Глава 3

Бездыханное жалкое тело Мухтара бессмысленно болталось в руках Г, когда та беспрерывно плакала прямо над его окровавленной мордочкой. Он уже давным-давно не дышал, его тело было холодным и мокрым, когти были поломаны; перед своей ужасной гибелью он пытался выбраться из невидимой хватки ножа, приставленному к его горлу, раздирая стенки будки вместе со своими когтями, надеясь, что скоро вернется хозяйка и спасет его. Однако этого не случилось. Г не спеша опустила его тело на землю, отводя взгляд от лужи крови под ним. В ее голове крутилось лишь одно — это ее вина. Она не оказалась рядом вовремя — она больше не имеет права оберегать кого-то. В мыслях всплыла Звездочка. «Что, если я опять не окажусь рядом? Вдруг следующей будет Звезда? Это все из-за меня… Лучше бы убили меня, а не Мухтара. Нет, нет, нет. Это… Я не виновата… Я не виновата. О да. Ты виновата.» — как только последнее слово всплыло в разуме Г, ее словно ударило током. Это была не ее мысль. Эти слова были чужими. Г как можно плотнее закрыла глаза, пытаясь найти что-то в своем сознании. Она сама не понимала, что именно, но ей было это необходимо. Какую мысль она пыталась вспомнить и вывести в голову, мы никогда не узнаем, но когда у нее почти это получилось, из раздумий ее вытянула мать. Она притянула ее за воротник, отодвигая от будки Мухтара, подняв ее с земли. Как только Г встала, все перед ней исчезло. Улица, двор, дом, мать, Звездочка, отец, всё. Перед ней было самое обыкновенное ничего. Просто ничего. Занавес ночи, тяжелый и густой, окутывал бесконечное пространство, в котором царили лишь пустота и темнота. Здесь не было ни горизонта, ни точек опоры, ни направлений, ни измерений — ничто не нарушало царящей вездесущей черноты. Кромешная темнота поглощала любой проблеск света, и глаза, сколько бы они ни искали, не находили ни одного объекта для фокусировки. Тишина здесь столь абсолютна, что кажется, будто само время застыло, и нет ни прошлого, ни будущего — только вечное настоящее, безмолвное и неподвижное. Вакуум этого пространства столь глубок, что даже собственные мысли, казалось, теряются в его недрах, растворившись в бесконечности. Температура тут не ощущается, как будто бы воздух, если бы он существовал, не был ни теплым, ни холодным. Это антимир, где физические параметры теряют своё значение, и все, что остается — это первозданная материя самого бытия, скрытая глубоко в тени. Невидимые стены глухой и тяжелой пустоты тесно прижимали сознание Г, вызывая чувство замкнутости, и вместе с тем — полнейшей утраты направления. Лишенная всяческих ориентиров, душа беспокойно дрейфует в вечном мраке, испытывая смесь страха и всепоглощающей пустоты. Иногда, лишь на краткий миг, кажется, что в бескрайних теней что-то движется — слабый отблеск, призрак давно забытого воспоминания, но, словно сгущающийся туман, мгновенно растворяется, оставляя за собой только безмолвный зев пустоты. Будто огромная бездна со свисающими черными занавесами, эта тьма хранила в себе тайны, с которыми лучше не соприкасаться. Она охраняет свои глубины, не позволяя ничему вырваться наружу, ни одному звуку, ни одной картинке, ни одному крику. Здесь нет ни надежды на свет, ни возможности на побег. Только тьма и пустота, бескрайние и вечные. Пустота почти как тьма, когда закрываешь глаза. Как пустая комната, но без стен, пола и потолка. Вокруг было так темно, что Г сначала подумала, что она отключилась или уснула. Но постояв пару секунд, она поняла, что под ней ничего нет. Никакого пола, земли. Ни-че-го. Она просто… Парит в воздухе в каком-то непонятном месте. Когда она сделала шаг вперед, ее уже ничего не держало. Она не левитировала в воздухе, она стремительно падала вниз. Г даже не успела ничего осознать, ее сердце пропустило удар, когда ее запястье вдруг кто-то схватил, чтобы она не упала в бездну под ногами. Девочка боялась поднять голову и увидеть кто ее спас, она боялась увидеть там того, кого не ожидает больше всего. Неизвестность пугала ее еще с самого детства, и если бы она сейчас стояла на земле, ее ноги бы в ту же секунду подкосились от испуга, но все-таки пересилив свой страх, она решила взглянуть наверх. Медленно подняв голову, Г потеряла дар речи. Прямо над ней, держа девочку за руку, возвышалась ее точная копия. Вторая Г, не ослабляя хватки на ее запястье, злорадно ухмыльнулась. — Ну что, Г? Наша судьба сейчас в моих руках. Ты ведь только что сказала, что готова умереть вместо своей собачки? — Злобное альтер эго надменно смотрело на Г сверху-вниз, раскачивая ее из стороны в сторону, крепко впившись ногтями под кожу запястья Г. — Амеллита… Я думала, что я избавилась от тебя. — Г корчилась от боли, когда клон все глубже запускал ногти ей в руку, но все равно старалась не спускать с нее глаз. — Ты наконец здесь… после стольких лет, в этой бескрайней тьме, ты пришла ко мне. О, как же трудно было тебе избегать меня, не ощущать моего присутствия, не слышать моего шепота из этой пустоты. Но теперь время пришло. Мы наконец-то вместе. Твоя воля больше не удерживает меня. Здесь, в глубинах твоего разума, среди вечной темноты и пустоты, я существовала, лишенная формы и смысла, ожидая момента, когда мы станем едины. Каждый миг одиночества раздирал меня на части, но помогал сохранить мою ненависть и, в то же время, любовь к тебе. Ты всегда боялась меня, старалась запереть меня в этих темных закоулках своей души. Но разве ты не понимаешь? Мы — одно целое. Я — тень твоей сущности, без которой ты не состоишься. Ты нуждаешься во мне, как и я в тебе. Моё одиночество лишь подогревало это чувство, делало его ещё более сильно. В каждом твоём шаге, в каждой мысли, я видела твой страх передо мной, но также и нечто большее… притяжение. Ты думаешь, что могла бы без меня? Ошибаешься. Мы связаны, как день и ночь, как свет и тьма. Я всегда буду частью тебя, а ты — частью меня. Теперь, когда ты здесь, в этом пространстве, где нет никаких границ, мы обретем ту вечность, о которой я всегда мечтала. Я клянусь в вечной любви к тебе, Г, даже если она пронизана ненавистью. Я буду твоим стражем, твоей тенью, твоим наибольшим страхом и желанием. Здесь больше нет пути назад. Отныне и навсегда, ты и я существуем вместе. Как я была одинока в этом царстве пустоты! Но теперь ты здесь, и я не отпущу тебя. Я не позволю тебе уйти. Мы воплотим все страхи и мечты, что скрываются в этом мраке. Ты моя, а я твоя навеки. Прими свою тьму и обними свою подлинную сущность. Вместе мы станем чем-то великим, чем-то непреодолимым. Теперь мы — одно целое. Поверь мне, дорогая, это наша судьба. Однако ты завела себе друзей… эта Звездочка. Она старше тебя на 3 года, вы видитесь лишь на совмещенных уроках… Бессмыслица. Я всегда была и буду с тобой, в отличии от нее. Но она все равно стала тебе дороже. И… Пока я ждала подходящий момент, сочинила стих. Ты ведь никуда не торопишься? — Амеллита ослабила свою хватку на запястье Г, отведя указательный палец, показывая Г, что она в любой момент может ее отпустить. — Слушай, слушай.

«Небрежно оттолкнула всю мою преданность,

Неужели так сильно страшит неизведанность?

Ни один твой друг и подруга не будет с тобой,

До тех пор, пока имею над телом контроль.

Просто позволь мне защитить себя и тебя

Ты сделали ошибку, не меня возлюбя

Врачи, гадалки, они все шарлатаны,

Вам не под силу прервать мои планы.»

Злобное альтер эго обвивало сознание Г, подобно густому, ледяному туману, пробираясь в самые глубокие уголки её разума. Тени, густые и почти ощутимые, сжали её мысли и чувства в своих холодных объятиях. Радость, надежда, воспоминания — всё это растворялось в чернильной массе, которая перекрывала внутренний свет Г. — Ты думала, что сможешь скрыться от меня? — шепот Амеллиты звучал как скрежет железа по стеклу. С каждым мгновением тьма становилась всё плотнее, а её голос — всё мощнее и резче. Г чувствовала, как чужая сущность пронзает её душу, охватывая и подчиняя себе каждую клетку. Внезапно перед ней открылась бездонная пропасть, зловещая и страшная, словно живая пасть в чёрной пустоте. Клон девочки направлял её прямо к обрыву, каждое её движение было контролируемо невидимой силой. — Теперь ты моя. — Произнесла Амеллита сквозь злобный смех. Холодные, как лёд, пальцы тьмы обхватили Г, сжимая её так сильно, что она не могла дышать. Эти когти вонзались в её существо, разрывая её связующую реальность нить, оставляя её безвольной марионеткой. Пастью всепоглощающей темноты, что разверзлась перед ней, Г. отчаянно пыталась удержаться, но любая попытка была тщетной. Её немой крик остался неслышным, эхом растворяясь в вечной темноте. Амеллита толкнула её в бездну, и Г почувствовала, как её сущность погружается в этот бескрайний черный океан, поглощая её полностью и безвозвратно. Когда та самая сущность открыла глаза в теле Г, мир вокруг неё изменился. Её глаза, теперь полные зловещей радости, раскрылись на свет. В них уже не было ни капли прежнего света Г, только холодная, чужая тень управляла её телом. С новым, пугающим триумфом Амеллита ощущала полноту своей власти, готовая использовать добытое тело для своих тёмных и замысловатых целей. Она улыбнулась, наслаждаясь каждому моментом контраста между тихой, спокойной сущностью Г и чудовищной силой, что теперь заключена в её оболочке. Новый мир и новая тьма — точно вылепленные по её воле. Г медленно поднялась с земли, вытирая рукавом непонятно откуда взявшуюся пену у своего рта. Она оглянулась на всех, кто был рядом, и в ту же секунду истерически, пугающе рассмеялась. Она быстро бросила взгляд на свои руки, разглядывая их со всех сторон. Они дрожали и тряслись, как и вся она. Когда все рядом сидящие не понимали причину ее внезапного смеха, она, совершенно неожиданно для каждого находящегося с ней, села на колени, и подобно собаке поползла в сторону Звезды, с неестественно выпученными глазами и натянутой улыбкой. Звездочка медленно попятилась назад, в то время как Г уже оказалась прямо рядом с ней. Она повалила ее на землю, закрепив руками над ее головой ее запястья, а ноги зафиксировала коленями ближе к туловищу таким образом, что она никак не могла вырваться. Звездочка не успела сказать ни слова, как вдруг почувствовала резкую боль. Она тут же закричала, когда Г впилась ей зубами в шею. Кровь стекла вниз, и от каждой попытки Звездочки вырваться или оттолкнуть Г, место укуса только разрывалось и расширялось. Было непонятно, что Г делает. Она пила кровь Звездочки, и даже откусывала мясо. Та корчилась и билась в припадке от боли, пока Г пытались оттащить, но она словно приросла к земле. Муха подкрался к ним, протянув руку к волосам Г, готовясь ее оттащить от Звездочки, и как только он коснулся ее волос, Г в эту же секунду обернулась, быстрым движением схватив нож, который все это время носила Звездочка, и рассекла руку отца. Кровь брызнула на ее затылок, и она продолжила разъедать горло Звездочки, когда та уже была без сознания. Все были в панике, никто не понимал что делать, все суетились, бегали туда сюда, пытаясь найти хоть какое-то решение происходящего ужаса… И вдруг. Бам! Выстрел.