6. Идеалы и предубеждения

- И для чего тебе Люциус, позволь спросить? - Буду жаловаться, как вы все мне надоели, - Драко ухмыльнулся, не отрывая взгляда от картины на стене. Он и Гермиона у Эйфелевой башни. Там он сделал ей предложение. Как же было трудно оторвать ее от работы и увезти отдыхать. - Малфой, я серьезно. Поттер выглядел не на шутку встревоженным, что только больше раззадоривало его желание поиздеваться над ним, однако серьезность ситуации не давала возможности для задержки. - Она все еще носит обручальное кольцо, - пояснил Драко. – Это семейная реликвия с сильными защитными чарами. Если хозяйка кольца почувствует смертельную опасность, оно перенесет ее в фамильное поместье. Также на него наложены отслеживающие чары. Я не знаю, как их активировать. Люциус должен был рассказать после заключения брака, но учитывая, что он в Азкабане, поздравительных открыток с семейными тайнами я не получал. - Идем, - Гарри стремительно поднялся с дивана. – Какой толк быть главой Аврората, если нельзя устраивать ночные свидания в тюрьме? – он развел руками и рассмеялся, входя в камин. - Очень смешно, - буркнул Драко, заходя следом. Камин находился на первом этаже Азкабана в кабинете ответственного за тюрьму лица. После победы над Волан-де-Мортом должность получил Кассиус Уоррингтон, Драко плохо помнил его со школы. На пятом курсе они вместе входили в Инспекционную дружину Амбридж, но в войне Уоррингтоны не участвовали. Сбежали, как только Темный Лорд восстал в открытую. Несмотря на отсутствие дементоров, Азкабан не перестал быть зловещим местом. Повсюду гуляли сквозняки, каменный пол был сырым от близости к океану. Соль в воздухе, со временем, пропитывала организмы заключенных – разъедала подушечки пальцев, губы, ухудшала состояние волос. Слишком часто, находившиеся здесь зарабатывали пневмонию. - Ужасно, - прокомментировал Драко, разглядывая тускло освещенный кабинет. - Не на курорт приехал, - фыркнул Гарри. Тюремные реформы произвели через пару месяцев после победы. Азкабан отремонтировали и улучшили, делая крепость неприступной. Теперь пробить ее извне было практически невозможно. Гермиона разработала план внешней охраны здания – вышки, которые фиксировали попытки проникновения на территорию. В каждой находился артефакт, который тонко чувствовал любое магическое вмешательство. Воющие чары предупреждали охрану о нежелательных гостях, а после возводили защитный купол, разработанный отделом тайн. При активации охранных чар, в кабинете министра магии и Аврорате запускались артефакты – дубликаты, за которыми закреплены отряды быстрого реагирования. Заключенные теперь находятся в полной изоляции, камеры были усилены, поэтому возможности общаться с кем-то кроме охранников – нет. На прогулки выводят группами по семь человек, надзиратели следят за отсутствием любого контакта. Драко сдавленно сглотнул. Одиночество любого сведет с ума. Он испытывал это прямо сейчас, когда его жена пропала, что ни шло ни в какое сравнение с такой яростной изоляцией. - Я приведу сюда Люциуса, - сказал Гарри, просматривая журнал посещений. – Жди. Малфой облокотился на стол, взлохмачивая волосы. Он был чертовски счастлив, что благодаря Гермионе и Поттеру не оказался в этом месте. Кабинет был небольшой и, не считая пустого пространства перед камином, все помещение было заставлено металлическими стеллажами с карточками заключенных: бывших и нынешних. Какая-то извращенная версия архива Министерства и библиотеки Хогвартса. Драко старался держать в узде собственные эмоции, но в моменты полного одиночества они прорывались. Он надавил на глазницы, стараясь убрать напряжение в черепе. Столько событий за день и ни одного хорошего. Блять. Два с половиной года назад. Они встретились снова. И, черт возьми, он мечтал забыть об этой встрече раз и навсегда. Как бы он не ненавидел грязнокровок, саму Грейнджер, она этого не заслужила. Драко до сих пор слышал её нечеловеческие крики и смех тети Беллы. Он вспомнил, как маленькое хрупкое тело корчилось на полу и к горлу подступили рвотные позывы. Малфой не смог их сдержать. Перекатился на кровати и опорожнил содержимое собственного желудка. Во рту неприятно горчил привкус желчи, а комнату стремительно наполнила вонь рвоты. Он взмахнул палочкой, убирая беспорядок и раскрывая деревянные ставни. В ту ночь ему снился один и тот же кошмар. Кричащая бледная Грейнджер с изуродованной рукой. Наше время. - Принимай подарок, - послышался голос Гарри через пятнадцать минут. Он вел перед собой худого Люциуса в грязной серой робе. На его руках были наручники, сдерживающие магию – еще одна разработка Гермионы. Лицо его отца осунулось, отчего скулы и линии подбородка стали острее, двухнедельная щетина переливалась в тусклом свете камина, длинные платиновые волосы местами поредели. Кожа в некоторых местах имела синий оттенок, то ли от холода, то ли от заживающих физических увечий. - Драко, - голос старшего Малфоя сквозил хорошо скрытым презрением, но за годы, проведенные под одной крышей с этим человеком, различить их было не сложно. - Отец, - кивнул парень, распрямляя спину. – Поттер, оставь нас, пожалуйста. - Нет, - Гарри покачал головой. – Я и так притащил тебя сюда, нарушая все, утвержденные мною правила Азкабна. Можешь использовать заклинание приватности, но я не уйду. Поттер посмотрел на Люциуса, угрожающе сузив глаза, так что Драко захотелось рассмеяться. С такими наручниками, без сопровождающего, его отец даже не сможет воспользоваться камином. - Как пожелаешь, - произнес он, взмахивая палочкой. – Рад видеть тебя в добром здравии, - сухо произнес Драко, обращаясь к отцу. - Что тебе нужно, сын? Несмотря на свое физическое истощение Люциус Малфой продолжал держать аристократическую осанку и говорить так, словно он до сих пор что-то значил. Но он уже давно не значил ничего. Ни для волшебного сообщества, ни для самого Драко. - Моя жена пропала. - А, - губы старшего Малфоя растянулись в злобной усмешке. – Прекрасная мисс Грейнджер. Очень жаль, что ты не спросил моего мнения по поводу вашей свадьбы Драко, потому что я бы сказал «нет». - Именно поэтому я тебя не спрашивал. - И чем же я могу тебе помочь, Драко? – тон Люциуса сочился сарказмом. - Расскажи мне, как активировать поисковое заклинание обручального кольца. - И зачем же мне это делать? - Может, потому что я – твой сын и пропала моя жена? – он приподнял бровь. - Мне нет дела до мисс Грейнджер, я презираю ее всей душой, - прошипел Люциус, распаляясь. – Ты опозорил нашу семью, взяв в жены грязнокровку. Страшно представить лицо твоей матери! - Моя мать поддержала наш союз! – прокричал Драко, внутренне ликуя, что использовал приватные чары. – Потому что она, в отличие от тебя, никогда не была слепым фанатиком! Она обожает Гермиону и с нетерпением ждет внуков. - Нарцисса бы никогда не опустилась до такого! – угрожающе произнес Люциус. – Она была предана мне и идеалам Темного Лорда, она верила в них! А ты – опозорил все! - Она соврала, глядя в лицо Волан-де-Морту, - понизив голос до жесткого шепота, произнес Драко. – Помнишь? Она сказала, что Гарри Поттер – мертв! И она сделала бы это снова. Как активировать чары, отец? - Как ты смеешь… - он поперхнулся словами от собственного гнева. – Приходить сюда, позорить свою мать, позорить меня и требовать помощи! Ты жалкий мальчишка! Вздорный пустоголовый! Я не буду помогать тебе искать грязнокровку! Драко держался, как мог. Он пытался быть терпеливым и относительно вежливым, пытался проявить толику понимания к человеку, погрязшему в ложных идеалах, но его терпение не было вечным. На этих словах, не отдавая себе отчета, он сжал ладонь, размахнулся и ударил отца по лицу. Ответом было шокированное молчание. Люциус дернулся от удара и покачнулся, с усилием удерживая вертикальное положение. На его левой щеке сгущалась краска, а от массивного перстня на пальце Драко остался порез. - Она – Гермиона Малфой! Только оглянись, куда тебя привели твои прогнившие идеалы о чистоте крови! Ты будешь торчать здесь всю жизнь! – его дыхание сбилось из-за крика. – И поверь мне, если ты не поможешь мне сейчас, я сделаю все возможное, чтобы в следующий раз, у тебя были посетители на похоронах, лет так через двадцать. Не думаю, что ты долго здесь протянешь. - Убирайся! – закричал Люциус, закрывая ладонью щеку. – Убирайся и никогда не возвращайся! - Как активировать чары?! - Пошел ВОН! - Как активировать чары, отец?! - ВОН! Драко отошел на шаг и смерил своего отца самым презрительным взглядом, на который только был способен. - Я хочу, чтобы ты сгнил в своей камере, - четко и с расстановкой произнес младший Малфой. – Я передам матери, как ты обошелся с ее невесткой, можешь не сомневаться, она больше не придет навестить тебя. Он отошел еще на несколько шагов и кивнул Поттеру, чтобы тот уводил Люциуса. Может Гарри их не слышал, но зато видел молчаливую перепалку собственными глазами. Он быстро схватил мужчину за руку и практически силком потащил из кабинета. Драко был в бешенстве. Его шансы отыскать Гермиону таяли на глазах. Он действительно верил, что Люциус поможет, каких бы убеждений он не придерживался. В конечном счете она – его жена, один из важнейших людей в жизни любого человека. - Что он сказал? – спросил Гарри, врываясь в кабинет. - Ничего, - устало выдохнул Драко. – Он отказался помогать. - И что мы будем делать? - Навестим мою мать.