Часть 44

      Чхве Хан обращал внимание на каждый взгляд, которым окружающие провожали Кэйла.              «Здесь нет никого настолько же сильного, как Ли Су Хёк».              Внезапное переключение на точку зрения Чхве Хана не стало неожиданностью, и вместо секундного ступора Розалин уставилась на людей, заполнявших зал. Она не знала, насколько силён Ли Су Хёк — её не было на Центральных Равнинах, где он участвовал в боях в своей прошлой взрослой и развитой ипостаси.              Было бы действительно интересно посмотреть, на что способен человек, которого уважают молодой мастер Кэйл и Чхве Хан, но сейчас было достаточно и мыслей Чхве Хана, сканирующего зал усиленными чувствами мастера меча.              Затем Чхве Хан подумал о Чхве Чжон Су.              Чхве Чжон Су сейчас должен быть на тренировочной площадке и делать всё возможное, чтобы достичь своих пределов.              Чжон Су ярко улыбнулся, поймав взгляд дяди. Конечно же, его тренировками занялись в упор и теперь развитие его версии из этого мира пойдёт гораздо быстрее, чем это было у него самого.              Чхве Хан слегка улыбнулся, но потом его улыбка исчезла. Он сделал невозмутимое лицо и ещё раз огляделся вокруг.              «Здесь нет никого сильнее Ли Су Хёка, но есть несколько пользователей способностей уровня Пак Джин Тэ».              Атмосфера была напряжённой, ведь здесь собрались сильнейшие люди страны, а также те, кто имел наибольшие шансы присоединиться к этой группе в будущем.              «И это самые сильные люди этого мира?» — Эрухабен слегка приподнял бровь, тоже разглядывая людей в зале пронзительным взглядом золотых глаз.              Конечно, он знал, что эти люди были выжившими из недавно разрушенного мира, ещё толком не научившиеся работать со своими новоприобретёнными способностями, но… Сильнейшие люди целой страны? На уровне сильного, но не то чтобы особенно выдающегося Пак Джин Тэ?              Конечно, никто из них не обнажал клыки. Внешне все они улыбались, но их взгляды были крайне настороженными. Каждое приветствие было наполнено попытками проанализировать человека, которого они приветствовали.              Чхве Хан видел в их взглядах остроту, любопытство и настороженность, когда они смотрели на Кэйла.              Альберу вздохнул, видя эти милые улыбки в сочетании с пронзительными острыми взглядами. Вот он — цвет любого общества, элита, всё те же аристократы, только в другом мире. Кем бы люди ни были, в каком бы мире ни жили, это будет всегда.              И всё же возможность вот так открыто вздыхать, хмуриться и выражать презрение в сторону такого поведения была весьма освежающей. Было приятно знать, что это ни на что не повлияет, потому что все события уже произошли.              Чхве Хан вспомнил, что Кэйл сказал.              — Давно я не был в центре такого внимания.              — Не сказал бы, что так уж давно, — внезапно даже для самого себя выдал Альберу.              Суй Кхан встрепенулся, навостряя уши, и боковым зрением заметил, как вперёд подался Чхве Чжон Су.              — Ведь мы в том же году размазали сопротивление дворян на собрании, — Альберу улыбнулся — не так, как делал это на публику, а насмешливо, остро и почти презрительно, искренне.              — Звучит весело, — яростно сверкнул глазами Суй Кхан, тоже улыбаясь.              — Не только звучит, — Кэйл замкнул круг презрительных улыбок.              Рон был искренне доволен и даже восхищён злобностью выражений их лиц. Поколение не потеряно.              — У тебя, наверное, было много подобных ситуаций, хён-ним, — сказал Чхве Хан              — Может я и не выгляжу так, но я занимался разными вещами, пока был лидером группы, — ответил Кэйл бесстрастно, а затем добавил. — Это что-то новенькое.              — Что именно?              Раон, переводивший взгляд с одной «я собираюсь ударить всех по затылку» улыбки на другую, отвлёкся. Слова его человека звучали интригующе.              — Кто знает?              Кэйл ничего не сказал и просто улыбнулся, глядя на Чхве Хана.              То, насколько эту улыбка была похожа на ту, которую все они, наблюдатели, только что видели на лицах Кэйла, Альберу и Суй Кхана, было забавно.              — Я вижу много знакомых людей.              Альберу ухмыльнулся, поймав мысль Кэйла до того, как тот успел её мысленно развернуть и объяснить.              Это должно было быть действительно интересным опытом — говорить с тем, кто раньше был выше тебя по рангу, осознавая, что теперь сила на твоей стороне. Ему это было знакомо. Очень знакомо — когда он наконец обрёл влияние, вышел из тени и понял, что людям, до этого смотревшим на него, как на глупого зазнавшегося юнца, получившего титул только благодаря крови, пришлось с ним считаться. Он узнавал эту насмешку над ситуацией, чувство иронии и лёгкого веселья от осознания, насколько ситуация перевернулась.              Ким Рок Су стал лидером группы после Ли Су Хёка.              На тот момент у него не было столько достижений, как у Ли Су Хёка. Более того, он начинал как член группы тыловой поддержки. По этой причине или нет, но многие люди делали всё возможное, чтобы не помогать ему, когда он только стал лидером группы.              Суй Кхан нахмурился и подавил желание вздохнуть.              Конечно, он знал, что одного его посмертного слова будет недостаточно. Даже если он был без преувеличения легендой возрождённой Кореи, тем, кого знали, уважали и боялись — он был мёртв, а когда ты мёртв, всё то, что ты значил при жизни, теряет большую часть своего веса. И даже если директор компании прислушался к его словам и завещанию, это не значило, что Ким Рок Су не пришлось пробиваться сквозь пренебрежение и презрение, не пришлось начинать с нуля. Его слово мало что значило и ничем не могло помочь, пока он был мёртв — это был факт, с которым приходилось смириться.              И всё же он ненавидел это настолько же сильно, насколько и гордился Рок Су-я, который смог подняться, несмотря ни на что.              Нет, большинство людей не верили, что он способен хорошо выполнять свою работу в качестве командира группы.              Раон нахмурился, от всей души возмущённый тем, что в его человека — лучшего человека из всех, кого он встречал в нескольких мирах! — не верили.              Даже если руководитель группы Ли Су Хёк лично назначил Ким Рок Су руководителем группы после себя… Ему всего лишь двадцать с небольшим лет, и он развил свои способности лишь много позже.              — Здесь говорится про вашу вторую способность, мгновение? — Уточнила Розалин.              Кэйл в ответ кивнул, но уточнил:              — В основном про мгновение, но после становления лидером я развивал и запись.              Чхве Чжон Су слегка нахмурился — он лично видел через офис Бога Смерти, что это не было тренировками способности, а скорее чем-то вроде пыток и растянутой попытки самоубийства. Но он знал, что это было единственным решением, которое могло привести Рок Су-я к нужному результату максимально быстро, поэтому всё же промолчал.              Будь то в компании…              В правительстве…              Или даже лидеры гильдий и других организаций…              «Мм… Всё действительно происходит медленнее, чем в то время, когда руководителем группы был Ли Су Хёк. Это потому, что ты был из группы тылового обеспечения? Это не так интересно».              Суй Кхан поморщился, слыша знакомый голос, пропитанный фальшивой участливостью. На каких же ублюдков он оставил своего донсена…              Кэйл, отчётливо видевший вину и сожаления в чужих глазах, ткнул хёна под рёбра.              — Не надо.              И Суй Кхан, конечно, уловил послание, зашифрованное в этой простой фразе. Тяжёлый вздох стал попыткой скинуть с себя разрушительные ненужные эмоции — этот груз останется с ним навсегда, но он не должен его раздавить. Решение сделано, последствия наступили, он уже ничего не изменит. Оставалось лишь смириться.              «Ты даже не был пользователем способностей в начале катаклизма. Мы всё знаем лучше тебя. Мы просто будем действовать согласно методам нашей гильдии. Вы поняли?»              Ким Рок Су должен был отчитаться перед этими людьми или попросить их о помощи и сотрудничестве.              Альберу, подтвердивший свои недавние мысли, презрительно хмыкнул. Ему была знакома эта необходимость прогибаться под ублюдков в попытке удержаться на плаву. Но он в итоге отыгрался, и Кэйл тоже не был из тех, кто оставляет подобное безнаказанным.              Следующие мысли Кэйла, пропитанные насмешкой и почти злорадством, вновь подтвердили мысли Альберу.              «Конечно, я тоже не пустил всё на самотёк».              Позже люди говорили, что поняли, почему лидер команды Ли Су Хёк назначил Ким Рок Су новым лидером группы. Некоторые даже говорили, что он ещё страшнее, чем Ли Су Хёк.              Рон ухмыльнулся и отточенным движением раскрутил кинжал меж пальцев. Сталь сверкала бритвенно острыми гранями, опасная и смертоносная, но уступала в ощущении опасности своему владельцу.              Конечно, Кэйл так это не оставил. Рон бы очень хотел увидеть, как он заставил этих ублюдков подавиться своими словами — в том, что так и было, Молан даже не сомневался.              Но Кэйлу тогда было плевать на все эти сплетни и взгляды. И сейчас его тоже ничего не волновало.              Но было что-то новое, что он чувствовал сейчас.              «Те люди, перед которыми я должен был отчитаться и попросить о помощи, все здесь».              Розалин было попыталась прислушаться к мешанине чувств, разобрать их на составляющие, препарировать… И опять не смогла. Удивление на грани с недоумением, не то злорадство, не то презрение, не то восхищение, искры веселья… Это было не то же самое, что разбираться с собственными эмоциями, это было сложнее, непривычнее, непонятнее. Может, когда-то она и сможет разобраться в хитросплетении чувств Кэйла, но это явно произойдет не сейчас.              Они были не такими сильными, какими станут в будущем, как помнил Кэйл.              «Вот почему я должен помочь им стать сильнее».              Это должно происходить быстрее, чем в прошлом.              Перекрывшая разом все чувства сухая решимость подсказала, что вскоре Кэйл перестанет просто наблюдать за залом и приступит к делу — сейчас ему предстоит убедить всех этих людей сотрудничать с ним и рисковать своими жизнями в борьбе с безранговым монстром. Бикрокс слегка подался вперёд, ожидая начала главного действия.              Кэйл улыбался, но его взгляд был очень холодным.              Даже Чхве Хан немного напрягся, увидев его взгляд.              Розалин обернулась к Чхве Хану и улыбнулась — чувствовать его волнение за молодого мастера и искреннюю обеспокоенность его благополучием было приятно.              «Я уверен, что это кажется обременительным».              Чхве Хан думал о том, что чувствует Кэйл.              Чжон Су ярко улыбнулся, понимая, насколько его дядя глубоко заботился о Кэйле. Конечно, это было понятно уже тогда, когда он внезапно появился в испытании Бога Отчаяния, отдав за возможность помочь Кэйл-а часть своей жизни, и всё же… Ощущать эти беспокойство и волнение в простых, по сути, ситуациях, в тех, когда прямых угроз жизни, здоровью и безопасности не было, было действительно радостно.              Кэйлу нужно было попросить помощи у пользователей способностей, которые сейчас шли в аудиторию. Затем Кэйл должен был убедить их позволить ему стать командиром.              «Если он получит их согласие на участие, то уже станет неофициальным лидером операции, а за официальной частью дело не встанет — я из этого мира об этом позабочусь», — у бывшего Ли Су Хёка не было никаких сомнений.              Это нужно было сделать для того, чтобы они могли спокойно справиться с нападением первого монстра без ранга и при этом свести потери к минимуму.              Группе Кэйла нужна была помощь как можно большего числа людей. Но это будет нелегко.              Убедить сотрудничать, когда помощь нужна с неизвестной и недоказанной угрозой из будущего… Альберу признавал, что ему было бы невероятно трудно это сделать. Но в способности Кэйла убедить кого угодно сделать что угодно он совершенно не сомневался.              «Надеюсь, хотя бы половина из них захочет нам помочь».              Пока Чхве Хан размышлял об этом…              — Пора.              Ким У, который смотрел на Кэйла, перестал опираться на колонну и вошёл в аудиторию.              «Наконец-то!» — Раон взвился в воздух и сделал круг, на этот раз приземляясь на плечи Бикрокса. Тот слегка напрягся, но быстро расслабил плечи и откинулся на спинке кресла, давая Раону ещё одну опору и вместе с ней возможность удобнее разлечься.              — У хён-ним! Подожди меня!              Лидер Сонсан-гу (район Сонсан) в Чханвоне, стоявший рядом с Ким У, последовал за ним.              Розалин дёрнула уголками губ — то, как в сознании молодого мастера мелькнуло не имя, а должность этого паренька, было забавно. В этом был весь Кэйл: знать и иметь в виду то, что нужно, и игнорировать всё остальное.              Их действия заставили остальных, стоявших вокруг аудитории, отвернуться от Кэйла и начать входить по одному.              Чхве Хан стоял рядом с Кэйлом, когда всё это происходило. Чхве Хан почувствовал, что кто-то приближается к ним, и оглянулся.              — Ты не идёшь?              Это была Хео Сук Чжа, одна из трёх столпов приюта Сомён вместе с Ким У и Ли Су Хёком.              Эрухабен свёл брови к переносице, когда Кэйл перешёл от просто наблюдения за людьми вокруг и пассивного чувства узнавания к точной информации из записи. Пришёл момент, когда несчастному парню придётся работать всерьёз, а значит — здравствуйте, запись, напряжение и ощущение жара, на самом деле никому из них не принадлежавшие.              Серьёзно, как несчастный ребёнок мог так спокойно здесь сидеть, когда помимо передающихся заклинанием ощущений у него была своя собственная способность, причинявшая такие же неудобства? Про то, как во время их самого первого вопроса Кэйл потерял контроль над записью, Эрухабен предпочитал не вспоминать. Это неизбежно приводило к мыслям о собственной ошибке и вине, которую он постарается загладить.              Рядом с ней стоял Ма Сын Чжин, человек, который в будущем станет лидером величайшей гильдии Тэчжона.              — Я скоро.              Хео Сук Джа стояла рядом с Кэйлом и продолжала говорить.              — Будут ли они сотрудничать с нами?              «Будут. Придётся», — нахмурился Суй Кхан.              Конечно, он знал, что, раз уж Кэйл сидит рядом с ним, у него всё должно было получиться, но всё равно не мог не переживать. Эти ублюдки — будущие лидеры гильдий, приютов, районов и округов, — не были людьми, с которыми легко работать. Поэтому бывшему Ли Су Хёку очень не нравилось думать о том, что его Кэйл-а пришлось справляться с этим по сути в одиночку.              Чхве Хан на мгновение нахмурился, а затем вернулся в спокойное состояние. Хео Сук Джа, похоже, беспокоилась о том же, о чём и Чхве Хан.              «Если хотя бы треть из них поможет нам…»              Это было минимальное количество людей, которые должны были согласиться помочь им, узнав о плане Кэйла.              «Треть… Реалистично», — Альберу даже не заметил, как изящно сложил руки на коленях и сверкнул отработанной публичной улыбкой. Но его быстро ткнул в плечо Чхве Хан, заставляя вспомнить, что это не ему сейчас читать вдохновляющую речь и вести переговоры.              Альберу отказывался признавать, что умудрился настолько забыться, что ему вообще пришлось об этом напоминать.              Ма Сын Чжин с любопытством смотрел на Кэйла.              В этот момент Кэйл решил войти.              «Давайте, молодой господин», — мысленно подбодрил Рон, ожидающий дерьмовое шоу. Кинжал продолжал то вращаться, то отработанно ложиться в руку.              Его голос донесся до них, когда он шёл вперед.              — Я иду туда не ради их сотрудничества, а чтобы дать им возможность.              — Отлично сказано, донсен, — ухмыльнулся Чхве Чжон Су в попытке разрядить обстановку между хмурым напряжённым Суй Кханом и столько же напряжённым, но тщательно не-хмурым Кэйлом.              — Мы буквально родились в один день, с какого перепугу я донсен, — Кэйл, разумеется, понял, что пытался сделать Чжон Су, и повёлся на эту простую уловку.              Суй Кхан улыбнулся. И как бы он жил без этих неугомонных, но таких чутких и заботливых панков?              — Хм?              Хео Сук Чжа вздрогнула, а Ма Сын Чжин открыл рот, чтобы спросить, о чём говорит Кэйл.              И разумеется, Кэйл их полностью проигнорировал — Альберу был не удивлён. Да что уж там, он и сам бы, вероятно, в такой ситуации поступил бы так же. Зачем объяснять людям, которые пока не являются частью плана то, о чём и так расскажут твои действия?              Абсолютно бессмысленное занятие.              Но никто не мог ничего сказать Кэйлу, который без колебаний вошёл в аудиторию. Только Чхве Хан улыбнулся, следуя за Кэйлом.              — Нуним, мы пойдем?              — Да, давайте уже зайдём.              Раон впился в проекцию глазами, ёрзая по плечам Бикрокса и спинкой дивана от нетерпения. Сейчас его человек будет бить всех этих людей по затылку!!              Они увидели, как Кэйл поднимается по ступенькам к платформе.              В аудитории, естественно, раздавались шепотки.              Тишина заглушалась отчётливым звуком чеканного шага Ким Рок Су и бесконечным шёпотом — увидев человека, направляющегося к возвышению небольшой сцены, люди начали возмущаться.              Альберу покачал головой. Конечно, вид Кэйла сейчас совсем не производил впечатления, что он гениальный стратег и невероятный командир. Ему было искренне интересно, что именно его донсен выкинет, чтобы перевернуть ситуацию и заставить этих людей подавиться своими словами.              В этот момент кто-то произнес.              — Мне было интересно, кто собрал нас здесь, но это всего лишь маленький худой ребёнок?              — Тц, — цыкнул Чжон Су. Для него, улыбчивого и открытого, такой звук был нетипичен.              — Они ещё не знают, что этот «маленький худой ребёнок» даже без демонстрации силы сейчас их нагнёт, — согласно закивал Суй Кхан.              Розалин улыбнулась, наблюдая за корейскими хёнами Кэйла и тем, как сам молодой мастер закатывает глаза. Очередное забавное взаимодействие — и сколько их уже было? За эти считанные дни она увидела столько новых сторон этих троих, что даже страшно. Кто знает, если бы не эта необходимость вскрыть секреты друг друга, сколько времени бы им понадобилось, чтобы прийти к этому уровню честности в проявлениях привязанности?              Громкий голос вызвал тишину в аудитории.              Все посмотрели в сторону говорящего. Мужчина средних лет, сидевший на ближайшем к платформе сиденье, скрестил руки и смотрел на Кэйла, как будто он не был впечатлен.              Чхве Хан слегка скривился, глядя на наглое лицо Кан Иль Рэ — того самого говорившего. Этого ублюдка он хорошо запомнил как раз из-за этого эпизода, и был очень не рад снова выслушивать его слова в сторону Кэйл-нима.              По залу пролетел шёпот, в обсуждение Ким Рок Су, казалось, включился каждый присутствующий. Люди смотрели на него насмешливыми взглядами — особенно те, кто получили пригласительные билеты от посыльных, а не лично от Кэйла и его группы.              «Конечно, те, кому Кэйл вручил приглашение лично, не могли остаться такими тупыми ублюдками», — сверкнул глазами Эрухабен.              Внезапно раздался крик.              — Я бы не пришёл, если бы знал, что приглашение исходит от грёбаного ребёнка! Кто ты такой, чёрт возьми, чтобы указывать такому занятому человеку, как я, приходить сюда?              «Прямолинейно…» — Растерянно склонила голову на бок Розалин.              В кругах аристократов такие открытые возмущения с наскока были невозможны, ведь, прежде чем начать открытые обсуждения, нужно было соблюсти пару десятков формальностей, часто включавшие в том числе вежливые разговоры ни о чём. Да и после этого считалось дурным тоном высказываться слишком резко и откровенно, особенно, если у человека был не слишком высокий статус. Розалин ненавидела все эти формальности.              Такой категоричный и резкий подход был, на самом деле, весьма неплох, и гораздо больше нравился Розалин, чем аристократические правила и условности этикета. Всё не нескончаемые хождения вокруг да около без смысла и результата.              Около половины пользователей способностей, которые ещё не встречались с Кэйлом, похоже, были согласны со словами этого человека.              Он не ошибся.              Они действительно были заняты.              За тем, как Кэйл мысленно разбирал по кирпичикам каждое слово, на ходу (буквально на ходу, ведь он всё ещё не успел занять своё место на сцене) интерпретировал их и спокойно влезал в шкуры собравшихся, было интересно наблюдать. Без определённого уровня эмпатии невозможно быть хорошим лидером — Рон это прекрасно усвоил ещё в то время, когда Моланы были великим кланом, и он сам был наследником всего их величия. Без понимания чужих эмоций, реакций и мотивов управлять людьми было практически невозможно. Так что, конечно, Кэйл сейчас даст людям высказать все свои мысли и претензии, чтобы выбрать наиболее эффективный способ воздействия.              Каждая минута была важна, чтобы построить новые центральные убежища и отбиться от монстров.              Чёрные приглашения доставлялись им разными способами.              <Здравствуйте. Меня зовут Ким Рок Су, и я обладаю способностью предвидения>.              «Кратко и по делу», — Альберу полностью одобрял прагматичный подход Кэйла. Для него, вынужденного привыкнуть к словесным кружевам аристократии, их отсутствие ощущалось глотком свежего воздуха.              А главное — в этом приветствии сразу содержалось то, за что внимание читающих цеплялось, как за крючок. Конечно, мысли Кэйла из проекции следовали той же логике.              Слово «предвидение» привлекало их внимание.              <Чрезвычайно сильный монстр, несравнимый с теми, с которыми вы столкнулись, когда были разрушены первоначальные центральные убежища, скоро нападет на Пусан>.              Далее в приглашении перечислялась информация о монстре без ранга. В конце приглашения содержалась короткая просьба о сотрудничестве в борьбе с монстром.              — Заинтересуй, напугай, дай решение, — медленно перечислил Суй Кхан, сверкая холодной, какой-то циничной улыбкой, — и люди по крайней мере придут за дополнительной информацией.              Это была простая схема, универсальная, но рабочая. В начале апокалипсиса только так и созывались собрания — без конкретной опасной угрозы лидеры бы не покинули своих убежищ и людей под их защитой.              Руководители новых центральных убежищ или их главные управляющие, прочитавшие приглашение, не могли не приехать в Пусан.              Они не могли просто принять это за чушь.              — Этим ублюдкам пришлось самим приехать и проверить, — Чжон Су смотрел на собравшихся без привычной улыбки, забыв зацензурить грубость на что-то нейтральное. — Они ублюдки, но не идиоты.              Им нужно было самим убедиться в истине, поэтому руководители приезжали или посылали одного из своих основных руководителей, если управляющему было трудно уехать.              Но они задались вопросом, не зря ли потратили время, когда увидели слабого на вид парня едва ли двадцати лет, стоявшего на платформе.              Эрухабен хмыкнул — он и сам, в свои 1009 лет, выглядел невероятно молодо, как и любой дракон. Но ему помогала природная подавляющая аура и драконий страх, быстро ставивший неуважительных идиотов на место. У Кэйла была похожая сила, так что скоро он изменит эти поспешно сделанные выводы о своей слабости и бесполезности.              Чтобы за тобой следовали, нужно уважение, уверенность в своих силах и иногда страх — у Кэйла была возможность заполучить все три элемента. Несчастный парень всегда мыслил нестандартно и принимал решения из расчёта «максимум результата — минимум усилий», поэтому Эрухабену было искренне любопытно, как он разыграет карты.              Мужчина, повысивший голос, был зол на то, что приехал в Пусан из-за такого тщедушного паренька, как Кэйл.              Он также пытался продемонстрировать свою силу.              «Дай им возможность высказать всё дерьмо в начале, и дело пойдёт лучше», — Альберу прекрасно знал, насколько надолго могут растянуться плевки желчью и жалобы, но научился смиряться с этим, как с необходимым злом.              Если у тебя мало авторитета и власти, тебя не будут слушать, пока люди не выскажутся. Хотя Альберу сомневался, что у Кэйла хватит терпения и банального времени, чтобы выслушать все претензии собравшихся. У него самого в такой ситуации и с такими козырями явно не хватило бы. Оно того не стоило.              — Информация. Я уйду, как только услышу пророчество.              Мужчине было всё равно, появится ли в Пусане монстр, лишь бы его собственное убежище было в безопасности. Он наконец-то получил безопасное место, где он мог действовать как король, так почему он должен участвовать в опасной борьбе?              Чхве Хан скривился от отвращения, слыша, как Кэйл хладнокровно разбирает мотивацию человека, плюющегося словами. Ему такой подход претил. Он был тем, кто сражался и защищал, тем, кто никогда не оставался в стороне, если его близким грозила опасность. Как можно предпочти отсиживаться в безопасности, когда от твоих действий зависят чужие жизни?              Именно поэтому он пытался продемонстрировать свою силу и взять атмосферу под контроль.              Он снова повысил голос:              — Я проделал весь этот путь из-за какой-то ерунды о предвидении. Тсц! Просто поторопитесь и расскажите нам пророчество! Хватит тратить наше время! Мы все заняты!              Раон нахмурился и взлетел, тыкая лапой в возмущающегося:              — Глупый придурок! Мой человек пришёл вас спасти!              Возмущенного дракончика, заметавшегося туда-сюда перед проекционным зрительным залом, перехватила рука Альберу.              — Не волнуйся, Раон-ним, — улыбнулся наследный принц, — мой донсен скоро покажет всем им, насколько они были неправы.              Раон воинственно обернулся ко второму дивану и встретился взглядом с Кэйлом.              — Человек, покажи им всем!              Чхве Хан, стоявший позади Кэйла, нахмурился.              Розалин озорно улыбнулась, мысленно сравнивая хмурость Чхве Хана, сидящего рядом, и с хмуростью проекционного Чхве Хана из прошлого. Отличия были только в том, как выражение лица её реального друга слегка прояснилось после разговора Раона и его высочества.              Хлоп!              Резкий звук заставил всех переключить внимание на проекцию. Как оказалось, самих участников проекции, сидящих в зале перед возвышением сцены, тоже привлёк неожиданный звук.              Кэйл перестал идти, как только оказался на вершине платформы.              Его взгляд медленно направился вниз.              Рон улыбнулся, перехватив кинжал нижним хватом и подкинув, чтобы тут же поймать. Ледяной пронзительный взгляд Ким Рок Су обещал прекрасное шоу.              Его взгляд был направлен на мужчину, который повысил голос.              Мужчина фыркнул, глядя на Кэйла.              — Хмф. Даже твой взгляд — взгляд маленького ребенка.              — Если в его представлении этот взгляд — взгляд маленького ребёнка, то я — балерина, — с серьёзным лицом заявил Чхве Чжон Су.              Суй Кхан тихо прыснул, а следом за ним тихо засмеялась Розалин, вовремя прислушавшаяся к их тихим разговорам.              В этот момент Кэйл заговорил.              — Пользователь способностей Кан Иль Рэ.              Мужчина, Кан Иль Рэ, вздрогнул.              Вместе с Кан Иль Рэ вздрогнули и Чжон Су с Розалин, отвлекшиеся на смех. Услышать настолько ледяной тон было… отрезвляюще.              Альберу отметил, с какой отработанной точностью Кэйл направил голос так, чтобы его чётко слышал каждый человек в этом большом зале. И всё это без увеличивающих громкость голоса заклинаний или их аналогов из этого мира. В этой точности явно виделся опыт.              Это было потому, что он услышал свое имя.              — Эта твоя любовь к обращению по имени до того, как человек тебе представится, реально жутковата, — Чжон Су помнил, как Ким Рок Су, тогда только стажёр-новичок компании, использовал на нём тот же приём.              — И это прекрасно должно было сработать как иллюстрация его способности к предвидению, — ухмыльнулся бывший Ли Су Хёк. — И как демонстрация превосходства тоже. Молодец, Рок Су-я!              Кэйл в ответ привычно просто кивнул.              — 139 выживших.              Кан Иль Рэ снова вздрогнул, услышав слова Кэйла. Его лицо напряглось.              139 человек.              Это было число, которое он точно не смог бы забыть.              — Хо? — Удивлённо выдохнул Рон, подозревавший, что знает, что должно было значить это число.              — О. — Приподнял бровь Суй Кхан. — Интересное решение.              Но другие пользователи способностей, не понимавшие слов Кэйла, не могли не нахмуриться.              — Это ведь… — протянула Розалин, — число выживших во время суток после затмения?              — Да, — легко ответил Кэйл, подтверждая то, о чём все и так уже догадались.              Взгляд Кэйла переместился на людей рядом с Кан Иль Рэ.              — Пользователь способностей, Чжо Мин Е.              Женщина средних лет вздрогнула.              Голос Ким Рок Су звучал голосом судьи, объявляющего приговор — беспристрастно, сурово и абсолютно неумолимо.              — 398 выживших.              «Интересно, из скольки», — нахмурился Альберу, сравнивая две цифры.              Меньше двух сотен и почти четыреста — разница была весьма ощутима, но ведь они не знали, сколько людей обитало в их убежищах изначально.              Её глаза широко раскрылись, когда она услышала слова Кэйла.              — …Не может быть.              Она точно знала, что означает это число.              То, как почти мгновенно затих зал, стоило Ким Рок Су начать перечислять имена и цифры, прекрасно проиллюстрировало то, как тихий шокированный голос женщины разнёсся по всему залу. Люди замерли, огорошенные таким поворотом событий.              Это было очень нетипичное начало речи, но явно эффективное.              Кэйл продолжал говорить.              Он посмотрел на мужчину рядом с Чжо Мин Е.              — Пользователь способностей Ким Тхэ Ху. 176 выживших.