Часть 21

      Пак Джин Тэ продолжал палить по монстрам – эту картину зрители наблюдали с ничем не прикрытой графичностью взрывающейся и горящей при попадании пули плоти, и с их лиц не сходила хмурость. Кроваво, открыто и требовательно к нервам: так можно описать не только эту сцену, но и весь апокалипсис в целом. Не просто трагедия, а образ жизни множества людей; от таких мыслей мрачнел даже Рон, человек, шедший в своё время по карьере профессионального убийцы.              Несколько фраз во время боя, улыбки при непосредственной опасности жизни и непреклонность в том, что нужно стоять до конца, показывали привычность бойни и попыток хвататься за собственную жизнь. Щит держался, Пак Джин Тэ продолжал ругаться, был послан сигнал о том, что сжигаемые припасы закончились – неожиданно быстро, что только сильнее расстроило всех наблюдателей от понимания того, что на этот объём горючего люди пытались бы пережить зиму – и гордый на первый взгляд Пак Джин Тэ просил о поддержке с тыла. Эрухабен недоверчиво покачал головой со странным почти уважением к людям апокалипсиса, действительно способным поставить практичность во главу всего.              Чан Ман Су с рук на руки передали Чхве Хану, а Кэйл ринулся к двери на крышу. Затем, неожиданно и почти отчаянно, все щиты вокруг рухнули, и даже Раон стал копошиться в волосах Альберу более встревоженно. Пак Джин Тэ внезапно заткнул уши, и Суй Кхан переглянулся с Чхве Чжон Су, явно догадываясь о том, что будет происходить дальше.              Ким Рок Су поднял руку, привлекая внимание Ли Чжин Джу, и та кивнула.              [А-а-а-а-а-а-а-а!]              И в этот момент мир потряс чрезвычайно громкий и пронзительный голос, от которого затряслась даже земля.              Все прочувствовали этот невероятный крик на себе, и даже мгновенно заткнутые уши ни капли не помогли, ведь звук распространялся фантомно, с помощью заклинания, и от его силы ощущалась вибрация самих барабанных перепонок. Розалин уткнулась лицом в свои же колени, и Альберу, Эрухабен, Моланы и Суй Кхан, обладавшие более чутким слухом, последовали её примеру, тоже согнувшись пополам с гримасами боли на лицах.              – Ким Рок Су, почему ты не озаботился хотя бы берушами, зная, что будешь находиться рядом? – Простонал Чхве Чжон Су, выдав своё глубочайшее недовольство тем, что не назвал Кэйла привычным «Рок Су-я» или более шутливым «донсен».              – Это всё равно бы не помогло. Да и где я бы достал беруши в тот момент апокалипсиса? – Выгнутая бровь в полной мере показала степень недоумевания.              – Тебе стоило хотя бы отойти подальше, донсен, это невыносимо, – Суй Кхан скривился так, что лицо должно было заболеть прямо в тот же момент.              Кэйл просто повёл плечом, никак не отвечая на это.              – Ро-о-о-ор-р-р!              – Скри-и-и-и!              Монстры всех рангов потянулись к своим кровоточащим ушам, пытаясь заглушить крик девушки, и на мгновение остановились, и тогда на крыше бывшего приюта появились человеческие руки, на кончиках пальцев которых начали образовываться слабые порывы ветра вместе с другими очень слабыми способностями.              Визги монстров звучали просто отвратительно и максимально неестественно. Строго перпендикулярно гвоздями по гладкой доске, ножом по стеклу, сорванным голосом, пустым и в то же время звонким, прямо в ухо, и всё это одновременно, со всех сторон, на разной частоте, в непохожих тембрах и с явным признаком чего-то демонического. Бедный Раон рефлекторно поставил вокруг себя звуконепроницаемый барьер, но это не помогло, ведь запись воздействовала напрямую на мозг и ощущения.              Суй Кхан и Чхве Чжон Су на этих звуках, наоборот, выглядели окунувшимися в привычную атмосферу. Да, напряжённые по инерции, да, готовые к бою в любой момент, но скорее полные адреналина и быстрой работы мозга, чем неудобства и страха. Есть особый вид уверенности, появляющийся в ситуациях типа «всё или ничего», когда ты в любом случае должен что-то сделать, при любых обстоятельствах. Теперь все, побывавшие в апокалипсисе хоть сутки, включая Альберу и Чхве Хана, отразили такую уверенность и готовность в своих позах.              Бикрокс в который раз молча представил мир, в котором ему пришлось бы жить точно так же, и вновь ужаснулся. Было что-то совершенно отвратительное в том, чтобы не просто всю жизнь бороться, а бороться, зная, что шансы на победу колеблются от нуля до никаких.              На карнизе здания с затычками в ушах сидели люди, бесполезные на время охоты, все они смотрели на одного человека, чтобы не пропустить приказ, и тот снова опустил руку со словами:              – Бросайте!              Стоило Ким Рок Су отдать приказ, и те принялись изо всех сил скидывать вниз предметы, ещё со вчерашнего вечера перенесённые на крышу.              Бум! Упал большой кусок здания.              Было сюрреалистично находиться посреди сражения в комфортных диванах, наблюдать летящие сверху, иногда прямо на них, вещи, и не ощущать никакого урона от их падения. Чхве Хан регулярно дёргался, как и большинство присутствующих – нельзя пройти войну, апокалипсис или и то, и другое, при этом оставшись нечувствительным к резким движениями и громким звукам. Проекционные монстры, однако, под весом сбрасываемых обломков умирали с истошными воплями, что не могло не поселить злорадства в сердцах Чхве Чжон Су и Суй Кхана.              Хоть раз в апокалипсисе у людей было уверенное преимущество – знание будущего, пришедшее с Кэйлом, было не чем иным, как манной небесной.              – Ро-о-оа-а-ар-р!              – Кро-о-о-оа-а-а!              Им было придавлено трое монстров, и с этого началось их массовое поражение – с крыши все падали куски зданий и другие всевозможные вещи.              – Ро-о-о-ор-р-р!              – Скри-и-и-и-и-иж!              До слуха людей продолжали доноситься ужасающие крики чудовищ.              Ликование смешалось с ненавистью к нечестивым звукам – свидетели апокалипсиса реагировали значительно меньше других, не настолько привычных к подобным зрелищам людей и нелюдей. Раон оставил волосы Альберу в покое, потеряв к ним интерес, и стал взлетать выше в надежде подняться над крышами и увидеть общую картину, пока не наткнулся... на потолок.              – Честно говоря, я даже не думал о том, что у этого заклинания есть физические пределы, – почесал подбородок Суй Кхан, с интересом наблюдавший за действиями Раона.              Его комментарий заставил Кэйла посмотреть наверх – Раон заметил взгляд, почти мгновенно слетел вниз и стал торопливо что-то обсуждать с Кэйлом. Чхве Чжон Су же, явно заинтересованный, поднялся и стал мерить шагами комнату, не обращая внимания ни на остановившуюся проекцию, ни на прекращение передачи записанных ощущений им прямо в мозг и тело, ни на недовольные взгляды Рона и Эрухабена. Он шёл по привычным улицам города, разрушенного и едва ли не стёртого с лица земли, подавляя воспоминания, пока не упирался в стену, однако всё ещё не понимал, как на глаз это облечь в абстрактное понятие «квадратные метры». С определением расстояния на глаз всегда были проблемы, а уж с пониманием площади...              – Ну и что ты намерил? – Поинтересовался Суй Кхан, видя, что Эрухабен уже готов творить какое-то заклинание, вероятно предназначенное для того, чтобы вернуть недориелтора на законное место.              Чхве Чжон Су пожал плечами:              – Просто большая комната.              Альберу посмотрел на него с неверием в глазах, поражаясь тому, что это был результат, полученный за ожидание, а Чхве Хан тихо засмеялся над всей ситуацией и своим племянником.              – Ро-о-оа-а-ар-р-р!              Внезапно всё померкло, приток ощущений ослабился, а само заклинание перестало быть настолько гиперреалистичным. Все вздохнули с видимым облегчением, когда главный фокус проекции ненадолго сместился на Чхве Хана – такой внеплановый, пускай и не слишком долгий отдых явно был в радость всем смотрящим.              Чхве Хан увидел, как перед Пак Джин Тэ замертво свалился монстр, на голову которого упал кусок цемента, и он рассмеялся. Надо было утащить его от опасности, поэтому Чхве Хан потянул за рукав, заставив Пак Джин Тэ обернуться:              – Что ты делаешь?              – Спасает тебе жизнь, вероятно, – устало вздохнул Суй Кхан и провёл ладонями по лицу, изрядно устав наблюдать живого призрака почти ощутимым и воплощённым рядом с собой. Мало того, что его поведение выматывало, так ещё и скорость событий вперемешку с их знакомой незнакомостью давили невидимым грузом.              Внезапно ему на плечи легли чьи-то пальцы и аккуратно их развели.              – Не горбись, – в голосе Рок Су-я послышалась хмурость, – ты слишком часто жаловался на боли в спине раньше, я не хочу слушать это по второму кругу.              – Какой ты заботливый, донсен, – усмешка вытеснила усталость с лица как минимум на время: Рок Су-я всегда знал, как поддержать.              Чхве Хан втянул его в здание вслед за другими людьми, которые быстро захлопнули за ними двери и мгновенно забаррикадировали её тяжелыми вещами, начиная забивать деревянными досками окна первого этажа, но Пак Джин Тэ проигнорировал их действия и отправился на крышу. Оказавшись наверху, он посмотрел вниз:              – Этот ублюдок действительно умеет пользоваться головой!              – Как будто это когда-то было сюрпризом, – Эрухабен последовал тенденции хуления Пак Джин Тэ с большим чувством, чем от него ожидалось.              Уставать и раздражаться, очевидно, умели все, и особенно феерично это получалось у древних драконов-затворников.              Бабушка Ким вслед за ним опустила свой взгляд на землю, подошла к Ким Рок Су, стоящему рядом с Ли Чжин Джу, и схватила его за руку:              – Рок Су, мы сделали стены, о которых ты просил.              Вокруг бывшего приюта собирались монстры, пытающиеся преодолеть стену, та являлась для них последним препятствием перед захватом центрального убежища.              Следом за пожилой женщиной к юноше подошел и Пак Джин Тэ:              – Это должно их замедлить.              – Хороший ход, – пробормотал Альберу, слегка скривившись из-за контекста и понимания того, чего эта попытка стоила людям.              – Но не панацея, – подхватила Розалин, уловив мысли Альберу.              – Намного лучше, чем у нас было в той ситуации, – пожал плечами Чхве Чжон Су, как всегда прямолинейный, лаконичный в важных вопросах и неизменно правый. – Вас это, конечно, не впечатляет, но с учётом ресурсов и ситуации эта баррикада просто прекрасна.              Рон с грустью смотрел на то, как в апокалипсисе загнивали такие лёгкие на подъём люди, умевшими пускать в ход свои подвижные и практичные умы – такие люди всегда были на вес золота, но создавалось впечатление, что в апокалипсисе и они быстро умирали.              Соглашаясь с его словами, бабушка Ким кивнула и произнесла:              – Да. Им потребуется много времени для того, чтобы перелезть трупы монстров с обломками зданий и напасть на нас. Мы проделали хорошую работу.              Раон летал под потолком, в какой-то момент времени снова покинув колени Кэйла, и рассматривал все подробности. Он действительно оценил старания сильных людей: они очень быстро и безо всякой магии соорудили что-то настолько крепкое и важное, что Раон даже кивнул бабушке Ким, зная, что она проекция, вот настолько много в нём было уважения к этим людям.              После этих слов улыбка быстро исчезла с лица Пак Джин Тэ, и он сказал:              – Ким Рок Су, всё случалось именно так, как ты и сказал.              Кэйл перевел свой взгляд в сторону от стрелка, но тот продолжал говорить, глядя на него:              – И скоро нас должны будут атаковать монстры первого ранга, верно?              Все взгляды вернулись к проекции, а на словах о монстрах первого ранга слегка пробились более старые и кровавые записи, абстрактные и явно нежеланные, оказавшиеся быстро скрытыми обратно в глубь сознания. Ощущения непреклонности, множественных ран по телу, полной концентрации и адски болящих во время боя мышц прокатились по телам, быстро приходящие и уходящие. Такие ощущения, что очевидно, легко не забывались.              Пак Джин Тэ перевел взгляд и увидел, что вслед за монстрами третьего ранга начинает медленно появляться второй ранг, и произнес:              – Ты ведь сам говорил, что перворанговые монстры появятся после того, как монстры третьего ранга прекратят наступление, но до того, как начнут приходить монстры второго ранга.              Кэйл закрыл глаза и вспомнил о том, как во время сдвига монстров от третьего до второго ранга появилось перворанговые, и начал размышлять об этих воспоминаниях, но сразу же очнулся.              Абстракции стали чётче, и каждый почувствовал, как Кэйл мысленно отмахнулся от них, действительно сведя на нет эффект записи. «Такой самоконтроль поражает», – Эрухабен отлепился от спинки дивана и наклонился чуть ближе, с интересом вглядываясь в проекционного Кэйла. – «И тут несчастный ублюдок отличился».              «На тот момент…»              Ким Рок Су встретился взглядом со смотрящим на него Пак Джин Тэ, и тот произнес:              – Мы ведь справимся?              Поразмышляв некоторое время, Кейл спокойно ответил:              – Ты умрёшь.              На короткое время воцарилась тишина, пока Чхве Чжон Су не захохотал:              – Донсен, ты неисправим! Ну сама невозмутимость, как тебе вообще пришло такое в голову сказать?              – Он заслуживал знать, – невозмутимо ответил Кэйл, но в его глазах плясали очень злые чёртики.              – Зато честно, – хихикнул Суй Кхан, пока остальные присутствующие пытались понять, упустили что-то в показанном или ещё не постигли специфичного чувства юмора апокалипсиса.              Все, кто защищал здание бывшего приюта и пытался выиграть время для побега остальных людей, погибли от лап монстров первого ранга.              После этих слов внезапно в смехе корейского трио Чхве Хан сумел различить горькие, ироничные и почти истерические нотки. Способы держаться, не более – юмора в их юморе не осталось ни капли, и разве это не расстраивало так, что темнело в глазах?              Когда Ким Рок Су искал информацию о межранговых монстрах и записывал всё, что с ними связано, размышлял о том, что ему показалось странным в разрушении первоначальных центральных убежищ и об атаках монстров до появления первого безрангового.              Внезапное лирическое отступление в мысли и упорядоченные записи папок-документов, проносящиеся перед глазами, удивили всех, кроме Кэйла. Раон расслабился, раскрыл глаза чуть пошире и постарался выцепить максимум информации; Суй Кхан и Чхве Чжон Су тоже выдохнули и вышли из режима боевой готовности. Мысли оказались восприняты островком спокойствия, и послышалась возня на диванах и креслах, пока люди и нелюди старались принять положения поудобнее, пока ещё была возможность.              «Перед сменой монстров третьего и второго ранга, во время прихода первого, появлялись межранговые монстры».              Они приходили при каждой смене чудовищ, и это запомнилось ему даже без использования «записи» – во время смены третьего и второго ранга межранговые разрушили его первое центральное убежище и убили множество людей.              Островок спокойствия быстро потопили. Перед глазами и в самой проекции замелькали образы первого, настоящего мира, этих отвратных и излучающих силу монстров, моря трупов и океана крови вокруг, ощущения отчаяния, безнадёжности и подступающей со всех сторон смерти. Розалин не могла со спокойной душой думать об этом, зная, что Суй Кхан и Чхве Чжон Су описывали крушения убежищ даже не как самое страшное. Обыденность происходящего и его безжалостность пугали и наполняли сердце густым мраком знания, от которого не отмыться.              «В это время было трудно сражаться даже с одним перворанговым монстром».              – Тогда, – безнадёжно начал Альберу, не желая слышать ответ.              – Да, – Суй Кхан кивнул, – тогда всё было безнадёжно с самого начала, не стесняйся об этом говорить.              Эрухабен нахмурился, боясь представить «безнадёжно» масштабов апокалипсиса и то, как всё выглядело после битвы. Он понял, что лучше этого не делать, когда даже просто подумал о количестве жертв.              Люди ещё не понимали, как правильно использовать свои способности, так как не имели нужной информации, и поэтому, убегая, Ким Рок Су видел, как многие умирали из-за межранговых. Однако самым страшным было то, что эти монстры оправдывали свое название, так как они были ужаснейшим кошмаром, а в ближайшем будущем людям предстояла ещё более кровавая битва во время атаки монстров первого ранга и вторжения безрангового монстра, поэтому они должны были одолеть межранговых в первую очередь.              – Как много вообще смогло дожить до безрангового? – Ответом Бикроксу стали лишь взгляды, и их было достаточно, чтобы без слов передать масштаб катастрофы.              Как обращаться с человеком, прошедшим ад и вернувшимся обратно? Как обращаться с человеком, для которого потери и бесконечные жертвы – самая естественная часть жизни? Как много они сделали неправильно для молодого господина? Рон бесповоротно погружался в раздумья, понимая, откуда растут ноги у неортодоксальных и практически странных взглядов Кэйла на мир, подвергнутых тщательному обдумыванию и проверке практической пользы. Сколько раз его слова не воспринимали всерьёз там, где стоило, и брали на веру то, что было для вида?              Видеть и ощущать чужой мир глазами и восприятием другого человека, оказывается, заставляет задумываться. Все здесь переосмысляли – кто-то в большей, кто-то в меньшей степени, фоново, периодами или постоянно активно, это всё было неважно. Важно то, что шестерёнки в головах звучно задвигались, больше не избирая лёгкий путь соглашения со всем «очевидным», касающимся Кэйла, только потому что он – Кэйл. Видя контекст, его больше не пытались подгонять под рамки этого мира и судить в них же. Чхве Чжон Су наблюдал и радовался этому, предвкушая, как всем это пойдёт на пользу.              Подумав об этом, Кэйл заговорил:              – Монстры будут атаковать в зависимости от своего ранга, но, как я уже говорил ранее, между их атаками будут появляться особые монстры.              – Мы вернулись, Рок Су. – К Кэйлу подошёл Чхве Хан с сидящим на его спине Чан Ман Су, к которому и обратился молодой человек:              – Вы хорошо потрудились, дядя.              – Ты ведёшь себя так буднично, будто и не находишься посреди апокалипсиса, – вздохнул и провёл руками по лицу Альберу, пытаясь найти тему, которая дала бы отвлечься от слишком разрозненных и несвоевременных рассуждений. – Узнаю нашу условно доброжелательную грозу двух континентов.              На лице Кэйла показалась тень хитрой ухмылки, но в глазах заплясала самая искренняя мелочность: досадить Альберу всегда было приятно.              – Приму за честь, Ваше Высочество.              Альберу только разочарованно выдохнул, вполне явно желая отречься от проблем, связанных с его названным братом.              Мужчина посмотрел на него и ответил:              – Всё в порядке, после отдыха я снова смогу активировать щит.              – Всё в порядке. Отдохни немного.              – Ещё один самопожертвенный... – тираду Суй Кхана остановили острый взгляд Рона и пристальное внимание Эрухабена, – чудак.              – Ты не можешь жаловаться на просчитанные риски, – не мог не констатировать Кэйл, даже зная, что лидер группы абсолютно не серьёзен и не имеет ничего против, – особенно с учётом того, что я взял это у тебя.              – Туше, – признал Суй Кхан, стараясь не обращать внимание на обстановку в проекции.              Разговор затих, и запись продолжилась.              Чан Ман Су, зная, что его щит можно будет использовать только через два часа, немного колеблясь, заговорил:              – А сможем ли мы победить монстров первого ранга? Особенно если их будет семеро?              – Семеро? Серьёзно, семеро? – Розалин выглядела огорошенной.              Раон уселся на коленях Кэйла на манер кота, однако выглядел слишком серьёзным и сосредоточенным. От одних только мыслей его человека об этих тварях стало ясно, насколько они сильны, и было неясно, как справиться не то что с одним, а с почти десятью сразу. Это казалось невозможным.              Чхве Хан бездумно постукивал ногтями по поверхности ножен – столько разговоров о монстрах вызывали инстинктивное желание обнажить клинок, а размышления об этом возвращали в его длинный тёмный век.              Все вокруг Кэйла внезапно притихли. Из-за этих слов многие почувствовали внезапный озноб и страх, заставивший их потерять дар речи.              В это же время люди на крыше бывшего приюта продолжали ожесточенно сбрасывать вещи на атакующих монстров.              – Продолжаем скидывать вещи в том же духе!              – Используйте свои способности еще немного!              – Нет ничего приятнее команды, мотивирующей себя самостоятельно, – блаженно улыбнулся Суй Кхан, думая о том, насколько было бы жить проще, существуй такое без тотального руководства.              Кэйл согласился с этим, кивнув, а Альберу вспомнил о том, как часто во время войны ему приходилось толкать проникновенные речи, и снова ушёл в подсознательное, едва ли не физически травмируясь слушанием того, как без сучка и задоринки люди прыгали в рабственные объятия к Кэйлу.              Рон лишь подумал о том, как редко встречаются компании, хоть чего-то стоящие без своего лидера – организатор и главный естественным образом появлялся везде; люди не хотели брать за всё ответственность и отвечать за чужие неудачи, поэтому коллективы без лидеров были в какой-то мере настолько же утопией, насколько недееспособны.              Они находились на выступе крыши и продолжали бросать все, что у них было, в сторону пытающихся пролезть через стену монстров третьего ранга.              Посмотрев в их стороны, стоящие рядом с Ким Рок Су поняли, что не могут рассказать им о том, что скоро появятся семь монстров первого ранга – они просто потеряют волю к победе, но именно в этот момент заговорил Пак Джин Тэ:              – Это вполне возможно. – Окинув пронзительным взглядом Чхве Хана, несущего на себе Чан Ман Су, он продолжил. – Мы сможем справиться со всеми.              – Этот засранец всегда знал, что сказать, – с ноткой довольства констатировал Суй Кхан.              – Но все же понимают, что это скорее ложь, чем правда? – Розалин выгнула бровь. – Как будто любой здравомыслящий человек не поймёт, что невозможно в том состоянии справиться со всем, что предложит апокалипсис.              – Но важна сама мысль, – пожал плечами Чхве Чжон Су. – Мало кто выражает призрачную надежду мало того, что вслух, так ещё и с такой решимостью. Хочешь-не хочешь, а такому надо соответствовать.              Пак Джин Тэ улыбнулся посмотревшему на него мастеру меча, но его прервал Ким Рок Су:              – Чхве Хан не будет участвовать в предстоящей битве.              – Что?              Пак Джин Тэ и все, кто стоят рядом, посмотрели на Кэйла с удивлением в глазах, и мужчина попытался возразить:              – Но как же мы без него справимся?              – Они удивительно готовы возлагать почти все надежды на того, кого знают меньше недели, – выгнул бровь Эрухабен.              – В апокалипсисе учишься уважать силу и презирать обстоятельства, – пожал плечами Суй Кхан. – Да и выбирать не приходится.              Всё это выматывало: и постоянная умственная работа, и ощущения записи, и мрачные подтексты в ответах на самые обыкновенные вопросы. Эрухабен нахмурился и лишь уверился в том, что позже стоит устроить перерыв на сон – отдых в такой ситуации очень полезен, если цель состоит не в том, чтобы добиться коллективного нервного срыва.              – Ночь.              Сказав это слово, Ким Рок Су замолчал, но вскоре продолжил:              – Ты помнишь, что я говорил? В тот момент, когда солнце полностью зайдет, монстры сойдут с ума и станут гораздо более жестокими, чем раньше, а их сила атаки увеличится в полтора раза, и, ко всему прочему, монстры второго и третьего рангов будут атаковать вместе.              Мир, казалось, никак не хотел оставить людей в покое. Розалин с ноткой горечи подумала о том, как много настрадался этот мир, и как никто не захотел ему помочь. Почему Кэйла отправляли спасать другие миры, в то время как его миру никто не помог? Почему все они, эта огромная команда, участвовали в этом, спасая миры, оказавшиеся в плохом положении, когда существовали буквально боги? Да, они не могли контролировать миры напрямую, но могли бы попытаться не допустить катастрофы.              Это разжигало острое недовольство где-то внутри. Почему вообще пришлось исправлять ошибки, которых изначально не должно бы быть? Если вы взялись принимать почести со стороны людей, будьте готовы дать им нечто большее, чем призрачную возможность предложить свои ресурсы другим людям в плату за помощь.              Что за посредничество от тех, кто может перевести стрелки часов на двадцать лет назад и не ощутить никаких последствий?              Вот почему ночь была первым решающим моментом, и Кэйл отчетливо помнил ту ночь, которую пережил, лишь потому что заполз в щель между какими-то обломками и молча наблюдал из неё, как обезумевшие чудовища превратили ночь в ад на земле. Тогда погибло множество людей, которые не смогли объединиться и были вынуждены разделиться из-за разрушенного центрального убежища.              Кровавую, поражающую жестокостью сцену хотелось бы просто пропустить, перемотать, как в фильмах, но вместо этого её пришлось прожить. Теснота обступала со всех сторон, душила своей темнотой и фантомным ощущением нехватки кислорода, всё болело, раны были наспех перевязаны, и из мыслей осталась лишь необлечённая в слова мольба о том, чтобы монстры не почуяли конкретно его, Ким Рок Су, запах крови, не прошли рядом с именно этими завалами, не стали тут рыть и не убили подчистую всех людей в округе. Вездесущий запах смерти, дрожь не их конечностей, холодная и сухая земля под лицом и пальцами, агония съеденных заживо и утробное рычание монстров... Мало что так радовало, как ощущение, что Кэйл отмахнулся от наваждения и вновь забил себе голову более насущными вопросами.              После того как в его голове пронеслась череда воспоминаний, Кэйл продолжил:              – Для того, чтобы мы смогли пережить эту ночь, Чхве Хан должен держатся как можно дальше от этой битвы.              Подумав о том, что с этим ублюдком он не сможет заснуть до тех пор, пока не пройдет ночь, Ким Рок Су произнес:              – Ему сейчас нужно немного отдохнуть.              – Хорошо, что вы заступились за Чхве Хана, молодой мастер, – улыбнулась Розалин, – что-то мне подсказывает, что он не отдыхал бы ни секунды, если бы выпала возможность защищать людей и попутно сражаться с монстрами.              – Поэтому я и отправил его на отдых, – вздохнул Кэйл, – иначе он измотал бы себя.              – Но…              После слов Кэйла Пак Джин Тэ прикусил губу, перед этим успев только спросить о том, как же они будут сражаться с монстрами, и до его ушей донесся ответ Рок Су:              – Уверен, ты уже знаешь.              «Его уровень понимания людей поражает», – подметил Рон, – «но только до тех пор, пока дело не доходит до положительных эмоций в его сторону. Видя его прошлое, это даже не кажется удивительным».              Пак Джин Тэ понял, как можно убить семеро монстров первого ранга, и в этот момент послышался голос Ли Чхоль Мина:              – Лидер-ним!              Все посмотрели на говорившего, который стоял на выступе и указывал куда-то вперёд:              – Приближаются монстры второго ранга!              И они действительно приближались: топот отдавался гулом и мелкой тряской земли, рычание заставляло желать заткнуть уши, а вид практически организованного строя приводил не то в ужас, не то в бешенство. Инородные зрелища того, что их миру нехарактерно, но что так легко возненавидеть, отвратительные и смертоносные монстры, выходившие на свет.              Тогда же с поля битвы начали удаляться монстры третьего ранга, словно передавая эстафетную палочку, спеша уйти.              Смотря на это зрелище, Кэйл понял, что чудовища уступают дорогу постепенно прибывающим второранговым, и люди начали чувствовать совершенно иной уровень давления.              – Они разумны? – Только и спросил Бикрокс.              – Увидите, – отринул бессмысленные вопросы Кэйл. Такие короткие перебрасывания фразами, конечно, частично отвлекали от многократных усилений ощущений записью, однако не имели особого смысла относительно энергии, которую пришлось бы потратить на пояснения.              Тик-так. Ким Рок Су перевёл свой взгляд на часы, показывающие два часа дня, и это означало то, что через час появятся межранговые монстры. Тут он услышал чей-то голос и посмотрел в направлении, откуда он доносился.              – А… и... – голос Ли Чхоль Мина дрожал.              За пределами бывшего приюта монстры второго и третьего рангов были похожи по росту, но тут и там начали появляться более высокие, из-за чего остальные закричали вместе с Кэйлом:              – О-они появились! Ужас! Монстры первого ранга!              – Разве так и должно было быть? Сначала должна пройти волна второго ранга, разве нет? – Это показалось Эрухабену странным и противоречащим тому, что обсуждалось ранее.              Ответа он не получил – никто не хотел разжигать очередную дискуссию и вновь затягивать и так бесконечный показ невероятно долгих из-за своей напряжённости событий.              Находившиеся на южном выступе люди начали отступать, узнавая перворанговых, и, глядя на это, Пак Джин Тэ тихо пробормотал:              – Всё в порядке, они по крайней мере приближаются только с одной стороны.              Все семь чудовищ появятся с юга, но сейчас были видны только трое. И они не имели между собой схожих черт: первый монстр – со змеиной головой, второй же, казалось, был смесью льва и тигра, а третьим оказался монстр похожий на скелет.              – Это же?.. – тихо начала Розалин, и все уставились на монстров с удивлением, ужасом и узнаванием.              – Почему у вас их было семь, а у нас лишь два? – Вырвался из оцепенения Рон, нахмурившись и став уже готовым к любым атакам.              – Эти монстры – не те, которые были у вас. Лев-дракон и электрический угрь похожи на этих перворанговых, но другие. – Объяснил ситуацию Кэйл.              Рон и Розалин осознали и обдумали эту мысль:              – Это имеет смысл, – кивнул-таки Рон.              Наблюдая за этими чудовищами, Пак Джин Тэ произнес:              – Ким Рок Су, ты говорил, что в три часа дня с юга нападут семеро подобных ублюдков?              – Верно.              Его спокойный вид раздражал мужчину. Он зло посмотрел на Рок Су, и заметил, что тот глядит куда-то в сторону, улыбаясь, и произнес:              – Хм? Эй, ты..!              – Забавно наблюдать, как Джин Тэ бесится с превосходства Рок Су-я над ним, – довольно распушил перья Суй Кхан.              Рон на диване тихо хмыкнул, да и все остальные в какой-то мере выразили своё согласие с этим утверждением. За таким дерзким и бесплодным раздражением было забавно наблюдать; оказалось невозможно воспринять это всерьёз.              – Я же говорил тебе, что владею силой, с помощью которой могу предвидеть будущее?              После его слов на крыше воцарилась тишина, все почувствовали, какое большое значение имели способности этого ублюдка, и вспомнили, что все слова Рок Су превратились в реальность.              Почувствовав атмосферу, Кейл заговорил суровым голосом:              – Чхве Хан не будет участвовать в сражении.              «Он прекрасно играет своей информацией и врёт», – мысленно заметил Эрухабен уже в сотый раз. – «Как часто он обманывал нас, а мы велись?»              Недоверия это не породило, нет, в груди расцвело только сожаление о том, что Кэйл наверняка чувствовал необходимость что-то скрывать куда большую, чем желание хоть что-то рассказать. Где-то переборщили с давлением, где-то наоборот не дожали – кристально ясным стало лишь то, насколько плохи в общении оказались здесь все, включая Эрухабена.              Чхве Чжон Су пробормотал шутку о том, что Чхве Хан откосил от армии, и тут же получил за это весело-раздражённый взгляд Суй Кхана. В их взглядах виднелась жалость друг к другу – ни одна из шуток про военкомат не будет воспринята этим чуть более развитым, чем средневековое, обществом.              Это заставило Пак Джин Тэ задуматься. До его слуха донесся равнодушный голос Кэйла:              – Но есть те, кто поможет вам в сражении.              – Что?              Внимание на таких интересных словах само вернулось к проекции, перманентно к ней прикепев. Со временем информационные бомбы от Кэйла стали почти желанны – это оказался единственный способ получить от него информацию, а с шоком, в целом, можно справиться, куда денешься. Раон поднялся на лапы и слегка затряс хвостом в предвкушении: сейчас его человек придумает что-то очень неожиданное и интересное!              От подобного глаза Пак Джин Тэ широко раскрылись, но Ким Рок Су продолжая смотреть на север, положил свою руку на плечо Ли Чжин Джу, говоря:              – Сестра.              – Хм-м?              – Повтори то, что я скажу так громко, чтобы мои слова могли долететь до того здания.              Чхве Хан с некоторыми удивлением и грустью увидел это лёгкое и как будто даже несвойственное проявление близости. Короткое и обыденное «сестра» почему-то разбивало сердце: никому из этого мира Кэйл-ним так не говорил. Были ли они вообще ему близки, если появились только в относительно лёгкий и даже почти счастливый, по сравнению с апокалипсисом, период жизни? Были ли они Кэйл-ниму большим, чем просто союзники и хорошие знакомые?              Конечно, были. Вопрос состоял скорее в том, мог ли и хотел ли Кэйл в этом признаться и принять это так же легко, как с Ли Чжин Джу.              Он указал на север, где находилось довольно высокое, но едва державшееся полуразрушенное здание. Пак Джин Тэ посмотрел туда же и пробормотал:              – Хм? Два человека? Может ли быть, что этот ублюдок...?              Ему на ум сразу пришло двое людей, и от мысли, что такие будут сражаться вместе с ними, мужчину пробрал озноб, и он перевел взгляд на Ким Рок Су, правда, тот продолжал говорить Ли Чжин Джу то, что той нужно сказать:              – Прекратите оглядываться и убегать. Если хотите выжить, направляйтесь к нам.              – Хороший ультиматум, – отметил Альберу.              – Забавно, что молодой мастер даже не политик, но нам всем есть, чему у него поучиться, – согласилась Розалин с Альберу.              – А лидеры групп только формально не политики, на самом деле у них больший вес в делах власти, чем может показаться, – добавил Суй Кхан, в который раз приковав внимание к себе.              – Так что наш донсен вполне себе опытен в этом деле, – Чхве Чжон Су почти провокационно вскинул брови, и Альберу в углу выглядел так, будто возносил беззвучную молитву, пока Розалин хихикала, Раон не понимал, а Эрухабен и Рон молча осуждали, но тоже тихо посмеивались.              Суй Кхан предупреждающе прикрыл Кэйла крылом и обратился к нему:              – Я понимаю, что это шутки, но пожалей рёбра нашего бедного Чхве Чжон Су. Ты же помнишь, что было в две тысячи восьмом?              Чхве Чжон Су обиженно и карикатурно потёр рёбра:              – Я всё ещё морально не оправился от этого жестокого предательства нашего донсена!              Следом воцарилась тишина. Корейскому трио было достаточно того, что они вспомнили свою локальную шутку – Чхве Хан вспомнил вместе с ними и повеселел. Альберу тем временем переводил взгляд с одного участника этого неоконченного стендапа на другого.              – У нас будет какой-то контекст?              Суй Кхан, Чхве Чжон Су и Кэйл переглянулись, и следом выдали одновременное «нет».              – То, что происходит в компании, остаётся в компании.              Этот ответ всех заинтересовал только сильнее, но запись продолжала проигрываться.              В это же время в его голове проносилось воспоминание об одном разговоре.              «– Командир группы-ним, командир группы-ним! Ты не собираешься просыпаться?»              Когда ему пришлось столкнуться со своим отчаянием под иллюзией Элиснех в королевстве Молден, он встретится с двумя людьми, одним из которых был Чжон Со Хун.              – Когда это было? – Вопрос Эрухабена в начале звучал требовательно, но к концу, будто как запоздалая мысль, стал спокойным. – Если только ты хочешь ответить, несчастный панк.              Кэйл спокойно сидел, пока взвешивал варианты. Чхве Чжон Су заглянул ему в лицо с заинтересованно приподнятыми бровями, а Раон затоптался по коленям и телепатически стал его упрашивать. Кэйл вздохнул.              – Когда фальшивое мировое древо схватило меня, и я потерял сознание.              – Тебя схватило... дерево? Это тело, конечно, не такое, как твоё предыдущее, – Суй Кхан с некоторым весельем на лице окинул взглядом ветошь-Кэйла, – но дерево звучит как достижение.              Кэйл сухо, но весело усмехнулся.              – В жизни всякое бывает. Так говоришь, будто тебя никогда не кусал за ногу гигантский червь.              – Один-один, Ким Рок Су-я.              Бикрокс задумался о том, что всё-таки было в той иллюзии – явно ничего хорошего, учитывая поганость Элиснех.              «– ...Может, мне приготовить чашку рамена?              Новичок Чжон Со Хун спросил, не хочет ли он немного рамена, а другим человеком оказался…              – Командир группы-ним! Не пора ли нам поесть рамена? Ты тоже ешь, но только потому что этот ублюдок ест?»              – Хорошо, что кто-то позаботился о твоём питании после нас, – прочирикал Суй Кхан, – потому что это было ужасно.              – Я ел ровно столько, сколько было нужно.              – Столько, сколько нужно, не равно столько, сколько адекватно и полезно для здоровья, – закатил глаза Чхве Чжон Су. – На себе экономить нельзя, знаешь ли.              Ким Рок Су-я вскинул брови, и на лице Чхве Чжон Су отразилось мгновенное понимание того, что ему ставили в укор. Был один позорный период его биографии, который донсен рассказывал всем без исключения новым знакомым, стоило Чхве Чжон Су его достаточно довести. Перед персонажами понравившейся книги позориться особо не хотелось...              – Ладно-ладно, молчу.              Кэйл удовлетворённо кивнул, и Рон заинтересованно подумал о том, какой постыдной историей можно выдрессировать человека на такую быструю реакцию.              Помощник лидера Ким Мин А являлась одним из членов авангарда атакующей команды Ким Рок Су и была замужем, имея милую дочь по имени Бэ Ын Су.              Теперь запись вместо Бэ Пух Рома показала Ким Мин А. Их образы отзывались не теплотой или обыкновенным довольством, а чем-то вроде гордости и удовлетворения, скрытых под толщей самообманного безразличия и беспристрастности. Эти люди определённо не ощущались близкими, но казались практически важными. Раон зажмурился и помотал головой от неясности и сложности накативших на него чувств – он, конечно, никогда и не чувствовал ничего простого, но это было похоже на перебор.              Суй Кхан пристально вгляделся в глаза Кэйла, не прерывая зрительного контакта, пока не послышался вздох, означавший его победу.              – Ты закрылся.              – Но я выжил.              Суй Кхан не ответил на это сразу. Выжил в апокалипсисе – уже гораздо больше, чем он имел право просить, и поэтому: «спасибо за это».              Кэйл вспомнил свой разговор с Ким Мин А, когда он был руководителем группы.              «– ...Вы тоже были там?              – Да. Оказавшись в том месте, я постоянно убегала, но меня больше шокирует то, что ты из тех мест, и то, что той ночью тебе удалось выжить без всяких способностей.              Она упомянула, что посетила центральный приют, где был Ким Рок Су и то, что была там в тот день, когда всё рухнуло.              – Удивительное стечение обстоятельств, – упомянула Розалин, – жить настолько рядом, а позже, не зная друг друга, попасть в одну команду.              – Мир тесен, – пожал плечами Чхве Хан, вспоминая море подобных случаев, произошедших с Чхве Чжон Су. Действительно – в апокалипсисе все значимые люди друг друга знали, так или иначе.              – Когда именно?              – Вероятно, около двух или трех часов дня в первый день? Межранговые и монстры первого ранга появились вскоре после того, как я туда попала.              «Он придумал, как применить случайно упомянутую информацию из совершенно другого мира, не актуальную, казалось бы, больше десятилетия», – Альберу с интересом наблюдал за происходящим в этой записи поверх записи, уже наловчившись не обращать внимания на побочные эффекты. – «Хуже всего, ему представилась для этого возможность. Какой совершенно странный человек мой донсен».              Уголки губ Кэйла поползли вверх после того, как она сказала следующее:              – В то время я была с тем ублюдком, который должен был стать моим мужем».              Чхве Хан тихо и весело хмыкнул, когда Розалин прошептала ему что-то о самом здоровом и счастливом браке на свете, а проекция разговора Ким Рок Су и Ким Мин А исчезла.              Ли Чжин Джу активировала свою способность и передала сказанные Ким Рок Су слова:              [Ким Мин А, Бэ Пух Ром, присоединяйтесь к нам.]              – Боюсь представить, как эти несчастные люди испугались, – не без веселья подметил Эрухабен, практически освоившись в этой сцене непрерывного насилия и смерти.              Все здесь почти освоились – конечно, нахождение в безопасности и понимание того, что это дела минувших дней, неслабо помогло, однако факт оставался фактом – люди войны и мира насилия, просто другого вектора и рода, легко адаптировались и привыкали.              Кэйл посмотрел на девушку:              – Сестра, неужели ты не скажешь?              – А?              Та моргнула в шоке и ответила:              – Ты их знаешь?              – Нет.              – Тогда…?              Альберу, порядком уставший от всего происходящего – такая нагрузка не могла не сказаться, всеми работающими клетками собственного мозга попытался вдуматься в услышанное, однако потерпел поражение.              – Этот диалог не имеет смысла только для меня?              Суй Кхан лениво махнул рукой:              – Ты обязательно привыкнешь.              – Но ты же сам примерно так и разговариваешь с моим человеком, принц печенья! – Встрял Раон. – Почему ты вдруг перестал его понимать?              Альберу посмотрел на Кэйла в поисках опровержений слов дракона, однако Кэйл смолчал.              «Мы действительно так выглядим со стороны?»              – Разве я не говорил тебе о том, что обладаю способностью предвидеть будущее? Эти двое очень сильны.              Услышав слова Кэйла, Пак Джин Тэ тихо пробормотал:              – Да-а, эта способность слишком опасна.              Ким Рок Су проигнорировал его и снова посмотрел на Ли Чжин Джу, которая очнулась и заговорила:              [Прекратите убегать и идите сюда, если хотите выжить].              – Железобетонный аргумент, – с умным видом покивал Чхве Чжон Су. – Ты очень настойчив, когда действительно хочешь, донсен.              Ким Рок Су-я сделал вид, что проигнорировал слова Чхве Чжон Су, но Суй Кхан увидел, как задёргались уголки его губ, а руки машинально опустились на голову Раона и стали гладить чешую.              В этот же момент тела двух людей шокированно остановились и заметно сдвинулись в их направлении. Увидев это, девушка продолжила:              [Ким Мин А, Бэ Пух Ром, присоединяйтесь к нам].              Ким Рок Су добавил:              – Бэ Пух Ром, лети сюда.              [Бэ Пух Ром, лети сюда].              – Вот так и происходит вербовка, не ведитесь на такое, дети! – Глубокомысленно покачал пальцем Чхве Чжон Су в сторону Раона и Суй Кхана, чем заслужил неодобрительный взгляд последнего.              – Я старше тебя, и ты это знаешь.              – Правда? Не похоже на то, – Чхве Чжон Су потрепал весьма недовольного лидера группы за щёку.              После того как Ли Чжин Джу передала сообщение Ким Рок Су, к нему подошел Пак Джин Тэ и спросил:              – Эй! У него есть способность, которая позволяет летать?              Мужчина впервые услышал о подобной способности.              Указывая подбородком на северное здание, Ким Рок Су ответил:              – Да. Посмотри туда и увидишь, что он летит в нашу сторону.              – …Ха…              – Звучит очень даже удобно, – отметила Розалин. – Позиция сверху противников очень выгодна, если правильно её использовать.              – Ты права, умная Розалин!! Только глупые люди не будут пользоваться таким преимуществом.              Тут Раон подскочил со своего места, внезапно наполнившись энергией, и полетел на своих роскошных крыльях, демонстрируя лучшую по праву рождения привилегию.              Как Ким Рок Су и сказал: к ним летел мужчина с женщиной на спине, которая указывала в их сторону и что-то кричала.              Пока Пак Джин Тэ смотрел на Ким Рок Су, к ним подлетел мужчина с женщиной на спине, и та указала на то место, где стоял Ким Рок Су:              – Эй! Кто вы такие? Откуда ты нас знаешь?              Они показали руками, что хотят подумать, и Ким Рок Су, поняв их намеренья, кивнул, соглашаясь на то, чтобы они спустились на крышу. Они какое-то время посовещались между собой и все же решили приблизиться, и тогда Кэйл произнес:              – Ким Мин А.              – Кто ты и откуда знаешь моё имя..?              Бикрокс нахмурился, осознав, как это наверняка было страшно для этой Ким Мин А. Неприятно, когда доверенные люди знали о тебе больше положенного, но незнакомый человек, настолько о тебе осведомлённый, был похож на неплохой повод для злости и недовольства.              «Он слишком часто знает то, о чём не должен знать», – повеселился Альберу. – «Бедные, им ещё предстоит привыкать к поведению Кэйла».              – Мы залечим раны твоего брата.              – ...Что? – Новоприбывшие потрясенно посмотрели на стоявшего перед ними Кэйла, который продолжил говорить:              – Твой старший брат в ужасном состоянии из-за большой травмы на боку и поэтому находится сейчас вон в том здании.              Раон перестал наворачивать круги под потолком комнаты и тихо приземлился на плечи к Чхве Хану, услышав слова своего человека. Сразу вспомнились рассказы Он об их с Хонгом жизни в трущобах, страшной и смертельно опасной зиме, холоде, травмах и болезнях. Стало жаль эту незнакомую, но бедную Ким Мин А, попавшую в такую ситуацию. Однако человек Раона ничего не говорит просто так, и наверняка поможет с какой-то выгодой для себя.              Кэйл вспомнил, как грустно выглядела в прошлом Ким Мин А, когда думала о своем брате.              «– Мой брат был ранен, и даже велел нам бросить его, отправиться с Бэ Пух Ромом.              Говоря подобное женщина с трудом сдержала улыбку и продолжила:              – Но я оставалась с ним до самого конца, чему безмерно рада.              Рон молча удивился тому, как люди апокалипсиса говорили о своих потерях, как относились к ним, как продолжали жить, будто даже и не сомневаясь, и как продолжали клясть своё существование, одновременно пробираясь сквозь нескончаемые тернии. Видеть радость в наблюдении конца собственного брата – менталитет, с которым Рон совсем не был готов столкнуться.              Некоторые вещи, замеченные за молодым господином, вдруг обрели смысл.              Затем она добавила шутливым тоном:              – Конечно, Бэ Пух Рому пришлось изрядно потрудиться, чтобы потом унести меня и сбежать».              Ким Рок Су положил руку на плечо бабушки Ким и сказал:              – Мы исцелим рану твоего брата. В свою же очередь, я надеюсь, что вы двое будете сражаться вместе с нами в этом убежище.              – Предложение, от которого невозможно отказаться. Да ты дьявол, Рок Су-я!              Кэйл фыркнул на фразу Суй Кхана:              – Если я – дьявол, то мы живём в аду, учитывая всех остальных. – Мгновение, и он поправился. – ...жили.              Всё ещё было странно находиться рядом с лидером группы и Чхве Чжон Су. Само их присутствие возвращало в апокалипсис, в лучшие, но безвозвратно прошедшие годы, и перестроиться на мысль о реальности происходящего, попутно отбиваясь от записи собственной и навязанной заклинанием, оказалось достаточно сложно. Жить в реальности, а не заученными наизусть воспоминаниями, однако, оказалось более чем приятно.              Кэйл улыбнулся своим хёнам, и получил такие же искренние улыбки в ответ, пока зрители этого напряжённо молча думали.              Старушка положила свою морщинистую ладонь на руку Кэйла, и тот продолжил говорить, почувствовав её тепло.              – Тогда вы двое и Ким Мин А, твой брат тоже.… Все вы выживете.              Ким Мин А и Бэ Пух Ром сейчас были только старшеклассниками, а потому продолжили потрясенно молчать, и, подумав немного, Ким Рок Су заговорил вновь:              – Ким Мин А, может, мне пойти и привести твоего брата?              «Несчастный панк всё так же слаб к детям», – слабо усмехнулся Эрухабен. – «Это мило, учитывая его обыкновенную практичность».              С этих двух, он, конечно, тоже поимел бы выгоду, но Ким Мин А явно не была ему в будущем совсем чужой, и видеть такую готовность помочь, как Кэйл сделал с ними всеми, успокаивало. Была одна черта, с которой все были абсолютно правы – помощь, по желанию или из необходимости, неважно; Кэйл помогал, вне зависимости от своих мотивов, и это давало какую-то надежду. На будущее, на свои способности в чтении людей, на самого Кэйла? Не важно, опять же, важен лишь сам факт тёплого и светлого чувства в просмотре таких мрачных сцен.              Девушка застыла на мгновение, но затем сказала:              – Позвольте нам сойти.              Она и Бэ Пух Ром приземлились на крышу, и в этот же момент до всех донесся крик Ли Чхоль Мина:              – Семеро! Все семеро появились!              Монстры тут же пришли в движение: шум, гвалт, скрежет, крики агонии, и тут же мгновенная тишина, будто актёры отошли за кулисы, уступив место другим своим коллегам, играющим спектакль.              Люди, стоявшие на выступе, опустили руки и посмотрели на Кэйла, а тот спокойно произнес:              – ...Монстры отступают.              Монстры третьего ранга отходили от тех мест, где стоял второй ранг, тем самым напоминая актеров, покидающих сцену после завершения первого акта. Тут же начала трястись земля – к ним приближался монстр первого ранга с телом медведя и фиолетовыми полосками тигра, а за ним следовали десятки третьерангвых.              Это выглядело действительно жутко – марионетки, подвешенные на верёвочки, безжизненные манекены без лиц, кроме криво намалёванных ртов, нужных для пожирания человеческих тел, что-то, бывшее живым секунду назад, но успокоившееся в следующее же мгновение, отступив от кровавого раздела ближе к зловещей долине. Мозг всегда умел додумывать и пугаться собственной работы, поэтому отступление монстров оказалось воспринято в штыки всеми: и зрителями, и проекцией. По телам прошлась дрожь, распространившаяся от земли, где они не стояли, и в нос ударила какофония запахов поля брани.              Увидев это, Кэйл произнес:              – Ким Мин А, у твоего брата ведь способность передавать сообщения, верно?              Глаза девушки широко раскрылись, но Ким Рок Су просто прошёл мимо неё, встав у двери, ведущей вниз с крыши, и указал на нескольких людей:              – Пак Джин Тэ, Ким Мин А, Ли Чхоль Мин, Бэ Пух Ром, вы будете сражаться вместе со мной.              Суй Кхан подался вперёд, всеми органами чувств воспринимая выборы команды Ким Рок Су-я. Ему так и не удалось увидеть его как лидера группы в апокалипсисе, и, хотя здесь донсен был Кэйлом и руководил некоторой компанией, это было другим. Хотелось вслушиваться, всматриваться и запоминать: было очевидно, что больше такой возможности может и не быть. Чхве Чжон Су с похожим интересом наблюдал, да и остальные стали ловить каждое слово, как всегда было во время объяснений плана.              Пак Джин Тэ посмотрел на того с потрясением в глазах и переспросил:              – Т-ты тоже сражаешься?              Он посмотрел на слабое тело Ким Рок Су и тот уверенно ответил, заметив его взгляд:              – Да. Я тоже сражаюсь. – Кэйл указал на себя пальцем. – Каждый из вас позаботится о своём монстре. Я же возьму оставшихся трех.              Губы молодого человека изогнулись в улыбке.              – Я представляю, насколько сумасшедшим тебя посчитали в тот момент, – с искренним весельем хохотнул Альберу.              – Ну ничего, у них ещё будет шанс увидеть мастерство нашего Рок Су-я, – похлопал по плечу Альберу Чхве Чжон Су. – Это обещает быть очень весёлым.