Часть 49. Вольскигге

      Следующий зал, на который они наткнулись оказался чем-то вроде большого обеденного. Посередине стоял громадный длинный стол, а по краям шкафы и двери в разные части руин. Часть коридоров были завалены, но это не то, что взволновало команду. Прямо посреди комнаты валились тела других бандитов. Бьорн почесал затылок:       – А я-то думал, почему их только двое в той комнате было. Обычно они сбиваются в стаи…       Серана покивала, соглашаясь. Цицерон захихикал. Тина скосила глаза на него и нахмурилась:       – Видимо они не поделили возможную добычу и убили остальных.       – В любом случае, ничего интересного у них нет… Эх.       Выдала вердикт вампирша, после осмотра тел. Другие ответвления от комнаты оказались либо заваленными, либо полупустыми. В любом случае в них не нашлось ничего существенного, поэтому компания прошла дальше.       Перед очередным коридором они застыли. Тина тихо шепнула:       – Драугры.       И все сразу перешли в боевую готовность. Выскочив из-за угла с молотом наперевес, Бьорн тут же снёс не ожидавшего гостей драугра. Другой мертвец заметил это и ринулся в бой, однако довакину на помощь пришли остальные: в ближнем ему подсобил Люсьен, а на дальних дистанциях Серана с заклинаниями и Цицерон с луком. Сзади ситуацию отслеживала Тина, предупреждая товарищей о приближающихся врагах, а в чересчур ретивых летело «отпугивание нежити». Огни из посоха отлично освещали широкие коридоры, в которые всё сыпались и сыпались драугры.       Однако, всё заканчивается. Закончилось и это сражение громким хрустом от переломленного ссохшегося позвоночника молотом Бьорна. Вытерев пот со лба, он осмотрел поле сражения и своих товарищей на предмет ранений. Не заметив ничего не поправимого, взгляд довакина зацепился за слишком нахмуренный вид Слышащей:       – Тина? Всё в порядке?       – М? А… Да, никто не ранен. Пойдём дальше?       – А ты? Чего такая хмурая?       – Просто одна идея пришла. Обдумывала.       – А-а, ну раз идея… Ладно, раз все целы, пойдёмте дальше.       Дальше оказались очередные древние коридоры, поросшие мхом и корнями. И драугры в них. Меньше, чем в первом, но всё ещё не слишком приятное соседство.       С каждым снова убиенным мертвецом силы команды медленно утекали. Решив, что лучше она попробует и ничего не получится, чем не попробует и подставит команду, Тина взмахнула посохом, отправляя маленькие искры света прямо в ново-подоспевшего драугра. Зашипев какие-то проклятья на драконьем, мертвец быстро убежал обратно. Довакин задумчиво почесал затылок, косясь на Тину:       – Не плохо. Оно их ранит?              – Судя по шипению, да.       Кивнув, Бьорн повёл команду дальше. Встречающихся на пути драугров ожидала та же участь – волшебные искорки. Шипя и кряхтя, мертвецы отступали, давая дорогу компании. Коридоры окончились расширением в виде большой залы странной конструкции.       Осмотрев из-за угла, что в комнате никого, Бьорн махнул рукой, зазывая остальных. Зайдя внутрь, команда резко развернулась к входу – решётка с громким бахом опустилась, закрывая путь назад.       Вздохнув, товарищи приступили к осмотру места, где они оказались. Первое, что они заметили – решётка на выход тоже закрывала проход.       – Ловушка.       Не смогла не прокомментировать ситуацию Серана, беспечно пожав плечами. Даже бегло осмотревшись, Тина поняла, что зал был странным со всех сторон и его единственное назначение – это быть ловушкой, препятствием на пути. Здесь не было никаких вещей жилого назначения или мест хранения. Только гробы посередине зала со, скорее всего, спящими внутри драуграми, четыре возвышения по краям с изображениями животных – медведь, лисица, змея и волк и пьедесталами с рычагами на них. Перед дверью на выход стоял ещё один пьедестал. Подойдя к нему, Бьорн отчаянно вздохнул и зарылся в рюкзак. Серана заглянула на пьедестал и повернулась к остальным, махнув рукой:       – Перерыв. Там табличка на драконьем, так что это надолго.       Переглянувшись, ассасины пожали плечами и расселились кто куда, продолжая сканировать взглядом помещение. Просто на всякий случай. Вдруг кто выскочит? Присев рядом с вампиршей, Слышащая начала расспрашивать ту обо всём, что не успела обсудить в прошлый раз. Бьорн наконец нашёл и достал небольшую потёртую книжку. Открыв её, он положил словарик рядом с табличкой и приступил к переводу, вдумчиво ища соответствующие символы.       Услышав хихиканье со стороны девушек в очередной раз, довакин лишь закатил глаза, стараясь не отвлекаться на посторонние звуки: «эх, надо было послушаться Арнгейра и соглашаться на уроки драконьего, а не отмахиваться наличием словаря», грустно размышлял Бьорн. Он никогда не считал себя учёным и тем более способным к изучению языкам, особенно таким странным и необычным, ведь его дело всегда касалось практики и в основном практики боя, но сейчас он корил себя за тот порыв лени. Знай он драконий они бы так долго не сидели, глядя то в потолок, то на стены, то на обвалившиеся балки, то роясь в рюкзаках в поисках солонины… Ожидание пробуждало аппетит.       Последнее слово быстро опустилось на кусочек бумаги. Глубоко вздохнув, Бьорн вытер пот со лба и посмотрел в потолок, успокаивая уставшие глаза. Потерев переносицу, он бросил тихое в пустоту:       – Готово.       Перешёптывание мгновенно стихло, а вся команда в миг оказалась рядом с пьедесталом с ожиданием уставившись на ошалевшего от такой скорости довакина. Взглянув на часто моргающего Бьорна, Серана шикнула:       – Ну? Что там?       – А, да, кхем…       Откашлявшись, довакин зачитал:

Все четверо живут на той же земле, что и мы.

Одни держатся тихо и тень предпочитают.

Другие делают стойку, оглядываются, вытянув шеи.

Пусть никто из них в этом священном кургане не обитает,

Но всем удели внимание, если хочешь идти дальше.

Первый страшится всех, второй не боится никого.

Третий съест всё, что сможет, и охотней всего — первого.

Четвёртый боится второго, но лишь когда один.

      Переглянувшись со всеми, что находились в таком же замешательстве, Серана посмотрела на Бьорна и недоверчиво протянула:       – И что это значит?       Довакин пожал плечами. Опустив голову, он стал чесать затылок, не зная куда дальше вести команду. Переглянувшись с братьями вновь, Тина окинула взглядом зал, посмотрела на постамент и потёрла подбородок, задумчиво повторив услышанное:       – Первый страшится всех, второй никого… Хм.       Чуть приподняв голову, Бьорн недоверчиво взглянул на Слышащую. Увидев, что остальные тоже смотрят на неё, Тина неопределённо махнула рукой, указывая на весь зал:       – Похоже это загадка про эти четыре тотема и очередность нажатия на кнопки рядом с ними. Лисица, змея, волк и медведь.       Цицерон тут же хихикнул:       – О, Цицерон знает! Последний – волк – всего боится без стаи.       Люсьен повёл плечами:       – Тогда полагаю, что «не боится никого» – это про медведя.       Услышав предположения, Бьорн приободрился: кажется, ситуация налаживалась. Тина улыбнулась, радуясь, что её поняла:       – Видимо третья – это змея – съест всё, что сможет. И получается, что остаётся первая – лиса.       Мужчины закивали, и Слышащая уже хотела пойти к тотему лисы, но её придержала Серана:       – Погоди. Не совсем. Первая – змея, а лиса – третья. Это… нордские заморочки, хотя лисы и впрямь иногда охотятся на змей.       Тина вопросительно выгнула бровь, а после нахмурилась, вспоминая кто на кого охотится: «хм, пожалуй, Серане как нордке лучше знать о нордских заморочках, не так ли?». Улыбнувшись, девушка одобрительно сжала плечо вампирши и быстрым шагом отправилась к тотему змеи. Потянув за рычаг, она отправилась к следующему. Рассредоточившись вокруг центра с гробами, остальные приготовили оружие, готовые атаковать, если их решение всё же оказалось ошибочным. Подойдя к последнему тотему волка, Тина положила ладонь на рычаг и зажмурилась. Выдохнув, она быстро потянула механизм на себя. Однако, вместо стука упавших крышек гробов, услышала лишь медленное поднятие решёток с обоих входов. Команда облегчённо выдохнула, убирая оружие.       Бьорн со свитом выдохнул:       – Фух! Отлично сработано.       Согласно покивав, все потянулись к выходу за пьедесталом с текстом загадки. Проходя мимо него, Тина застыла, прислушиваясь. Ей показалось, будто этот кусок камня с выскобленными значками… «пел». Тихо, едва слышно, будто порывы слабого ветра, но всё же «пел». Любопытство потянуло Слышащую развернуться и, словно загипнотизированная, она потянула руку.       – Тина? Пойдём скорее. Не нравится мне тут.       Недовольный голос вампирши вывел Тину из странного оцепенения. Отряхнув руки, чтобы убедиться, что она вновь ими управляет, Слышащая кивнула и в два шага-прыжка оказалась возле Сераны. Продолжая ворчать, вампирша подхватила Тину под локоть и быстро повела вперёд мимо ассасинов к уже далеко прошедшему Бьорна.       Команда спускалась по коридорам ниже, обходя ловушки в виде нажимных плит и растяжек. Свет посоха-палочки всё также прекрасно справлялся с отпугивание драугров, что порой вылетали из ответвлений коридоров, словно прямо из стен. Через время искателем стены силы стало казаться, что они блуждают по лабиринту: коридоры повторялись, простые загадки с поворотом постаментов нужным значком, что нарисован прямо за ними, тоже. Как и новые коридоры склепов, наполненные драуграми. Пройдя очередной такой склеп-коридор, они вышли к чему-то новенькому. Однако, вовсе не были этому рады:       – Пауки.       Тина поморщилась и переместилась назад группы, уступая им. Всё же свет посоха отгоняет только нечисть, а пауки таковой не являлись. Хотя получать посохом по своей противной морде им тоже не нравилось. Разобравшись с членистоногими, компания выдохнула и в уже более благодушном настроении – всё же они бродили не по лабиринту – отправилась дальше. Ещё пара коридоров и вот они в новом зале с протекающим ручьём прямо посередине. Пара особо назойливых драугров оказались отправлены в нокаут молотом Бьорна и стрелой Цицерона.       Осмотрев помещение и убедившись, что других врагов не наблюдается, довакин махнул рукой:       – Перерыв. Отдыхаем.       Усевшись на камни возле ручья, все, в том числе и сам Бьорн, облегчённо вздохнули. Сколько они уже находились в кургане никто не знал – внутренний счётчик времени мгновенно сбивался под гнётом сливающихся, повторяющихся каменных коридоров нордских гробниц.       Умывшись, посидев отдохнув, и набрав воды, команда всё же поднялась на ноги, готовая дообследовать руины, оставив полноценный отдых на потом. Кивнув, довакин закупорил свой бурдюк, поднял молот и повёл напарников дальше.       Пройдя ещё небольшой коридор, они поднялись по ступеням вверх и вышли в некое подобие тронного зала. Высокие потолки, подпёртые крепкими балками, крупные напольные факелы, по обе стороны от трона и спящий драугр в рогатом шлеме на нём. Стоило зайти в зал как мертвец тут же ожил и стал довольно шустро подниматься с трона одновременно вытаскивая секиру из-за спины.       Нырнув под руку Бьорна, Тина выскочила вперёд и в сторону, тут же применив искры света на драугра. Мертвец отпрянул от неожиданно на шаг назад, но тут же злобно махнул рукой, словно отбиваясь от искр. Слышащая замерла, не понимая почему магия не сработала. Перехватив секиру, драугр вдруг встал ровно, словно набрав воздуха в грудь. Бьорн, на краю сознания понявший, что сейчас будет, хотел помочь, но был слишком далеко:       – Берегись!       – ZUN HaaL ViiK!       Оглушительная волна вырвалась из драугра и понеслась на Тину. Зажмурившись, Слышащая замерла. Посох вырвало из её рук и откинуло в противоположную стену, за спину ожившего мертвеца. От ударной волны крика, Тина упала на пол, тут же по наитию откатившись в сторону. Драугр уже замахнулся секирой на девушку, когда в него влетели метательный нож и стрела. Воспользовавшись замешательством противника и убедившись, что он обратил внимание на товарищей, Тина подскочила на ноги и побежала к посоху.       Не дожидаясь следующего шага врага, Бьорн замахнулся молотом. Но оказался перехвачен выставленной секирой. Серана закружила вокруг, пытаясь достать драугра заклинаниями. Не смотря на ссохшееся состояние тела, этот экземпляр явно был намного сильнее предыдущих. И шустрее. Он ловко уворачивался от стрел, ударов молота, заклинаний, летящих в него маленьких ножичков. Но и Бьорн не давал себя ударить, вовремя отражая атаки.       Ситуация могла бы стать патовой и превратиться в игру «кто быстрее устанет», если бы Тина, пригибаясь от разлетавшихся стрел и заклинаний, не отыскала наконец свой посох. Вспомнив огонь в камине, что она смогла зажечь сама, Слышащая сосредоточилась. Нацелила оружие на врага. Взмах посоха. Яркий луч полетел прямиком в глазницы драугра. Закряхтев, тот прижал ладонь к месту, где когда-то были глаза, и стал бесконтрольно размахивать секирой рядом с собой. Меткий выстрел шута в ногу мертвеца и противник тут же опёрся о другое колено, продолжая размахивать оружием. Быстро переглянувшись, Серана и Люсьен одновременно атаковали сталью и магией руку драугра, которой он держал секиру. Оружие со стуком упало на пол. Смекнув что к чему, Бьорн замахнулся и одним ударом впечатал мертвеца в стену, отделяя голову от туловища и превращая её в прах.       Опершись ногой о стену, довакин с усилием вытащил молот, что от такого удара застрял в камнях. Поставив оружие на пол, он осмотрел команду и облегченно выдохнул:       – Фьюх! Ну теперь точно перерыв!       Согласно зашуршав в ответ, команда разбрелась: Серана поспешила к Бьорну, а Цицерон с Люсьеном к Тине. Коротко, но крепко обняв своих мужчин Слышащая быстро отстранилась и, опустив взгляд в пол, предложила:       – Может осмотрим зал? Возможно, тут найдётся чем поживиться.       Заторможенно покивав, хранитель и страж переглянулись с непониманием, скривились от схожей реакции и разбрелись в разные стороны, осматривать зал. Подойдя к довакину и вампирше, Тина быстро просканировала их на наличие повреждений, убедилась, что и с ними всё в порядке и также предложила осмотреть зал. Серана тут же хитро улыбнулась, подхватила подругу под локоток и повела подальше от лишних ушей, задавая какие-то вопросы прямо в самое ухо Слышащей. Тина посмеивалась, но отвечала. С вампиршей ей было весело и легко. Да и поиски возможных сокровищ становились не такими муторными. В такой-то компании.       Спустя время Тина подала голос остальным, что что-то нашла. На что, к собственному удивлению, получила такой же ответ от Цицерона и Люсьена. Вновь взглянув, друг на другу они скривились и отвернулись. Слышащая непонимающе посмотрела на эти безмолвные выражения взаимной неприязни и отвела взгляд, поджав губы. Стало стыдно. И противно. От самой себя. От того, что являлась, а сомнениям это не подлежало, камнем преткновения между вполне неплохо ладившими ассасинами. По крайней мере, ДО всех этих перипетий неплохо ладившими. А теперь… а теперь была Тина.       Бьорн поражённо почесал затылок:       – Что там? Только не говорите, что сундуки со слитками железа…       Тина мотнула головой, отгоняя мысли, и обратила внимание на довакина:       – У нас с золотом и камнями.       Цицерон и Люсьен согласно покивали:       – Тоже.       Вопреки ожиданиям, Бьорн недовольно застонал, вскинув голову вверх:       – О, Боги, за что мне это? Теперь опять повозку нанимать, чтобы всё это вывезти…       Тина фыркнула:       – Пф, ну да, ведь быть богатым – это такая трагедия!       Бьорн обречённо махнул рукой мол «ничего ты не понимаешь» и Серана противно захихикала:       – А ещё у нас Ведьмино Гнездо.       Обернувшись, довакин поражённо замер. А после возвёл руки к потолку:       – Боги отвернулись от меня!       Тина закатила глаза:       – От довакина-то? Ага, конечно, верим.       Махнув рукой на ломающего трагикомедию героя, Слышащая повернулась к своим мужчинам:       – Перетащите сундуки в одно место, заберём их на обратном пути.       Цицерон и Люсьен кивнули и развернулись обратно. Бьорн, что резко успокоился, пошёл к девушкам, за спинами которых виднелся сундук. Отодвинув их в сторону, он молча взял сундук и потащил его в центр зала. Тина вопросительно посмотрела на вампиршу. Серана пожала плечами:       – Не обращай внимания, он так каждый раз ноет. Развлечение у него такое.       – Хм, ну-у… ладно? Наверно…       – Ладно-ладно, просто ладно. Без «наверно».       – Ох… а я думала он это серьёзно…       Оглянувшись, чтобы убедится, что остальные находятся на достаточном расстоянии от них, Серана поближе наклонилась к Тине, зашептав:       – Брось, серьёзно – это не про него. Бьорн – тот ещё балбес, на самом-то деле.       Вампирша вздрогнула и вновь осмотрелась. Все также были занятыми сундуками. Приставив руку, чтобы точно не было слышно, Серана строго посмотрела на подругу:       – Но я тебе этого не говорила.       Тина вскинула бровь и хитро улыбнулась, а после пожала плечами и повела головой в сторону: «как скажешь».       Выставив сундуки, команда уселась прямо на них, отдыхая. Надежды на то, что дальше врагов не будет ни у кого не было. А вот подозрения, что будет хуже вполне присутствовали.       Когда дёрганья на сундуках усилились, Бьорн хлопнул по коленям:       – Ну-с, отдохнули можно и дальше отправляться.              Довакин медленно поднялся, заметив, что остальные согласно кивают, уже стоя на ногах. Внутренне снова удивившись тому какой шустрой была его нынешняя команда, он забрал молот и пошёл в сторону коридоров. Не особо длинный каменный коридор закончился дверью, за которой оказалась… другая дверь. Однако, в отличие от первой, вторая не хотела легко сдаваться и открылась лишь когда Бьорн навалился на неё всем своим массивным телом.       Дверь резко распахнулась, чуть не заставив довакина упасть. В лицо тут же ударил колючий ледяной ветер. Сощурив глаза, Бьорн осмотрелся. Убедившись, что врагов не наблюдается, он махнул рукой в коридор, подзывая остальных.       Вывалившись наружу, Тина поняла, что они находились на вершине горы и, соответственно, на пике нордского кургана: «видимо именно эта часть руин была видно снизу». Сопоставив то, что она видела ещё снизу Вольскигге, Слышащая присвистнула. Размеры руин впечатляли. Неудивительно, что они успели дважды устать, а на небе ещё немного и начнут зажигаться звёзды. Вот так и узнаёшь, что оказывается пролазил по кургану не пару часов, а весь день.       В логическом центре пика находилась странная полукруглая стена с выскобленными значками, к которой тут же поспешил Бьорн, обходя стоящий на пути закрытый плотной металлической крышкой гроб. Довакин медленно словно завороженный водил рукой поверх символов. От стены шло приятное гудение, смешанное с какими-то голосами. Поддавшись любопытству, Тина подошла ближе. Всё же не во всех руинах она слышала настолько отчётливые голоса.       Сделав пару шагов, Слышащая обошла гроб и застыла прямо за Бьорном. Пение тысячи голосов женщин и мужчин в одно мгновение обрушились на неё, вмуровывая в каменный, покрытый льдом и снегом, пол. Дышать стало невозможно. Видеть тоже. Тина видела и слышала совсем не то, что было вокруг неё. Перед ней проносилась история о большой любви и том, как жена возвела этот камень в память о своём дорогом муже, что погиб во время страшной бури в Море Слёз. Что это за море Слышащая не знала, но картинки были столь яркими, голоса столь громкими, что остальное просто перестало существовать.       Впитав в себя знание нового Слова, Бьорн резко развернулся, услышав, что крышка гроба с грохотом отлетела в сторону: «ох, ну конечно, драконий жрец», ещё не увидев врага, довакин уже понял с кем они сейчас будут сражаться. Повернувшись к нему, Бьорн приготовился применить Ту’ум, но замер – прямо перед жрецом стояла Тина. С поднятой вверх головой, пустым взглядом, она медленно покачивалась из стороны в сторону.       Не успел он ничего произнести или сделать, как Слышащую смёл в сторону чёрный смерч, убирая с линии огня. Драконий жрец замахнулся на застывшего Бьорна. Но отвлекся на прилетевший в посох нож. Серана, помня, что эти жрецы ещё и маги, атаковала молниями. Отмерев, Бьорн всё же применил крик, сбивая жреца с намеченного темпа и дезориентируя его. Кружась вокруг противника, команда постепенно напирала, ударяя то металлом, то магией. На этот раз они не были намерены «растягивать удовольствие» от битвы. Не тогда, когда один из союзников лежит в стороне в непонятном состоянии.       Получив контрольный выстрел в шею, жрец упал, рассыпаясь пеплом. Лишь его металлическая маска с оглушительным стуком упала на пол. Быстрым махом схватив предмет, Бьорн кинулся в сторону, к остальным. Туда, где они оставили Тину, чтобы её не задело. Девушка лежала в снегу так, как её там и оставил Цицерон, всё так же продолжая покачиваться и что-то шептать. Заметив, что лучше ей не стало, из Бьорна вышел лишь шёпот:       – Что с ней?       Серана попробовала пощелкать пальцами перед лицом подруги, но Слышащая никак на это не реагировала, продолжая смотреть не то в пустоту, не то на многие дали вперёд. Заворчав, Цицерон покачал головой, отпихнул вампиршу и стал бухтеть что-то неразборчивое, подтягивая тело девушки к себе. Подняв Тину на руки, шут быстро зашагал обратно, остальные поспеши за ним.       Неся Слышащую на руках, хранитель то и дело поглядывал на её лицо, но, увы, изменений не было. Лишь вернувшись в зал с ручьём посередине, где они оставили сундуки, Цицерон, увидев, что Тина нахмурилась и начала активнее мотать головой из стороны в сторону, осторожно усадил девушку на крупный камень, рядом с водой, он порадовался, что она удержала равновесие, а не свесилась безвольной куклой. Обхватив её лицо в свои ладони, хранитель поймал взгляд Слышащей, что сильнее нахмурилась, стараясь сосредоточится на собеседнике:       – Слышащая… здесь? Слышит Цицерона? Ау?       Дополнительно моргнув пару раз, Тина вымученно улыбнулась:       – Слышу.       Услышав, что подруга вернулась, команда облегчённо выдохнула. Цицерон тут же сжал Тину в своих объятиях, отчего она усмехнулась:       – Я вас так напугала? Простите…       Серана подошла поближе:       – И что это было? Ты словно… была совсем не здесь. На тебе лица не было, смотрела в даль и покачивалась… Жуть.       Бьорн согласно закивал. Цицерон разжал объятия и присел рядом, не выпуская ладони Слышащей из своей. Тина вздохнула, обдумывая, как лучше преподнести информацию:       – Я… услышала историю. Песню. О морских приключениях, большой любви и трагической смерти супруга…       Переглянувшись с вампиршей, довакин почесал затылок:       – Ого… От стены слова? Никогда о таком не слышал, но… мало ли бывает. Лично я от этой стенки узнал только слово «KEST» – шторм. Правда познал не до конца, но думаю пара медитаций и один убитый дракон быстро помогут исправить это.       Бьорн улыбнулся, пожав плечом, а Тина замерла, сопоставив услышанное:       – Муж, в память о котором эту стену и установила его жена как раз умер при шторме. И именно «шторм» звучал громче всего.       Удивлённо посмотрев на подругу, довакина вдруг озарила одна идея и он поспешил узнать, насколько она верна:       – А ты его просто слышала или… познала? Ты слышала «шторм» или «KEST»?       Нахмурившись в задумчивости, Тина пожала плечами:       – Скорее это были образы. Не конкретные слова.       Бьорн раздосадовано вздохнул:       – Эх, жаль, а я уже надеялся, что ты тоже довакин и слова вмиг познаёшь.       Тина подсочила на месте, скривившись:       – Ой, нет, спасибо, оставьте эту участь себе.       Цицерон согласно всплеснул руками, чуть не упав с камня. Люсьен слишком активно закивал рядом. Бьорн рассмеялся:       – Да ладно вам! Только представь, мы с тобой – меч и магия против огромной огнедышащей летающей разумной ящерицы, что мечтает захватить весь Нирн! Красота же!       – О, Ситис…       Тина зарылась лицом в свои ладони. Довакин пустился в ржач. Серана треснула его по затылку. Однако, это не успокоило Бьорна, а лишь наоборот. На секунду замолкнув от неожиданного удара, герой-довакин согнулся пополам в очередном приступе смеха. Вампирша от такого безобразия вспыхнула и понеслась прямо на Бьорна. Заметив этот манёвр, довакин резко ушёл в сторону и понёсся петлять по залу от разгневанной фурии.       Люсьен закатил глаза и устроился по другую сторону от Слышащей, что теперь, окружённая своими братьями с двух сторон, с интересом наблюдала за отличной демонстрацией «он тот ещё балбес», гадая, кто же проиграет первым: Бьорн устанет и пойдёт на мировую или Серана всё же догонит балагура?