Часть 1. Глава 1. Рождение короля

У многих семей есть то, что их объединяет: какая-то история об общем предке или вещь, передающаяся по наследству. Но у королевской семьи Першерон от отца к детям передается пророчество о более лучших временах для государства. Давным-давно мудрец, беседуя с правящим королем, предрек, что только "неправильная светлая голова" принесет королевству былое могущество и силу. Но судьба словно насмехалась над этими словами: с тех пор в семье рождались исключительно дети с темными волосами. Короли, стремясь исполнить пророчество, женились на белокурых красавицах, но ничто не могло сломить родовую черту. Государство постепенно увядало, его земли захватывали захватчики, а жители, отчаявшись, покидали его в поисках лучшей доли. И нынешний король не был исключением   Фридрих, стоя на высоком балконе спальни, вдыхал свежий воздух, пропитанный солью океана. Луна, полная и яркая, освещала бескрайние воды, сливающиеся с горизонтом. За его спиной, в покоях, раздавались стоны, глухие и мучительные, -  их заглушали плотные шторы и одеяла,  чтобы не потревожить короля. В утробе королевы Амиры, выбранной за её светлые волосы из целой родословной,  зрело маленькое чудо - двойня. Двойной шанс на наследника, который, по пророчеству, вернет королевству былое величие. Амира, нелюбимая, но избранная, была лишь инструментом в руках судьбы, призванной родить "правильную" голову. Её род,  все до единого обладатели светлых волос,  стал заложником древнего предсказания.  Даже старые портреты, убранные в пыльные рамы,  были подняты, чтобы убедиться в чистоте крови, чтобы светлое будущее королевства не  угасло.   — Мой король… —  голос приближенного прозвучал почти шепотом, и  дверь спальни чуть приоткрылась, обнажая взволнованное лицо.  — Мальчик! Родился мальчик со светлой головой!   Фридрих, стоявщий у окна, застыл,  словно пораженный молнией.    — Что? —  он обернулся,  и  в его глазах отразилась  нескрываемая  надежда.  — Один?   —  Королева  ещё не родила второго, —  слуга  поспешил успокоить,  —  но первый рожден!  Рожден наследник!   Слуга, торопливо удалившись, оставил Фридриха одного на балконе. На его лице засияла гордая улыбка.  Он уже видел, как  представит народу своего сына,   и  каждый поймет,   что  он - отец того самого.  Имя  сына  войдет в историю,  но   и  его имя,   как  отца  величайшего короля династии,   запечатлеется   в  памяти  народа  навечно.     Прошло всего пятнадцать минут,  и  слуга, словно буря,  вломился на балкон,  сияя от радости.     —  Свершилось, мой король!  Свершилось!  Королева Амира родила вам двух наследников!   Не в силах сдержать переполнявшую его радость,  Фридрих  почти  вбежал  в  палату,  где  все ещё  витала  атмосфера  родов.  Амира,  окруженная  лекарями  и  повитухами,  лежала  с  двумя  маленькими  младенцами, на которых косо смотрели повитухи,  уже  успокоившимися  и  затихшими  на  её  груди.  Перед  тем,  как  представить  их  Фридриху,  младенцев  нежно  обтерли,  придавая  им  более  презентабельный  вид.   На груди Амиры мирно лежали два малыша: один со светлыми волосами,  а другой - с темными,  как  у  самого  Фридриха.  Король,  осторожно повернув  к себе  старшего  сына,   застыл,  словно  окаменевший.  Лицо  младенца  было  неправильным,   нос  резко  выделялся, а остальные  черты словно утопали в костях черепа. Глаза, темные и бесформенные, казались   съежившимися, как изюм,  и словно сползали с лица, как на расплавленном масле.   Подбородок   исчезал  в  тени черепа.   Фридрих,   отшатнувшись,   протер   руки,   словно   отряхиваясь   от   чего-то   неприятного.      —  Что  это  с  ним?  Почему  он  такой урод?   - Мой король, но ведь...вот он, вот тот самый мальчик с неправильной светлой головой   - Это не мальчик, это мерзость! Нельзя, чтобы у короля было такое лицо! Король должен быть показателем для народа! Эталоном! А второй такой же? - король уже более резко повернул к себе второго малыша. Это был абсолютно обычный младенец без каких-либо видимых эстетических повреждений - кто знает о рождение двух детей?   Тон Фридриха переменился. Он смотрел на малышей с расчетливым взглядом. Уставшая, истощенная королева Амира с беспокойством взглянула на мужа. Что он сделает с ее неугодным для него мальчиком? Она же родила ему светлого парнишку, что ему еще надо?   - Зачем тебе это? - еле слышно спросила женщина. Ее рука легла на спину старшего, словно закрывая его от его же отца   - Мне еще раз повторить свой вопрос? Кто знает о рождение двух детей?   —  Только вы, лекари, повитухи и я... — слуга замялся, перебирая потные ладони.   —  Остальные знают лишь о том, что королева ещё рожает. Но... но, мой король, — приближенный замялся, боясь высказать вслух свои мысли, но молчать тоже не мог.   — Все же видели размер живота королевы... будет странно, если мы объявим о рождении одного ребенка.   —  Значит, скажем, что один из них родился мертвым.  Фантазии не хватает, что ли? — ответил Фридрих  холодным тоном.   —  М...мертвым?  —  слуга задрожал,   — Но мой король, а...а как же так? А что делать будете с мальчиком? Не убивать же его?   —  Нет,  —  ответил  Фридрих,  взгляд   его   устремился   на   Амиру,   лицо   которой   выражало   глубокий   ужас.   Он   задумался,   что   же   ему   делать.   Он   не   позволит   своим   подданным   видеть   изъяны   в   королевской   семье,   не   позволит   уронить   свою   честь.   —   Вот   что   мы   сделаем,   —   начал   он,   словно   выбираясь   из   лабиринта   своих   мыслей.   —   Этот   ребенок   будет   жить   только   в   этой   части   замка   первые   пару   лет.   Никто   не   должен   его   видеть.   Мы   дадим   нашей   кухарке   Анисье   комнату   в   этой   части   замка,   и   потом   скажем,   что   это   ее   сын.   Так   он   сможет   спокойно   передвигаться   везде,   где   ему   захочется.   Мы   с   теплом   относимся   к   Анисье,   поэтому   не   будет   удивительным   такое   же   отношение   к   ее   сыну.   —   Ты   совсем   спятил?!  —  не   выдержала   Амира.   —   Это   наш   сын!   Это   твой   сын!   Ты   отрекаешься   от   него   просто   из-за   его   необычной   внешности?   —  Я   не   отрекаюсь,   —  сглотнул   Фридрих,   —   Я   буду   относиться   к   нему   так   же,   как   и   к   старшему,   но   его   никто   не   должен   видеть.   —  Сэр, им нужно дать имена...  —  напомнил слуга,  осторожно  поглядывая  на  короля.  По  древнему  обычаю,  только  после  того,  как  отец  в  первый  раз  увидит  своего  чадо,   он  мог  назвать   его.     Фридрих  вновь  взглянул  на  младшего  сына,  которому  с  рождения  была  предназначена  роль предводителя армии,   но   отец   изменил   его   судьбу,   делая   его   будущим   королем.   Имя   должно   было   быть   звонким,   величественным,   чтобы   при   одном   его   упоминании   все   склоняли   головы   в   почтении.   Фридрих  смотрел   на   младенца  и  понимал,  что  ему  нужно  будет   воспитать   сына   благородным  и   храбрым.   Этот   ребенок,   как   единственный   наследник,   должен   был   обладать   всеми   необходимыми   навыками   и   качествами.     —   Его   будут   звать   Реймонд.   Будущий   король,   принц   Реймонд-Оливер   Першерон,  —   произнес  Фридрих,   голос   его   звучал   твердо   и   решительно.   —   На   его   плечи   ляжет   тяжелая   ноша.     Король взглянул на сына уродца. Все   прекрасные   имена,   которые   он   держал   в   своих   мыслях,   словно   растаяли,   как   снег   под солнцем.   Такие   имена   просто   не   подходили   ему.   Он   был   похож   на   порождение   бедности,   на   сына   крестьянина,   у   которого   из-за   болезни   рождается   неполноценное   потомство.   - Был я как-то на военных сборах, так вот там был пес, у которого морда была перекошена, звали его Фолди. Его тоже будут звать Фолди. Просто Фолди. - холодно отрезал король и быстро покинул стены спальни