Глава двадцать шестая: Что ты делаешь с пьяным пиратом?

      Северус стоял в самом сердце хаоса, словно прирос к земле. Он пытался осмыслить происходящее, но вокруг царила такая буря звуков, движения и криков, что даже мысль едва пробивалась сквозь этот гвалт. Всё напоминало поле сражения: боевые выкрики, неразбериха, грохот — только вместо оружия здесь были дети, сладости и бумажные попугаи. Это было грязно, шумно, липко от крема и конфет — и это была вечеринка по случаю четвёртого дня рождения Сабрины.       Марк аккуратно обрабатывал ссадину на колене Стефана, в то время как Молли торжественно водружала игрушечного попугая на плечо Рози. Пэм и Анна деловито стирали с лиц и рук прилипшую глазурь, ловко орудуя влажными салфетками, а Диана с Роном, словно заговорённые, пели в унисон с малышами:       — Что же вы делаете с подлым пиратом? Заряжайте пушку и стреляйте! Что же вы делаете с подлым пиратом? Заставьте их пройти по доске!       К Северусу подошла Помона и, остановившись рядом, устремила взгляд туда же, где клубилось веселье:       — Думаю, Сабрина никогда не забудет этот день, — её глаза с любопытством следили за очередной залпом конфетти. — Я рада за тебя, Северус. Это заняло у тебя немало времени, правда? Твоё счастье.       Он не ответил, лишь выдохнул — коротко, почти незаметно.       Праздник клонился к закату. Дети, одетые в повязки на глаза, с мягкими мечами и плюшевыми попугаями, по очереди покидали поле битвы. Рон взял на себя роль проводника и сопровождал родителей Гермионы сквозь извилистые коридоры, а Филиус с Минервой колдовали над двором, возвращая его к прежнему виду. Пушку, правда, так и не нашли — она исчезла при загадочных обстоятельствах, как раз в тот момент, когда Фред и Джордж вызвались помочь с уборкой.       Остальные Уизли уже увели своих детей в дом, чтобы как следует отмыть их после праздника.       Северус задержал взгляд на Гермионе и Сабрине. Обе были в костюмах: волосы скрыты под банданами с черепами, в ушах — блестящие серьги-кольца на клипсах. Он усмехнулся про себя, вспомнив, с каким уважением Гермиона отзывалась о маггловских безделушках. Белоснежные рубашки с оборками были заправлены в чёрные брюки. Его взгляд невольно остановился на Гермионе — узкие брюки подчёркивали её стройные ноги. Покачав головой, он наблюдал, как она подхватила Сабрину на руки и чмокнула дочь в щёку — звонко, с удушающей страстью. Улыбка скользнула по его губам.       — Что ж. Готовы отправляться домой? — спросил он, глядя на своих девочек.       Мои девочки, — подумал он. — Мои.

***

      Лето неумолимо приближалось к концу. Сабрина проводила свой последний день в детском саду под заботливым присмотром бабушки Молли. Северус тем временем участвовал во встрече с представителями Министерства, где обсуждались новые регламенты, вступающие в силу с началом учебного года. Гермиона была занята как никогда — проекты Techno-Wiz приближались к стадии тестирования, и график не оставлял ей ни минуты покоя.       — Северус, не хочешь пообедать после совещания? — поинтересовалась Гермиона.       Он приподнял брови — приглашение стало неожиданностью, — но кивнул, принимая его.       — Встретимся в кафе на Карнаби-стрит, к полудню. Там подают отличный сэндвич с ростбифом — уверена, тебе понравится.       Спустя несколько часов они устроились за столиком в небольшом, но уютном заведении. Северус, прислушавшись к её совету, выбрал рекомендованное блюдо и не пожалел — вкус оказался безупречным.       — Комитет одобрил пару моих предложений. Более того, они пересмотрят классификацию двух экспериментальных зелий, — сообщил он сдержанно, без лишнего пафоса.       Гермиона, вытерев губы салфеткой, кивнула с лёгкой улыбкой:       — Это отличная новость. А они поделятся этими данными с международным отделом?       Разговор продолжался неспешно, пока трапеза не подошла к концу, и Северус, как всегда, оплатил счёт без лишних слов.       — С удовольствием, — коротко заметил он, когда она поблагодарила его.       Он проводил Гермиону до офиса, отклонив её предложение заглянуть в лабораторию с экскурсией.       — Увидимся вечером, Северус, — сказала она, бросив взгляд через плечо, прежде чем скрыться за вращающимися дверьми.

***

      Северус вернулся в Хогвартс и незамедлительно поделился результатами встречи с Филиусом и Минервой. Затем он уединился в своём кабинете, чтобы внести коррективы в учебные планы и составить письмо Блейзу, касающееся недавних изменений в Министерстве. Сделав несколько отрывочных пометок, он отложил перо.       Неспособный совладать с нарастающим волнением, Северус вытянул ноги и тихо вызвал эльфа с просьбой принести чай. Несколько раз он прошёлся по комнате, словно надеясь, что движение поможет упорядочить мысли. Наконец, окончательно запутавшись, он с усталым вздохом опустился в кресло.       Обед с Гермионой… Он был слишком похож на свидание. Конечно, она пригласила его лишь потому, что он был в Лондоне. Логично. Практично. Без намёков. Но стояло ли за этим нечто большее? Или он — всего лишь родной отец Сабрины и удобный спутник по семейным прогулкам?       Они часто проводили вечера втроём — и да, им было хорошо. Уютно. Безмятежно. Но сегодняшняя встреча казалась иной. Нет, формально — дружеская, бесхитростная. Никакого флирта, никаких признаний. И всё же… Почему не отпускало это ощущение — будто за её словами скрывалось нечто ещё?       Он вновь и вновь возвращался в памяти к тому обеденному часу. Чувства, сдерживаемые месяцами, будто вырвались наружу. Он больше не мог отрицать — да, он думал о Гермионе. Не только как о матери своей дочери. Общение, партнёрство, доверие — всё это у них было. Но было ли нечто большее?       Нет. Романтика здесь ни при чём. Влечение, притяжение — бессмысленно даже поднимать эти вопросы. Всё, что он испытывал, — это уважение, симпатия… Никакой страсти. Никаких фантазий. Гермиона — его бывшая студентка. Моложе на восемнадцать лет. Она не вызывала у него желания. Просто… не вызывала.       Он склонился над столом, вцепился пальцами в виски и замер, пытаясь совладать с нахлынувшим смятением. И наконец, зло процедил, почти срываясь на крик:       — Чёрт… Возьми себя в руки, Северус!