Зазеркалье

Первое, что почувствовал Юки, когда вошёл — ледяной ветер, бивший прямо в лицо. Он огляделся — вокруг была ночь и сильная снежная буря. Где-то кричали люди, кругом можно было увидеть кучу горящих домов. Юки понадобилось меньше минуты, чтобы понять, где он. Он понял, что оказался в своей родной деревне. Именно в тот злополучный день, навсегда изменивший его жизнь. Юноша оглядел себя — он был одет в злополучную форму клана Малефакторис, а в руке вместо копья был меч. Да и тело явно изменилось: вместо привычно худощавого телосложения он видел достаточно взрослое и крепкое. Юки понял: он оказался тут в теле кого-то другого. Из мыслей его вырвал знакомый голос, подходя ближе: —Эй, чего замер? Нам чётко сказали разобраться с больницей. Быстрее, тут не май! Юки поднял голову и увидел до боли знакомое лицо. Он отдал бы многое, чтобы вновь увидеть его, поговорить, спросить совета, и такую возможность он получил. К нему подошёл Соккум и слегка потряс его за плечо. —Гладиус! Соберись наконец! Что с тобой сегодня? Обычно от убийств за уши не оттянешь. —Соккум... — Юки использовал всю свою волю, чтобы сохранить образ и не наброситься на мужчину с объятиями и слезами на глазах. — я в порядке. Просто задумался. Пойдём, разберёмся с этими глупцами. "Значит я сейчас в теле Гладиуса, иду вместе с Соккумом к больнице... О нет." — Юки с ужасом осознал, что он точно знает, что будет дальше. И это "дальше" даже сейчас способно довести его до истерики. — "но... Раз я здесь, я могу изменить эту историю, не так ли? Мне нужно побороть свой страх, значит я могу сделать это любым способом? Я... Могу поменять историю?" В таком задумчивом состоянии на пару с Соккумом они вскоре дошли до больницы. Мужчина достал из-за пазухи блокнот и прочитал собственные пометки. —По заданию Господина нам нужно истребить всех кто тут есть. Главная цель — местная врачиха. Юки и забыл, что до его прихода Соккум был верным слугой своего господина и если и задумывался о моральной стороне своих поступков, всё равно ни за что не мог ослушаться приказов Господина. —Я... Сейчас устроим. —Точно всё в порядке? —Лучше не бывало, чё ты распереживался?! —Вот теперь я тебя узнаю. Идём? —Естественно! Юки ухмыльнулся и забежал в здание. Однако начать так же быстро нападать на людей было сложнее. Большинство находившихся здесь он уже не помнил, но лица были ему определённо знакомы. "Это всего лишь облики из зазеркалья. Их уже давно нет в живых. Всё равно что убивать призрака" — пытался успокоить себя Юки. —"Но... Они так не считают". Вновь погружённый в свои мысли юноша и не заметил, как на него бежал один из пациентов со скальпелем в руке, желая победить захватчиков. —Соберись, идиот! — Соккум быстро достал из ножен свой меч и поразил нападавшего в грудь. — Иначе точно помрёшь прямо здесь. —Да... Да, ты прав. — Юки улыбнулся — Мы должны выполнить приказ. И он его выполнил. Единственной мыслю, которую он допускал в свою голову в тот момент, была фраза: "Убей. Они уже мертвы. Прошлого не воротишь". Юки почти не видел, что творит, руки совершали удары сами по себе. Возможно, так было легче. Вскоре крики, заполонившие больницу, совершенно стихли, сменившись еле слышными предсмертными стонами, а чистые и стерильные стены больницы заполнила яркая кровь пациентов, находившихся там. Юки стряхнул кровь со своего меча и повернулся к Соккуму. —Все? —Пациенты — да. Но мы так и не видели врачиху. Видимо закрылась в своём кабинете. Идем. —Точно, врачиха... Юки дошёл до кабинета врача и оцепенел от понимания происходящего: если он сейчас пойдёт по сценарию, который произошёл 9 лет назад, прямо сейчас ему предстоит убить собственную мать. За время истребления людей, находившихся в больнице, он принял, что все страдальцы перед ним — лишь блеклые отражения настоящих людей, погибших в ту ночь. Но убить отражение человека, который был для него всем первую половину его жизни... Это было совершенно другое. Он услышит её уверенные речи, увидит ненависть в её глазах, а затем будет слушать предсмертные сокрушения и видеть её агонию. С другой стороны, он может в любой момент повернуть историю. Он может защитить мать, пойти против Малефакторис, и сохранить хотя бы тех, кто ещё остался в живых. Но для этого... Ему придется убить Соккума, который был его наставником и другом вторую половину жизни, который заменил ему отца и стал надёжной опорой и главным авторитетом в клане. На Юки накатили воспоминания, как он увидел мёртвого Соккума, как тащил его по коридору и хоронил возле своего отца. В этой вселенной ещё жив его отец... —Гладиус, когда нам найдут нового врача, обязательно его посети, у тебя явно какой-то сдвиг. —...А может оставим эту врачиху? Она всё равно скоро умрёт или от голода, или от горя, зачем время тратить? — голос Юки слегка дрожал, но он старался держаться. —Точно сдвиг. Чтобы Гладиус, первый по убийствам в каждом нападении, сам предложил пощадить человека?! —Нашёл время издеваться. —Я искренне переживаю. Слушай, ты знаешь, что я всегда за минимальные жертвы. Но если мы нарушим приказ Господина, нас обоих ждёт смерть! И ты прекрасно это знаешь! —Знаю, как никто другой... — Юки неотрывно смотрел на Соккума. Здесь он ещё совсем молодой, с непоколебимой покорностью господину. Сознание само подрисовывало ему до боли знакомые морщины на лице и шрамы на руках. Юношу била дрожь по всему телу, затем он оцепенел. Вдруг его голову резко пронзила пульсирующая боль, а затем разум заполнили голоса. Какие-то были громче, какие-то тише, выше, ниже, но несли один и тот же смысл: —Убей! —Убей её! Порви! —Убей, или никогда не вернёшься в реальность! —Не убьёшь, и весь этот путь был зря. Сгниёшь здесь. Увидишь свои худшие кошмары! —Нет... Я... Юки обхватил голову двумя руками, стараясь прогнать назойливые мысли. Юноша кричал, мотал головой, шипел, пытался заглушить голоса, но всё было бесполезно. Он чуть не упал, но его тут же подхватил Соккум: —Гладиус! В тебя чем-то попали? — фразы звучали совершенно спокойно, будто на допросе, но по лицу Соккума можно было понять, что он обеспокоен состоянием товарища, несмотря на не особо тёплые отношения. Видимо, даже без участия Юки мужчина обладал невероятной для его жизни сострадательностью. —Ааа! Ладно, ладно!! Я разберусь с ней! — Прокричал Юки от отчаяния, и к его удивлению это возымело мгновенный эффект, будто голоса только этого и стали. Боль пропала будто по щелчку пальца, а в голове была абсолютная пустота. Он быстро встал и отряхнулся. —Ты идёшь к этой врачихе? —Да. Да.. Идём. Юноша крепче сжал меч и резко открыл дверь. Соккум зашёл сразу за ним. Внутри оказался до боли знакомый кабинет: всюду были полки книгами по медицине, неподалёку от окна стоял стеклянный шкаф и лекарствами и шприцами, а посередине был небольшой деревянный стол, из-за которого быстро вышла женщина лет 35 со светлыми, почти белыми волосами и огнем в глазах. —Стоять на месте! — Юки стоял ровно, тяжело дышали не смел взглянуть в материнские глаза. —Гладиус, вежливей. Здравствуйте. Мы пришли предложить тебе выгодную сделку. — Соккум чуть улыбнулся женщине, та она лишь нахмурила брови. — Вы - очень способный врач, поэтому мы хотели бы пригласить вас... —Даже не думайте! Я ни за что не пойду работать на тех, кто убил всех моих пациентов. Лучше убейте меня вместе с ними. —Подумайте ещё разок: Там будут отличные условия, бесплатное питание, отдельная ком... —Повторяю: Ни. За. Что. — Женщина в пару шагов оказалась около Соккума и отвесила ему звонкую оплеуху. Он прислонил руку к месту удара и сделал пару шагов назад. —Так и знал. Что ж, я пытался решить всё мирно. Слышишь, Гладиус. Теперь твоя очередь. Юки вышел вперёд и поднял меч. Он всё ещё не решался посмотреть на свою мать, а глаза то и дело норовили заплакать. —Ну, давай же! Попробуй меня уговорить! Ты перебил всех моих пациентов и хочешь чтоб я пошла с вами?! Знаете что, мне плевать. Вы можете пытать меня, делать все что угодно, я ни за что не соглашусь на такое. Я точно знаю, что ни мой муж, ни мой сын не пошли бы на такое. Я не предам их. —Убей. Убей. Убей. Убей. Убей! — назойливые голоса сейчас слились в один хор и вновь заполонили сознание Юки. Судя по всему, зеркало, или что-то, что им управляет, пыталось направить юношу. Но он уже давно и сам понял, что нужно сделать, чтобы выбраться. Понял, как только Соккум убил нападавшего на него пациента. Юки поджал губы и зажмурился. Шаг. Снова шаг. Ещё один. Резкий взмах руки. Выпад. Секунда — и время будто остановилось. Юноша слабо осознавал, что он делает. Он раскрыл глаза и увидел перед собой собственную мать. Она была не такой, какой он её запомнил. Он запомнил её весёлой и счастливой. Запомнил как она готовила им с отцом завтрак. Как рассказывала ему сказки на ночь или читала статьи из медицинских энциклопедий. Минуту назад она была совсем другой: она была пылкая и бойкая. Готова была перегрызть глотку за своих близких. А сейчас она стояла на коленях, тихо плача от боли, затмевающей разум. Юки рассчитывал на удар в грудь, чтобы ускорить смерть, но из-за закрытых глаз прицел юноши был серьёзно сбит, и клинок впился в живот. Он вытащил меч и женщина согнулась. —Ублюдки... Только не смейте трогать моего сына... Не трогайте Юки... Он ещё ничего не сделал, он такого не заслужил... "Он не заслужил" — эта фраза громко ударила юношу по ушам. "Ещё как заслужил, мам. Заслужил, как никто другой..." Вдруг его сознание затуманилось, а окружение превратилось в белую пелену перед глазами. Ещё пара мгновений, и Юки вновь оказался на ринге. Саналэ даже слегка испугалась, когда увидела его: дыхание было очень прерывистым, глаза выпучены, да и в целом выглядел он так, будто лучше его не трогать. Лидер гильдии всё же взяла себя в руки и приблизилась к Юки: —Эээ, ты же в порядке? —Я?! Лучше не бывало! Не каждый день какая-то мразь с трона заставляет тебя убить собственную мать! Знаете что?! Я ещё не закончил с этим зеркалом! Если вы можете спокойно уйти от предмета, заставляющего вас переживать настолько травмирующие события, то извините, я не такой терпеливый! — голос парня срывался на крик. Вместо привычного разочарования в нём кипела ярость: почему они позволяют так с собой обращаться?! Вдруг Юки крепче взял копьё в руки, резко развернулся и изо всех сил воткнул остриё в зеркало. Оно сначала завибрировало, а затем раскололось на тысячи мелких осколков, разбрасывая их во все стороны. Юноша хотел защитить лицо рукой, но это не помогло: один из самых крупных осколков на большой скорости воткнулся прямо в его правый глаз. Юки зашипел и поспешил покинуть ринг, получая ещё кучу осколков в спину и руки. Выбравшись с опасной зоны, он рухнул на колени абсолютно без сил. Парень с удовольствием бы отключился бы сейчас, или хотя бы лёг, но боль от впивающихся осколков не оставляла ему такой возможности. —Юки.. Твою мать! — Так как Ари всё ещё была в отключке, а остальная гильдия не питала особо теплых чувств к остранённому чудику, единственным человеком, кто хотя бы попытался ему помочь, оказалась Саналэ. — На кой чёрт ты это сделал?! —Я сэкономил нам время. Сейчас этот царёк разозлится и начнёт сражение раньше, а так бы ещё кучу времени потратили на то, чтобы каждый сразился со своими страхами. Не трогай, тут я сам. — Юки убрал руку девушки от раненого глаза — лучше отряхни мне ноги, чтобы я мог сесть и сосредоточиться. Вдвоём они быстро вытащили крупные куски зеркала и отряхнули более мелкие, после чего юноша сел и направил руки себе на голень: —Мне нужно время на заживление. Если у кого-то ещё раны от зеркала, пусть подойдут ко мне позже. Иди, сейчас ты нужнее там. —Юки, ты... —Разберусь! Уходи, пожалуйста. Саналэ грустно вздохнула, а затем кивнула Юки и поспешила к Мису, Кусу и Мелнаре, которые уже во всю бились с местным императором.