Часть 7

— Так, Сычжуй, спасибо тебе большое за помощь. Ты сделал то, что хотел. Теперь расскажи как разорвать эту связь. Гон пока не разобралась в себе, но одно знала точно — рядом с заклинателем ей хорошо. Его вечно спокойное поведение, сияющие глаза, излишняя доброта всë в нëм казалось до неприличия привлекательным и родным. Хотелось остаться с ним навсегда и не выходить из его тëплых объятий. — Лун… Я понимаю, что возможно уже тебе надоел, но позволь мне побыть рядом с тобой ещё немного. Чуть-чуть… Юань ощущал, что если сейчас отпустит еë, то уже никогда не увидит. Она просто пропадëт. — Эм… Ладно… Девушка ощущала то же самое и несказанно обрадовалась его отказу. Они смогут ещё немного побыть вместе. До еë дня рождения осталось две недели. Лун никогда не думала, что будет так бояться приближающегося, казалось, праздника. — Спасибо… Заклинатели двинулись в путь. На счету была каждая минута, ведь неизвестно успеет ли Гон приготовить лекарства. __ __ __ Добравшись до Яншо без происшествий, травница принялась готовить. Дело затормаживало и то, что лекарство должно было настаиваться чуть больше суток. И поэтому невозможно было предугадать получилось ли оно или нет. Лань помогал как мог. Кое-какие знания в медицине очень даже пригодились. Он мог готовить отдельные ингридиенты, пока Лун готовит что-то другое. — И это не сработало. Девушка протëрла кровоточащую печать от отвара и поморщилась. За прошедшие полторы недели она ослабла настолько, что с трудом передвигалась, а постоянное применение лекарств только раздражало печать и приносило много боли. В некоторые моменты, когда боль становилась невыносимой, Гон хотелось всё бросить и просто перерезать себе горло. В такие моменты Сычжуй хоть и не мог облегчить боль, но каждый раз нежно обнимал еë, целовал либо в лоб, либо в макушку и говорил успокаивающие слова. Содержание его речи тогда не имело значения для травницы. Его голос сам по себе успокаивал. — Надо попробовать что-то другое. Лань с грустью посмотрел на девушку, ощущая, как слабеющая надежда на жизнь всë больше потухает. Он не мог почувствовать ту боль, что переносила травница, однако еë измученный вид заставляли сердце сжаться до болезненных уколов в груди. Видеть еë такой было не выносимо. Заклинатель присел перед поникшей Гон и нежно взял еë ладони в свои, опуская на них голову. — Лун, тебе нужно хоть немного отдохнуть. Ты так изведëшь себя быстрее печати. Время ещё есть. Серо-фиолетовые глаза с мольбой посмотрели в уставшие глаза напротив. Как же ему сейчас хотелось забрать все мучения себе, лишь бы не видеть их у Гон. — Сычжуй, у меня всё меньше времени, а я не могу найти нужную пропорцию… Мне не до отдыха. — Лун, пожалуйста, ты уже больше семи дней нормально не спишь и не ешь. Всего пару часов. И тут до Лун наконец-то доходят и еë чувства к парню, и его рвение быть рядом и помогать. " Как же я раньше не додумалась. Все эти непонятные взгляды, прикосновения. Он меня любит… НО ЗА ЧТО?! Он ведь понимает, что я не похожа на ребëнка заклинателя, а значит являюсь преступником. И ни один человек ещё не поверил, что я ничего не совершала! " — Л-ладно. Тебе тоже нужно отдохнуть. — Да. Пошли спать. Уже давно ночь. -Ага. Юноша дождался, когда Гон Лун уснëт и, достав рукава бумагу с кистью и чернилами, быстро написал письмо. Благодаря талисману оно дойдëт уже к утру и, если его прочитают сразу же, то к вечеру они будут здесь. " Так будет лучше. Возможно, даже Лун перестанет так страдать. " __ __ __ Вечером следующего дня Гон готовила лекарство, которое попросил Шинсу для своего заболевшего сына. Лань в это время был на втором этаже, по просьбе девушки, собирал нужные засушенные травы. " Сегодня почему-то мне очень неспокойно. Может это из-за приближающегося дня рождения. Осталось всего два дня. По сути у меня три попытки. Потому что ингредиентов осталось как раз на три порции. " Дверь в лавку с тихим скрипом открылась. Травница не обернулась, подумав, что это друг пришëл забрать лекарство. Однако, тишина за спиной заставила напрячься и всё-таки развернуться. На пороге стояли четыре высоких мужчин в руках с мечами. На лицах читалось чистое презрение и жажда убийства. Можно было бы подумать, что это обычные убийцы, если бы не вышивка в форме пламени на их груди. Знак одного из орденов. А если точнее, ордена из которого была Лун. — Вы кто? Девушка старалась не выдать своего волнения и, держа зрительный контакт, пыталась нащупать рядом свой меч. Вот только запоздало поняла, что он остался на втором этаже. — Ну здравствуй, Лунлуй. Вижу ты хорошо устроилась. Пришло время тебе отправиться к убитым тобой людям. В комнату вошëл высокий мужчина в красно-коричневых одеждах, с золотыми узорами. — Как ты меня нашëл?! — Легко. Твой друг мне об этом сообщил. Как же он назвался в письме… А, Сычжуй. Лань Сычжуй. — Что?.. В мгновение голова опустела. Эхом отдалось имя заклинателя. Неужели он действительно хотел находиться рядом только для того чтобы сдать еë? — Этого не может быть! Да и с чего мне тебе верить? Травница медленно начала отступать к лестнице. Напрочь позабыв о возможности призвать меч. Скорее всего подсознательно она тянулась к единственному человеку, который сможет еë хоть ненадолго защитить. И даже слова отца не подействовали. — Взять еë. Гон сорвалась с места, влетая по лестнице. — Лун, что случилось? Юань вышел на громкие звуки и поймал налетевшую на него травницу. Вид у неë был настолько испуганный, что он даже представить не мог, что могло еë так напугать. — Сычжуй, это ты рассказал им где я живу?! — Кому? — Моему отцу! — Куда же ты побежала? Ты же не думаешь, что так просто сможешь скрыться? Парень задвинул Лун за себя и непонимающе посмотрел на поднявшихся мужчин. — А, ты и есть Сычжуй. Чего же ты притворяешься. Ты молодец. Эта маленькая дрянь хорошо скрывалась всё это время. Но теперь ей пришëл конец. — Господин, подождите. О чëм вы говорите? И за что так оскорбляете Гон Лун? Мужчина подошëл практически в плотную к Сычжую и коварно улыбнулся. Его уже успело выбесить, как показалось, лицемерие заклинателя, и хотелось поскорее посмотреть на смерть травницы. — Так вот какое еë новое имя. Парень, тебя не смущает печать на еë ноге? Она ставится только опасным приступникам. — Господин, мне кажется это не ваше дело знаю я или нет. Будьте любезны вести себя прилично. — Ты хоть понимаешь кому грубишь, продажный щенок. Мужчина схватил Юаня за одежду и поднял вверх, сильно встряхнув. — Убить его, мешается. И не важно, что он помог нам. — Да, господин! Вбежавшие по лестнице мужчины выхватили парня и уже были готовы его прирезать, пока их господин схватил за руку Гон. — Не трогайте его! Пролетевший меч обезоружил недоброжелателей. Благодаря этому Лань смог оттолкнуть от возлюбленной потенциального убийцу. — Вы ещё кто?! Подростки забежали за спину появившимся заклинателям. Вей Усянь выставил перед ними руку, готовый в любой момент напасть. Он смутно понимал, что это за девушка, но, исходя из полученного письма, было понятно, что она дорога Сычжую. — Быстро отдали нам девчонку и вы сможете уйти живыми. Там снаружи стоят ещё пять человек. Сероглазый усмехнулся. Человек перед ним действительно мог внушить страх. Однако не тот, от которого будет дрожать Вей. — Это те, которые мирно отдыхают на земле? — Нет. Другие. Мгновение замешательства хватило, чтобы распознать ложь. Теперь предстояло понять что им всем нужно от перепуганных подростков. Вот только подумать времени не было. Мечники, что находились в этой же комнате, по одному взмаху руки своего господина накинулись на заклинателей. Лань Чжань с лëгкостью расправился с двумя особо настырными, как потом окажется не до конца. Сычжуй, опомнившись, тоже вступил в бой. Гон Лун в это время призвала свой меч, чтобы не обременять парня. Хотя сил еë едва ли хватило бы для отражения атаки. Мужчины применили талисманы. Создав себе более выгодное положение они всё больше оттесняли заклинателей в комнату, пока полностью не загнали их в угол. — А ну стоять! Если вы не хотите, чтобы ваш друг умер, то бросте мечи и отдайте нам девчëнку! Двое самых высоких мечников зафиксировали руки Вей Усяню, а третий держал меч прямо у его горла, не давая даже двинуть головой. — Вей Ин! — Папа! Гон Лун вздрогнула. Так один из этих странных заклинателя родитель Сычжуя. " Чëрт! Как так получилось? Как им удалось схватить его?! Я не имею права оставить его. Получается… Я должна умереть?» — Отпусти его. Девушка выпустила меч из руки и кое-как прогнала темноту перед глазами. — Вот так бы сразу. А то строишь из себя не пойми кого. Иди сюда. Отец Гон поманил еë к себе, намереваясь как только она подойдëт убить еë. Травница, глубоко вздохнув, сделала несколько шагов в его сторону, но была остановлена. — Господин, позвольте мне кое-что сказать Гон Лун. Всего минута, прошу вас. Сычжуй низко поклонился Гонконгу, моля всех известных богов, чтобы его план сработал. " Если Лун сейчас подойдëт к нему, то умрëт. И все еë старания будут напрасны. Нужно выиграть время. Да так, чтобы учитель Вей не пострадал. У меня есть один талисман, которым можно отвлечь внимание мечников. Его должно хватить для высвобождения учителя. Я смогу забрать часть печати Лун, чтобы она успела приготовить нужный отвар. " — Ты собрался признаваться, что предал еë? Ну давай, будет интересно посмотреть. Мужчина мерзко улыбнулся, посматривая на напрягается заложника. Он явно чувствовал своë превосходство в данной ситуации. — Лун, — парень подошëл практически вплотную к травнице, беря еë за руку, — Я уже давно хотел тебе это сказать, но никак не было подходящего момента. Да и этот таковым не является. Я люблю тебя! С самой первой нашей встречи ты привлекла моë внимание. И мне очень жаль, что я никак не смог тебе за всё это время помочь. И… Я не предавал тебя. Если не веришь, доказательство здесь, — он дотронулся до правой части груди где было рабское клеймо. Про которое Гон благополучно успела забыть. Девушка уже не сдерживала свои слëзы. Не хотелось верить, что сейчас еë жизнь прервëтся и она больше никогда не заглянет в эти добрые глаза. — Я тоже тебя люблю, Сычжуй. И полностью верю. Юань положил вторую ладонь на щëку любимой и нежно стëр дорожку от слëз. Как бы больно не было ему смотреть на такое еë состояние, сейчас в голове юноша приговаривал заклинание, которому он научился у Вей Усяня. Как раз для такого случая. — Не плачь, ещё не всё потеряно. Практически прошептал он, прежде чем его зрачки резко уменьшились, а он сам с негромким вскриком осел на пол, активируя талисман. — Ах ты гадëныш! Пользуясь замешкой недоброжелателей Вей Ин смог освободиться и быстро оттащить подростков. У них есть минута на то чтобы разобраться с проблемой. Дальше будет сложнее. — Дети, потом всё объясните. Лань Чжань, помоги мне. Тëмная магия ударила сразу по двум мужчинам, на этот раз убивая их. Оставшиеся, так сильно испугались, что толком не смогли отразить атаку Второго Нефрита. — Эта девчëнка преступница! Посмотрите на еë ногу! Твой сын снюхался с преступницей! Как теперь на тебя посмотрят?! Отец Гон чуть-ли не в истерике кричал, пока его не прервал Вей Усянь, кинувший какое-то заклинание в мужчину, тем самым вырубая. Нефрит посмотрел на сына, который уже успел немного отойти от боли в ноге и теперь успокаивал травницу. К слову, девушка уже не помнит, когда в последний раз так плакала. Можно сказать у неë была истерика от пережитого ужаса и осознания, что Сычжуй забрал часть печати. — Лун, тише. Прошу, успокойся. — Сы.чжуй… Гон пыталась успокоиться, но попытки тщетны. Нога с печатью как будто отнялась, хотя боль осталась. Она боялась представить, что сейчас испытывал Юань. — Сычжуй, то что сказал этот мужчина — правда? Лань Чжань бросил нечитаемый взгляд на плачущую девушку. — Отец, дайте мне пару минут. Я один объяснить не смогу. — Мгм. Юноша вернул взгляд обратно на заплаканное лицо и нежно провëл по щекам большими пальцами. Потом поддался вперëд ещё более нежно коснулся еë губ своими. Они были солëными, тем не менее мягкими и тëплыми. И такими желанными. План удался и девушка от удивления перестала плакать. Когда отстранились, ониксы с удивлением глянули в серо-фиолетовые глаза. — Не плачь, Лун. Всё хорошо. — Как может быть хорошо… если ты забрал часть печати. Хрупкие плечи до сих пор подрагивали, а глаза припухли. Лун изо всех сил старалась опять не заплакать. Нужно было успокаиваться. — Как раз разъяснения мы все и ждëм. Гон Лун, объясни, пожалуйста, что да как. Желательно с самого начала. Вей Усянь присел рядом с подростками, слегка погладив обоих по голове. Частично он уже понял суть дела, но не хватало некоторых деталей. — Хорошо… — чуть-чуть помолчав, девушка продолжила, — Моë настоящее имя Гонконг Лунлуй. Я третья дочь главы небольшого ордена Гонконг.