7. Поцелуй ночи

После не самого радужного брифинга Седов пока разрешил всем покинуть Лубянку. Поклеп Поклепыч не возражал. Сам он временно отправился в магический мир за необходимыми консультациями, сурово напомнив Гробыне, Таньке и Ритке, что их еще ждет подробный разбор полетов по завершению операции. И это если все еще закончится хотя бы относительно благополучно… Хотя все и устали, хотя полковник Седов настоятельно рекомендовал выспаться, Кирилл потащил всю компанию в ночной клуб «снимать стресс». Старший лейтенант заявил, что в любом уважающем себя подразделении принято хорошенько напиваться после заданий. А уж после не очень удачных и подавно. Расположившись за столиком подальше от шумного танцпола, они поглощали «успокоительное». Гробыня прихлебывала Лонг-Айленд, задумчиво разглядывая ледышки в пустеющем бокале. Сергей и Кирилл отправили в желудки по второй порции виски. Таня хотела было вежливо отказаться от спиртного и заказать себе чай, но Шито-Крыто решительно притащила два явно очень крепких коктейля подозрительного цвета. - Гроттерша, коллектив не поймет! – тоном, пресекающим любые возражения, заявила она, - да и вообще непьющим не доверяют. Давай, не жмись! - Что это? – Таня поперхнулась. - Так, пара благородных лопухоидных напитков, приправленных настойкой полыни! – небрежно ответила Ритка, - пей, тебе понравится! - Ага, уже нравится! – просипела Таня, которой крепкий коктейль обжег горло. - Даже не знаю, грустить или радоваться, что мы облажались, - задумчиво проговорил Кирилл, крутя в руке стакан. - Чему радоваться, киса? – кисло осведомилась Гробыня, - тому, что наш Клепа нам головы поотрывает? Ваш-то Седов еще вроде ничего, он больше на нашего Сарданапала похож… нет, смесь Сарданапала и Медузихи, вот так… но все равно это получше, чем Поклеп. Вас точно не расстреляют из рокового сглаздамата… - Да я не об этом, - Кирилл был как-то необычно серьезен, - ну, просто, если бы там сегодня все сложилось успешно… вы бы забрали Лизон и других магов, и на этом все? Отчалили бы в свой мир. И мы никогда бы больше не увиделись. - А ты что, будешь сильно скучать? – фыркнула Гробыня. - Да, - коротко и вполне серьезно ответил Кирилл, - знаешь, не каждый день в серую жизнь офицера госбезопасности врываются три ведьмы, да еще и сообщают, что все, что ты знал о мире – ложь. Ну, точнее лишь малая часть правды. Да и вообще… - он улыбнулся более открыто, чем обычно, - вы прикольные девчонки. Я рад, что вы появились в нашей жизни. И этот тормоз рад, хоть и молчит, как табуретка! – он указал стаканом на Сергея, - а когда все закончится… - Не нагнетай, киса, мы еще здесь! – успокоила Склепова, - пойду покурю… - Здесь же можно курить, - удивленно проговорил Сергей, провожая ее взглядом. - Ты тупица или тупица?! – прошипел Кирилл, делая страшные глаза, - ну! Погнал! – он так пнул капитана ногой под столом, что Вересов закусил губу. Гробыня обнаружилась во внутреннем дворике. Девушка дымила тонкой сигаретой, задумчиво глядя на звездное небо. Появлению Сергея ровно через минуту она, похоже, вообще не удивилась. - Как ты? – не зная, о чем говорить наедине, спросил Вересов. - Я-то? – Склепова дернула плечом, - ну, меня по-любому ждет анафема по возвращении в наш мир, это же я изначально пустила операцию по одному месту… - она стряхнула пепел, - скорее всего даже отправят в Дубодам. Там Гробынюшка за неделю постареет на год, а за месяц – на десять. Так, по крайней мере, было с Танькиным маечным хахалем, когда он ухлопал одного достопочтенного англичанина. Провел там пару недель, даже меньше, вернулся… старше нас года на три, прикинь? - Танин парень убил человека, гражданина Англии? – удивился Вересов. Такая новость поразила его даже больше, чем предреченные Гробыней муки себе-любимой. - Ну, там потом выяснилось, что не убил, - путанно объяснила Склепова, - Пупперчик выжил, потому Ваньку и отпустили. Ну и потому, что Тибидохс устроил Магществу маааленькую такую войнушку. А вообще да, они с Гуриком стрелялись насмерть из-за нашей Гроттерши! Гробыня запустила окурком в урну. - Во дела! – выдохнул Сергей, - а по Тане так не скажешь… - А по Таньке много чего не скажешь! – хмыкнула Гробыня, - только личная жизнь у нее была такая, что нам с Шито-Крыто не снилось. И звездный мажор Пуппер был, по которому тогда вообще все с ума сходили, и целый некромаг… но в итоге всех сделал маечник! Правда, потом он сам к Чумихе лишился магии и отчалил в лопухоидный мир, ну, то есть сюда. Где он сейчас, что с ним, хрен его знает… а Гроттерша, если и знает, то молчит, она у нас всегда была кремень… - Гробыня вновь задумчиво посмотрела в ночное небо и, спохватившись, добавила, - только ты смотри, Таньке не ляпни, что я тебе такое рассказала! Будешь потом меня в спичечный коробок собирать, на память… - Я тебя не выдам, - пообещал Сергей. Вновь повисла неловкая пауза. Кирилл был прав: Вересов абсолютно не знал, о чем говорить с девушкой.  - Полетаем? – неожиданно предложила Гробыня, - я знаю, где пылесос. Глаза девушки загорелись озорным огоньком. - Полетаем? – переспросил Сергей, - ты же пила! - Пффф! – фыркнула Склепова, - я трезвая, как стеклышко!  - Аааа… - А мы «сквозанем» по-английски, не попрощавшись, они не обидятся! – заверила Гробыня, проследив направление его взгляда. - Что ж, Семакин, ты сам этого добивался, - пробормотал себе под нос Сергей. Да и соблазн полетать на пылесосе над городом, да еще и вместе с Гробыней, был чертовски велик, - ладно, веди. - Вот это наш человек! – Склепова шутливо толкнула его плечом и направилась к выходу.

***

Поклеп Поклепыч вышел в полутемный коридор. Вернувшись посреди ночи, он моментально включился в работу и принялся активно «колоть» бандитов Зализиной. - Молчат? – уточнил полковник Седов. - Ага, сейчас! – фыркнул Поклеп, - у меня помолчишь, как же! Соловьями поют! Вот только толку от этого мало… - угрюмо добавил он, - ни черта они толком не знают. Общие сведения, планы по захвату всей «ночной» Москвы… похоже, наша Лиза хорошо фрагментировала информацию. Где она может быть сейчас, они понятия не имеют, естественно. Вот если бы нам удалось взять кого-то из ее магов… - мечтательно произнес он. - Многие из них явно запуганы, сильно, - заметил Седов. - Еще бы. Зализина на славу постаралась. Видели террариум в особняке? Полковник кивнул. При упоминании обращенных бандитов, которых еще полдня расколдовывал лично Поклеп Поклепыч, его передернуло. - Я мог бы запугать в разы сильнее, но толку от этого никакого, - констатировал бывший завуч. - Надо попытаться найти и захватить Воронцова, - сказал Седов, - он наверняка должен знать больше о ее планах. Его ищут, но пока безрезультатно… - Залег на дно, - с досадой отмахнулся Поклеп, - ладно. Сдается мне, ваш капитан был прав. Она вернется в Москву…

***

- Пилотус камикадзис! Они взмыли в небо над ночной Москвой. По наставлению Склеповой Сергей держался за нее, приобняв сзади за талию. Поначалу капитан очень смущался и тормозил. - Это чего? – критично осведомилась Склепова, глядя, как Сергей сцепил руки в замок, почти не касаясь ее, - не, котик, ты так свалишься… ооооой, Триглав тебя… ты что, медляки никогда не танцевал что ли? Ну возьми нормально за талию!Держишься? А чего это у тебя руки трясутся? Летать боишься? Вересов промолчал. Боялся он как раз отнюдь не летать. Внизу простирались миллионы огней и неонов ночной Москвы. Они летели на такой высоте, что если бы кто-нибудь в «Москоу-Сити» сейчас подошел к окнам, не поверил бы своим глазам и решил с завтрашнего утра выбросить все веселящие допинги и начать бегать по Второму Транспортному. - Пилотус Камикадзис звучит страшно, - заметил Сергей. - Это самое медленное и грузоподъемное заклинание, - пояснила Гробыня, - хорошо подходит для двоих. Ну и тебя пока еще рано пугать Торопыгусом… а тут многое изменилось с моего прошлого посещения! – заметила она, глядя вперед. Чтобы видеть то, что видит перед собой Склепова, Сергей был вынужден податься немного вперед и волей-неволей фактически положить ей голову на плечо. Внутри у капитана все сжалось в ожидании реакции Гробыни, не скинет ли она его с пылесоса. Но вопреки опасениям, Склепова не оттолкнула его и не скинула голову со своего плеча, лишь спокойно задавая трубой направление полета. - Прикольно, да? – спросила Гробыня, - у вас-то так, небось, не полетаешь? Теперь, крепко обхватив девушку руками и прильнув к худому плечу, Сергей телом чувствовал каждое ее движение и ощущал вибрации на ее шее, когда Гробыня начинала говорить. - Прикольно, - выдавил он из себя, стараясь унять предательскую дрожь в голосе. - Эй! Ну чего ты так меня боишься? Я же не кусаюсь, правда? – приободряюще спросила Гробыня. Она прекрасно все понимала и чувствовала. Пальцами свободной руки ведьма провела по запястью Сергея, - вон друг твой, видел, как нагло Ритку клеит? Держу пари, старушка Шито-Крыто и сама в шоке! – Склепова расхохоталась и немного повернулась к смущенному капитану, так, что ее хитрый глаз был почти вплотную. В который раз Сергею захотелось стать невидимым или спрыгнуть с пылесоса с парашютом, настолько неловко он себя теперь ощущал. В чем фактически и признался. - Ну, Кирилл, он совсем другой. Он в любовных делах, как рыба в воде. У него женщин было, наверное, больше, чем у всей Конторы вместе взятой… - Ага, как наш Жорик! – хмыкнула Гробыня, - точнее лично мне твой друг напоминает гремучую смесь Жорика и Баб-Ягуна. Иногда мне вообще кажется, что в мире живет от силы человек двадцать, просто все ради прикола маскируются под разными личинами… полетели, покажу тебе кое-что! – решительно заявила она. Сергей не успел удивиться резко сменившемуся настрою Гробыни, а заодно уточнить, что за Жорик и особенно, что еще за Баб-Ягун, потому что девушка решительно направила трубу вперед и вниз, заставляя пылесос идти на снижение. Выбрав крышу какого-то невысокого жилого дома, она решительно приземлилась на нее. - Нас же могут заметить! – запоздало испугался Сергей. - Не нуди, нудист! – шикнула Склепова, - сказала же, покажу тебе кое-что… Убрав пылесос в сторонку и действительно убедившись, что они не переполошили лопухоидов своим приземлением, Гробыня поманила капитана на другой конец крыши. - Гляди вон туда, - она ткнула пальцем в здание напротив. Сергей пригляделся. Это было офисное здание, где арендовали площадь всего несколько контор, но довольно крупных. И довольно богатых, судя по самой приблизительной цене аренды почти что в центре Москвы. - «Morozov Memorial», - прочитал Вересов подсвеченную надпись. - Ага, - Гробыня кивнула, - одно из самых крупных похоронных агентств Москвы. Зализина еще не добралась до центра города, но, как думаешь, когда начнет подминать его, захочет прибрать к рукам подобную конторку? Возьмем это место под наблюдение? – предложила она, опускаясь на корточки и продолжая во все глаза смотреть на соседнее здание. - Похоронный бизнес всегда был очень лакомым кусочком. И всегда был тесно сплетен с криминалом, - задумчиво проговорил Сергей, - возможно, что-то в этом есть. Думаешь, люди Зализиной рано или поздно придут сюда? Гробыня почему-то не ответила. Она продолжала смотреть на светящиеся окна офиса «Morozov Memorial».   - Что? – поняв, что Сергей давно ждет ответа, она резко обернулась, - думаю, верняк, да. Думаю, сюда даже заявится кто-то из Лизкиных магов, а мы тут как тут… - Да, ты, наверное, права, - Вересов тоже бросил на офис задумчивый взгляд, - тут и впрямь понадобятся маги, по-другому это заведение им просто не по зубам… я вспомнил, Гробыня. Я неплохо знаю Игоря Морозова. Про него вообще много, кто знает. - И что знаешь? – тихо, даже как-то слишком тихо спросила Гробыня. - Это крутой мужик, - уверенно заявил Сергей, продолжая разглядывать офис, - он начинал с малого, даже не из самой столицы. Говорят, похоронный бизнес был семейным детищем, вел его вместе с супругой… - Вересов напрягся, вспоминая, - дела шли в гору, они зашли в Москву, в область… он овдовел несколько лет назад, - Сергей опять вспомнил, - после гибели жены вел бизнес предельно жестко, перемалывал конкурентов, как спички… Гробыня? Гробыня, что с тобой? Почуяв неладное, Сергей повернулся и с удивлением обнаружил, что губы Гробыни дрожат, а сама она безуспешно закрывается рукой и отворачивается. - Гробыня… Она лишь отмахнулась от него. Послышался всхлип. Сергей во все глаза смотрел на содрогавшуюся спину девушки, не решаясь подойти ближе. Склепова плакала. Впервые на его памяти она плакала. Не наигранно, как тогда, на кухне, по-настоящему, горько и отчаянно… - Погоди, - начал Сергей с растущим подозрением, - откуда ты вообще знаешь про «Morozov Memorial»? – он осторожно опустился на корточки рядом с девушкой. Гробыня отрывисто втянула воздух и, спустя минуту, взяла себя в руки. - Знаешь, я ведь прожила много жизней, - начала она слегка севшим от слез голосом, - была лопухоидом, магом, потом на некоторое время обратно лопухоидом… один озабоченный древний бог лишил магии, там долгая история, - она смахнула слезу и через силу попыталась улыбнуться, - снова вернула магию и улетела на Буян. Но вообще я урожденный лопухоид, такой же, как ты, - Гробыня посмотрела на Сергея красноватыми глазами и цокнула языком. - Гробыня. Гробыня Склепова, - Вересов снова задумчиво посмотрел на офис «Morozov Memorial». Картинка из догадок как будто бы начала складываться, просто пока не собралась в единое полотно. - Ага, - кивнула она, - погоняло, которое потом заменилоимя. Вообще-то по лопухоидному паспорту я Аня. Только прошу, не вздумай меня так называть! - Не буду, - пообещал Сергей. - У моей лопухоидной семьи было своеобразное чувство юмора, - проговорила Склепова, - которое, как видишь, предалось и мне… похоронное, - она выразительно посмотрела Вересову в глаза. - Игорь Морозов, он… - Да, - еще тише сказала Гробыня, - мой настоящий отец. Гляди. Окончательно обезоруживая себя, она сунула руку в карман наброшенного на плечи легкого кардигана и бережно извлекла что-то на свет. Приглядевшись, Сергей увидел, что Гробыня держит в руке детские вязаные варежки на веревочке. Кое-где они уже облезли от времени, аксессуару было явно много лет, хотя за ним заботливо ухаживали. - Я… я никому их не показывала, застебут же, - сильно смутившись, Склепова опустила взгляд, продолжая держать варежки на вытянутой руке, - но… в общем, это мамин подарок, когда я еще была маленькая, в лопухоидном мире. И когда мама еще была… - Гробыня шумно сглотнула и подняла взгляд на Сергея, - теперь мне стыдно даже показываться отцу на глаза, я-то предков не во что не ставила, пока не… пока…  Сердце капитана невыносимо сжалось. - Почему показала мне? – дрогнувшим голосом спросил он. - Не знаю, - Гробыня дернула плечом, - стремно ведь всю жизнь держать все в себе. Мне показалось, что ты… ну, можешь отнестись по-человечески что ли… не будешь надо мной смеяться… я ведь для всех такая… циничная, непробиваемая, а тут… - Ни за что не буду, - проговорил Сергей. Он осторожно накрыл ее руку своей, почувствовав одновременно мягкость детских варежек, которые Гробыня так и продолжала держать. Она придвинулась ближе и уткнулась лбом в их сцепившиеся руки. Сергея захлестнула настоящая волна эмоций, он обнял Склепову и прижал к себе, гладя по спине и волосам, аромат которых теперь вдыхал. Девушка доверчиво уткнулась носом ему в грудь, он почувствовал, что вниз скатилась еще одна слеза. Ничего от прежней Гробыни в эту секунду в ней не было. Ореол вечно насмешливой, язвящей ведьмы испарился, она открылась и полностью обезоружила себя перед ним… - Все хорошо. Все будет хорошо… - тихо говорил Сергей, продолжая успокаивающе поглаживать ее по спине, — мы не позволим этим гадам причинить вред твоему отцу, обещаю… - Спасибо, - шепотом сказала Гробыня. Она подняла голову и очень осторожно, почти робко, чего не ждешь от такой самоуверенной особы, поцеловала капитана в губы. Сергей также осторожно ответил на поцелуй. Встретив ее впервые, он никогда бы не подумал, что в поцелуе Гробыни будет столько бережности и нежности… Какое-то время они целовались, сидя на крыше, так осторожно, словно боясь причинить друг другу боль. Затем, переводя дыхание, соприкоснулись лбами. - Так мне больше нравится… - проговорил Сергей, - когда ты улыбаешься… Гробыня и впрямь улыбалась, немного прикрыв глаза. Описать, как сейчас было хорошо с ней наедине капитану, пожалуй, не представлялось возможным. Неожиданно Склепова решительно встала и схватила Вересова за руку. - Полетели! – заявила она, - вся ночь впереди. Бухнем подальше от вредной Ритки, занудной Гроттерши и уж тем более Баб-Жикина и Жоры Ягунчикова…

***

Они лежали рядом на крыше его дома и пялились на звезды. Склепова телепортировала откуда-то плед и несколько бутылок вина. Сергей не спрашивал, откуда именно, но догадывался, что данное добро вполне могло минуту назад пропасть из какого-нибудь лопухоидного магазина.Впрочем, сейчас ему было все равно… - А ты тоже сходила с ума по Пупперу? – негромко и лукаво спросил он. - Чего? Не поняла… - Все ты поняла, - Сергей улыбнулся, повернувшись к ней так, что их лица были почти вплотную, - ты сказала, что когда вы были школьницами, все сходили с ума по Пупперу.И ты тоже сходила? - Ну, это был своего рода такой мейнстрим, - заявила Гробыня, отхлебывая вино прямо из бутылки, - если сейчас разобраться, то Гурик-то был ужасный зануда, точнее, как там говорит Пипенция… душнила! – Склепова рассмеялась и посмотрела на капитана. Вересов взял ее за руку и погладил пальцами запястье, чем вызвал блаженную улыбку. Она откинула голову назад и закрыла глаза.  - Дай-ка мне, а то налижешься! – Вересов забрал из рук Гробыни вино и тоже сделал хороший глоток. Он решил немного покомандовать, как учил Казанова-Кирилл. - Ну а ты? – Склепова приподнялась на локтях и с интересом посмотрела на Сергея. - А что я? - Ну, по кому ты сходил с ума? И кто так наплевал тебе в душу, что ты уже не первый год один… - А что, так заметно? – Сергей растерянно приподнял брови. А ведь правда, похоже, заметно. Для проницательной женщины точно, а если эта женщина еще и сильная ведьма… - Вообще-то да, - честно сказала Склепова, - нет, если не хочешь, не отвечай. - Ты со мной откровенна, какой я буду свиньей, не ответив тем же, - заметил Вересов, - ну, моя бывшая конкретно сидела на всяких модных веществах. Попадалась с «весом», это было не один раз. Я ее, конечно, отмазывал, клялась, что это в последний раз… Он посмотрел на Гробыню. Та молчала и очень внимательно и искренне слушала. - Ну а потом вообще всплыло, что она еще и приторговывала, - Вересов развел руками, - короче, не знаю, что там насчет меня, но вещества и деньга она любила явно больше. Сергей замолчал. - М-да, - Гробыня почему-то усмехнулась. - Ну лох, знаю, что ж теперь… - Да я не поэтому смеюсь. Просто интересно, как все совпало, - она выхватила у него бутылку, - а мой бывший, представь себе, сколотил банду из леших и циклопов и кошмарил Лысую Гору. Вот тоже, отмазывала, отмазывала… а потом поняла, ну… я даже не сомневаюсь, что он когда-то меня любил. Особенно когда был просто прикольным безобидным хулиганом еще в школе… но в какой-то момент жабьи бородавки и зеленые мозоли он полюбил больше…похоже, мы оба неудачники… Склепова развернулась и, придвинувшись к Сергею, положила голову ему на грудь. Он вновь чувствовал аромат духов, слегка перемешавшийся с вином и ментолом. Подняв руку, он осторожно провел по ее волосам. Даже не видя ее глаз он понял, что Гробыня улыбается. Так прошло несколько минут. А может и больше. Сергей не знал, ему было все равно. - Тебе не холодно? – спросил он спустя некоторое время.Она не отвечала, - Гробыня? Гробыня? Капитан посмотрел на мирно лежавшую у него на груди девушку и понял, что она сладко спит, причем уже довольно давно. Похоже, устала так, что просто вырубилась. Кирилл бы сейчас опять сказал, что Вересов просто тормоз и упустил такой прекрасный момент. Да и плевать. Гробыня доверилась и открыла душу так глубоко, что это стоило больше, чем все девицы из Семакинских приложений для знакомств вместе взятые. Очень осторожно, чтобы не разбудить, капитан поднял Склепову на руки и унес с крыши прямо так, спящую и завернутую в плед. Гробыня, видимо, правда замоталась настолько, что даже не шелохнулась, лишь мерное дыхание свидетельствовало о том, что все хорошо. Уложив ее в кровать и укрыв одеялом, Сергей невольно залюбовался. Во сне она и впрямь была похожа на ангела, беззащитная и милая. Ангелы Клепы… Вересов осторожно, чтобы не разбудить, поцеловал Гробыню в макушку. - Теперь мы с тобой поменялись ролями, - улыбнувшись, сказал он и тихонько вышел из спальни.

***

- Это уже перебор! Дело у чекистов! Дом Коро… в смысле, Ваш дом перевернули вверх дном! Кучу моих людей повязали, да вы меня просто подставили! – выговаривал Матвей. - Закончил истерику? – насмешливо спросила Лиза, выглядевшая в свете фар еще более зловещей. После возвращения с другого конца страны, куда перенесло заклинание (спасибо, действительно не в Трансильванию) верный Воронцов с подручными встретили Хозяйку и ее магов. - Истерику? Это ФСБ, вы понимаете? Вы тут все вообще это понимаете?! Теперь он обращался ко всем, поскольку в тайном месте встретилась группа бандитов, маги во главе с Зализиной и хвостом следовавший за Хозяйкой Воронцов. - Я уже говорила. ФСБ. ООН. Хоть «Гринпис», мне все равно, - холодно произнесла Лизон, - они все меня не остановят. И я не потерплю трусости и предательства… скоро править будем мы! – он воздела руки к небу и безумно посмотрела на луну. - Ты совсем уже спятила… - прошептал Матвей, теряя всякую вежливость и окончательно и бесповоротно переходя на «ты», - вы все здесь спятили, раз идете за ней! Я сваливаю! – он решительно повернулся. - Нет, ты не сваливаешь! – грозно отрезала Зализина. Матвей повернулся к ней и как можно более презрительно ухмыльнулся. - А что ты сделаешь? Опять в паука превратишь? Да мне уже плевать, поняла? Я за последнюю неделю набоялся больше, чем за всю жизнь до! Лучше так, чем быть заодно с психами! - Ну зачем же в паука… - Зализина сладко и очень нехорошо улыбнулась, - у нас и другие методы имеются… Она обернулась к стоявшему поодаль фургону. В следующую секунду трое бандитов открыли кузов и выволокли наружу перепуганного вихрастого мальчишку лет двенадцати.  Глаза Матвея в ужасе округлились. Он рванулся вперед, но двое магов угрожающе наставили на него перстни. - Пашка! - Папа! Папа! - Не смей его трогать, ты, тварь! – заорал Матвей, теряя самообладание, - если тронешь, клянусь, я тебя прикончу! - Не трону, если направишь вот эту свою энергию в правильное русло, - пообещала Зализина и подошла к мальчишке, за чем со страхом наблюдал Матвей, - Пашка просто посидит некоторое время, поиграет в плейстейшн… Пашка, ты плейстейшн любишь? – ласково осведомилась она. Мальчуган несколько раз испуганно кивнул, косясь на своего отца. - Ну вот и хорошо, - Зализина провела перстнем по его щеке, - с тобой все будет хорошо. Сможешь играть в приставку, сколько захочешь, папа в приставку запрещал играть? – она откровенно издевалась над Матвеем, - а тетя Лиза разрешает! Зализина дала знак бандитам, и те снова усадили Пашку в машину. - Надеюсь, истерика окончена? – сухо спросила она. - Не трогай моего сына! – проговорил Матвей почти шепотом, - очень тебя прошу… - А ты больше меня не предавай, - Зализина свернула глазами, - и я, представь, тоже очень тебя прошу.

***

Проворочавшись пару часов на диване, Сергей так и не смог заснуть. Вроде бы столько времени на ногах, должно было рубить так, что едва коснешься головой подушки… сейчас он завидовал Гробыне, которая выключалась моментально и спала так крепко, что ее не разбудил бы направленный взрыв, высадивший дверь спальни. Поняв, что заснуть все равно не получится, он встал с дивана и отправился на кухню.  За окном уже начинало светать. Вересов прикидывал, не перекусить ли. Хотя голода он как будто бы тоже не чувствовал. - Ни сна, ни аппетита… - пробормотал он, - так совсем себя загонишь… Он хлебнул воды прямо из графина, направился в коридор… и нос к носу столкнулся с Гробыней.  Волосы девушки были слегка растрепаны ото сна, а глаза – слегка осоловевшими. - Привет, - Вересов улыбнулся в предрассветной мгле. - Я уснула, да? – спросила Гробыня, - ты унес меня с крыши? Черт, прости, я все испортила… - Нет, ты чего, все в порядке. Квиты… - В смысле? – не поняла девушка. - Ну, ты же как-то тащила меня спать, - рассмеялся Сергей, - есть хочешь? Я сейчас возьму телефон из зала и что-нибудь приготовлю… Он хотел пройти мимо Склеповой в комнату, но она неожиданно схватила его за руку. Сергей посмотрел ей в глаза и только сейчас понял, что такое настоящий, не фигуральный ведьминский огонь. Гробыня прижала его к стене с силой, которую не ждешь от хрупкой ведьмочки, и приблизилась вплотную. - Куда ты собрался? – прошептала она, - я с тобой еще не закончила… Склепова обхватила его за шею и впилась в губы. Это был уже другой поцелуй, не такой, как на крыше, робкий и осторожный. Поцелуй горячий, страстный, полный желания… Сергей прижал девушку к себе. Гробыня целовала его, пока им обоим не перестало хватать воздуха. Затем, тяжело дыша, уткнулась лбом. - Гробыня… Склепова приложила палец к губам Сергея и, опять схватив за руку, потащила в комнату. - Больше не бросай меня одну… Она толкнула абсолютно не сопротивлявшегося капитана на кровать. Сергей послушно рухнул, хотя был на полголовы выше Гробыни и раза в два тяжелее. Она сбросила с себя топ, оставаясь в одном бюстгальтере и забралась на него сверху.   Волосы Гробыни упали Сергею на лицо. Он чувствовал ее жаркое дыхание на своей коже. Подняв руки, он провел пальцами по обнаженным бокам девушки, а затем силой притянул ее к себе и снова горячо поцеловал, касаясь рукой тонкой шеи. - Темная ведьма всегда добивается своего, да? – шепотом спросил он, когда Гробыня подняла на него свои разные, такие необычные, красивые и манящие глаза. - Всегда, - подтвердила она. Руки девушки обвили его, а ноготки ощутимо, но приятно провели борозду на спине. - Лучшая ночь в моей жизни – та, когда я встретил тебя… - Нет, - Гробыня снова поцеловала его в губы и медленно спустилась вдоль подбородка к шее, - лучшая будет сегодня…