Часть 3. Секрет номер «раз»

      Пока группа ехала к месту захвата, Ионов всё пытался тихо выяснить у Мурашовой, чем была вызвана её столь странная реакция.       — Я в порядке, Вась, — попытавшись улыбнуться, ответила Мура, — просто растерялась немного поначалу. Моя мама в «Звезду» с утра собиралась, вот я и… — Евгения запнулась. Остальные понимающе переглянулись, даже не догадываясь, какая на самом деле буря чувств бушевала в душе их коллеги.       Доехав до места, группа выгрузилась. Булатов отправился к полицейскому начальству для получения новой информации и согласования действий разных структур, а Бизон принялся распределять задачи среди своих бойцов.       — Мурашова, ты как? — обратился он к Жене. — Истерик не будет?       — Я в порядке, товарищ капитан третьего ранга. К выполнению поставленной задачи готова.       Мурашова       Пока Батя с Бизоном координируют и согласовывают действия, украдкой достаю телефон и снова пытаюсь вызвать маму. Почему-то не сомневаюсь, что они где-то там, среди заложников. Так близко и так неимоверно далеко одновременно. На том конце лишь длинные гудки. Сердце то замирает, то пускается вскачь. От бессилия и невозможности быть рядом с самыми дорогими и близкими или помочь им прямо сейчас, хочется плакать, но нельзя. Сейчас я, в первую очередь, боец. Собранный, сосредоточенный на предстоящей задаче солдат. Контр-адмирал прав, если я не возьму себя в руки, снизится общая боеспособность группы, и тогда возможны ошибки, при мысли о цене которых, сердце останавливается.       — Итак, задача группы следующая… — голос Булатова вырвал Мурашову из собственных мыслей, заставив вернуться в реальность. Она тряхнула головой и прислушалась к тому, что говорит контр-адмирал.

***

      ТЦ «Звезда», некоторое время спустя       Большую часть заложников удалось освободить почти без боя, группа под командованием многоопытного Булатова действовала слаженно и профессионально. Пострадавших среди заложников оказалось немного, в основном синяки, ссадины да порезы от разбитых стёкол. Террористов тоже удалось кого ликвидировать на месте, кого повязать. Однако, как выяснилось уже в ходе штурма, трое бандитов успели скрыться в небольшом помещении на последнем этаже, где и оказались заблокированными, выставив перед собой живой щит из женщин и детей. Терять мерзавцам было нечего, а потому угроза жизни заложников резко возросла.       Мурашова отчаянно искала среди выведенных из здания людей своих родных. Кто-то из спасённых сказал, что похожие по описанию женщина и ребёнок остались среди последней группы заложников. Чувствуя, как внутри вновь нарастает панический ужас, Евгения бросилась к Булатову, который уже составлял план новой операции.       — Товарищ контр-адмирал, разрешите… — начала она.       — Не разрешаю, лейтенант! — резко прервал её Булатов. — Ты останешься здесь. Вместе с Умановой. Это приказ! — и отвернувшись от застывшей девушки, Батя продолжил инструктаж. — Физик, мы с тобой заходим вот здесь, — он указал место на плане здания, — Кот с Бизоном входят вот здесь, далее действуем по обговоренному плану. Вопросы? Тогда начинаем.       — Това… — начала опять Женя.       — Мурашова, отставить! Или я считаю твои действия неподчинением прямому приказу. Со всеми вытекающими.       — Есть, отставить, — пересилив себя выдавила Мурашова.       Уманова, уже потянула было Женю в сторону, чтобы не мешать остальным, когда та обернулась, и глядя на мужчин произнесла:       — Пожалуйста! Там… там мой сын.       — Че… го?! — вытаращил глаза Ионов, оглядев не менее удивлённых Бизона и Физика.       — Вот те на! — только и сумел сказать Мыцик.       — Офигеть, как вовремя, — закатив глаза, добавил Бизон.       — Мурашова, уйди с глаз! — рявкнул Булатов, и, дождавшись, пока девушки отойдут в сторону, обратился к смерчевцам: — Значит так, действуем, как говорили. Все вопросы будете задавать после. Ясно?       — Так точно, — за всех ответил Тарасов.

***

      — Сын… — пробормотала Уманова. — Ни фига себе! Жень, а откуда у тебя сын, — не удержалась Олеся, понимая, что вопрос, в общем-то, звучит по-дурацки.       — Оттуда… — не отрывая глаз от здания торгового центра, спонтанно ответила Мурашова.       — Не, я понимаю, — отчего-то покраснела Уманова, — просто… просто ты никогда не говорила, что у тебя есть ребёнок. Как-то неожиданно… А кто отец? — вопрос прозвучал прямо-таки с детской непосредственностью, и Уманова, спохватившись, поняла, что сейчас не время выяснять. Хотя Мура, кажется, даже не обратила на прозвучавший вопрос ни малейшего внимания, продолжая неотрывно смотреть туда, куда ушла группа «Смерч».

***

             У главного входа в торговый центр возникло какое-то движение, и все наблюдавшие за зданием напряглись. И только увидев, что это бойцы спецназа выводят последних заложников, люди испустили дружный вздох облегчения, чувствуя, как падает с плеч огромная тяжесть миновавшей беды. Мурашова, удерживаемая Умановой, напряжённо выискивала в толпе своих. Заметив среди людей знакомую вихрастую русую голову, Женя бросилась навстречу.       Лёшка, почему-то сидевший на руках Ионова, заметил мать и потянулся к ней.       — Мам! — разнёсся над толпой звонкий детский голосок.       — Вот, контр-адмирал велел передать ЭТО тебе лично в руки, — сказал Ионов, опуская мальчишку на землю.       Следом к дочери подскочила заплаканная Светлана Алексеевна.       — Ну, всё, мам, всё. Уже всё позади, — бормотала Женя, прижимая к себе мать и сына, и не замечая, как у самой из глаз текут слёзы.       Подошедший Булатов что-то сказал и отвёл смерчевцев в сторону, давая возможность семье Мурашовых прийти в себя от пережитого.