Доставщик Пивы

- Пива мне принеси, красавица! Бон виван лежал на диване и пытался что-то разглядеть в телевизоре, но тщетно… его огромное пузо перегораживало ему почти весь обзор. Сильно распух Бон Виван, очень сильно. Стоило ему только жениться на Фрирен, как он гордо лег на диван и больше не вставал. Из кухни мчалась Фрирен с бочонком пива Ханникен. Или какие пивосы продают в бочонке, подойдет, в принципе, любой. На ней было одето красивейшее красное платье и красивейший красный каблук и еще один красивейший красный каблук. - Бочку мне в пупок поставь! Сильно разнесло молодого ловеласа Дон Жуанского. Очень сильно. Пузо его было настолько раздуто, что бочка смело умещалась в его пупке. Он потерял свой стиль: сапог Версаче из Версаче от МонтБланка больше не натягивался на его пухлую стопу. Вместо стильных пиджаков он взял курс на уродскую майку-алкашку и семейные трусы. Пидором жирным стал короче. - Милый, ой, милый, у тебя в пупке клещи! - Не бойся, дорогая, они сейчас крови напьются и уйдут. Ты ставь, ставь. Можешь еще телевизор подвинуть? Телевизор был дорогой: плазма ТВ от Версаче из Версаче от МонтБланка от LD. Бон Вивану пришлось взять кредит на большую сумму и астрономический процент, чтобы позволить его себе. - Страшно мне, дорогой. Бочка тяжелая, вдруг я ее разолью, пока буду поднимать к пупку? - А ты наколдуй. Фрирен поставила бочку на пол и потерла палец о обручальное кольцо. Из золотого колечка вылетел зеленый джин. - Какое ваше желание? - Нужно Боч… - Бочку в пупок мне доставьте, милейший. - Исполнено. -Ой, спасибо-спасибо! Бон Виван открыл краник, и пиво из пупка как по жёрдочке по кривой с рождения, мутировавшей диафрагме потекло, как из римских акведуков в фонтан, пиво Абдулле в рот. Отхлебнув половинку (вторая разлилась мимо, прямо на диван и подзалила соседей), Виван смачно рыгнул так, что у него в сторону телевизионного экрана вылетел зуб, который рикошетом отлетел в сторону. Аппаратуре настолько крепко досталось, что, со стороны, это была просто царапина, но, по факту, матрица превратилась в пар со вкусом персика, и уделом новосемейных осталось лишь торжественно смотреть на пустую коробку и ещё 12 лет выплачивать ипотечный кредит. Каждый раз, когда Бон Виван отрыгивал, его больная диафрагма придавливала ему яички, почему пара не могла иметь детей – что главное, – а также его голос становился противно-писклявый. -Капуста! Кочан! Живо! Фрирен метнулась на кухню и быстро вернулась из неё с кокосами в руке. -Лови, любимый! Она стала метать их в рот супругу (пользовалась тем, что за пузом не было видно, капуста это или как (а вкусовые рецепторы Бон Вивана уже давно отрафировались после десятка лет на заводе химпрома)), а тот смачно в один укус, как бегемот, разгрызал их. Шкурка летела во все стороны подобно шрапнели, что уже давно стало заметно: обои ободраны, везде дырки, стёкла битые, а полудохлую кошку уже как 3 недели назад пригвоздило к доставшемуся по наследству от бабки румынскому гарнитуру. Полетел последний кокос, и Бон Виван поймал его зубами в воздухе, смачно расколов лёгким движением. Фрирен же убежала в свою подсобку, потёрла колечко и сказала появившемуся джину: -Оформи документы на развод.