Часть 1

Это был жаркий солнечный день, ровно такой, какой и свойственен Солнечной пустыне, как, впрочем, и любой другой. Компания из трех человек монотонно продвигалась вслед за одинокой фигурой далеко впереди. Ветер смешивался с песком и медленно засыпал их следы. Песчинки крайне неприятно попадали в глаза, и раздражение на всех трех лицах все нарастало и нарастало. Первый из них наконец не выдержал и развернулся чтобы сказать примерно то, о чем думали остальные двое, но не осмеливались произнести. - На кой черт мы отправились за этим стариканом в такую даль? - сорвался высокий щетинистый молодой человек с густыми бровями, которые в данный момент были устрашающе нахмурены. Ему возмущенно ответил менее высокий, но более коренастый мужчина - А почем нам было знать, что он решит отправиться на Разноцветный базар через самое сердце пустыни? Если хочешь знать, то мне тоже не особо понравилось три дня блуждать по жаре и обливаться потом. - Да брось, не ты ли мне заливал, что этот купец самый зажиточный в этих песках, и он будет лёгкой мишенью? Наслаждайся пеклом! Чтобы я еще раз доверил тебе составлять план.. - Придержи язык! Я выбрал целью его, потому что он вдруг решил взять с собой все свое ценное барахло, и пошагал в гордом одиночестве. Если не я, то ты бы сам предложил пойти за ним. Старик и вправду тащился совершенно один, сгорбившись под тяжестью множества своих огромных сумок, и не думал останавливаться. Почему он не взял с собой хотя бы верблюда оставалось загадкой, ведь так транспортировка всех его богатств стала бы в разы легче. Густобровый Мустафа хотел было уже начать тираду о том, как он расправится с Кудратом если вдруг их операция провалится, или ещё хуже - старик сам заблудится и они никогда не выберутся из этой треклятой пустыни, как вдруг они заметили, что старик качнулся и грохнулся наземь. Мустафа так и застыл с полуоткрытым ртом и медленно повернул ошеломленный взгляд к своим спутникам. Те были не менее оберкуражены. Купца не было достаточно видно, чтобы судить о наличии в нем жизни, но все-же каждому пришла в голову одна и та же мысль - солнце и далёкий путь часто бывают жестоки с кем то настолько старым. Решив не терять ни минуты, они без слов побежали к неподвижному нагромождению. Добежав, трое мгновенно остановились, переглянувшись. Песок сыпался с их одежды, дыхание прерывалось. Они не могли поверить в происходящее., кажется, старик действительно мёртв. Его глаза остекленели, а рот застыл в положении подозрительно хитрой, кривой улыбки. Тишину нарушил ранее молчавший Саад, он окликнул спутников и показал им деревянную табличку, которая издалека прежде казалась опорной палкой. На ней были написаны насмешливые фразы старикана, адресованные любым глупцам, смеющим зариться на его добро, которые, как он и ожидал, пошли в след за ним в надежде поживиться. ..."Так что и ваши жизни мои, и добро моё, и все моё!"- дочитал вслух Мустафа, и со злости разломал о ногу табличку на две части, и швырнул куда-то в сторону. - Жадный подлец! Понял, что дни его сочтены, и не захотел расставаться со своим добром! Будь он проклят, проклят... - причитал Мустафа. В конце концов все трое опустились на песок и молча смотрели перед собой. Песок был горячим, цеплялся к одежде и их загорелой коже. Кудрат тяжело опустился на локти и вздохнул - Как мы потащим все эти богатства, если даже не знаем, куда теперь идти.. Не надо было полагаться на навигацию старика.. - и прервался, полагая, что Мустафа напомнит ему из-за кого это они потерялись. Саад молчал, слегка скривив уголки рта, будто удивляясь "таланту" Мустафы и Кудрата всё усложнять. Он внимательно вглядывался в окружение, ведь ответы на сложные вопросы зачастую оказываются очевидными и совсем рядом, и их стоит только заметить. Солнце, клонившееся к закату, освещало уставшие, голодные и злые лица неудачных разбойников красным.