Глава 6

Саске ухмыльнулся и бросился прямо к Хаку, не удосужившись дождаться Кибу. Однако это совершенно не беспокоило Хаку, поскольку она легко блокировала удар и последующий удар. Она наблюдала, как Саске все больше и больше расстраивался с каждой заблокированной попыткой, задаваясь вопросом, как тот, кто так быстро впал в ярость, стал ниндзя. Она увидела, как другой мальчик подбежал, поэтому быстро поймала нацеленный на нее кунай и нанесла печати одной рукой. «Сенсацу Суйсо». Образовав вокруг них купол водного сенбона, она заставила Кибу остановиться как вкопанный, так как он больше не мог приблизиться, не попадая под атаку. Однако незадолго до того, как атака успела поразить цель, Саске высвободился и быстро нанес каварими единственное, что было достаточно близко. Единственное, что было слышно, кроме звука удара сенбона по плоти, был крик: «Какого черта?» Киба и вздох удивления Акамару, который теперь бежал к своему сбитому хозяину. Хаку было противно, что черноволосый мальчик так использовал своего товарища по команде. Мальчику-собаке повезло, что она не целилась ни в какие жизненно важные органы. Он бы выжил, но вышел из строя, так что, по крайней мере, ей пришлось иметь дело только с Учихами. Она заставит его заплатить за причинение вреда тому, за кем он должен был приглядывать. Она заставит его чувствовать боль гораздо сильнее, чем его товарищ по команде. «Вы презренны. Используете товарища, чтобы спасти себя». «Ха. Я последний Учиха. Для него должна быть честь умереть, чтобы спасти меня. Когда ты последний представитель своей родословной, именно так все и происходит». «Правда сейчас? Так что же произойдет потом, когда двое из последних представителей их родословной встретятся и сразятся?» «Это легко. Побеждает сильнейший родословный, и нет никого сильнее шарингана». — Шариган, да? Я слышал о нем, но не вижу его в тебе. Хаку ухмыльнулась под маской, пока Саске покалывал от удара. «Он просто еще не активировался. Для этого требуется ситуация жизни или смерти. Это означает, что я не встретил противника, достаточно сильного, чтобы даже быть равным мне, не говоря уже о том, чтобы подтолкнуть меня настолько, чтобы стать проблемой». «О, ты встретил одного. Он даже ел под одной крышей с тобой. Блондин, Наруто. «Как ты смеешь сравнивать со мной такого слабака. Такой мертвый последний, как он, никогда не сможет стать проблемой для такого, как я». «Возможно, но теперь ты столкнешься с другим, кто станет твоим вызовом. Теперь мы увидим, у кого более сильная родословная. Ты; Учиха, который не претендует на истинную природу своего имени, или я; последний из пользователей хётонов и полностью способен использовать свою родословную. Я покажу тебе свое величайшее достижение. Постарайся не умереть слишком быстро, могучий Учиха…» Саске мог только стоять, пока вокруг него формировались ледяные зеркала. Когда он попытался сбежать через отверстие, которое еще не образовалось, оно сразу же преградило ему путь. Ухмыляясь, он собрал свою чакру и применил свое любимое дзюцу. «Катон: Гокакю но Дзюцу!» Огонь пылал на льду, и Саске вливал в него столько чакры, сколько мог. Ухмыляясь, он побежал сквозь дым, чтобы скрыть свой побег, но был остановлен, когда столкнулся лицом к лицу с ледяным зеркалом, которое, как ему казалось, растаяло. Когда Хаку подошла к одному из зеркал, она засмеялась над мальчиком. «Твой огонь не сработает против меня, дорогой Учиха. Этот лед пропитан моей чакрой. Потребуется пламя более горячее, чем может произвести твое маленькое тело, чтобы заставить его хотя бы испаряться. Теперь узнай свое место в этом мире». Когда последняя часть ее тела слилась с зеркалом, отражение Хаку продублировалось в каждом зеркале купола. Саске впервые в жизни с ужасом наблюдал, как каждое отражение рисовало набор сенбонов. «Почувствуй боль предательства Учиха». С этими словами сенбон полетел по воздуху к одинокой цели. Вернувшись в дом, Наруто только начал просыпаться. Он почувствовал небольшую боль в груди, но, потерев ее, обнаружил, что рана уже зажила. Это удивило бы большинство людей, но для него это была обычная жизнь. Не имело значения, насколько сильно его избили или сколько раз ему нанесли ножевые ранения. Большинство полученных им ран зажило на следующий день. Одевшись и сделав утреннюю разминку, он спускался вниз, когда услышал крик. Он приземлился внизу одним прыжком, как раз вовремя, чтобы увидеть, как вопящая Инари выбегает из входной двери. «Отпусти мою маму!» Поняв, что происходит, Наруто последовал за мальчиком и догнал его как раз вовремя, чтобы выполнить быстрый каварими с Инари и вытащить свои собственные клинки, чтобы заблокировать два меча, которые должны были разрезать ребенка на трети. «А теперь, джентльмены. Знаете, есть более приятные способы пригласить женщину на свидание». Его ниндзя-то держалось твердо, а меч, который он блокировал, легко удерживался. Однако со стороны катаны его рука немного дрожала от давления. — Либо этот немного сильнее, либо, что более вероятно, я еще не привык к катане. Возможно, для такого клинка это будет на несколько лет преждевременно. Если судить по реакции Забузы, то, возможно, не помешает оставить ее при себе в целях запугивания.' Два ронина вытащили мечи и приняли стойку готовности. «Заткнись, малыш. Гато хочет, чтобы эта маленькая шлюха отомстила тому строителю моста, и Гато получает то, что хочет Гато. Не так ли, Тамоцу?» У Наруто было достаточно времени, чтобы услышать звук лезвия, рассекающего воздух, прежде чем ему нанесли удар по спине. ПУФ В облаке дыма он исчез, как и Инари и Цунами. Трое наемников лихорадочно оглядывались по сторонам в поисках потерянных подопечных. «Черт возьми! Вот почему мне не нравится иметь дело с ниндзя, они всегда такие подлые. Без обид, Тамоцу. «Ничего не забрали, я тоже не очень люблю иметь дело с себе подобными», — ответил новый человек. Звук металла, рассекающего воздух, снова послышался, когда два самурая вовремя повернулись, чтобы заблокировать пару брошенных им сюрикенов, в то время как Тамоцу просто отпрыгнул в сторону. Он был бойцом на расстоянии, и сюрикены обычно нападали на Тоо в ближнем бою. Все они были удивлены, хотя услышали еще один ПУФ, когда сюрикены превратились в клонов. Прежде чем они успели среагировать, два самурая были вне себя, в то время как ниндзя легко расправился с нападавшим на него собственным сюрикеном. посреди улицы возле дома Тазуны, ожидая нападения. «Ты неплохой парень, я тебе это отдам». Он надеялся поддразнить мальчика, чтобы тот выдал свою позицию. Наруто спокойно обошел угол дома и уставился на ниндзя: «Тамоцу Уэсуги, он же Вестник Шквала, пропавший ниндзя Киригакуре-но Сато, последний известный ранг: Чунин «. . Вы хорошо информированы для ребенка. Я бы спросил твое имя, но когда ты умрешь, это не имеет значения». «Узумаки Наруто псевдонимов нет, генин Конохагакуре-но Сато». Наруто слегка поклонился, ухмыляясь своему противнику. «Я рад, что я взял ту книгу о Бинго по дороге сюда. В противном случае я бы не знал, чьи головы собирать. Наруто медленно вытащил катану обратно, чтобы проверить свои теории, и наблюдал, как глаза чуунина становились все шире и шире с каждым дюймом, доказывая, что это действительно была хорошая идея. Фактор запугивания, по крайней мере, против ниндзя Кири. «Н-нет… ни в коем случае…» Именно тогда он совершил свою ошибку, чунин, точно зная, кому принадлежит меч, попытался сбежать от того, кто, по-видимому, убил его. : Мидзураппа. Несколькими быстрыми жестами он заставил небольшой струйку воды броситься в сторону блондина, а затем побежал к деревьям поблизости и бросился на ветки. Он крикнул через плечо, услышав, как мальчик преследует его. «Нет никакого выхода в аду. генин мог бы победить его! Кто ты, черт возьми?!» Его кровь застыла, когда ответ, казалось, прошептал ему прямо на ухо. «Твой худший кошмар, а теперь и твоя смерть. Прощай, Вестник Шквала…» Вспышка стали и красные брызги сделали дело. Чуунин теперь лежал без головы у ног Наруто. Собрав все, что мог, и запечатав голову, Наруто сжег труп, чтобы он не загрязнял лес возле дома Тазуны. Он не хотел, чтобы Инари или Цунами наткнулись на него, если они решат в ближайшее время прогуляться. Возвращаясь к дому, он обнаружил двух самураев привязанными к столбу, а рядом с ними стоял Инари с огромной улыбкой на лице. «Я составил им компанию, Нии-сан!» Наруто издал смешок. Он не мог остановить себя. «Хорошая работа, Инари, и хорошая работа по защите твоей матери. Это то, что делают настоящие мужчины. Это то, что делают герои…» Наруто подошел к самураям и развязал их. Инари собирался возразить, но Наруто улыбнулся ему и жестом приказал подождать. Он перебрал их вещи, убрав все достаточно острое, чтобы порезаться, и все полезное для него, включая оружие. Их кошельки с деньгами он бросил Инари, у которой глаза вылезли из орбит. После того, как все было запечатано, он снова правильно связал их, стараясь делать это достаточно медленно, чтобы Инари могла видеть. Примерно в это же время они начали просыпаться. Хотя они, возможно, были немного удивлены, увидев, что их приветствует блондин, вскоре они начали злобно ухмыляться. «Похоже, тебе повезло, малыш. К настоящему времени твои друзья на мосту мертвы, как и тот строитель». Инари был на грани слез, когда Цунами выбежала и прижала его к себе в попытке матери защитить своего ребенка, каким бы ни был враг. Наруто, с другой стороны, ухмыльнулся и посмотрел на наемников. «Меня не волнует, умрут ли эти три марионетки, но вам будет сложно найти кого-то, кто сможет сразиться с Какаши. Он уже однажды победил Забузу. Он сделает это снова». Он быстро избил двоих тупым концом своего меча, прежде чем повернуться к двум обезумевшим членам семьи. «Не волнуйся. С Тазуной-сан все будет в порядке. Обещаю. Присмотри за этими двумя ради меня, пожалуйста. Если они начнут просыпаться, просто стукни их по голове воком или чем-нибудь еще». Увидев, как они оба кивнули и вытерли слезы, он повернулся и помчался по дороге к мосту. Дела ни у кого из защитников моста складывались не очень хорошо. Саске с помощью Хаку старался изо всех сил изображать дикобраза посреди ледяного купола. Он частично активировал свой шаринган, но после стольких травм это было бессмысленно. Ему было так больно, что даже дышать было чертовски больно. Хаку, с другой стороны, прекрасно проводила время. Киба лежал снаружи купола без сознания, а Сакура стояла рядом с Тазуной и размышляла, что ей делать. Из-за густого тумана она ничего не видела.но она могла слышать крики боли Саске и звук удара металла о металл после боя Какаши. У Какаши тоже были тяжелые времена с Забузой. Туман был настолько густым, что его шаринган был практически бесполезен. Единственное преимущество, которое это ему дало, заключалось в том, что у него было достаточно времени, чтобы уклониться от большинства атак Забузы, поскольку они были видны в его ограниченном поле зрения всего за пару футов до удара. Ему все же удалось получить порез на руке и еще один на груди, но он все еще был жив. Никто из них не заметил, как размытое пятно направилось к куполу, оставаясь на расстоянии видимости тех, кто находился внутри. Наруто наблюдал, как сенбон Хаку неоднократно пронзал Саске, не давая ему времени блокировать снаряды. Казалось, что атаки происходили со всех сторон, хотя он отметил, что время каждого сета было немного разным. Через несколько мгновений Саске не смог больше терпеть и рухнул на колени. Наруто собирался войти и вывести его, но остановился, когда зеркала Хаку начали таять. Девушка подошла к Саске, пока не оказалась вне его досягаемости. Примечателен своими нерешительными попытками замахнуться на нее. «Видишь, Учиха. Даже такой великий, как ты, может упасть. Без товарищей по команде, прикрывающих твою спину, ты — ничто. Возможно, если бы ты не поменялся местами с этим собачьим мальчиком, он был бы в состоянии блокировать атаки в твою спину. Тогда вы оба, вероятно, пережили бы меня. Знайте, что именно ваше высокомерие погубило вас». Она вытащила еще одного сенбона и приготовилась к последней атаке, но была остановлена, поскольку еще одно тело преградило ей путь. — Ах, Наруто, значит, атака Забузы-самы все-таки была бессмысленной. Я рад видеть, что с тобой все в порядке, но я должен попросить тебя не вмешиваться. «Мне очень жаль, но я не могу позволить тебе убить его. Может, он и придурок, но он все еще мой товарищ в этой миссии, и мой долг — сохранить ему жизнь, если это возможно». Именно в этот момент Саске смог собрать достаточно сил для еще одного действия. Он быстро схватил Наруто за левое плечо и правую руку, когда тот встал. — Э-так ты… умрешь, зная, что… защитил У-Учиху. Почувствуй себя привилегированным… д-добе. К несчастью для Саске, он потерял почти всю свою силу, поэтому, когда Наруто развернулся и отбросил его на другую сторону моста, он был бессилен остановить это. Он рухнул кучей, потеряв сознание. «Ну, какое-то время он нас не побеспокоит. И где же мы были?» «Меня удивляет, что после такого обращения вы все еще готовы его спасти». «Поверь мне, для меня было бы намного хуже, если бы я этого не сделал. Теперь я должен попросить тебя довериться мне, Хаку-чан». Хаку приподнял бровь, хотя и не мог этого видеть из-за маски, но то, как она при этом повернула голову в сторону, показало ему, что она сомневается в его мотивах. «На твоей шее сзади есть печать замены памяти, и я хотел бы снять ее, если ты мне позволишь». Хаку сделал шаг назад.«И почему я должен доверять тебе такое? Откуда мне знать, что ты не нападешь на меня, пока ты прикрываешь мою спину?» «Ты не знаешь, поэтому я прошу тебя довериться мне. Я не хочу делать это так сложно…» Наруто протянул печать, которую он решил использовать на ней, чтобы показать ей, что это такое. «Я наложу это на печать на твоей шее сзади и отменю эффекты на то время, пока она будет наложена. Это позволит тебе помнить то, что ты была вынуждена забыть, пока я не смогу отменить печать навсегда. Если хочешь, можешь надеть это на себя, этот край должен быть направлен вверх. В остальном все довольно просто». Он протянул печать дальше, чтобы она могла взять ее, если захочет. Она снова наклонила голову набок, словно обдумывая предложение. «А каковы побочные эффекты печати?» «Ты будешь чувствовать усталость некоторое время, но тебе не будет причинен вред. Ты не сможешь сражаться в полную силу, пока эффекты не исчезнут, но кроме этого ничего». Он улыбнулся, когда она протянула руку и взяла у него печать, изучая ее поближе. «Твоя печать где-то здесь». Он сказал, указывая на место на своей шее, чтобы она знала, куда поставить контрпечать. «Если бы ты обманула меня и сказала, что это ничего не даст, я бы пронзил тебя на месте, но ты, кажется, говоришь правду, и ты оставил меня в лесу, когда мог бы легко убить меня. Я отплачу тебе тем же доверием. Моя жизнь в твоих руках, Наруто-сан». Сделав глубокий вдох, она приложила печать к затылку и тут же почувствовала головокружение от этого. Она чувствовала, что становится сонной, как он и сказал, но, что более важно, она могла видеть свои истинные воспоминания, когда они нахлынули на нее. Всего через пару минут она стояла на коленях и плакала, отбрасывая маску. «Он убил их. Это было не из-за чистки родословной. Он сделал это!» Наруто в мгновение ока оказался рядом с ней, не давая ее лицу удариться о мост. «Хаку! Ты в порядке? Клянусь, это не должно было причинить тебе вреда. Дай мне взглянуть. Я исправлю это!» Она оттолкнула его руки от себя. «Нет! Я должна это получить. Я больше не позволю ему контролировать меня!» «Кто это был Хаку? Кто контролировал тебя?» У него уже была догадка, но ему нужно было заставить ее это сказать. «…Забуза» Через несколько секунд она снова была на ногах с решимостью в глазах, пока она неуверенно шла туда, где они могли слышать лязг металла. Когда они приблизились, они услышали новый звук рычания собак, когда два джонина разговаривали. Затем сквозь туман они увидели потрескивание света неподалеку, сопровождаемое чем-то, что почти походило на щебетание стаи маленьких птиц. Еще несколько секунд, и туман начал рассеиваться, показывая раненого Забузу, которого держали многочисленные собаки, а Какаши стоял перед ним с потрескивающим шаром чакры в руке. Забуза посмотрел на Хаку и улыбнулся. «Ах, похоже, ты не сможешь убить меня сегодня, Какаши.» Саид Джонин проигнорировал его, когда он бросился вперед, намереваясь покончить с жизнью Забузы. Его остановило, когда чья-то рука схватила его за запястье и крепко удержала. Он проследовал за рукой и увидел знакомое лицо. — Наруто, какого черта ты делаешь? Наруто только покачал головой и посмотрел туда, где Хаку приближался к обездвиженному Забузе. «Хаку, избавься от этих дворняг, чтобы я мог покончить с этим шоу. Тогда мы сможем убить старика и получить свою плату». Хаку просто подошел ближе. «Хаку, ты слышал…» «Это был ты…» Забуза посмотрел на свою партнершу, когда она приблизилась к нему. Ее опасный подтекст был легко очевиден. «Это не мой отец убил мою мать, это был ты». Забуза теперь увидел угол бумаги, торчащий из ее шеи. Он пристально посмотрел на Наруто. «Итак, ты это понял. Признаюсь, я впечатлен». Хаку продолжил, как будто ничего не говорил. «Вы убили моего отца, когда он отказался выдать нас. Затем мою мать прямо у меня на глазах, когда она отказалась помочь вам с вашими планами. Тогда я ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Я едва смог сделать это. больше, чем шарик воды. Ты все это скрыл и научил меня быть твоим инструментом, используя меня все это время, зная, что это ты убил моих родителей». Хаку теперь стоял перед ниндзя-отступником и пристально смотрел на него. «Ты болен!» Она снова создала купол из сенбона, на этот раз вокруг своей, когда-то, фигуры отца. Не имея возможности уйти, собаки Какаши разбежались. «У тебя никогда не хватило духу убить Хаку. Холодный, как лед, но все же слишком мягкий». Забуза начал смеяться, пока сенбон не приблизился к нему. С тошнотворной струей крови все закончилось. Некогда могучий мечник теперь был не чем иным, как бездушной кучей плоти. Хаку смотрел на труп целую минуту, прежде чем пара рук обхватила ее за талию. Только тогда она позволила себе заплакать, повернулась и рухнула на грудь Наруто. «Наруто, мне придется попросить тебя отойти от нее. Она все еще враг. Она напала на двух ниндзя листа и убила одного». «Ни один из них не мертв». Послышался слабый голос Хаку. «Что?» «Они не мертвы. Я никогда никого не убивал… до сих пор. Хотя я намеревался убить Учиху, каждая атака до этого момента не была смертельной». — Так почему ты намеревался убить Саске? — спросил циклопический джоунин. «Он использовал своего товарища по команде, чтобы отключиться. Заставил собачника принять на себя удары, которые были предназначены для него, но они тоже не были смертельными». Какаши хотелось блевать. Его собственный ученик пытался пожертвовать одним из своих товарищей по команде, чтобы выжить? Ему ни в коем случае не следовало проходить мимо них, но он знал, что какое бы решение он ни принял в то время, Совет Конохи протолкнул бы команду мальчика. «Я ручаюсь за нее, Какаши». Он повернулся к блондину. «У нее больше чести, чем у всей твоей команды вместе взятой. Я ручаюсь за нее». Клак Клак «Как бы трогательно все это ни было, я очень занятой человек. Так что, как насчет того, чтобы закончить это сейчас?» Все сознательные головы повернулись к недостроенному концу моста, чтобы увидеть невысокого бизнесмена, окруженного сотнями наемников. Наруто и Какаши бросились к Тазуне, вставая в оборонительные стойки. «Я вижу, что моя догадка была верна. Забуза не ровня ниндзя Конохи, и тот недоумок, которого я послал за его дочерью, тоже». При упоминании Цунами Тазуна сделал шаг вперед. «Если ты поднимешь на нее руку, я сам тебя выпотрошу!» «А, у великого строителя мостов есть хребет. Мне жаль, мой дорогой человек, но в этом мире деньги — это сила, и когда ты так богат, как я, ты можешь позволить себе много власти… убей их». С ревом боевого клича волна наемников ринулась вперед, когда маленький человек исчез из виду позади них. «Какаши, насколько ты силен прямо сейчас?» «Около четверти». «Чёрт. Хаку будет не в строю некоторое время, Киба и Саске тоже сейчас не в строю, а Сакура практически бесполезна. Хорошо, я собираюсь выиграть тебе немного времени. Прими солдатскую таблетку и немного отдохни. Когда будешь готов, присоединяйся к веселью». Не дожидаясь ответа, Наруто бросился в лобовую атаку на массу смерти. Когда две стороны приблизились, он закричал. «Таджу Каге Буншин но Дзюцу!» В огромном облаке дыма мост теперь был заполнен бойцами с обеих сторон. Через несколько секунд они столкнулись в огромном облаке дыма и крови, поскольку обе стороны начали нести потери, когда смертельный удар совпадал с смертельным ударом. По мере того, как численность сокращалась, группы бойцов разделялись. Все меньшие бойцы лежали мертвыми или тяжело ранеными, пока мастера боя прыгали вокруг них, защищаясь и атакуя в отчаянной попытке выжить против неустанного нападения Наруто. Какаши был достаточно умен, чтобы слушать Наруто, и в настоящее время наблюдал за боем, ожидая любого признака того, что мальчик колеблется. Его сигнал пришел, когда слегка окровавленный Наруто был выброшен из драки концом посоха. Он сражался в одиночку против четырех дерущихся и держался, пока его нога не зацепила одного из упавших, и он был вынужден потерять равновесие. Это был не смертельный удар, но этого было достаточно, чтобы открыться. Это отверстие было заполнено, прежде чем они смогли им воспользоваться, Какаши. Он не был на сто процентов, но он не мог больше ждать. Кроме того, это были просто обычные бойцы, не ниндзя, и Наруто уже вывел из строя около трех четвертей из них с помощью своих клонов. Когда он блокировал первые удары, послышался свист сквозь сталкивающиеся звуки битвы.Все головы повернулись к другому концу моста, где сейчас стояла большая группа людей. Разношерстная банда деревенских жителей была вооружена всем, что могла найти. Лопаты, кирки, топоры и даже странная трость яростно развевались в воздухе. Наруто, теперь оправившийся от своего места на земле, улыбнулся этому зрелищу и кивнул Инари, которая держала миниатюрный арбалет. Он повернулся обратно в сторону боя и впился взглядом в тех, кто еще был жив и что привлекло его внимание. Все присутствующие были заняты противником, но вместо того, чтобы помочь кому-либо из них, он промчался мимо них и кричал в сторону Какаши. «Я иду за Гато. Обеспечьте безопасность деревенского жителя». Какаши только хмыкнул в ответ, блокируя еще один удар мечом своим кунаям. Подбежав к недостроенному участку моста, Наруто успел увидеть отброшенную лодку. На его губах появилась улыбка. Гато был на лодке и ухмылялся им, наслаждаясь криками умирающих. Когда этот день закончится, ниндзя и строитель моста будут мертвы. Даже если бы им удалось победить, это не имело бы значения. Где были деньги, были и резервы. Люди всегда будут готовы сражаться за деньги. Когда он еще раз взглянул на мост, он увидел одинокую фигуру, смотрящую на него сверху вниз. Он ухмыльнулся мальчику, который, похоже, раньше был на стороне ниндзя. Было уже слишком поздно, хотя его лодка уже оторвалась от основания моста. Неизбежное невозможно остановить. Однако его глаза расширились, когда он увидел, как фигура перевалила через край, но отказалась падать. Вместо этого он слетел с одной из опор, поддерживающих мост. Он ожидал, что мальчик тщетно попытается подплыть к нему, но проклял свою удачу, когда ребенок просто побежал по поверхности воды, а не плескался в ее глубину. Наруто на полной скорости побежал к лодке, уклоняясь или отбивая несколько стрел, летевших в его сторону от немногочисленных защитников лодки. Создав еще несколько буншин по мере приближения, он наблюдал, как защитники лодки вытаскивают свое оружие ближнего боя, готовясь к его подъему на борт. Он не был из тех, кто разочаровывает, и подпрыгнул высоко в воздухе, заставив лодку раскачиваться, когда он приземлился на перила. Некоторые бойцы потеряли равновесие, и вскоре их жизни последовали за ними, поскольку Наруто прилип к доскам с помощью чакры, что позволило ему легче передвигаться во время теперь неустойчивой езды. Гато увидел, как мальчик прыгнул, и выругался, когда его защитники падали один за другим. Он повернулся к гребцам и крикнул им, чтобы они тоже вставали и дрались. Он предложил горы денег тому, кто сможет принести ему голову блондина. Однако это было бессмысленно. Те, кто находился на лодке, были наименее опытными из его бойцов, поскольку он был уверен в победе или, по крайней мере, в безопасном спасении. Его личная охрана была отправлена ​​за семьей Тазуны, но, похоже, и это не удалось. Теперь он прислонился спиной к носу лодки и бормотал над ребенком, как дурак, предлагая ему больше денег, чем он предлагал кому-либо, просто чтобы оставить его в живых. Он обещал дать Волне деньги, чтобы она жила в нищете, но его преступления перевесили его банковский счет. «Давай, мальчик, я невообразимо богат. Я мог бы дать тебе достаточно денег, чтобы купить твою собственную деревню. Ты можешь иметь любую женщину, какую захочешь. Ничто не будет вне твоей досягаемости. Я мог бы дать тебе все, о чем ты когда-либо мечтал, и даже больше». .» Наруто сплюнул при мысли об этом. «Ты говоришь о покупке чего-либо, как если бы все было на продажу. То, чего я хочу, ты не можешь себе позволить. То, чего я желаю, — это не какое-либо материальное имущество. То, о чем я мечтаю, — это уважение». «Ха! Уважение. Вы можете легко купить это. С такими деньгами, как у меня, люди уважают меня, иначе они упадут». «Никто не уважает тебя, Гато. Боюсь тебя, конечно, но уважения нет. Уважение зарабатывается, а не покупается. Ты здесь не заслужил ничьего уважения, и теперь у тебя больше не будет шанса исправить эти ошибки». Наруто притянул своего ниндзя к еще одному и одним плавным движением разрезал его. «Убьешь ты меня или нет, это не имеет значения. Эта деревня все равно будет фа…кхак…кхак.» Слова Гато были прерваны, когда лезвие перерезало его горло. Лежа там, задыхаясь от собственной крови, он поднял глаза и улыбнулся блондину. Даже несмотря на боль и помутнение зрения, у него в голове были злые мысли. Мысли о мужчинах, стоящих рядом. Люди, которым уже заплатили и которые нападут завтра, даже если о сегодняшнем нападении не будет слышно ни слова. Он отомстит этому жалкому городу. Когда лодка лениво плыла мимо моста, не имея больше гребцов, которые могли бы подтолкнуть ее вверх по течению, Наруто спрыгнул и привязал ее там, где она была до того, как Гато попытался убежать. Он не торопился подниматься обратно, так как больше не слышал звуков боя. Достигнув вершины, он наконец смог увидеть последствия битвы. Наемников не осталось, и казалось, что только пара жителей деревни были тяжело ранены или мертвы, но в целом бой удался. Он увидел тела Кибы и Саске рядом с Какаши, вытаскивающим из них многочисленные сенбоны с помощью Хаку, в то время как Сакура стояла рядом и плакала от этого зрелища. Хаку все еще выглядел слабым, но, по крайней мере, она помогала, и это был хороший знак, поскольку Какаши не возражал. К тому времени, как он добрался до них, они уже закончили с последними сенбонами. «Я вижу, что дела здесь пошли хорошо». — Все прошло хорошо?! Разве ты не видишь, что Саске-кун был ранен, и это сделала та сука! Сакура вытащила кунай, полностью намереваясь проткнуть Хаку, стоящего на коленях, пока она проверяла Кибу на наличие новых травм. Она побежала вперед, но была остановлена ​​чьей-то рукой, схватившей ее за запястье. Когда она изо всех сил пыталась освободиться, ее подхватили и отбросили назад от ослабленного ниндзя. Посмотрев на нападавшего, она обнаружила, что Тазуна пристально смотрит на нее. — Почему? Почему ты не позволяешь мне убить ее? Она напала на Саске-куна! «Потому что ею манипулировали! Может быть, если бы ты немного открыл глаза, чтобы увидеть больше, чем твой драгоценный Учиха, ты бы увидел мир таким, какой он есть на самом деле, а не мир солнечного света и радуги, в котором ты живешь». Тазуна с отвращением посмотрел на девушку. Никогда раньше он не видел, чтобы кто-то был настолько одержим другим человеком. «Сакура, Хаку не убивал никого из них. На самом деле она пошла против своего лидера, изо всех сил стараясь сделать так, чтобы они не погибли. Возможно, она напала на нас, но в то время она не знала точно. что она делала. Она только верила, что делала то, что считала правильным». К гневу Какаши, Сакура просто издала «Хмф» и повернулась в другую сторону, надув губы. «Да, это очень зрело». Вздохнув, он снова повернулся к просыпающейся паре. «Ух, что? Где я? Какаши-сенсей? Мост… Бой!» Киба подскочил, прежде чем приложить руку к больной голове и упасть обратно. Его голова повернулась в сторону и он увидел Саске. «Ты ублюдок! Ты пытался меня убить!» Киба хотел ударить своего товарища по команде, причинить ему боль больше, чем что-либо, что он хотел причинить раньше, но он едва мог поднять руки, не говоря уже о том, чтобы принять ударную позицию. Вместо этого он решил попытаться заглядеть на мальчика до смерти. Какаши посмотрел на мальчика в притворном замешательстве. — Что ты имеешь в виду, Киба? Ему ответил самодовольный Саске. «Я использовал каварими, чтобы уйти от атаки. Ближе всего, что я мог видеть, был Киба, поэтому я поменялся с ним. Он должен быть удостоен чести, что оказался настолько полезным». Какаши надоел этот отродий. Он отдернул кулак и вонзил его в Саске, чем шокировал всех, кто не знал о напряжении в группе. Сенсей только что нокаутировал своего ученика. Их взгляды оторвались, когда Какаши повернулся к ним, потирая затылок. «Что?» Он широко улыбнулся им, от чего выступило несколько капель пота. «Какаши. Я забираю Хаку обратно в дом. Я оставлю несколько клонов, чтобы они навели порядок. Мне нужно позаботиться о том, чтобы избавиться от ее печати. ​​Мне также нужно поговорить с тобой, как только ты сможешь». Получив кивок от Какаши, он сделал своих клонов, прежде чем перенял свадебный стиль Хаку, и отправился в дом Тазуны, так и не заметив румянца, покрывающего лицо девушки. Позже тем же вечером за столом было накрыто еще одно место, когда все сидели на праздничном ужине в честь своей победы. Большинство людей были счастливы и оживленно разговаривали. Единственными, кто не был там, были генины команды семь. Сакура все еще злилась на Хаку, но была рада, что Саске жив. Киба был зол на Саске, но рад, что сам он не умер. Саске злился на всех. Он злился на Кибу за то, что он бесполезен, на Сакуру за то, что она висела над ним и была даже более бесполезной, чем Киба, на Какаши за то, что он ударил его после веских объяснений, но больше всего он был в ярости на Наруто. Блондин унизил его так, как никто другой не осмеливался сделать. Он не только нашел способ победить Хаку, увидев то, чего больше никто не видел, но и убил большинство наемников и самого Гато. Слава, которая должна была принадлежать Учиха. Теперь он собирался провести еще одну специальную встречу с Какаши по поводу информации, к которой тот, очевидно, не был посвящен. Ему, элите, не разрешили услышать, что говорил добе. Даже если это поможет ему стать сильнее. Даже если это приблизит его к мести. Затем Какаши зашел так далеко, что сказал ему, что не может пройти через снаряжение, которое Наруто и он получили от наемников, которых они убили. Ему сказали, что, поскольку он действовал таким образом, чтобы разрушить совместную работу, над которой они работали, ему будет отказано в тех вещах, которые он должен был получить. Это просто удача, что блондин встал у него на пути. В противном случае эта ледяная сука была бы мертва от его руки. Даже когда он ударил одного из клонов, чтобы получить имеющееся у него оружие, он обнаружил, что его не хватает, поскольку клоны запечатывали все, когда находили что-нибудь полезное. Когда он попытался поднять свиток, оброненный клоном, Какаши довольно резко оттолкнул его назад и приказал защитить строителя моста. И снова кто-то помешал ему сделаться сильнее. Пока веселье продолжалось, Наруто повел Хаку наверх, в комнату Какаши, где они могли уединиться. Оказавшись там, он начал работать. Вскоре шею и спину Хаку покрыла сложная система печатей. К счастью для них, Забуза не очень хорошо владел печатями. Таким образом, им не потребуется ничего слишком обременительного, чтобы компенсировать это. Когда массив был на месте, Наруто прижал ладонь к ее спине и начал направлять свою чакру. Вместо обычного процесса запечатывания, в результате которого печать уплотнялась до ее окончательной формы, встречная печать вытягивала целевую печать из окончательной формы и возвращала ее в исходное состояние. Единственным недостатком было то, что сложность контрпечати должна была соответствовать сложности печати или превосходить ее. Во многих случаях это было практически невозможно без близкого знания оригинальной печати. Через несколько минут вся пломба замены памяти была в своей основной форме и срослась с контрпломбой. Влажной тряпкой им удалось легко стереть и то, и другое. Этот процесс причинил Хаку небольшой дискомфорт, поскольку печать была снята, но освежающее ощущение того, что ее разум стал целым, компенсировало это. Теперь, когда у Хаку было время посидеть и подумать, она начала слегка рыдать, осознав все, что произошло. Воспоминаний о том, как Забуза убил на ее глазах ее отца и мать, было слишком много. Затем она вспомнила о своих тренировках с Забузой. Он был суровым сенсеем и своими тренировками довел ее до грани, несмотря на ее отчаянные мольбы. Неважно, сколько она будет сидеть или истекать кровью, если она не сделает то, что он сказал, она будет наказана. Однажды ночью он вернулся в их убежище с широкой улыбкой на лице. Он нашел печать, которая изменила ее жизнь. После этого момента то, что когда-то было таким ясным, на несколько лет ее воспоминаний стало немного размытым. Она помнила, как путешествовала с Забузой, думая, что она для него просто инструмент. Им приходилось выполнять многочисленные странные и зачастую морально сомнительные миссии. Она вспомнила короткие деловые глаза, блуждавшие по ее телу, и свое отвращение к его взгляду. Она вспомнила свою первую встречу с командой номер семь. Как все шло хорошо, пока не появился блондин и не испортил все. Встреча с блондином в лесу, где они выучили имена друг друга. Как он точно знал, кто она такая, и не напал, что все еще немного смущало ее. Она видела драку на мосту. Как она видела, как Учиха использовал своего товарища по команде. Затем, как она поверила, что Наруто поможет ей, дойдя до того, что позволила ей поставить печать на себя. Как только печать ударила ее, ее охватили все воспоминания, которые она потеряла. Это тоже должно было быть реальным, поскольку Наруто, насколько она знала, никогда не видел ее родителей и не имел никаких знаний о ее обучении. Она тогда плакала, впервые за многие годы, но в то же время чувствовала, как внутри нее жжет потребность. Сегодня был день, когда она лишила свою первую жизнь, и это была жизнь ее так называемого отца. Она приняла это охотно и не испытывала к нему угрызений совести, но все же это было ее первое настоящее убийство. Первый раз она наблюдала, как жизнь покидала чьи-то глаза ее рукой. Она видела, как презрение в его взгляде сменилось удивлением, когда ее иглы пронзили его плоть. Затем взгляд осознания, который последовал за ним, когда он понял, что это будет его последний вздох. Внезапно охваченная горем, она повернулась в объятиях Наруто и открыто заплакала ему на грудь. Он не отталкивал ее, не называл слабой, не насмехался над ней и не смеялся. Он просто держал ее близко, поглаживая ее спину и пытаясь успокоить. Единственное, что на него произвело впечатление, это то, что он теперь ярко покраснел. Они сняли с нее верхнюю половину боевого кимоно и рубашку, чтобы нарисовать печать, и теперь она прижимала обнаженный фронт к его груди. Прошло около часа, прежде чем она наконец успокоилась. У нее не было слез и сил, когда она заснула в его объятиях. Осторожно, чтобы он не разбудил ее, Наруто уложил ее на свой футон. Он немного покраснел, увидев ее обнаженную грудь, но оторвал от нее свои мысли, укрыл ее и выполз за дверь. Когда он присоединился к группе внизу, Какаши подошел к нему и схватил его за плечо, а затем жестом пригласил Наруто следовать за ним. Оказавшись одни в уединенной комнате, они сели лицом друг к другу. — Что на этот раз, Наруто? «Когда я перерезал Гато горло, он что-то упомянул. Я не смог вовремя остановить свой клинок, но могу догадаться. Могу поспорить, что у него где-то ждут другие люди, чтобы атаковать, если атака на мосту провалится. Начиная с сегодняшнего вечера, мы будем иметь быть начеку. Если я прав, они могут напасть в любой момент». «Хорошее предположение. Нам придется работать посменно, пока мост не будет закончен. Мы будем делать это парами и чередоваться каждые восемь часов. Одна команда с Тазуной, одна дома, другая отдыхает. В командах буду я один, ты с Сакурой и Саске с Кибой. Это поможет нам быть приличными. «Нет, в команде должны быть вы с Сакурой, Киба, Саске и Хаку со мной. Я не доверяю остальным оставаться с ней наедине, а Сакура — самая слабая из нас, поэтому ей следует объединиться с сильнейшими». Какаши улыбнулся этому. «Я так рад, что ты думаешь, что я самый сильный Наруто. Как скромно с твоей стороны». Наруто улыбнулся в ответ. «Ну, возможно, самый сильный — это настаивать, но у тебя больше всего опыта». Эти двое смеялись, обмениваясь насмешками, пока Наруто не почувствовал, как по спине пробежал холодок. Без предупреждения он выбежал на вечеринку и оглядел комнату. Пропали люди, которых не должно было быть. Он прыгнул вверх по лестнице, едва коснувшись ее, прежде чем ударился о площадку, а затем помчался по коридору к комнате Какаши, где спал Хаку. Дверь уже была открыта — плохой знак. Он едва заметил, как Какаши догнал его, когда тот врезался в дверной косяк, используя его противоположную сторону, чтобы проникнуть в комнату. Они успели как раз вовремя, чтобы поймать два клинка, падавших на бессознательное тело посреди комнаты. «Ты просто не знаешь, когда остановиться, понимаешь?» Наруто оттолкнул Саске от Хаку, когда Какаши поднял Сакуру с земли за руку с оружием. «Вы опозорили себя, вы опозорили свою команду, вы опозорили свою деревню. Теперь, хотя вы вытерли нас в грязь, мы все равно выиграли битву, а вы пытаетесь топнуть нас сапогом, пытаясь загнать нас еще дальше в грязь. Чего же ты надеялся здесь добиться?» «Какое тебе дело, добе. Она враг, и я убью всех своих врагов». Саске попытался бросить свой кунай в Хаку, но его перехватили. Громкий звон металла о металл разбудил спящую девушку. Хаку несколько секунд в замешательстве осматривал комнату, рассматривая эту сцену. Какаши держал розоволосую девушку над землей, в то время как Наруто стоял между ней и Саске со своим ниндзя, протянутым в сторону. Кунай лежал наполовину зарытый в ковриках в нескольких футах от нее. Осознание пришло к ней, когда она начала отходить в угол от враждебной пары, которая смотрела на нее сверху вниз. «Уйди с дороги, добе! Я убью своего врага!» «Она больше не твой враг, Учиха. К ней вернулись воспоминания, и она не нападет на нас, если мы не нападем первыми, чего ты, очевидно, не понимаешь». «Когда-то враг всегда враг, теперь ДВИГАЙТЕСЬ!» «Саске!» Мальчик пристально посмотрел на своего сенсея. «Вы нападаете на безоружного ниндзя, который сотрудничает с нами. Она потенциально может хранить ценную информацию. Ее убийство будет нарушением целей миссии. В нынешнем виде простое нападение на нее должно будет быть вынесено на совет, как только мы вернемся. Если ты хочешь усложнить себе задачу, продолжай в том же духе, и я сам брошу тебя на пол к ногам совета, если ты не прекратишь это действие. «Ты смеешь так со мной говорить, Хатаке? Давай, расскажи совету. У меня уже были люди, которые делали это раньше, и ты знаешь, что им это принесло? Ничего. Я слишком ценен, чтобы рисковать, поэтому я могу сделать как мне заблагорассудится». «Ты продолжаешь думать об этой теме». Новый голос из дверного проема донесся до них как раз в тот момент, когда Саске ударили сзади. После того, как он упал без сознания, Киба оказался стоящим на его месте. «Ками, это было хорошо». Сакура была в ярости. «Как ты смеешь использовать такую ​​коварную атаку на Саске-куна, но я понимаю, почему. Ты настолько слаб и жалок, что если ты…» Ей так и не удалось закончить, поскольку Какаши тоже нокаутировал ее быстрым ударом. к ее шее. Киба подошел к уже почти осознавшему Хаку, заставив всех троих, все еще находящихся в сознании, напрячься. Однако им не о чем было беспокоиться, поскольку Киба посмотрел на Хаку. «Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты не убил меня на мосту. Я знаю, что это было в твоих силах. Я также хочу поблагодарить тебя за то, что ты причинил Учиха-теме такую ​​боль. Он заслуживает большего, чем ты мог бы заставить его почувствовать. " «С-спасибо». Она слегка поклонилась, прижимая одеяло к груди, чтобы сохранить скромность. «Ну, я думаю, это означает некоторые изменения в командах. Нам придется работать в две смены. Двенадцать на двенадцать выходных». Увидев растерянные взгляды Кибы и Хаку, он объяснил. «Похоже, у Гато был запасной план. Скоро будет еще одна атака. Мы будем работать в командах по два человека. Это будет Киба со мной и Хаку с Наруто. Поскольку Хаку отдохнул, а Киба был довольно серьезно ранен в Команда Наруто будет на первом дежурстве». Получив кивки от участников, он взял Сакуру на руки. «Киба, возьми Саске и следуй за мной. Эти двое доставляют слишком много хлопот, чтобы позволить им свободно бродить вокруг. Наруто, когда ты будешь готов, ты можешь начать свой патруль». После того, как Киба и Какаши ушли вместе с Твидлди и Твидлдумом, Наруто обратился к своему новому товарищу по команде. «Ну, Хаку-чан, похоже, у нас есть работа. Встретимся у входа, и мы приступим к работе». «Х-Хай Наруто-кун» Она подождала, пока он выйдет из комнаты, прежде чем раскрыться и одеться. Ее снаряжение было снято, но, поскольку она могла делать оружие из воды, это не имело большого значения. Остерегаясь нового нападения, она воспользовалась окном, чтобы выбраться из дома, вместо того, чтобы пройти через переполненный первый этаж. Когда она подошла к дому, Наруто уже ждал ее там. «Кажется, он серьезно относится к своей работе. Получается, по крайней мере, двое из них, а может и трое, поскольку мальчик-собака… Киба, как они сказали, его звали, имел достаточно здравого смысла, чтобы понять, что я стремился вывести из строя, а не убить. Она подошла к нему, убедившись, что он слышит ее присутствие. «Тебе не обязательно топать Хаку-чана. У меня очень хороший слух». Он даже не повернулся к ней, чтобы поговорить. «Значит, у тебя есть родословная, которая усиливает твои чувства?» «…что-то в этом роде…» Она услышала полутон, говорящий, что он не хочет об этом говорить. «Я понимаю… Не сказав больше ни слова, они отправились в ночь, чтобы начать первый патруль. Прошло еще четыре дня, прежде чем мост был закончен. Ниндзя продолжали свои команды из двух человек. Наруто и Хаку патрулировали ночью и охраняли Тазуну утром. После полудня Какаши и Киба взяли на себя управление, пока двое других отдыхали и ели. После ужина Какаши и Киба проводили некоторые поиски, пока не вернулись в полночь, чтобы поменяться местами. Саске и Сакура были связаны в комнате, полностью отведенной для них, бывшей комнате Сакуры, и освобождались только для еды и туалета. Они предприняли несколько попыток освободиться, но Наруто наложил на них подавляющие печати, чтобы держать их под контролем. Без оружия и запертой чакры они были бесполезны, но, по крайней мере, так даже Тазуна мог заставить их двигаться, если возникнет необходимость. Это оказалось большим преимуществом для Наруто и Хаку, так как они не доверяли оставлять этих двоих без присмотра, пока они спали. Когда пара жителей деревни пришла и предложила свою помощь, их с готовностью поставили на стражу, пока все спали. Они были более чем рады помочь, услышав, почему два ниндзя были побеждены. В деревне, где все усердно трудились вместе ради спасения своей страны, мало что было ценнее командной работы. Наруто и Хаку как раз начали свой пятый патруль, когда появился один из клонов Наруто. Он постоянно использовал их для сканирования участков леса, ища готовящуюся атаку. Это стоило ему некоторого умственного истощения, но это только что окупилось. «Хаку, нам нужно вернуться в дом, немедленно». Услышав срочность в его голосе, Хаку немедленно развернулась на своем хил и последовала за ним обратно по короткому пути к дому Тазуны. Как только они прибыли, Наруто ворвался в дверь и обнаружил, что Какаши и Киба все еще спят, обсуждая свой следующий маршрут патрулирования. «Какаши, пошли. Мы нашли их». Какаши посмотрел на Кибу: «После того, как мы уйдем, я хочу, чтобы ты отвязал остальных. Если там есть группа, то есть вероятность, что они могут проскочить мимо и попытаться атаковать здесь. Тебе может понадобиться подкрепление». Мальчик кивнул, прежде чем Какаши повернулся к Наруто. «Веди путь». Он приказал, и трое выстрелили в лес. «Итак, что ты можешь нам о них рассказать?» «Это кучка наемников, как и на мосту. С ними не было ни одного ниндзя, но я бы тоже не стал их сбрасывать со счетов. Хотя там может быть один или два самурая, так что они должны быть нашим главным приоритетом». Прошло несколько миль, прежде чем они достигли лагеря, но в конце концов Какаши получил хороший вид на то, что описал Наруто. Он действительно увидел несколько самураев, но они выглядели скорее как ронины, чем как истинные мастера клинка. «Хорошо, мы начнем с самой большой атаки на дальней дистанции, которая у вас есть. Заработайте три очка и атакуйте со всех сторон. В суматохе мы сможем легко уничтожить большинство самых худших целей. Уберите все, что сможете, пока они» Мы в замешательстве, когда они начнут организовываться, отступим, и мы нанесем новый удар. Мы сможем нанести им удар два или три раза, пока они не обеспечат приличную защиту. постарайтесь сохранить свою чакру, она нам понадобится, когда они приведут себя в порядок». Двое младших ниндзя понимающе кивнули. Какаши был в восторге. У него было два опытных ниндзя, которые умели беспрекословно выполнять приказы и даже давали предложения, не думая, что они будут немедленно приняты. Они знали свои навыки и выполняли свои задачи, не жалуясь по этому поводу. Как бы ему хотелось, чтобы это была его команда генинов. Он мог бы провести всю ночь, наслаждаясь этим фактом, но у них была работа. Кивнув, они разошлись. В лагере внизу мужчины и несколько женщин как раз готовились вторгнуться в город. Шла последняя подготовка к штурму. Жители деревни не будут предупреждены. Легкий крик боли привлек всеобщее внимание к центру лагеря, где на землю падал мужчина с кунаем, воткнутым в голову. «МЫ НАПАДАЕМ!» Закричали те, кто был ближе всего к убитому, когда все бросились в бой. Прежде чем большинство из них смогли добраться до приличного укрытия, на них посыпались атаки. Ледяные снаряды прилетели с юго-востока, пронзив многих. Ураганный ветер снес людей на стойки с оружием и друг на друга с юго-запада. С севера появился большой дракон, сделанный из воды, который врезался в людей, отправив их на землю. Сразу за атаками из тени выскакивали пятна. Какаши следовал сразу за своим Суйтоном: Суйрюдан-но-дзюцу, разрезая тех, в кого попал, и посылая кунаи и сюрикены в любого, кто находился достаточно близко, чтобы стать хорошей целью. Он увидел, как они начали перегруппировываться вокруг него, и быстрым шуншином ушел от всякой опасности. Со стороны Хаку она прошла мимо множества окровавленных тел своего Хётона: Хёчуу. Обычно она не стала бы убивать мужчин, но что-то в ней пробудилось, когда к ней вернулись воспоминания и она забрала жизнь Забузы. Она рассматривала этих мужчин как людей, которые потенциально могли сделать с кем-то то же самое, что сделали с ней. Она представила на всех них лицо Забузы и безжалостно убивала. В отличие от Какаши, она не торопилась, вместо этого предпочитая идеально формировать каждое ледяное лезвие, прежде чем заставить его лететь к своим целям со смертельной точностью. Однако самым опустошенным районом был район Наруто. Мало того, что его первый Футон: Дайтоппа привел лагерь в беспорядок, но когда он начал атаку, это был чистый хаос. Сотни легкобронированных черных катан с каге-буншинами напали на ничего не подозревающих наемных головорезов. Казалось, не имело значения, сколько людей они уничтожили, на их место просто придет новый. Мораль в этом секторе быстро упала, поскольку мужчин и женщин массово истребляли. Затем, как только нападения начались, они прекратились. Лагерь собрался, пытаясь найти хоть какое-то подобие лидерства, пока все не началось снова. К моменту завершения второго штурма бывший организованный лагерь выглядел так, как будто он пережил жестокий ураган. Повсюду лежали обломки, в то время как в центре небольшой группе удалось перетащить несколько фургонов на бок во временном форте вместе с несколькими другими группами, которые были разбросаны по территории. Среди деревьев трое ниндзя перегруппировались. «Хорошо, хорошая работа. Мы получили больше, чем я надеялся. Теперь самое сложное. Те, кто останется, будут лучшими из своих бойцов, которые были готовы, когда мы пришли. Не будьте безрассудны. Если вам придется отступить и перегруппироваться делайте это по тем же участкам, используйте все, что можете, чтобы уничтожить их, но при этом сохраняйте защиту, не позволяйте им с фланга». «Какаши-тайчо. Вместо того, чтобы распадаться ради этого, может, нам попытаться остаться группой? Мы можем атаковать каждую группу случайным образом, затем отступить и ударить другую. Таким образом, они никогда не знают, кого прикрывать. Тем временем мы сможем разорвать их на части. понемногу, даже если мы устанем, прежде чем успеем их закончить, их будет недостаточно, чтобы совершить набег на дом, не говоря уже о городе». Для Хаку было немного странно называть этого человека капитаном, но в данный момент это казалось уместным, поскольку он был высокопоставленным ниндзя. Какаши, казалось, немного обдумал эту идею, прежде чем кивнул. «Мы попробуем это. Если через некоторое время это не сработает или станет слишком опасным, мы отступим. Согласны?» С каждым мгновением это все больше походило на операцию АНБУ. Хотя он не жаловался. Он в любой день с радостью возьмется за это вместо присмотра за детьми. Если бы совет предоставил ему выбор, он бы научил Саске всему, что мог, о шарингане, когда у него были перерывы в миссиях АНБУ, но они настояли на том, чтобы он был сенсеем команды мальчика. Он догадался, что их целью было научить Учиха большему, чем просто использованию шарингана. Они немного рассредоточились, осматривая лагерь в поисках лучшей цели для поражения. Самым простым была небольшая группа, расположившаяся на одной стороне перевернутого стола. Они охраняли то, что могли видеть, опираясь на стол, чтобы держать спину в безопасности. Роковая ошибка, как они вскоре поняли, когда осколки льда пронзили дерево и впились им в спину. Осталось одной группе меньше шести. Следующий был немного более защищенным. Увидев судьбу первых жертв, они не стали рисковать и наблюдали со всех сторон. Ледяные копья Хаку не могли легко пробить груды бревен, между которыми они находились, и любая атака в лоб была заметна. После небольшого размышления Наруто послал растрепанного и избитого на вид клона «сдаться». Люди за барьером были осторожны и заставили клона бросить оружие. К счастью, клон находился за обломками, поэтому защитники никогда не видели, как он дымился, когда падал на землю. Как только клон был обезоружен, он подошел к ним. Один мужчина вышел с оружием наготове и связал ему руки за спиной. Отведя его обратно за барьер, они вскоре начали говорить другим ниндзя, чтобы они сдавались. Однако в ответ они получили только слово от клона. «Бум». Это было впечатляющее зрелище огня и дыма, и когда оно закончилось, на месте образовался кратер хорошего размера с красным оттенком края. Два без пяти осталось. Поскольку бывший оборонительный пункт охранял две другие стороны, теперь они были открыты на новом фронте, что делало их немного более доступными. Пройдя сквозь дым от взорвавшегося клона, трое ниндзя двинулись к двум целям. Хаку и Какаши пошли налево, а Наруто пошел направо. Это казалось столкновением огня и льда, когда Наруто использовал пару слабых катон-дзюцу, чтобы сжечь повозку, которая использовалась в качестве укрытия, сжигая тех, кто находился внутри, заживо, прежде чем бросить кунаи в их колеблющиеся тела, милосердно убивая их. С другой стороны Какаши вытягивал воду из земли, все еще мокрую от его драконов, чтобы Хаку создал облако сенбона, которое пролилось дождем в ров, в котором удерживалась группа из трех защитников. Четыре минус три до конца. Последние три оборонительные позиции были стратегически выровнены. Каждый мог охранять остальных, продолжая смотреть в сторону лагеря. Будет трудно броситься на этих выживших. Они, без сомнения, укрепили бы постройки, за которыми спрятались, чтобы защитить их от первого метода нападения, сохраняя при этом достаточно отверстий, чтобы увидеть, приближаются ли нападающие. «Есть идеи?» Какаши с надеждой посмотрел на двоих. Хаку слегка дышал, истекая кровью из нескольких порезов и потея. Наруто, казалось, пострадал меньше всего. Он был весь в крови, но не своей, по крайней мере, так он предполагал по отсутствию ран. Хотя он все еще был немного истощен. Даже несмотря на то, что сельский житель охранял динамичный дуэт, он держал свои чувства открытыми во время сна на случай, если они поскользнутся, что приведет к его легкому утомлению. «Хаку, ты можешь сделать ледяные зеркала?» Наруто повернулся к Хаку, наблюдая за ней, поскольку она, казалось, выясняла, сможет ли она. «Может быть, несколько». «Сколько ты сможешь сделать? Десять?» «Думаю, я смогу сделать около тринадцати, но после того, как они полностью сформируются, они просуществуют всего несколько секунд, и мне понадобится вода там, где их нужно сделать». «Этого должно быть достаточно хорошо. Какаши, мне нужно, чтобы ты налил как можно больше воды между двумя их маленькими фортами. Как только у тебя будет достаточно воды, Хаку, начни делать зеркала в две линии на расстоянии примерно трех футов друг от друга и как можно дальше. как можно ближе между каждым из них. Как только они встанут, мы прорвемся вперед. Поскольку они могут наблюдать за всеми направлениями между ними тремя, им не следует так сильно охранять свою середину, если вообще каждый из нас берет по одному. и надейтесь на лучшее, я пришлю с каждым из нас несколько клонов, как только мы приблизимся». Это было смело, но это был лучший вариант, который у них был, кроме осады или получения подкрепления, и ни один из вариантов не нравился никому из них. «Хорошо, мы попробуем. Как только вода упадет на землю, начни делать свои зеркала, Хаку. У нас не будет много времени, прежде чем они поймут, что происходит. Готовы?» Двое подростков кивнули, когда он встал и начал жестикулировать. «Суитон: Мизураппа!» Струя воды вырвалась изо рта Какаши прямо между двумя фортами, прежде чем он нырнул обратно. Они могли слышать насмешки из-за стен. «Ха! Теряешь цель, ниндзя?» — Эти подлые ублюдки устали? Хаку встала следующей и, сосредоточившись, начала формировать зеркала как можно тоньше и ближе друг к другу. Туннель будет коротким, но этого будет достаточно. Благодаря тому, что Наруто и Какаши блокировали любые летящие к ней снаряды, она смогла полностью сосредоточиться на своем дзюцу. Когда последнее зеркало было на месте, она что-то шепнула своим товарищам. «Идти.» они бежали и бежали до туннеля, когда с двух сторон в них летели снаряды. Затем они оказались внутри. Они услышали еще несколько приступов боли, когда копья и стрелы ударили по льду позади них, и грохот, когда дзюцу начало рушиться. Как только упали последние зеркала, они оказались на другом конце и сразу же направились в назначенное им убежище. Замешательство было очевидно по приглушенному ропоту внутри каждого столба, когда трое ниндзя прокрались к самому легкому входу. Они подавали друг другу сигналы, сжав кулаки вокруг маленьких цилиндров до трех. На третьем этапе баллоны пролетели через блокады и оказались в центре защитников, взорвавшись в облаке густого дыма, когда ниндзя перепрыгнули и устроили настоящий ад. Крики снова раздались в ночи, поскольку все больше наемников падали в суматохе и хаосе, в котором процветали ниндзя. Это заняло всего несколько минут, но к тому времени, когда дым стал достаточно прозрачным, чтобы снова видеть, трое ниндзя стояли лицом друг к другу, тяжело дыша и истекая кровью. Некоторые свои, большинство нет. Они просто стояли лицом друг к другу, прежде чем один из них улыбнулся. Когда Наруто продемонстрировал свои окровавленные зубы, двое других не смогли сдержаться. В наполненных адреналином последствиях битвы они стояли и смеялись как сумасшедшие. Это была скорее психологическая защита, чем что-либо еще. С момента начала миссии они лишили жизни сотни жизней и нашли друг в друге надежного союзника. Кто-то, кому они могли бы доверить свою спину и который, в свою очередь, присматривал бы за спинами. После нескольких минут размышлений они ушли в лес, хромающие и измученные, но живые. — Итак, Какаши. Что ты собираешься делать с темой и дицем, когда мы вернемся домой? Мужчина вздохнул. Ему действительно не хотелось думать о фиаско, с которым ему придется столкнуться в Конохе. Миссия C-ранга превратилась в миссию B-ранга, ставшая миссией A-ранга. Это правда, что все могло бы сложиться намного лучше, но могло бы быть и намного хуже. Без помощи Наруто, а через него и помощи Хаку, они бы не справились с этим. За кого-то придется заплатить ад, но самой большой проблемой будут трое, находящиеся под его опекой. «Знаешь, я не уверен, скорее всего, совет отмахнется от этого и будет поклоняться Саске, чтобы он оставался довольным. Я знаю, что возникнут проблемы, но ты знаешь, я не думаю, что меня сейчас это действительно волнует. .У меня почти возникает соблазн добавить их к сегодняшнему подсчету жертв и назвать их жертвами». «Ну, ты все еще можешь, мы не скажем». Наруто ухмыльнулся ему, а Хаку оживленно кивнул. Какаши рассмеялся. «Ха. Как бы мне этого ни хотелось. Если бы я вернулся и сказал им, что убил последнего Учиху, если бы они не отправили меня на допрос по подозрению, они, вероятно, просто казнили бы меня из злости». «Да, я думаю, ты прав. Думаю, это означает, что нам просто придется тащить их обратно, а мы будем пинаться и кричать». Какаши приподнял бровь и посмотрел на блондина. «Что? Ты думаешь, я собираюсь доверить им спокойно вернуться, не пытаясь нанести удар в спину Хаку или мне? Забудь об этом. Они остаются связанными, пока мы не доберемся до офиса Хокаге. Меня не волнует, что с какими последствиями нам придется иметь дело». Какаши снова вздохнул. Это определенно будет одно из его наименее любимых возвращений в деревню. Однако ему пришлось согласиться с Наруто. Эти двое были бы слишком большой горсткой, чтобы просто дать им волю. Он не беспокоился о том, что им действительно удастся убить кого-либо из его товарищей, но если они при этом пострадают, это будет на его совести. Саске, как последний Учиха, получил особое отношение, а мать Харуно была в совете.У нее была пара легких, с которыми могла соперничать только ее дочь. Вернувшись в деревню, они быстро окунулись в реку, чтобы смыть грязь и кровь, прежде чем отправиться обратно в дом. Цунами заставила их стоять снаружи, пока она приносила им полотенца и сухую одежду. В этом районе особо негде было переодеться, поэтому они просто по очереди заходили в сарай неподалеку, чтобы надеть новую одежду после того, как вытерлись полотенцем. Теперь, когда они были сухими и достаточно чистыми, им разрешили войти в дом, где их встретили улыбками и взглядами. Задорная парочка сидела на одном конце стола и выглядела усталой, но отказывалась заснуть, так и не услышав, что именно произошло. Поскольку они уже проснулись, Киба тоже следил за их поведением. Тазуна, как и Цунами, проснулся от беспокойства, пока Инари спала в кресле в углу. «Хорошо?» Это было всего лишь одно слово, но, учитывая, от кого оно исходило, оно звучало скорее как приказ на выговор, поскольку Саске влил в него как можно больше яда. Не обращая внимания на мальчика, Какаши обратился к Цунами. «Если вы не возражаете, прямо сейчас было бы очень неплохо выпить чаю». Цунами бросилась на кухню. «и некоторые медикаменты, если они у вас есть». услышав подтверждение от женщины, он сел за стол, а Хаку и Наруто сели на диван, просто желая отдохнуть и восстановить силы после недавнего испытания. — Ты собираешься поговорить или просто посидеть здесь, Хатаке? Саске теперь смотрел на своего инструктора со злобой, которая могла бы растопить даже меньших людей, но для кого-то вроде Какаши, повидавшего ад, это было не более чем комар. Да, неприятно, но безобидно. Цунами почувствовала напряжение в комнате, когда вернулась. Будучи гражданским человеком из деревни, не являющейся ниндзя, она не привыкла к количеству убийственных намерений, которые разбрасывались по комнате, и к тому времени, когда она добралась до стола, чай уже лился из чашек от ее тряски. Саске просто ухмыльнулся ей, когда Какаши пристально посмотрел на него. «Прежде чем ты будешь предъявлять требования, Саске, сначала убедись, что человек, от которого ты требуешь информацию, готов ее дать. Если нет, то он должен быть либо слабее тебя, ниже по рангу, чем ты, твой подопечный или твой пленник. Поскольку я Я не являюсь кем-то из вышеперечисленного и не желаю делиться с вами информацией. Я не отвечу вам. Теперь успокойтесь, прежде чем я удалю вас из этой комнаты за то, что вы представляете угрозу для миссии». Саске был зол, но ничего не мог поделать со своим сенсеем. Неважно, были и другие способы. — Добе. Расскажи мне, что случилось. «Нет темы». «Скажи мне, добе! Я Учиха и хочу знать!» «Да, скажи ему, Наруто-бака. Он заслуживает знать обо всем, что происходит, больше, чем твоя никчемная личность». Сакура вскрикнула, заставив Кибу заткнуть чувствительные уши от боли, когда он встал на некоторое расстояние между ними. Наруто перевел взгляд с Саске на Сакуру, прежде чем рассмеяться им в лицо. «Теме, ты не превосходишь меня по рангу и не сильнее. Это также означает, что в аду будет холодный день, прежде чем я стану твоим пленником. Я ни в коем случае не собираюсь давать тебе все, что ты хочешь, чтобы ты мог пописать. выключенный.» Саске быстро терял хладнокровие, и все это знали. Какаши поерзал на своем месте, чтобы лучше оттолкнуться, если ему это понадобится. — Грр… Тогда ладно. Ты. Девушка! Расскажи мне, что случилось. «Нет. Не думаю, что буду». Саске стукнул кулаком по столу, и Наруто тоже приготовился к действию. «Я требую, чтобы ты рассказал мне то, что я хочу знать. Ты наш пленник, и тебя превосходят по рангу. А теперь скажи мне, прежде чем я выпытаю это из тебя!» Он встал со своего места за столом и начал двигаться к Хаку, но Наруто встал перед ним. «Отойди, добе. Я допрашиваю своего пленника, как и предписывали твои маленькие инструкции. А теперь уйди с моего пути!» «Нет, вы также не имеете права допрашивать ее. Она не пленница. Я освободил ее от пут, и теперь она уже помогала нам в этой миссии, даже зайдя так далеко, что убила своего бывшего партнера. компаньон и под моей опекой. Не твой». Наруто опасно сузил глаза. «Я все еще превосходю ее по рангу, поэтому она должна ответить на мой вопрос!» На этот раз Какаши ответил, сохраняя свой скучающий тон. «На самом деле она не зарегистрированный ниндзя. Это делает ее гражданским лицом. Ни один ниндзя не превосходит гражданского, если только это не Хокаге, или мы живем во время кризиса. Кризис для этой миссии прошел, и вы далеки от того, чтобы быть Хокаге. .» Саске отказался от попыток урезонить остальных и вместо этого попытался оттолкнуть Наруто со своего пути, схватив со стола нож. Однако он сделал всего лишь полшага, прежде чем очень разозленный Какаши заставил его вернуться на свое место. «Отвали от меня!» Он боролся с джоунином несколько минут, прежде чем успокоился и уставился на него так сильно, как только мог. Желая, чтобы мужчина сгорел. «Я говорил тебе успокоиться, ты избалованный ребенок. Если бы твои родители были еще живы и видели тебя таким, им было бы стыдно называть тебя Учиха». Если Какаши надеялся, что это успокоит мальчика, он жестоко ошибался. «Как ты смеешь даже думать, что знаешь, что скажут мои родители. Я должен убить тебя даже за то, что ты произнес имя моего клана. Ты украл наш взгляд и вдруг решил, что ты лучше нас!» ХЛОПАТЬ Какаши пристально посмотрел на мальчика, заставив его немного съежиться, несмотря на его намерения. «Послушай, маленький придурок. Я знал твою семью гораздо лучше, чем ты когда-либо знал. У меня были друзья, учителя, товарищи по команде, которые были Учихами. стать достойным человеком». Какаши толкнул его обратно на сиденье, прежде чем обернуться. «Если повезет, после завершения этой миссии у меня будет достаточно причин отправить тебя обратно в академию, если не полностью лишить тебя службы ниндзя». Сакура выглядела испуганной. — Д-вы не можете этого сделать, Какаши-сенсей! Когда он пристально посмотрел на нее, она отступила в угол, а он медленно подошел к ней. «Ты, Харуно, тебя вообще не следовало принимать в качестве кандидата в ниндзя. Книжный ум ни к чему не приведет, если ты не сможешь применить его в реальном мире». Сакура выглядела на грани слез. «Из всех членов седьмой команды я бы сказал, что Киба улучшился больше всего. Он смог вступить в бой, и мысль об использовании собственного товарища по команде, вероятно, никогда не приходила ему в голову. Ему еще нужно многому научиться. , но он на правильном пути к тому, чтобы стать настоящим ниндзя Конохи». Саске не мог этого вынести. Он был унижен больше, чем когда-либо в своей жизни. Во времена академии он был лучшим из лучших, а теперь его сэнсэй говорил ему, что все это значило, черт возьми? Что произошло между тем и сейчас. Что так сильно изменилось, что заставило кого-то думать, что он не самый великий? Саске огляделся вокруг, и его взгляд упал на одного человека. «Наруто… Если бы ты все еще был последним мертвым добе, никто бы не заботился о тебе. Ты настроил против меня людей, которые должны были помочь мне стать сильнее. Ну, в эту игру могут играть двое. Глаз за глаз.' Саске вскочил со своего места с забытым столовым ножом в руке и бросился к Наруто. Увидев, что блондин готовится сразиться с ним, он ухмыльнулся и нырнул в сторону, направляясь теперь к своей настоящей цели, Хаку, который, хотя и все еще устал, начал пробираться, чтобы оказать ему поддержку, если она ему понадобится. Это заняло всего пять секунд, но, казалось, длилось вечность. Тусклый клинок блеснул в его руке и метнулся вперед. Было слышно, как рвется ткань, серебро исчезло в красной вспышке, а женский крик был слышен по всей округе.