами освещали стол и помещение, в котором стоял лёгкий табачный дым и гул голосов. В этот момент в кармане завибрировал телефон. На экране «Сумико». — А ну, держи кий, — бросил он Сакамото, протягивая бильярдный снаряд и уже шагнув в сторону. Накахара отошёл в сторону, где было чуть тише, прислонился плечом к стене, пальцем смахнул вызов. — Видел салюты? — негромко послышалось с той стороны — У тебя там наверно сейчас ужасно шумно... — Шумновато, да. Даже здесь, сквозь музыку и разговоры, слышно. Пару секунд тишины. В коридоре пахло разлитым виски, где-то в зале кто-то громко засмеялся. — Я, если честно, думал, что ты сегодня пойдёшь на фестиваль. Ждал фотку в кимоно на фоне фейерверков — он усмехнулся едва слышно.

///

      Девушка прикрыла глаза, когда услышала его голос по ту сторону, в попытке создания иллюзии того что он здесь, сидит рядом с ней. — Сказать честно... Я не люблю салюты... Да, это красиво, но это громыхание... Оно заставляет всë внутри сжиматься, вызывает какое-то желание спрятаться что-ли... А ещё птицы мрут и другие животные, чьë сердце не выдерживает этого внезапного громкого звука... Молчание повисло на пару секунд, а затем она продолжила. — Печально, да? Столько боли невинных существ за очередным беспечным человеческим развлечением...

///

      Накахара прикрыл глаза и чуть глубже втянул воздух, будто её слова пробили сквозь привычный шум вокруг. — Знаешь... никогда так не думал, — тихо сказал — Для меня это всегда было… ну, вроде символа праздника. Радости. Но ты права… Даже чайки в порту шарахаются. Вновь небольшая пауза. Слышно, как кто-то в зале выкрикнул тост. Чуя на секунду прикрыл динамик ладонью, дождался, пока шум стихнет, и снова вернулся к разговору. — У тебя голос... Сильно накрутила себя, да? Его интонация была мягкой, но в ней чувствовалась настороженность. Проверял, не скрывалось ли за её словами что-то глубже, чем просто нелюбовь к фейерверкам. — Ты не дома? Или это телевизор? — отреагировала девушка, по всей видимости, на голоса на фоне. — Я в «Старом мире». — А, точно, сегодня же пятница... Я уже что-то путаюсь в этих днях недели. Прости, я тогда наверно не вовремя. — Если бы было не вовремя, я бы не взял трубку, — ответил он спокойно. — Так что не парься. Он на секунду взглянул на стол, где Масаши довольный раскидал шары, и снова прикрыл ладонью микрофон, чтобы отсечь шум. — Ты звонишь не просто так, Сумико. Я тебя знаю. — в его голосе не было упрёка, только твёрдое спокойствие. — Чего тебе сейчас действительно хочется? Чтобы я тебя отвлёк? Чтобы выговориться? Или просто… чтобы я рядом побыл? — Я... Я не знаю. Наверное... Просто, не бросай трубку, пожалуйста... — и голос вдруг вздрогнул, неожиданно для них обоих. — Эй… тише, — сказал он негромко, будто стараясь успокоить одними интонациями. — Хочешь, я сейчас к тебе подъеду? Или заберу тебя сюда? Парни будут только рады. Помнишь, как в прошлый раз мы играли? Мы до сих пор над Сакамото издеваемся.

///

— Да, весело было... Но не стоит. Правда. Я сейчас не в том виде, чтобы на свидания соглашаться — слегка усмехнулась она — Отдыхайте. Тебе это надо… развеяться. Я тогда пойду телевизор посмотрю. Сейчас как раз начинается вечерняя программа этих странных телешоу. Самое то, чтобы голову отключить. Не знала она кого хотела сейчас обмануть: себя или его. Ей ужасно хотелось чтобы он был рядом, но и красть у него долгожданный бильярдный вечер считала кощунством, прекрасная зная что в следующий раз у него такая возможность отдохнуть будет только в следующем месяце. — Телешоу, значит? — в его голосе скользнула лёгкая насмешка, но очень тёплая. — Ну, если они тебе так голову отключают, смотри. Но я всё равно после заеду к тебе. Договорились? — Договорились — с лëгкой улыбкой ответила девушка, после недолгой паузы. — Люблю тебя — сказала Бэцумия прежде чем звонок завершился.

***

      Сумико сидела на диване перед телевизором, поджав ноги. Обнимая подушку, она по кубикам рассасывала плитку горького шоколада. Девушка так делала, когда ужасно хотела сладкого, но не хотела слишком им объедаться, да бы не портить кожу. Глаза уже по немногу слипались, когда она услышала звонок в дверь. Вариантов кто это было не много, потому она без опаски подошла к двери и открыла еë. — Привет — негромко произнесла Бэцумия, и потянулась чтобы чмокнуть парня в щëку — Прости, не стала наряжаться, надеюсь ты не против. Со стороны это могло выглядеть как лукавство. Девушка была в чудесной чëрной ночнушке и в том же шëлковом халатике, в котором она встречала его на Новый год. По тому, как блестели волосы и пахло тело, было понятно, что она недавно вылезла из душа. Да, усталый взгляд. Да, не подкрашенные ресницы и брови, вновь создавали контраст на фоне тëмных волос. Да, пятнышко шоколада на уголке губ. Да, она не заморочилась с покраской ногтей на руках и ногах. Да, ещё не успела выпрямить вьющиеся пряди. Но как будто это всë и не нужно было. Немного вялой походкой она доковыляла обратно до дивана и плюхнулась на него, перекинув ноги через подлокотник. — Если голоден у меня там в холодильнике рис с овощами. Ну а чая там целая галерея, заваривай какой душе угодно. Чуя прошёл за ней следом, не сумев сдержать улыбку. На журнальный столик он положил пакет, из которого выглянула гроздь винограда. — Я не то чтобы голоден, но от чая не откажусь — его взгляд скользнул к телевизору — Ты серьёзно это смотришь? — Насколько серьёзно можно смотреть шоу, где взрослые мужики бегают по полосе препятствий? — еле слышно девушка усмехнулась — Оно уже заканчивается... Там дальше какой-то телесериал вроде. Не знаю. Рука потянулась к пакету винограда и отломила одну ягоду, как-то подзабив на то что сначала стоило его помыть. — М, а виноград вкусный, спасибо. — Могла бы и подождать, пока я помою — уходя в зону кухни сказал Чуя. — И так вкусно. — Как скажешь. К счастью, не стал парень мучить её нравоучениями и просто занялся завариванием чая. — И всё же, ты разве не должна была пойти на фестиваль с тëтей и кузеном? — спросил Накахара, вернувшись к дивану с кружкой. — Да, ты прав — вздохнув начала говорить Бэцумия, пока поднимала свою голову, чтобы положить еë на мужские колени — Я и пошла, но быстро слиняла. Соврала что мне ужасно крутит живот. — Ну прямо таки школьница бунтарка сбегающая с занятий. — Хах, ну да, получается как школьница... — Ты не разговаривала с ней об этом, да?— спросил Чуя, одной рукой поглаживая девушку, а второй попивая чай. — Об этом? А, поняла. Нет, не разговаривала. Мы вообще минимально контактируем примерно с того же момента, когда у вас была деловая беседа. Только по нужде связанной с какими-то мероприятиями или моего будущего брака... — пауза, тишину которой разбавлял шум телевизора, продлилась не долго — Она даже толком не смотрит на меня... — с какой-то то ли злостью, то ли досадой негромко сказала девушка. Чуя хмыкнул тихо, поставив кружку на столик, чтобы освободить обе руки. — Может, ей тяжело это принять. — он провёл пальцами по её волосам, расправляя волнистые пряди. — Ты же знаешь, она всегда видела тебя такой... правильной. — Возможно, ты прав. Я просто... Не знаю... Раньше я была бы только рада тому, что она решила лишний раз меня не обременять какими-то натужными разговорами «по-душам», но теперь... Мне даже как-то страшно, что я понятия не имею что у неë в голове. Узнала каким-то образом, видимо через третьих случайных лиц о том, что я причастна к мафии, ладно. Но что ещё она намеревается узнать? Как глубоко у неë получится закинуть свои сети? Устроив этот цирк со смотринами, она за моей спиной всë это время договаривалась с семьёй Сугияма. — девушка уже не могла лежать, а потому поднялась и села упираясь локтями в свои колени — Где гарантии, что это не затишье перед бурей? Что она не узнает про отца? Что не узнает бар? Я не доверяю этой женщине... — склонив голову, Бэцумия глянула на Чую — Я боюсь еë... Накахара чуть нахмурился, слушая её до конца, а потом мягко потянул девушку к себе, заставив снова устроиться рядом. — Эй, ты сама понимаешь, насколько всё это маловероятно. Она не детектив и не агент спецслужб. То, что она уже узнала это да, неприятно. Но про отца... Mon cher, для этого нужно слишком много совпадений. Слишком много людей должны открыть рот. Это не тот секрет, который можно подцепить просто из разговоров за ужином. — он обнял её за плечи, прижимая сильнее — Ты сейчас сама на себя нагоняешь. Ты устала, тебе и без того хватает дерьма в голове. Дай себе отдохнуть хотя бы сегодня. Просто... отпусти это на один вечер. Поговорим об этом, если будут реальные поводы для тревоги, ладно? Он чуть наклонился, заглядывая ей в лицо. — Сумико, ты меня слышишь? Бэцумия сидела и вроде слышала, что там говорил парень. Слышала, но не слушала. Еë отрешëнный взгляд был направлен просто вперëд, не на что-то конкретное, от того перед глазами была словно лëгкая пелена. — Я позор семьи... — слетело с губ ни к месту, тихо и кратко. Не вопрос, утверждение, в которое она, по всей видимости, верила. — Напомни, той самой семьи, что за человека тебя не держит? — со вдохом задал Накахара этот риторический вопрос — Не велика потеря. — Они заслуженно меня ненавидят — снова практически невпопад выкинула девушка, продолжая сидеть всë с тем же выражением лица, точнее его отсутствием. Чуя задержал на ней взгляд дольше обычного, подбирая слова. Его рука всё ещё лежала на её плече, но теперь он слегка встряхнул её, не грубо, но достаточно, чтобы сбить этот оцепеневший тон. — Они тебя ненавидят не за то, что ты сделала, а за то, что ты просто не вписалась в их идеальную картинку. Ты для них никогда не была человеком, только инструментом или… — Я и тебя опозорю... все же в курсе кем я была — тут девушка не сдержалась, уже просто начав плакать, почти откровенно реветь — Исполнитель не должен встречаться с таким отбросом. Брось меня и найди достойную женщину.

///

      Мафиози не дёрнулся, не отстранился, не попытался оборвать этот поток слов. Он тихо положил ладони ей на лицо, большим пальцем стерев слёзы с её щёк. — Сумико, смотри на меня. Плевать мне на это. Мне не нужна «достойная» женщина по чьим-то чужим меркам. Мне нужна ты. Поняла? Не дожидаясь её ответа или сопротивления, он подхватил Сумико на руки. Та только вяло уткнулась лбом ему в плечо. — Вижу, что ты устала, — негромко проговорил он, шагая в её спальню. — Давай всё же в кровать. Он аккуратно опустился на колено у матраса, переложил её на мягкие простыни и расправил сбившееся одеяло. — Так, — выдохнул Накахара и сел рядом, облокотившись рукой о край матраса, — почитать тебе, чтобы было проще уснуть? Что ты хочешь? Девушка что-то не очень внятно пробормотала про книжные полки в гостиной, но видимо хотела что-то оттуда. Чуя прошёл в гостиную, задержавшись полок. Пальцы скользнули по корешкам, он легко отодвинул пару томов и остановился на новеньком сборнике Экзюпери. Обложка ещё хрустела от не снятой плёнки, и Накахара чуть усмехнулся банальности выбора. Вернувшись в спальню, он опустился рядом на матрас и аккуратно вскрыл плёнку. Книга раскрылась на первых страницах с тихим шелестом бумаги. Чуя уселся поудобнее, положил одну руку на одеяло и легко накрыл ладонь Сумико своей. Она повернула голову, полуоткрытые глаза устало блеснули, но девушка ничего не сказала. — Ну что, начнём с «Писем к заложнику»… или, может, «Планеты людей»? — вполголоса спросил он, даже не ожидая ответа. — Ладно, сам выберу. Ты же всё равно ни слова не поймёшь. Сборник чуть приподнялся над его коленями, плавно зависнув в воздухе — страницы медленно переворачивались, будто по воле лёгкого сквозняка. Мужчина держал её руку, большим пальцем невольно поглаживая костяшки её пальцев, и начал читать. Французские слова текли негромким бархатным голосом, то мягко перекатываясь, то звуча чуть резче, на своём акценте. В них сквозило что-то тёплое, спокойное, совсем не то, что обычно слышали от Накахары. Даже он сам ощущал, что речь словно успокаивает и его. В комнате стало удивительно тихо: лишь его голос, шелест страниц да редкие вздохи девушки, постепенно ускользающей в сон.

***

      Чуя дочитал абзац и тихо закрыл книгу. Несколько секунд он просто сидел, глядя на Сумико. Та спала уже давно: лицо расслабилось, дыхание стало ровным, пряди волос легли на подушку в беспорядке, отбрасывая мягкие тени, а губы чуть приоткрылись. Он осторожно высвободил руку из её пальцев, чтобы не разбудить, поправил одеяло, прикрыл ей плечо. Не касаясь пола, он покинул комнату, чтобы убрать оставленный беспорядок. Плоды винограда ещё были прохладными, но он знал, что к утру станут мягкими, если оставить их на столе. Так что Чуя направился на кухню, шагая по воздуху, чтобы не разбудить девушку. На кухне царила тишина. Лишь гул холодильника и приглушённое тиканье часов напоминали, что время не остановилось. Он открыл дверцу и удивлённо приподнял бровь. Внутри почти ничего не было: пара контейнеров с остатками риса и овощей, пара баночек йогурта, бутылка воды и... всё. Даже молоко, кажется, закончилось. Но взгляд Накахары задержался не на пустых полках, а на чём-то, что явно не должно было находиться среди продуктов. В отсеке на дверце, между соевым соусом и соком, лежал крошечный стеклянный кулон в форме сердца. Внутри переливалась густая багровая жидкость, которая в слабом свете холодильника казалась живой. Накахара не стал брать кулон в руки, но замер, чуть нахмурившись. Он не сразу понял, почему это вызвало в нём тревогу, просто что-то в этом предмете чувствовалось неправильным, слишком чуждым даже для Сумико. Несколько секунд он стоял неподвижно, потом медленно закрыл дверцу, решив не копаться. Если это важно, она сама расскажет. Он выдохнул, провёл рукой по волосам и бросил короткий взгляд на часы. Было далеко за полночь. "Ладно. Схожу, куплю чего поесть. Иначе завтра она останется на шоколаде и воде." Чуя предварительно проверил наличие и других продуктов на кухонных полках и тихо вышел. Ночной воздух встретил его прохладой и влажным запахом с океана. Комбини не далеко от дома ещё работал: круглосуточный, с бледным светом витрин и сонным кассиром. Мафиози прошёлся между стеллажами, методично набирая продукты: свежие овощи, немного мяса, рис, соба, красная рыба, яйца, какие-то специи, молоко, немного сладостей. Всё простое, но необходимое. Вернувшись, он аккуратно разложил всё по местам, проверил замки и заглянул в спальню. Девушка всё так же спала, свернувшись на матрасе. Было что-то особенное в том чтобы смотреть на неё такую. Раздевшись, Накахара позволил себе прилечь рядом. Осторожно, чтобы не разбудить, он притянул её ближе. Её тело было тёплым, за исключением стоп и ладоней. В целом как и всегда.

///

      Покой ночи был обманчив. Где-то там внутри чертогов разума, сражалась со своими кошмарами Сумико. Бушующий сумбур, снаружи проявлял себя лишь через слегка нахмуренное лицо, вжимание в постель и редкое мычание. В какой-то момент глаза девушки резко открылись, но были они белими. Вокруг лишь темнота, ведь дополнительно купленные плотные шторы не пропускали свет уличного фонаря. Во рту ощущалась сухость, а встревоженное сердце не переставало ускоренно биться. Она перевернулась на спину и случайно толкнула плечом рядом лежащего Накахару. Тот недовольно хмыкнул сквозь сон, но вроде не проснулся, по крайней мере так ей показалось. Она несколько секунд смотрела на него сквозь темноту, чувствуя странную тягу к нему, до этого не знакомую. Пожмурившись Бэцумия аккуратно встала на пол и на цыпочках, подсвечивая себе дорогу даром, дошла до фильтра с водой на кухне. Налив и выпив залпом весь стакан, она чувствовала как жажда всë не покидала её. Ещё один стакан, но и он практически не помог. Девушка нехотя повернула голову в сторону холодильника. Несколько секунд и она всë же поспешно открыла его. Не интересуясь ничем другим, одарëнная искала на боковых полках свой кулон. Тот оказался у неë в руках и маленая затычка ловко была оторвана. Как запрокинув головы, в барах пили шоты, так Сумико сейчас пила содержимое флакончика. Прохладная, насыщенная вкусом чужого страха, кровь стекла внутрь по горлу. Белёсые глаза практически сразу вернулись к своему обычному состоянию. Девушка зажмурилась и скривилась от неприятного привкуса, что остался во рту. Выпив остатки воды в стакане, она вернулась в спальню и залезла под одеяло. Вопреки ожиданиям, пускай гул и жажда отпустили, а усталость охватывала всë тело, быстро уйти обратно в сон не вышло. Бэцумие пришлось просто продолжить лежать и вглядываться в темноту, с надеждой что Морфей всë таки заберëт к себе раньше, чем солнце поднимется над Йокогамой. — Всё в порядке? — неожиданно, почти шёпотом, заговорил мужчина. — А? Да, всë хорошо — так же тихо ответила девушка — Просто... Не спиться. Не полная правда, тоже ложь. И ложь эта прозвучала не очень уверенно, от того что сомневалась, стоит ли рассказывать или лучше промолчать и не втягивать мужчину ещё и в это. — Не спится, значит. Бывает. Только если снова начнёшь гонять мысли толку не будет. Он осторожно потянул её ближе к себе, обнимая так, что она могла спрятаться лицом в его груди. Его пальцы невесомо скользнули по её плечу, будто уговаривая расслабиться. — Так говоришь, будто сам не знаешь что они сами собой гоняются... -- печально усмехнувшись сказала Бэцумия, устраиваясь поудобнее — Признаться честно... Я так уже не первую ночь маюсь. Чуя тихо вздохнул, чувствуя, как её плечи дрожат — не от холода, а от внутреннего напряжения, которое не отпускало даже во сне. Он чуть крепче обнял её, положив подбородок на макушку и заговорил низким, немного хриплым от сонливости голосом: — Так может, расскажешь, что гложет? — после короткой паузы спросил он. — Честно говоря... Не очень хочется... — молчание продлилось не долго — Я итак постоянно обо всëм думаю... Рядом с тобой мне хочется отвлечься от всего этого. Расслабиться. А мы что?.. Ты не заметил? Наши разговоры в последнее время это же сплошное обсуждение проблем... Проблем на работе, с даром, между нами, с моей тëтей... в принципе всего что связано с Хиноде, моей двойной жизнью... Я так устала от этого вечного негатива... — на последнем предложении голос предательски дрогнул — Не хочу плодить его, вновь поднимая какой-то проблемный вопрос... — Понимаю. Прости, что не щажу тебя разговорами об этом. Наверное, я сам слишком часто забываю, что не всё должно крутиться вокруг грязи, в которой мы живём. Он провёл тыльной стороной ладони по её щеке, вытирая невольно скатившуюся слезинку. — Мх... нет, Чуя, не извиняйся, я не эт... Сумико не договорила, ведь рот ей закрыли поцелуем. Стоило губам соприкоснуться и девушка сама потянулась вперëд, чтобы не прерывать это блаженное ощущение лëгкости и некоторой воздушности внутри. Одну ладонь она положила на мужскую щëку, второй продолжила упираться ему в грудь, чувствуя под ней его сердцебиение. Прижаться, чувствовать исходящий жар мужского тела, это навязчивой идеей засело в голове. И подкреплялась всë, вдруг возникшим тягучим ощущением внизу, к которому Бэцумия ещё не была привыкшей, где-то внутри стыдясь и смущаясь его. Поцелуй прервался и мешкая, не решаясь на первый шаг, девушка отвела взгляд вниз, что в темноте и заметно то не было. Она чувствовала его дыхание на своём лице, как он обхватил её за талию и переместился чтобы нависать сверху, как нежно и трепетно он кончиком носа проводит по её щеке. — Сумико... — голос звучал глухо, сдержанно, почти шепотом. — Не прячься от меня, ладно? Если тебя что-то беспокоит или тебе чего-то хочется, просто скажи. — Хочется... — недолгая пауза — Тебя хочется... Накахара ответил моментально, но делом, а не словом. Девушка таяла под его поцелуями, что ушли за пределы еë губ, от того как его руки сжимали еë тело, от его шептаний себе под нос, от того как поспешно он пытался переместить её руку со своей груди куда пониже. Каждый раз видеть как Чуя желал еë было бесценно. С его стороны это не ощущалось как-то грязно, неправильно и пугающе. Подобные его порывы наоборот будто помогали ей познать и принять саму себя. Постепенно стирать из головы деструктивную установку, полученную когда-то травматичным путëм. — Есть только...одна заминка... — всë же не стала молчать и сказала она, задыхаясь от его напора страсти. — Что такое? Эти дни? — стягивая её домашний пеньюар, спросил парень — Нашла кого кровью запугать. — У меня... резинок нет... Чуя на секунду застыл. — Но это же в целом не такая проблема, ты можешь пр… — Ты, блять, серьёзно? — он отстранился чуть, опершись рукой о матрас, и нервно провёл другой рукой по волосам. — Ты… ты вообще думаешь головой, когда такие вещи предлагаешь? В голосе его звучало явное раздражение, которое просматривалось и в резких движениях, с которыми он сел на край матраса. — Я не сержусь, — выдохнул наконец он, чуть мягче, опуская взгляд — Просто... чёрт, Сумико, иногда ты так безрассудна, что у меня сердце замирает. Девушка села на матрас следом за Накахарой, смотря как тот от еë выходки за голову хватался. Она не предполагала, что его это так разозлит, ведь вроде предложение наоборот очень даже соблазнительное. Хотя возможно в этом проблема и была. — Я... Мне странно думать об этом, а планировать тем более. То есть... не конкретно с тобой, а... Да, блять... Сумико запнулась, досадно хлопнув себя по лбу. Она не понимала, почему слова не могли нормально вставать в предложения. Девушка прекрасно осознавала где и с кем она, что это безопасная зона, так почему же всë равно было так сложно? — Глупость какая-то, но я же правда в жизни ни одного презика не купила — после пары секунд молчания, с усмешкой произнесла Бэцумия — Не то чтобы в этом проблема... Чуя тяжело выдохнул, снова проведя рукой по волосам, будто пытаясь вычесать напряжение. Плечи опустились от усталости, от какого-то бессильного смешка. — Ты, конечно, умеешь выбирать момент, — хрипло сказал он, глядя на неё чуть прищурившись — Знаешь, в мафии я привык продумывать всё наперёд. Каждый шаг, каждый риск. А тут ты, как всегда, идёшь на ощущениях... Он чуть усмехнулся, качнул головой, подался ближе, но не касался, просто сидел напротив, будто боялся своим движением снова сорваться. — И всё равно, — сказал он после короткой паузы, — чертовски сложно на тебя злиться. Чуя осторожно протянул руку, заправил прядь волос ей за ухо, большим пальцем чуть провёл по щеке. Он тихо рассмеялся, но смех этот был тёплым. — А насчёт презирвативов... думаю, я возьму этот пункт на себя. Тебе идёт быть спонтанной, но кто-то же должен думать за нас двоих. — Ну и как тебя можно не любить то... — улыбаясь, не громко сказала девушка, пока Чуя держал еë за щëки. Накахара фыркнул, опуская взгляд, пытаясь скрыть ту самую улыбку, что предательски мелькнула в уголках губ. Его пальцы чуть сильнее, но всё так же бережно сжали её щёки, потом ладони скользнули вниз, к её шее и плечам. — Не шути так больше, ладно? У меня сердце не железное, хоть и стараюсь делать вид, что всё под контролем. Сумико тихо усмехнулась и уткнулась в его лоб своим. Пальчики её коварно дотянулись до волос и зарылись в них. — Ну и что снова началось… хватит, а то опять забуду, где у нас границы приличия, — сказал он, но, вопреки словам, не отстранился, наоборот, провёл большим пальцем по её губам и добавил уже тише — Хотя, может, к чёрту эти границы... — Лисëнок, ты две минуты назад сам истерил от подобных моих слов — с лëгкой заигрывающей издëвкой говорила она — Может не одна я тут чокнутая? Девушка специально остановилась и сама ничего делать больше не стала, только ловила это его колебание между тем как правильно и как хочется. — Ты иногда говоришь вещи, после которых я не понимаю, стоит тебя целовать или встряхнуть как следует, — тихо добавил Чуя, голос стал теплее, но сдержанность всё ещё чувствовалась в каждом слове. Он провёл пальцами по её плечу, по линии шрама, медленно, с почти нарочитым самообладанием. — Так что, может, да, — наконец сказал парень чуть хрипло, — чокнутый. Но только рядом с тобой. Девушка не выдержала его пристального взгляда, этих осторожных прикосновений. Положив ладонь Чуе на щëку, она увела еë дальше к затылку, вновь зарылась пальчиками в его волосах и потянула на себя, встречая поцелуем. Уже не такой мягкий, как до этого. Бэцумия не стесняясь залезла ему в рот языком, сильнее сжимала его губы, не желая его отпускать, пытаясь сломать эту границу правильности, которую он так старался выстраивать с ней. Он ответил на поцелуй почти мгновенно, с тем же накопленным напряжением, что копилось в нём не один вечер. Стиснутые пальцы сомкнулись на её талии, притягивая ближе, будто он наконец позволил себе перестать думать, но это были поспешные выводы с её стороны. — Чёрт тебя дери, Сумико — вновь резко отстранился от неё парень, удерживая её от себя на расстоянии посредством держания за плечи — Всё стоп, угомонились. Или мне придётся уйти. — Ну и иди. Буркнула девушка, тут же обиженно завернувшись в одеяло и плюхнувшись на подушку, будто собралась спать. Но спать, конечно, у неë не выйдет, как минимум от переизбытка чувств и возбуждëнности разума. Сумико понимала, что парень вроде хотел как лучше, но для неë «как лучше», в данный момент, означало сделать так, как она хочет. Потому она и пришла к тому, чтобы сердито нахмурившись лежать в обиде, по абсолютно детской причине. Осознавала ли сама одарëнная иррациональность своего поведения? Сложно сказать. Попробуй разбери этот цирк в еë голове. Чуя устало провёл рукой по лицу, глядя на это вздыбившееся под одеялом коконное чудовище, из которого торчали только лохматые пряди и пяточка. — Ну вот, началось. Никуда я не пойду — парень лёг рядом на пустой участок кровати и попытался натянуть на себя кусок одеяла — Одеяло дай, психованная. — Ничего я тебе не дам — дальше бурчала она, только теперь используя всë одеяло для своего «кокона» — Вон иди спи на диван, там плед есть. Бэцумия только фыркнуть успела, как Накахара даром поднял еë в воздух и вытряхнул на матрас. Одеяло следом плавно опустилось, накрывая их обоих. Убрав взъерошенные волосы с лица, девушка накуксившись глянула на своего любимого, что расслабленно разлëгся, убрав руки за голову, и прибегла к своему любимому оборонительному приëму - схватить подушку и швырнуть еë в парня. Подушка глухо ударила Чую в бок, от чего он коротко выдохнул и посмотрел на Сумико с выражением обречённого человека, которому остаётся только принять хаос как часть своей жизни. — Это всё на что ты способна? — не торопясь возвращать подушку обратно, подтрунивая спросил мафиози. Девушка силой выхватила у Накахары подушку обратно и начала просто его ею лупасить. «Яростные удары» быстро сошли на нет, перейдя в какие-то ленивые и не особо энергичные, будто она потеряла интерес из-за отсутствия у парня какой-то реакции. — Успокоилась? — с характерной усмешкой спросил Чуя. — Да. Надув губы Бэцумия оставила подушку и улеглась к парню на плечо, прижимаясь к его тëплому телу. Закрыв глаза она обняла его туловище и даже закинула ногу на его бëдра. — Знаешь ты иногда ведёшь себя как капризный ребёнок, — добавил он негромко, скользнув взглядом по её лицу. — Неправда. — Правда-правда — продолжал Чуя — Тебе не хватает ещё ножкой притопнуть и будешь как та самая, из шоколадной фабрики, ну которую белки загрызли. — Верука? — с лëгким возмущением переспросила она. — А, да, точно. — Еë не грызли белки, они еë выкинули в мусоропровод. — Какая разница? Главное белки же. — Большая разница — воскликнула девушка, поднимаясь с мужского плеча — И чего ты вообще это начал? — Ничего — Накахара усмехнулся и уложил еë голову обратно себе на плечо — Спи, давай. Судя по тому, что за окном было слышно птиц, утро уже постепенно сменяло ночь. — Тебе с утра вставать? — Нет, я заранее попросил Аварон ничего не записывать мне на субботнее утро. — Какой повод? — Никакой... Честно сказать, я и с игры пораньше ушëл. Ты мне по телефону показалась слишком подавленной, чтобы я мог продолжить спокойно развлекаться. — Прости... — Ха? За что? — Не хотела, чтобы тебе пришлось выбирать между мной и друзьями. — Сумико, я сделал выбор уже давно. Успокойся и не морочь себе голову такой херьнëй, ладно? В ответ, вместо тысячи слов, Бэцумия только покрепче обняла парня, как будто пыталась удержать самое дорогое в своей жизни. Хотя, почему «как будто»?

///

      Издалека эхом доносились тяжёлые шаги. Эти стены слышали не мало криков, молитв и предсмертных желаний, а кровь из швов плитки наверно не вымыть в ноль в уже никогда. Вялое мужское тело было приковано к металлическому стулу, над которым болталась яркая лампочка. — Ты не представляешь как я рад тебя видеть, Кайто. Кажется, нам есть что обсудить, да? — скидывая с плеч плащ, усмехнулся Накахара. Через несколько дней Кайто Осаву найдут в подворотне с раздробленной челюстью и тремя выстрелами в груди.