Когда б он знал, как томно сердце ноет, Когда велит мне гордость страсть таить!..

Следующие несколько дней Гермиона пыталась осознать изменения, которые произошли в ее жизни. Девушка скучала по Малфою. Она жаждала почувствовать его близость. Но не сексуальную, а эмоциональную. Ей хотелось, чтобы ее поддержали, обняли, приласкали. Гермиона нуждалась в разговорах долгими вечерами, когда уже слишком уставала для работы, но было еще рано для сна. Как это было с Роном… Девушка скучала по нему; возможно, он не был любовью всей ее жизни, но зато был настоящим другом, партнером и хорошим человеком, который знал ее от А до Я. Сейчас к тоске по Рону добавилась тоска по Драко. Раньше Грейнджер не осознавала, как Малфой скрашивал ее одиночество. Каждый раз, когда она разговаривала с Нарциссой, женщина ловила себя на мысли, что ждет любого упоминания о нем. Утренняя тошнота становилась все хуже день ото дня, но Гермиона твердо решила не бросать занятия в Хогвартсе. Она потеряла Малфоя. Вряд ли Грейнджер перенесет еще и потерю Скорпа. Когда этот мальчик успел стать для нее таким особенным? С каждым днем Гермиона проникалась к нему все большей симпатией. Однажды вечером, через неделю после визита Малфоя, ей позвонила Цисси. — Здравствуй, красавица. Как дела? — Хорошо. — Тебя сегодня не было дома. — Да, я ездила в город за покупками. — Гермиона чувствовала необходимость в людском общении. Иногда ей казалось, что она сойдет с ума от одиночества. — Я проходила мимо твоего дома, когда прогуливалась от портнихи, хотела заглянуть на чашечку кофе. — О, — с искренним сожалением вздохнула девушка. — Мне очень жаль, что мы не встретились. — Да, но тогда я бы заставила тебя показать мне твои работы, — рассмеялась Нарцисса. Грейнджер улыбнулась. — Уже скоро. — Она знала, как сообщит подруге о беременности, но сделать это хотела после первого триместра. — Может, увидимся завтра? — с надеждой в голосе предложила женщина. — Прекрасная идея. Они попрощались, и Гермиона повесила трубку.

***

Нарцисса села рядом с сыном, который наблюдал, как плещется в воде Скорп. Озабоченное лицо матери взволновало Драко. Мужчина знал о ее намерении позвонить Гермионе. — Мам, что случилось? Нарцисса сжала руки в кулаки, но ничего не ответила. — Мама? Женщина подняла голову и посмотрела на сына так, будто только что заметила его присутствие. — Ты что-то сказал, сынок? — Я спросил, что случилось. — Ничего плохого. Но я нахожусь в затруднительном положении и не знаю, что мне делать. — О чем это ты? — нетерпеливо спросил Драко. Его мать тяжело вздохнула. — Я кое-что сделала, чего не должна была. — Что именно? — Не уверена, что тебе нужно знать. Мужчина терпеливо ждал. Его мать вообще не стала бы ничего говорить, если бы не хотела с кем-то поделиться. И, очевидно, этим кем-то был он. — У меня есть ключ от квартиры Гермионы, — после долгого молчания призналась Нарцисса. — Сегодня я заходила к ней… без приглашения. — Понятно, — кивнул Малфой. — Я зашла, думая, что она скоро вернется, — продолжала мать. — Я совершила страшную ошибку. — Думаю, ты преувеличиваешь. Ты не преступница. — Ты ошибаешься. Я так сильно хотела увидеть последнюю работу Гер… — И ты подсмотрела. — Да, и обнаружила секрет, который она пока не готова раскрыть. — Секрет? — Драко заметно напрягся. — Да, секрет. Я предала своего друга. — Мам, что бы ты ни увидела, я уверен, Грейнджер тебя простит. Она так тебя любит. — Но женщина имеет право сама решать, когда именно она будет готова поделиться такой новостью с другими. Теперь я не смогу притворяться, будто ничего не знаю. Это будет обман. Малфой стиснул зубы и постарался набраться терпения. — И что именно ты поняла? — Это очевидно. Невозможно посмотреть на скульптуру и не понять этого. — Казалось, Нарцисса говорит сама с собой. — Что за скульптура? — допытывался Драко. — Я просто очень беспокоюсь. Если это на самом деле так, то, боюсь, моей подруге будет очень непросто, ведь рядом нет отца. — Отца? Священника, что ли? Зачем Гермионе священник? — При чем тут священник? — Мам, ты меня совершенно запутала. — Я имела в виду отца ребенка. — Ребенка? Но у нее нет детей. Ее нерожденный ребенок умер в аварии вместе с мужем. — Я говорю о ребенке, который находится сейчас в ее утробе, сынок. Драко показалось, что из его легких разом выкачали весь воздух. — Ты меня не слушаешь? Я уже несколько минут об этом говорю. Теперь, когда она скажет мне о своем положении, мне придется признаться, что я догадалась. Она почувствует себя преданной. Его мать продолжала говорить, но он уже не слушал. Гермиона беременна? Его Гермиона? Женщина, которая не хочет его больше видеть? Та, которая ни с того ни с сего прервала их отношения? Мысли Малфоя путались. Он снова станет папой? Теперь, когда мужчина твердо решил больше не жениться? Когда смирился с мыслью, что Скорп будет его единственным ребенком? Он не сомневался, что Гер беременна от него. Что бы она ни говорила, они созданы друг для друга. Мужчина был на сто процентов уверен, что она не спала с другим мужчиной во время их отношений, и вряд ли у нее был кто-то, кроме него, после смерти мужа. Драко быстро вышел на улицу, сел в свой «Ягуар» и завел мотор. Но как она смогла забеременеть? Они предохранялись. Лишь пару раз мужчина поддался страсти, забыв об осторожности. Он вспомнил, что один из таких случаев произошел недавно. Драко возил Гермиону на ужин в ее любимый ресторан. Там он попросил дать им столик, скрытый от посторонних глаз. Они сидели в углу, и свет практически не попадал на это место. Такая обстановка показалась ему невероятно романтичной. Но любовница восприняла все иначе. — Я понимаю, что мы стараемся не афишировать наши отношения. Но неужели нам обязательно прятаться в темноте? Малфой наклонился и прошептал: — Я подумал, что здесь мы сможем заняться не только ужином. И начал целовать мочку ее уха, используя при этом язык и зубы. Когда девушка тихонько застонала, он вернулся на свое место. — Теперь я понимаю, почему ты выбрал столик подальше от любопытных глаз, — улыбнулась она. Они заигрывали друг с другом весь вечер, доводя накал страстей до предела. Драко даже хотел найти еще более темный угол и закончить игры прямо там. Его сдержало лишь желание сделать эту ночь незабываемой для его прекрасной любовницы. В ее ярко-карих глазах пылала страсть, губы припухли, а соски напряглись и теперь четко вырисовывались под платьем. — Тяжеловато, да? — Малфой хотел пошутить, но его голос прозвучал глухо. — Не тяжелее, чем тебе. — Кажется, нам пора поехать ко мне домой, — предложил он. Как только они оказались на кровати, Драко начал медленно сводить ее с ума. Мужчине было непросто, так как больше всего на свете он хотел войти в нее. Но от секса нужно брать все, а не только завершающую часть. Чтобы шаловливые руки Грейнджер не мешали задуманному, ему пришлось схватить ее кисти и прижать их к покрывалу над ее головой. — Ты ведешь себя нечестно, Драко. — Так необходимо, сокровище. — Почему? — Хочу, чтобы ты сошла с ума от удовольствия. — Я уже сошла с ума. — Нет, — покачал головой мужчина. — Ты все еще можешь говорить. И уже через минуту он сделал так, что она могла лишь стонать, шептать бессвязные слова и умолять его взять ее здесь и сейчас. Мужчина же продолжал дразнить ее, доводя до экстаза. Ей пришлось изогнуться, чтобы заставить его войти в нее. И только тогда он вспомнил, что не нанес противозачаточное заклинание, за это в их отношениях отвечал он. Это случилось два или три месяца назад. Одно воспоминание о той ночи снова привело Драко в боевую готовность. Он ни за что бы не догадался, что Гермиона носит его ребенка. Какая женщина, забеременев, разорвет отношения с отцом малыша? Малфой выругался и ударил по рулю. О чем она думает? Неужели верит в то, что он позволит увезти своего ребенка в Австралию? Тогда Гермиона слишком плохо его знает. Им действительно придется многое выяснить друг о друге. Один вопрос все же не давал Драко покоя. Если она так хотела выйти за него замуж, то почему сразу не раскрыла свой секрет? Ведь она знает, что он никогда не откажется от своего ребенка. Затем он вспомнил, как странно иногда вела себя Астория, будучи беременной. Гер наверняка страдает от переизбытка гормонов. Ему придется держать свои эмоции под контролем. Нельзя ругать женщину, когда она в таком положении. Нужно будет обо всем позаботиться самому. Это у него всегда получалось хорошо. Именно он поднял семейный бизнес на недостижимую высоту. Единственное, с чем мужчина не сумел справиться, — это болезнь жены. Он был не в силах спасти Асторию и заплатил за свою слабость высокую цену. Драко не собирался потерять еще одну дорогую его сердцу женщину. Громкий стук разбудил Гермиону. Поднявшись на ноги, она подошла к двери и открыла ее как раз в тот самый момент, когда Драко собирался еще раз постучать. Он медленно опустил руку. — Слава богу. Сначала я стучал тише, но ты не слышала. Ты работала? Это не опасно? Материал ведь тяжелый. Я не прошу тебя оставить работу, но, возможно, ее стоит отложить на оставшиеся месяцы. — Малфой? — позвала Гермиона, пытаясь разобрать смысл его слов. — Да? — Ты тараторишь. — Гермиона никогда не слышала, чтобы он говорил так быстро. — Что с тобой? — Это ты меня спрашиваешь? — повысил голос Драко, но затем закрыл глаза, вдохнул и продолжил более спокойным тоном: — Прости меня, Грейнджер. Я могу войти? — Сначала объясни, в чем дело. — Женщина по-прежнему ничего не понимала. Он не ответил, многозначительно поглядывая за ее плечо. — Хорошо. Заходи. — И Гермиона пропустила его внутрь. Это было не самое вежливое приглашение, но она все еще не могла прийти в себя от неожиданности. Перед тем как заснуть, она разговаривала по телефону с Нарциссой, и вдруг на пороге ее квартиры оказался Драко. К тому же мужчина вел себя очень странно. — Могу я предложить тебе выпить что-нибудь? — Виски. Но я сам себе налью. Ты лучше сядь. — Ты был здесь лишь однажды, — возразила Гермиона. — Ты понятия не имеешь, где у меня что стоит. — Так подскажи мне, — терпеливо гнул свою линию Драко. Грейнджер знала, что он хочет вернуть ее. Но насколько далеко мужчина готов зайти? — Почему бы мне просто не принести нам выпивку? — Но ты сама ведь не будешь пить виски? — Я не пью крепкие алкогольные напитки. И ты это знаешь. Но раньше он никогда не запрещал ей этого. Ей становилось дурно от одного бокала вина. Возможно, Драко уже забыл. Тем не менее его поведение по-прежнему вызывало в ней тревогу. — Что с тобой сегодня случилось? — Нам нужно кое-что обсудить. — Мы уже все обсудили, — пробормотала Гермиона. Сейчас она чувствовала себя слишком уставшей, чтобы снова ворошить прошлое. Но Драко, казалось, ее не слышал. Мужчина усадил ее на кушетку, затем поднял ее ноги и положил так, что Гермиона вся оказалась лежащей на мягких подушках. Но и этого ему показалось мало. Он взял плед, которым она укрывалась, и положил его ей на ноги. — А теперь я принесу нам выпить. Гермиона с трудом сдержала улыбку. Да, Драко проявляет нежность и заботу. Но весь этот спектакль он наверняка затеял с одной целью — склонить ее к сексу. — Я бы предпочла чашку чая. — Возможно, хоть чай прекратит ее тошноту. — На кухне есть бар, там стоит виски. Мужчина направился на кухню, которая была оборудована в одном из углов комнаты. Девушка молча наблюдала за тем, как Малфой наливает воду и ставит чайник. Такая домашняя атмосфера — вот чего бы ей хотелось. — Ты пьешь имбирный чай? — спросил Драко. — Никогда не пробовал. А Гермиона пробовала. Во время предыдущей беременности. Он помогал ей бороться с тошнотой. — Я редко его пью. Драко красноречиво посмотрел на нее, а затем снова уставился на чайник. Гермиона не спрашивала его о причинах прихода. Она и так знала. Малфой собирается вернуть ее к себе в постель, но она сделает все возможное, чтобы избежать этого. — Как Скорп? — Ты видела его три дня назад. — Я бы хотела давать уроки чаще, — пожала плечами Гермиона. — Понимаю. — Да? — Ты неравнодушна к моему сыну. — Его очень легко полюбить. — Согласен. — Эмм… — Он тоже хотел бы видеть тебя чаще. — Я знаю. — Только его отец всячески тому препятствует. — Скоро мы сможем решить эту проблему. Но как? В голове Гермионы промелькнула тысяча вариантов, однако все они были лишены смысла. — Я бы на твоем месте не принимала поспешных решений. — И все же некоторые дела не терпят промедления. — Но не брак. На лице Драко отобразилось удивление. — Думаешь, Грейнджер, я хочу на тебе жениться? — А как тогда Малфой ты собираешься обеспечить сыну более частые встречи со мной? — Вообще-то, ты права. Гермиона нахмурилась. Неужели Драко всерьез задумался о свадьбе? Ее желудок сжался, предупреждая о неизбежной беде. Гермиона быстро вскочила на ноги и побежала в ванную комнату. Драко последовал за ней. Гермиона не могла поднять голову, чтобы посмотреть, что он делает. Но уже через минуту Драко прикладывал к ее лбу мокрое полотенце. Ей полегчало, она опустилась на пол и прислонилась к Драко, который сел позади нее. Она не знала, сколько времени они так просидели, но Гермиона впервые за последние несколько дней почувствовала себя по-настоящему счастливой. — Тебе лучше? — наконец спросил он. — Мне не нравится, когда меня тошнит. — Я понимаю, — кивнул Драко и протянул ей стакан воды. Гермиона попыталась встать, чтобы поставить стакан на место, но ее неожиданно повело в сторону. В ту же секунду она оказалась в крепких мужских объятиях. Именно об этом она втайне мечтала. Мужчина принес ее в спальню и уложил на подушки так, чтобы ей было удобно. Кажется, он всерьез беспокоился о ней. У Гермионы даже навернулись на глаза слезы. Но она знала, что это лишь результат гормональной перестройки. Поэтому шутливо спросила: — Как ты узнал, где располагается моя спальня? — Инстинктивно. Гермиона рассмеялась. — Хочешь сказать, у тебя нюх на кровати? — На кровати, которые принадлежат тебе, — ответил Драко и провел рукой по ее волосам. — Мне принадлежит только эта кровать. — Практически год ты делила со мной постель в Меноре, а также — несколько раз — мою кровать Нью-Йорке. — Пытаешься сказать, что теперь эти кровати принадлежат и мне? — спросила Гермиона с плохо скрываемым сарказмом. — Да. — Это… — пробормотала Гермиона. — Это просто смешно. Драко пожал плечами. — Я так не думаю. — Неужели? — спросила она едким тоном, который использовала только в крайних случаях. — Постарайся мыслить рационально, — спокойно ответил Драко. — Тебе сейчас нельзя огорчаться. — Я, — Гер хотелось сказать, что он не прав. И что с ней все будет в порядке. Это просто простуда или недомогание. Она готова была сказать что-нибудь, кроме правды. Но солгать Драко ей будет невероятно трудно. — Отдохни, милая. Я принесу чай. — Хорошо. Только твои кровати меня больше не интересуют. Усвой это. Мужчина молча кивнул. Что же происходит?