...

Ты знаешь, как уходят поезда, Как машут вслед последнему вагону Как наполняются водой глаза, Идя домой с прощального перрона… Последние секунды, и поезд унесет тебя за горизонт. У тебя очередное секретное задание. Почему-то даже мне не сказали где и что будет происходить. А главное, почему именно с тобой? Почему не отправили кого-то другого? Нет, я всех боюсь потерять, но тебя особенно. Каждое твое ранение, маленькие ссадины и синяки. Кажется, что я их сама ощущаю. Каждый раз ты убегаешь с группой на задания, а я переживаю. Вся как на иголках. Иногда сорвусь так, что сотрудников жалко. Потом хожу глаза от них прячу. Хотя чаще они от меня.  Сейчас ухожу с перрона, а на глазах слезы, я не пытаюсь их убрать… Иногда надо… Ты знаешь, что как вечность, миг. Без нежных глаз и искренней улыбки От недосказанности душу рвет на крик… Ты знаешь, как прощать ошибки. Ты опять уехал, а из-за секретного задания, я даже не знаю на сколько.  Снова ждать…  Иногда посещают мысли, что вся моя жизнь – это сплошное ожидание, страшного будущего. А ведь ты так и не узнал, что моя любовь к тебе не прошла. В голове всплывают злощастные моменты операции «Вирус». Тогда мое самовнушение решило, что я собираюсь умирать. Где-то далеко-далеко я понимала, что меня обманывают, но убедить себя в этом не получилось. Я ведь до сих пор помню вкус твоих губ. Он был с привкусом твоего любимого чая. Правда ты тогда не ответил на поцелуй. Встал как вкопанный, а после только и смог выдавить: «Чего?». И в след сказал: «Ничего не понимаю». А мне очень хотелось прокричать тебе, эти 3 слова. Может и не бегали бы друг от друга. Ты меня простил за этот поцелуй, я знаю. Или забыл просто. Но сейчас остаётся прогуляться в сумерках родного Питера, под нашу любимую погоду. Дождь. И знаешь ты как тонут корабли, Когда вокруг шторма в двенадцать баллов. Ты знаешь, как любовь свои спасти Укрыв ее от зарослей кораллов. Прошло почти полторы недели, после того, как Пригов сообщил о твоей смерти. Похороны прошли слишком тяжело. Собрались все сослуживцы еще с «Тайфуна»: Барс, Гном, Риф… Никто не мог ожидать этого… А все виной этот чертов корабль. Выживших нет. А я надеюсь. Надеюсь до последнего. Ты же живучий… Хм. Был живучий… Сейчас сижу на окошке, как девчонка. Плачу и делаю очередную затяжку. Смотрю в окно, сколько милых пар. А что было бы, если я тогда признала тебе? У нас могло бы быть так? Расписались бы… Ты знаешь, как встречать рассвет, Как провожать закат на расстоянии. И знаешь ты, как выглядит портрет Любимого лица при солнечном сиянии. прошел месяц. Я уже не жду, не верю, не надеюсь. Лишь каждое утро я прихожу на наше  тобой любимое место, встретить рассвет. Легкий ветерок обдувает плечи, примерно также как когда то ты обнимал меня. Ты далеко сейчас, но именно здесь, именно на этом месте я ощущаю тебя, как будто ты стоишь рядом. Солнышко немного взошло, и легко легло на море. Кажется, что твое лицо отображается на водной глади. А я все еще не могу забыть тебя. И наверное это уже не получиться.  И знаешь то, что хочется не знать,  Но зная лишь покорно принимаешь…  А поезда так хочется встречать  И чувствовать как крепко обнимаешь. Подразделением теперь командует Бизон. Остальные на полевой работе. Я как всегда «глаза, уши, и ум» команды. Моя последняя надежда угасла. В КТЦ больше не будет той атмосферы. Потому что тебя больше нет. Это остается только  понять и принять. Понять то я может и смогу, но не принять. «Нет! Никогда!» Раздался крик в голове. Когда я провожала поезд, я тебя ждала… Чтобы встретить и поцеловать в щечку, с твоей щетиной. Обнять, очень-очень крепко, и не когда не отпускать. Жаль этого больше не случиться. Я начинаю сходить с ума. Жду твоего сообщения. Или твоей любимой фразы: «Может чаю?». Хорошо рядом Братик, иначе реально бы с ума сошла. Только тебя все-равно не вернуть… А поезда так хочется встречать И чувствовать как крепко обнимаешь.