II пара: первая лекция (читать как "экскурсия уже по знакомым местам")

Руководство университета как-то слишком радостно заявило о том, что первый месяц для всех студентов будет ознакомительным. Даже для старшекурсников. Что это значит? Позвольте объяснить: ознакомительный месяц — это период, когда университет просто не может адекватно распределить преподавательскую нагрузку и из-за этого у студентов может быть всего три-четыре учебных дня. Казалось бы — это прекрасно, но нет, не-а. Пары очень часто срываются или переносятся, из-за чего нагрузка становится ненормированной. Хотел ли Кевин ходить в университет всего 4 дня в неделю? Да. Хотел ли он делать кучу домашней работы из-за этого расписания? Нет. — Ты видела? У нас в среду и субботу какой-то день «самоподготовки». Это прикол какой-то, Мэл? — листочек с напечатанным расписанием с характерным звуком полетел в мусорное ведро, поскольку Дэй во-первых, успел изучить и запомнить его благодаря рассылке от преподавателей на почту, а во-вторых, был крайне недоволен тем, что там было написано. — Не знаю, мне все нравится. Ты же сам знаешь, что я записалась в музыкальный клуб и мне нужно время для репетиций, — о да, музыкальный клуб. — У нас в четверг пары до самого вечера, а я планировал посещать открытые четверги в театре. Судя по тому, что я узнал у старшекурсников, Морияма очень злится, если хотя бы половина из нас там не присутствуют.

***

В день ориентации для первокурсников так же проходила ежегодная Аллея университетских клубов и сообществ, где представители каждого направления превращались из обычных студентов в профессиональных маркетологов или торгашей. Иначе вообще никак нельзя объяснить то, почему студенты так часто велись на слова о том, что в их клубе самая дружелюбная атмосфера, или, что их клуб представляет университет на всемирном уровне (абсурдно звучит, согласитесь?). Аллея этого года не была исключением из данного «золотого» правила. Мелани и Кевин, прогуливаясь по Аллее, вели крайне оживленный диалог про пользу большого количества сахара и сиропов в кофе (естественно, Кевин и тут высказывал свое «фи» на напитки с недельной дозой сахара), отвлекаясь только на то, чтобы подойти к заинтересовавшему их тенту, где уже стояли «счастливые» и «довольные» от жизни старшекурсники, кто являлся представителем того или иного направления. — Хэй, не проходите мимо! Мы представляем музыкальный клуб университета Пальметто, может хотите послушать про то, что мы делаем и получить небольшие подарки? — девушка сразу же отвлеклась от спора (кого я обманываю? это была критика в её адрес и в адрес её вкуса к напиткам) и воодушевленно подбежала к старшекурснику, который зазывал их к себе. Кевин шёл чуть поодаль от подруги, поскольку увидел, что студент, который так активно их подзывал к себе, был руководителем музыкального клуба, куда он не особо стремился попасть. Музыка была и есть для Дея отдушиной, он с этим фактом никогда не спорил, но, в отличии от Мелани, которая всегда хотела стать певицей, любовь шатена к музыке ограничивалась тематическими плейлистами на Ютубе. — Почему у тебя в истории поиска КарПлея есть «Плейлист, чтобы почувствовать себя спелой малиной»? — Ты никогда ничего не понимала в хорошей музыке. Авторы этих плейлистов буквально гении! Подбор музыки в таких сборниках просто шикарен! Мэл, постой, не порти мне историю поиска своими песнями! Вернувшись в реальность, Кевин обратил внимание на то, что Мелани, поддавшись сладким речам о «большой сцене» и «защите чести университета», резко выхватила ручку из рук руководителя музыкального клуба и вписала своё имя в бланк регистрации. Оно и не удивительно, девушка наконец услышала одобрение в свой адрес, а не издевки и очередную порцию издевательств. Отношения Мёрфи с музыкой были крайне любопытными с самого начала. Можно даже сказать, что они были и являются нездоровыми. Мелани никогда не была какой-то требовательной или грубой, её устраивал нынешний уклад жизни — спокойный, без всяких потрясений. Однако все поменялось в тот момент, когда та, от скуки, решила пойти в музыкальную школу. И именно в это время в её жизнь пришла музыка. Постоянные репетиции, концерты, снова репетиции, снова концерты — это то, что сделало жизнь Мелани полной и яркой. Она не хотела от этого отказываться ни при каких условиях, однако мы никогда не получаем того, чего хотим. У неё были определенные обязательства перед семьей или учителями, поэтому музыка отошла на второй план, но никогда не забывалась. Как только у девушки появлялось свободное время — она сразу же, без раздумий, отдавала его музыке. Мелани никогда не отказывалась от своего увлечения, но неудачи и последующие издевательства со стороны за эти самые неудачи, постепенно потушили запал девушки. Вернулось все то, с чем она так долго боролась — страх сцены и самовыражения. Микрофон в руке, что до сих пор так удобно и привычно лежал в руке, стал неподъемным молотом. То же самое случилось и с роялем — клавиши были настолько тяжелыми под пальцами девушки (или пальцы девушки были недостаточно сильными — она не знала), что просто не нажимались. Вместо красивых аккордов в помещении звучала лишь тишина и едва уловимые всхлипы. Со временем, конечно, девушка привыкла к тому, что снова стала обычной, но смотря на всех тех, кто утопил её, она испытывала зависть: «Почему они живут так счастливо? Почему я не на их месте?»

***

Обменявшись рукопожатиями, Мелани вернулась к Кевину, стоящему всё еще поодаль палатки музыкального клуба. — Они тебе даже никакого мерча не подарили, хотя обещали. Грубияны, — Дей хотел начать свою привычную недовольную тираду о том, что можно было бы и подумать, прежде чем делать, но он увидел горящие от радости глаза подруги и решил тактично промолчать. — Зато мне рассказали о фестивале для первокурсников, который пройдет в ноябре! И сказали, что я буду им очень нужна для участия! В меня поверили, Кев, для меня это важно! Слабо кивнув, друзья продолжили свой путь по Аллее изредка заглядываясь на какие-либо другие кружки. Сам же Кевин уже точно для себя решил, что он запишется только в научное общество. Никуда более. Никто другой не сможет привлечь его внимание. Стоп— Палатка братства и сестринства института историков отличалась своей цветастостью: в дизайне использовались фирменные цвета, выкрученные на максимум насыщенности. Именно это и привлекало внимание всех зевак в радиусе пяти-шести метров. — Мэл, если хочешь, можешь идти вперед. Я хочу узнать подробнее, что предлагает наша лига, — ответ девушки («Ты хуже тупого качка-футболиста, те хотя бы не так часто меняют свое мнение») Кевин уже не услышал. Он был на полпути к палатке, чтобы поговорить с руководителем и заместителем актива института. Проходит момент и вот Кевин уже вступил в театральное направление своего колледжа и обменялся контактами с его непосредственным руководителем — Рико. Спустя мгновение парни обменялись рукопожатием и улыбнулись друг другу. А еще спустя несколько минут Дей возвращался к Мелани, которая присела под деревом, чтобы подождать парня. Он буквально был обклеен различными наклейками, связанными с направлением, которое он решил посещать. Помимо всяких ярко-красных фениксов и колонн, которые символизировали то, что они собираются ставить в течение года, на левой скуле можно было заметить кое-что любопытное. — Двойка? Это тебе типо сразу оценку за семинар по истории Древнего мира поставить решили? — девушка откровенно издевалась над парнем, пока тот, краснея, пытался объяснить ей значение этой двойки. — Я второй. — Милый мой лучший друг, мы вроде не договаривались играть в шарады. Почему ты второй? — А, я второй после Рико, кто выбрал посещение семинаров по театральному искусству по четвергам. Видела бы ты в этот момент взгляд его заместителя, у которого была цифра «3» на щеке: он буквально молил меня бежать оттуда. Забавный француз, конечно! — наклейка в виде римской «2» хорошо смотрелась на скуле парня, чего грех таить, но собеседницу действительно напряг подобный подход разделения на классы? Касты? Сословия? Она сама до последнего не могла понять, к чему это можно отнести.

***

Первая, ой, ознакомительная неделя в университете началась с традиционного показа мод в коридорах корпуса. Каждый студент, особенно первокурсники, выделялись как могли: Кевин и Мелани могли поклясться, что видели человека в костюме пива. Пива, черт возьми! Преподаватели же, в свою очередь, только поддерживали творческую инициативу студентов и не делали никому выговор за «неподобающую» одежду на занятиях. Все были в плюсе. Именно это нравилось всем студентам. Все стремились получить свободу в течение учебы в школе и спустя пору выпускных и вступительных экзаменов — вот она! На блюдечке! (это обязательное событие в жизни каждого первокурсника, нам нельзя вмешиваться!) Самой первой лекцией в расписании историков стал тренинг по безопасности, на котором преподаватель рассказала самые стандартные правила действия при пожаре и прочих чрезвычайных ситуациях. Если кратко — скукота. Следующая лекция по расписанию обещала быть интереснее. «История родного края» — это тот самый предмет, который ненавидели кураторы их группы, но который понравился всем одногруппникам Кевина. Почему — спросите вы? Нет, не из-за преподавателя или материала курса, а из-за того, что первая их лекция плавно перетекла в экскурсию по окрестностям университетского кампуса. По мере прогулки с преподавателем истории, Дей открывал для себя много нового в месте, которое, как ему казалось, было для него уже родным. — Здание вашего корпуса, господа студенты, раньше было зданием женской гимназии, которое в конце 1990х было отдано государству под банк и уже в начале 2000х переоборудовано под здание учебного корпуса, — приезжие студенты задавали преподавателю уточняющие вопросы, в то время как все те, кто живут в непосредственной близости от корпуса, открывали и закрывали рты от удивления. Немного отойдя от шока, что эта развалюха (то есть, корпус) имеет такую интересную историю, Кевин отошел назад, чтобы поиздеваться над подругой. — А ты жаловалась на здание нашего учебного корпуса, Мэл! Какое неуважение к этому зданию 19 века! — Кто бы говорил, — Мелани перевела свой взгляд с друга на здание и задумалась. — Эй, ты чего такая кислая? Расстроилась, что банк в 90х обанкротился или что? — а ведь Дэй действительно был прав — лицо Мелани перекосило так, будто она съела лимон. Даже два. — Просто задумалась. Многие здания этого времени разрушены под влиянием войн и времени, а это стоит просто за счет того, что за ним ухаживал тот банк. Без него, это здание постигла бы та же участь, что и многие постройки 19 века. Война бы их не пощадила. Какая — решай сам, но я делаю ставки на Вторую мировую. — Это…очень глубокие мысли для обеденного времени. Ты точно в порядке? Мёрфи щелкнула парня по носу и прошла вперед, где стояла большая часть их группы, чтобы продолжить слушать экскурсию.

***

Всю пару студенты слушали интересные факты про все окружающие корпус здания, памятники и аллеи и вот список наиболее интересных: памятник через дорогу от корпуса был построен в честь пожарных, аллея в ста метрах от корпуса — символ революции, там же находится инициатива кафедры историков — «культурная тропа». Как рассказал историк, эта тропа изначально задумывалась как маршрут исключительно для туристов, но позже они поняли, что нравится он и местным, поэтому стали развивать еще больше направлений для пеших прогулок людей по историческим землям. — Я слышал, что есть специальный маршрут, посвященной событиям американской депрессии. Это тоже ваших рук дело? — несколько лет назад шатен вычитал в интернете интересную статью про Великую депрессию, а точнее — маршрут данной экскурсии, посвященной событиям кризиса. Статья тогда настолько зацепила Кевина, что он просил отца провести его по этому маршруту, на что получил отказ: «Кевин, я же не историк. Я тебе ничего не расскажу…». Именно с этого момента, Дей решил, что хочет стать историком и знать «все-все факты мира». — Мы составляли его совместно с другими научными сотрудниками, но в целом, да, это наших рук дело, — преподаватель улыбнулся студенту и предложил вернуться обратно в аудиторию. — Наше с вами время подошло к концу, а у вас, насколько я помню, еще пара латинского после меня. К миссис Мин лучше не опаздывать, поверьте моему многолетнему опыту. Вернувшись в университет, остаток дня прошел без каких-либо казусов. Латинский показался Кевину легким, в то время как Мелани и еще несколько ребят из группы явно испытали сложности с пониманием того, что на паре вообще происходило. После пары все студенты побежали либо на автобусную остановку, либо в общежитие, либо на парковку — вне зависимости от выбора пути, студенты все равно либо стояли в очереди на остановке, либо стояли в пробке на выезде с парковки. Уж сильно все хотели оказаться дома. Кевина постигла участь тех, кто стоит на парковке. Он нервно сжимал руль и не понимаю, почему «на ебучем выезде есть ебучая пробка?!», в то время как Мелани, сидя на пассажирском сидении, пила сахарную бомбу, ой, тыквенный латте и листала ленту ТикТока, показывая своему другу видео с котиками, чтобы тот подобрел. Это особо не помогало, но заземляло Дея и успокаивало его хоть на какое-то время. Только спустя час студентам удалось выехать с парковки и выехать на основную дорогу. И еще спустя 40 минут, Дей наконец оказался дома, морально готовясь перелопатить почти весь учебник латинского, чтобы сделать домашнюю работу на семинар. На вопрос отца о его дне, он ответил: «Было…интересно? Не знаю, я будто ожидал большего»