VII

Дверь скрипнула едва слышно, но этого хватило, чтобы обитатели чулана вздрогнули, будто получив электрический разряд. Эрик непроизвольно вжался в холодную стену, чувствуя, как Вероника цепляется за его руку с такой силой, что её ногти впиваются в кожу. В проёме, залитом жёлтым светом из коридора, стоял Ганнибал Лектер, держа в руках серебряный поднос с изысканным чайным сервизом. "Добрый вечер, мои дорогие гости," - его голос звучал тепло, почти отечески, но в этом тоне была та же ласковая угроза, с какой кот играет с мышью перед тем, как перегрызть ей позвоночник. "Я подумал, что нам стоит немного... пообщаться, вы не против?" Вероника затаила дыхание. Она заметила, как безупречно сидит на нём тёмно-бордовый пиджак, как белоснежная рубашка подчёркивает его аристократичную бледность. Даже в этом затхлом подвале он выглядел так, будто собирался на светский раут. Поднос с лёгким звоном опустился на пол между ними. Аромат эрл грея с бергамотом странно контрастировал с запахом сырости, пота и страха, витавшим в подвале. Эрик не мог оторвать глаз от двух фарфоровых чашек, от пара, который вился над ними, образуя причудливые узоры в холодном воздухе. "Особенный сорт," - продолжил Ганнибал, снимая перчатку и демонстрируя длинные, ухоженные пальцы. "Я добавил немного лаванды. Успокаивает нервы, способствует... откровенности." Вероника почувствовала, как её сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди. В чашке что-то плавало - слишком белое, слишком крупное, чтобы быть просто чайным листом. "Мы... мы не хотим..." - её голос сорвался на шёпот, когда Ганнибал медленно повернул к ней голову. "Не хотите?" - он наклонился, и внезапно его тень накрыла их обоих, как саван. "А что если я скажу, что отказ будет гораздо болезненнее?" Эрик протянул дрожащую руку к чашке. Первый глоток обжёг язык, но он заставил себя сглотнуть, чувствуя, как сладковато-горькая жидкость стекает по горлу, оставляя после себя странное металлическое послевкусие. "Вот и славно," - прошептал Ганнибал, наблюдая, как Вероника после мучительного колебания тоже подносит чашку к бледным губам. Его пальцы начали постукивать по крышке чайника в странном, гипнотическом ритме, словно отсчитывая секунды до неизбежного. "Скоро вы почувствуете... облегчение," - сказал он, поднимаясь с почти театральной грацией. "Мы продолжим нашу беседу завтра, когда вы будете более... сговорчивы." Дверь закрылась с мягким, но окончательным щелчком. Эрик хотел что-то сказать, но его язык вдруг стал непомерно тяжёлым, как кусок сырого мяса. Края зрения начали темнеть, предметы расплывались и двоились. Где-то рядом он услышал, как чашка Вероники со звоном упала на каменный пол. "Эрик..." - голос сестры звучал как будто из-под воды, из другого измерения. Он попытался повернуть голову, но шея не слушалась, мышцы стали ватными. Последнее, что он увидел перед тем, как чёрная волна накрыла его сознание - это опрокинутую чашку и странный белый предмет, выкатившийся из неё. Что-то маленькое, костяное, с тёмным пятнышком у основания. :3