Часть 1

      Шаг, от каблука на сцене слышится цокот, в некоторых местах деревянные половицы скрипят под напором тела. Девушка перед зрителями порхает подобно журавлю, грациозно и чётко, не смея совершать ни единой ошибки. Ах, и почему юных дев по сценарию ждёт один единственный печальный итог? Будь то потеря близкого, утрата себя, человечности и жизни. Описание горя красиво и близко к простым людям, для кого-то даже является вдохновением для совершения ужасных вещей.       Фурина не любит подобные концы, какими бы красивыми по описанию они не являлись, потому что желает для всех простой жизни. Без жестокой печали и ужасающего её сердце горя, всё это им не нужно, не для этого прошлый Архонт жертвовала своей жизнью. Как и жизнью будущего, что считает дни за днём сжав руки в мольбе в ожидание чуда.       Зеркало молчит со дня осознания Фуриной одной истины - она живёт. Речи зеркальной девы вторили играть роль правителя, Архонта для своих подданных, до момента исчезновения людского проклятия от пророчества в небытие. Отражение, кажется, подходит ближе и просит ласковым голосом хранить их тайну, иначе небеса обрушат свой гнев на всё живое.       Фурина же хорошая девочка...да?       Конечно. Считает стоящая напротив зеркала девушка, ведь это не займёт много времени, верно? Она обязательно выполнит обещанное.       Проклятый человек, играющий роль Архонта, падает на колени перед своим отражением, что вторит движениям тела. Роняет слёзы с щёк и молит о слове с той стороны, слыша лишь собственный надрывный плачь, да дрожащий в тишине голос. Фурина сбилась во времени, ведь прошло так много с последнего и единственного разговора. Ни одному существу она не доверила тайну, секрет огромный скрыла даже от надгробной плиты, от родного, что мог бы смолчать и поддержать.       Не может. Как быть ей в молчаливой тишине и собственном отвратном отражении? Играет всю свою осознанную жизнь роль напыщенного, самовлюблённого и любящего спектакли Архонта, живёт ради других и их счастья. Когда это счастье появится у неё самой? Она сделала слишком мало? Ландыши красивы и слишком приятно пахнут, радуют глаз, что закроются на веки от сильного яда. Быть может, в действительно последний раз, смогли бы блестящие от наличия жизни омуты увидеть спектакль в россыпи цветов?       Может ей не стоит жить во тьме?       Аквамарины на меч смотрят с ужасом, в глубине плещется сомнение на пару с чувством терзающего долга. Она ведь обещала призраку памяти дождаться конца, быть может тогда не дрогнет рука и сердце в решении?       Собственный суд играет с ней злую шутку. Сердце бьётся в бешеном ритме, сознание убивается в неверенье, что до такого могло дойти. Попытки себя оправдать рождали новые сомнения, громкий и грациозный голос стихал под натиском желанной людьми истины.       Несчастье предначертано и ей самой, как тем юным девам, которых когда-то отыгрывала на сцене большого театра. Доверие к себе рушится мелкими осколками, не сумев выполнить одно единственное обещание, данное когда-то в закромах памяти, там же и похоронено под натиском психики. Смерть приписана ей судом, механизмом, раскрывающий грехи. Защита чужих жизней стало плодом раздора желания, сомнений и тишины. Проклятый человек уже не видит смысла ни в жизни, ни в ядовитых цветах, ведь всё это имеет один конец.       Всего шаг до тьмы, да?