Глава 1. Vortex o'Millennium

Насилие – последнее прибежище слабых.

А.Азимов

      …Мгновенная потеря ориентации, потом свет в глаза, странное давление на спину и затылок. Я оказался лежащим на чём-то твёрдом. Перед глазами имел место металлический потолок с тусклой лампой дневного света и фрагмент полки наподобие тех, что бывают на теплоходах или в железнодорожных вагонах. Преодолевая странную слабость, я медленно сел и огляделся.       Это была тюрьма… и, судя по всему, в этой тюрьме были неприятности. Решётки камер были открыты или сорваны, освещение мерцало, людей – никого. Пошатываясь, я вышел из камеры и обозрел всё помещение, похожее на пассаж. Я стоял на уровне А, как любезно сообщала надпись на стене, сделанная светящейся краской. В ногах была противная слабость, давило на рёбра, плохо слушалась левая рука и что-то тянуло кожу на темени. Продолжая разглядывать двухэтажную тюрьму, я ощупал голову. Огромная шишка и рука в крови убедительно говорили, что бардак вокруг касается и меня. Я машинально вытер руку о робу и подошёл к лифту на второй этаж. Прямо у лифта лежал труп парня в такой же серо-зелёной робе, как и у меня. Хотя труп и выглядел культурно, трогать я его всё равно не стал. Затем я поднялся на галерею, опоясывающую уровень Б по периметру. Здесь тоже обнаружился труп, на этот раз охранника, со следами насильственной смерти. Рядом с ним лежало нечто вроде ноутбука. На зелёном монохромном экранчике отображалось время – 11:53. Клавиатура являлась упрощённым вариантом обычной для РС. Чуть дальше обнаружилась потрёпанная колода карт и осветительная шашка. Такие шашки применяют в шахтах и под водой, поскольку горят они за счёт связанного кислорода и дают красное низкотемпературное пламя. Время действия – до пяти минут. Всё это я знал из книг и фильмов, а не из жизни, разумеется.       Тут обнаружилось отсутствие в робе карманов. Пришлось положить всё у стены и обследовать остальные 15 камер налегке. В камерах было подозрительно чисто. Валялась в одной рваная роба с пятнами крови, в другой – баллончик с пласт-бинтом и три цилиндрических красных кристалла с карандаш размером. Баллончик я тут же опорожнил на свою гудящую голову. Эффект был неожиданным: кровь и шишка, естественно исчезли, но ещё стало легче дышать, меньше стала тяжесть в ногах.       Ожила система оповещения. Механически-безжизненный женский голос сообщил: - На уровнях В и Г обнаружена высокая радиация. Все заключённые уровней Г, Д и Е сбежали. Внутри охранной зоны уровней А и Б обнаружены два сигнала. Внимание! Заключённые номер 049 и 112 – оставайтесь на местах! Говорит Мать Vortex o'Millennium. Повторяю…       Я догадался поискать номер на своей робе. 049! - Чёрта с два я здесь останусь, - пообещал я в пространство.       Словно в ответ помещение закачалось, будто палуба корабля в шторм. Меня швырнуло на пол, одна из осветительных панелей сорвалась с креплений и повисла на проводе. Стало темнее. Зато сотрясение сорвало решётку с отверстия вентиляционной шахты. Я решил лезть туда, но тут услышал слабый голос, зовущий и ругающий кого-то. В тёмной нише обнаружилась дверь, а за ней – карцер. За пуленепробиваемым стеклом сидел на полу калмыцкого вида мужик и ругался. Увидев меня, подобрался ближе, и я разглядел его худое лицо с чёрными глазами и номер на робе – 112. - Привет, брат! – сказал он. – Слушай, выпусти меня. Я тебе пригожусь! - А как я тебя выпущу? - У двери пульт на стене… Посмотри там.       Крошечная лампочка не освещала дверную нишу. Я открыл дверь и тогда разглядел небольшой пульт с тремя кнопками. На двух – стрелочки. Нажал на стрелочку, указывающую вниз, и один из сегментов бронестекла уполз в пол. №112 оказался рядом. - Спасибо, брат! – он радостно потряс мне руку. – Меня зовут Джон. Я теперь твой должник. - Да ладно… - Мне с трудом верилось, что передо мной лишь программа, эмулирующая человека. – Меня зовут Сергей.       №112 огляделся. - Все уже смылись. Вряд ли имеет смысл торчать здесь. Бери свои вещи и пошли, Серж.       Я подобрал ноутбук и шашку и поинтересовался: - Что это за стержни, Джон? - Информ-кристаллы. Ребята побросали… - Как ими пользоваться? - В твоём компе справа гнездо. Вставь блестящим концом до щелчка.       Выполнив незамысловатую инструкцию, я получил на экране список из девяти файлов, расположенных в обратном хронологическом порядке. Нажав F3 на самом верхнем, прочёл: “Дневник Бориса Натановича Кацмана. 08.04.2157, 21:52. Третий день полёта. Третья попытка открыть решётку. Опять неудача! Охрана застукала, пригрозили карцером. До чего всё это достало!” Я хмыкнул, поменял кристалл. “Дневник Дж. Гершвина. 07.04.2157, 15:18. 204-й день моего заключения. Мы тут задолбались рассказывать друг другу анекдоты. Самые пошлые из них наводят на мысль, что баб тут маловато. Уже хочется набить морду всем”. Этот кристалл я бросил на пол и вставил последний. “Дневник 1-го помощника нач.охраны М.Доценко. 09.04.2157, 9:01. По мере приближения к луне зэки всё больше наглеют. Я докладываю наверх, что всё под контролем, но и сам в это не верю. А вдруг…”       Джон терпеливо ждал. - Ну пошли, - сказал я и направился к тёмной горловине вентиляционной трубы. – Мне ещё нужно встретить знакомых.       Я вполне уверенно продвигался на четвереньках, поскольку всё барахло засунул в штаны. Неприятно, конечно, особенно ввиду отсутствия нижнего белья, но я терпел и не такое. Позади размеренно дышал №112, а впереди постепенно разгоралось ядовито-зелёное сияние. В этом призрачном свете я увидел лужу какой-то тёмной жидкости, и тут же ощутил явный запах крови. - Чёрт! - Что такое? – тут же подал голос Джон. - Этот свет впереди… это не радиация? - Не-е, что ты! Ползи, не бойся.       Мы проползли через клубы пара, сквозь странное зелёное сияние, пару раз слышали где-то вдалеке человеческие крики, так искажённые, что не понять было мужские они или иначе. Наконец, когда я уже начал уставать, мы вывалились в небольшое помещение, заставленное медицинским оборудованием. - Вон аптечки, - тут же сориентировал меня Джон.       Из шкафа мы извлекли две округлых пластиковых коробки со светящимися красными крестами и надписью на пяти языках “Первая помощь”. Посередине виднелась красная кнопка, а сбоку Джон вытащил телескопический гибкий усик с присоской. Вот так вот просто и со вкусом. Сочтя моё любопытство праздным, Джон присоску своей аптечки прилепил на запястье и нажал кнопку. Аптечка тихо зашипела, а Джон улыбнулся. - Порядок, Серж. Лечись!       Я повторил процедуру и почти сразу почувствовал, как светлеет голова и в тело возвращается лёгкость. Джон оценивающе посмотрел на меня и прилепил к шее присоску своей аптечки. Бог мой! Я так хорошо себя уже лет десять не чувствовал! Аптечки же, исчерпав ресурс, тихо пискнули, и присоски сами отвалились. Красные кресты тут же потускнели. - Здорово! – вырвалось у меня. - Ещё бы. Теперь нам ещё спаспояса найти - вообще полный порядок будет.       Мы вышли из помещения, оказавшегося медбоксом, и оказались в большом, частично разрушенном блоке с подковообразным пультом, кучей электронного оборудования и множеством противоперегрузочных кресел. В одном из них обвис на ремнях человек в синей униформе. Подойдя ближе, мы увидели, что по телу его пробегают конвульсии, но жить ему осталось недолго. На шее у него была страшная рваная рана, из которой струйкой текла кровь. На экране перед сидящим среди мешанины цифр и графиков я прочёл: “Мы на подлёте к луне. Дальнобойные сканеры обнаружили необычное гравиполе в секторе Гамма-83. Капитан приказал изменить курс”.       Джон обследовал тем временем всю ходовую рубку и сообщил: - Аптечек нет. Все двери, кроме одной, заклинены. Пошли, что ли? - Сейчас… - Я увидел на пульте информационный кристалл и всунул его в ноутбук. “Дневник капитана Блада. Изменение курса будет ужасным. Мы захвачены гравиполем искусственного происхождения, исходящим с этой грёбаной планеты. Я приказал включить движки на полную мощность, чтобы достичь 2-й космической скорости. Прошло уже 20 минут, но толку нет. Пора подавать сигнал SOS на лунную базу”.       Ага, смекнул я. Значит, корабль-тюрьма доставлял зеков на луну какой-то планеты, а его кто-то аварийно заставил сесть. Лихо закручено. Кроме VR фэнтезийной направленности, я играл только в обычный DOOM3D, да и это было почти десять лет назад. Однако количество трупов в самом начале этой виртуалки наталкивало на мысль, что пройти её будет ой как нелегко.       Мы с Джоном прошли в работающий дверной шлюз, спустились на лифте на этаж и оказались в плохо освещённом тамбуре. Я нажал кнопку подъёма двери, та начала подниматься, и в это время корабль опять затрясся так, что мы с №112 полетели на пол как сбитые кегли. Дверь застыла в пятнадцати сантиметрах от пола, и тут же из-за неё послышались крики двух мужиков, которые бежали откуда-то издалека в нашу сторону. Раздались звуки выстрелов, похожие на громкий шелест, сопровождаемые фиолетовыми вспышками. А затем – рычание. Да такое, что у меня волосы на всём теле встали дыбом. Трое за дверью бились насмерть. Звук падения тела и предсмертный хрип сообщили, что один мужик уже готов, а его противник… Я нагнулся к самому полу и в неверном свете аварийных ламп увидел голые когтистые лапы и пару ног в таких же полуботинках, как и у нас с Джоном. Ещё выстрел, звук раздираемого мяса, и второй мужик рухнул на пол. Его противник победно рыкнул и побежал от двери куда-то вдаль. - Я думал, кранты нам, - поделился страхами Джон.       Я кивнул и шумно выдохнул, пытаясь унять колотящееся сердце. Было действительно страшно.       Джон нажал кнопку подъёма двери, и та со скрипом поползла вверх. Коридор за ней был просто покрашен кровью. Стены, пол и даже потолок - в брызгах и потёках. Здесь не было движения воздуха, и запах просто выворачивал наизнанку. “Если так пойдёт и дальше, то половина моей команды разбежится через час игры”, - подумал я, и это привело в себя. Всё это нарисовано в VR, ну а запах… Может генератор запахов, а может я его сам додумываю. №112 нагнулся и вынул из руки одного мужика необычный толстоствольный пистолет. - Бластер, - пояснил он и протянул мне. – Предохранителя нет. Два режима стрельбы. Первый: нажимаешь – стреляешь. Ресурс – 500 выстрелов. Второй: нажимаешь и держишь. Бластер накапливает энергию пропорционально времени удержания спусковой скобы. В этом случае ресурс снижается до 50-250 выстрелов. И ещё: в воде он не действует, отдачи нет. Когда батарея садится, то светодиод вот здесь тускнеет. В принципе его можно сделать двух- и трёхпотоковым, только дополнительные кристаллы надо поставить.       Бластер приятно оттягивал руку, но я знал, что это обманчивое ощущение обезьяны с дубиной. Недавний эпизод показывал, что против когтистолапых одного бластера мало.       Длинный коридор вывел нас на склад с множеством ящиков, контейнеров, бочек и каких-то непонятных застывших конструкций на ходулях, то ли роботов, то ли транспортных средств. Какое-то время мы осторожничали, потом поняли, что никого тут нет, кроме нас. В одном из ящиков, вскрытом выстрелом из бластера, обнаружились две аптечки. В другом, что нашёл Джон, - пояса из металлокерамики и пластика. - Спаспояса, - сказал Джон и радостно прищурил и без того узкие глаза. – Надевай! - Для чего они? - А вот смотри. Слева сзади – держатель для аптечки. Пристегнёшь, и она автоматически будет лечить тебя в случае повреждения. Просто слева – кобура для бластера, а справа – для автоматического пистолета. А справа сзади – универсальный держатель для ноутбука, боеприпасов или ещё одной аптечки. - Да-а… - пробормотал я, пристёгивая к поясу все свои пожитки. Все вещи держались, словно приваренные, но стоило взять их рукой, как они легко отделялись от пояса.       Послышался шум. Я схватил бластер и укрылся за высоким контейнером. Шум доносился сверху, из вентиляционной трубы. Вылетела решётка воздухозаборника, и на склад начала вылезать моя команда.